Теперь навсегда

- Так волнительно снова надевать униформу медсестры. Прошел уже почти год. Как же быстро летит время... В мыслях Кэнди то и дело всплывали воспоминания о ее первом прибытии в школу медсестер Мери-Джейн, первом медицинском задании, ее переезде в Чикаго, чтобы отучиться на хирургическую медсестру, грозное лицо мадам директрисы и ее одобрение продолжать медсестринское дело и ухаживать за брошенным всеми мистером Альбертом, которого все считали шпионом, об увольнении из больницы Святого Иоанна, славных рабочих днях в клинике доктора Мартина, отъезде Флэнни на войну… - Флэнни, я надеюсь, что с тобой сейчас все хорошо. Ты никому не пишешь, но меня утешает мысль, что плохих вестей о тебе тоже не приходило, значит, ты держишься. Возможно, мы еще встретимся с тобой, когда закончится война, и все-таки сможем подружиться. А вот и кабинет старшей медсестры. … - Кэнди, я очень рада снова видеть тебя. Твоих задора и улыбки очень не хватало в нашей больнице. Но главное, не переусердствуй со своим озорством. Сегодня ты начнешь свою работу в палате №18. Там лежат пациенты, приехавшие с фронта. Пожалуйста, наберись мужества! Сделаешь все по предписаниям врача. Когда освободишься, снова зайди ко мне. - Да, мадам. … - Пожалуйста, наберись мужества! - Они почти все изувечены войной. Вы должны быть к этому готовы… … - Неужели меня ждет что-то такое страшное? Приближаясь к палате №18, она все больше чувствовала, как начинают дрожать ноги. - Я должна быть сильной! Я справлюсь! Я стала медсестрой ради того, чтобы помогать этим людям. Но… Какой ужас! Кэнди пришла в смятение: она готовилась к чему-то страшному, но даже не могла представить себе, насколько ужасной будет та картина, которую она увидит. Все койки в плате были заняты. Заняты полулюдьми… Почти у половины из них не было рук по локоть, у одного пациента правая рука была ампутирована вместе с частью плеча, один из них сидел на кровати с изувеченным лицом, лишенным одного глаза. Остальные… не сразу было понятно, что с остальными, потому что прикрытые простынями и одеялами они казались полноценными людьми. Но стоящие рядом с их кроватями инвалидные кресла и костыли говорили об ином. Сейчас сама война смотрела ей в глаза. Беспощадная война, которая если и не отбирала человеческие жизни, то навсегда их калечила! «Мне нельзя падать духом! Я должна держаться ради них…». - Доброе утро! – сказала она своим привычным громким и задорным голосом. – Мне зовут Кэнди, я ваша новая медсестра. Я очень хочу, чтобы вы поскорее поправились, и буду для этого очень стараться. Надеюсь, вы мне в этом поможете! Ну, приступим, – сказала она, беря в руки лист с врачебными предписаниями. Ее пациенты были уже не столь тяжелыми и в большинстве нуждались в обработке ран и швов, перевязке и наблюдении. Один за одним через ее руки проходили покалеченные человеческие тела. Она держалась изо всех сил и не давала увиденному ужасу, накопившемуся в горле тяжелым горьким камнем, выйти наружу. - Вот и хорошо! Вы все были умничками. После обеда я зайду, чтобы измерить вам температуру. Выйдя из палаты, она со всех ног понеслась на улицу и, спрятавшись за одним из деревьев в саду больницы, громко разрыдалась. - Как это ужасно! Как ужасна война! Я даже не могла представить, насколько искалеченными могут становиться люди, ни в чем не повинные люди, которые еще вчера ходили, бегали, радовались жизни, держали на руках своих детей, обнимали своих любимых, а сегодня, жертвуя своими жизнями ради мирного неба, они остаются такими изувеченными и несчастными… Но нужно взять себя в руки! Кэнди, ведь ты хирургическая медсестра! Ты должна быть готова к такому. В конце концов, они остались живы! Это самое главное. Вот кто-то не возвращается с поля битвы совсем! Как Стир… Но если бы Стир остался без рук, наверное, он предпочел бы умереть, потому что никогда уже не смог бы создавать свои изобретения. Стир… Нам так тебя не хватает… - Кэнди! Кэнди! Мы даже не сомневались, что в обеденный перерыв найдем тебя в саду! - Анни! Арчи! Как же я рада вас видеть! Мы простились с вами вчера, но вы снова рядом! Как же здорово! - Конечно! Мы пришли поздравить тебя с твоим первым рабочим днем! – сказа Анни, протягивая ей коробку конфет. – Вот, возьми, это тебе для хорошего настроения! - Ну как ты, Кэнди? – Арчи не мог не заметить ее заплаканные глаза. С первого момента их встречи прошло столько лет, и было так много пережито. Он слишком хорошо ее знал, чтобы не заметить ее настроения. Она много плакала, но никогда не подавала виду, что страдает… - Все хорошо. Наверное, нужно просто снова привыкнуть к работе, – сказала она, вытирая слезы. – А то я в последнее время думаю о себе больше, чем об окружающих. - Неправда, Кэнди, – сказала Анни, – ты никогда не думала о себе больше, чем об окружающих! Вот поэтому мы все тебя так любим. «Анни, Арчи, какие же они замечательные… Как же здорово, что у меня есть такие хорошие и надежные друзья. Они всегда были рядом, когда я так нуждалась в поддержке. Мистер Альберт, Пати, Стир, мисс Пони, сестра Мария… Господи, как же я благодарна Тебе за то, что меня всегда окружали и поддерживали такие хорошие люди! Они всегда появлялись, когда мне было так плохо и тяжело». - Кэнди, почему ты плачешь? - Не знаю, слезы катятся сами собой, наверное, я просто очень рада вас видеть, – сказала Кэнди, беря за руки друзей. – Спасибо вам за все! … - Терри, ты тоже был рядом, когда мне было тяжело. Но ты всегда оставался таким одиноким, у тебя никогда не было близких друзей, которые могли бы поддержать тебя в трудную минуту. Ты всегда был замкнутым и отстраненным, и всегда держал всю свою боль внутри. Терри… Я очень надеюсь, что Сюзанна сможет стать для тебя настоящим близким другом. Она ведь настолько любит тебя, что пожертвовала собой ради тебя. Сюзанна… Она никогда не была на войне, но тоже стала калекой. Ей нужна твоя помощь, Терри… … В мыслях Кэнди снова всплыл вечер, когда она, пытаясь спасти Сюзанну, осознала, что у этой девушки нет ноги. Она спасла жизнь ее любимому человеку, пожертвовав собой. Сюзанна хотела, чтобы Терри остался с ней… Ведь Кэнди правильно поступила, расставшись с Терри?