Теперь навсегда

- Ну, вот и все… Так быстро пролетело время во Флориде. Уже пора отправляться домой. Через пару дней снова начнется моя работа, и, если честно, я уже соскучилась по ней. Конечно, порой не так просто быть хорошей медсестрой, но помогая другим, ты понимаешь, что делаешь в своей жизни что-то ценное и нужное, а значит, ты живешь не зря. С этими мыслями Кэнди укладывала последние вещи в чемодан. Уже завтра утром они с Анни уезжают обратно в Чикаго, а это значит, что скоро она встретит мистера Альберта, Арчи, доктора Мартина, свою новую подругу и соседку по комнате Бетти… Она потушила свет и долго лежала, по привычке закинув руки за голову. - Каким чудесным был мой отпуск. Как здорово наполнять жизнь такими теплыми моментами, которые будут когда-нибудь согревать тебя воспоминаниями. Радостные дни в доме Пони, сказочный Лейквуд, светлые моменты в Колледже Святого Павла, лето в Шотландии… Терри… Мне становится так тяжело, когда я думаю о тебе. Но ты подарил мне так много моментов счастья, которые я никогда не смогу забыть… Кэнди услышала тихий стук в дверь. - Кэнди, ты не спишь? - Пати? Нет, входи. Тебе тоже не спится? – спросила Кэнди, включая светильник. - Я очень ждала этого момента, чтобы поговорить с тобой наедине. - Наедине? - Да. На самом деле это была моя идея поселить вас с Анни в разные комнаты, чтобы у меня была возможность попрощаться с тобой… - Пати…, ты так говоришь, как будто прощаешься навсегда. Что-то случилось? - Нет, Кэнди все хорошо. Просто есть одна вещь, которую я хотела бы тебе вернуть… - Вернуть?... - Да. Вот, возьми, пожалуйста, – сказала Пати, протягивая подруге миниатюрную музыкальную шкатулочку. - Шкатулка счастья… – Кэнди посмотрела с умилением не без доли горечи, вспомнив о том, что это был последний подарок ее близкого друга. – Но, Пати, я же подарила ее тебе. - Нет, Кэнди, ты дала ее мне, чтобы утешить, когда мне было очень плохо в разлуке со Стиром. Но она никогда мне не принадлежала, потому что он сделал ее для тебя. Он сделал ее с большой любовью, Кэнди, потому что любил тебя и очень хотел, чтобы ты была счастлива. Я думаю, что глядя на тебя с небес, он будет рад видеть, что ты улыбаешься, слушая ее. И я тоже буду очень рада, если она останется у тебя, тем более что там, куда я собираюсь, она мне уже не понадобится. Сердце Кэнди сжалось в угрозе того, что Пати задумала что-то нехорошее: - Там, куда ты собираешься? Но, Пати, куда же ты намереваешься уехать? - Кэнди, пожалуйста, не нужно переживать, я не собираюсь на войну или в какое-то другое страшное место. Я решила поступить в духовную семинарию. Думаю, я начну свое обучение в Америке. Но быть может, когда закончится война, я перееду обратно в Англию. Хотя, это уже не имеет большого значения. Господь всегда пребывает с нами, где бы мы ни находились. - Но, Пати… почему? Ты ведь так молода и у тебя впереди целая жизнь… - Нет, Кэнди, моя жизнь оборвалась, когда не стало Стира. На самом деле я всегда была дурнушкой… - Пожалуйста, Пати, не говори так! - Но это правда, Кэнди. Я росла одиноким ребенком. Мои родители всегда были так заняты своими делами, что иногда я чувствовала себя просто пустым местом. С малых лет у меня никогда не было близких друзей. Именно поэтому самым родным существом для меня стала моя черепашка Хьюли. И, наверное, в моей жизни ничего не изменилось бы, если бы я не встретила тебя, – на глазах Патрисии стали наворачиваться слезы. - Пати… - Да. Ты очень много дала мне, Кэнди. Ты стала для меня самым настоящим примером добродушия, жизнерадостности, бескорыстия, решимости. Ты стала моим близким другом, и благодаря тебе я познакомилась с такими замечательными людьми, как Анни и Арчи. И Стир... Я никогда не думала, что встречу настоящую любовь. Я мечтала о том, что мы всегда с ним будем вместе, что я стану для него очень хорошей женой и замечательной матерью его детей. Но моим мечтам не дано было сбыться. И я знаю, что никогда уже не встречу такого, как он. Такого же необыкновенного, веселого, жизнерадостного, неунывающего, такого же умного и талантливого… - Пати…, – горько вымолвила Кэнди, беря свою подругу за руку. Она тоже плакала, потому что знала, что Пати говорит чистую правду. Стир был настолько удивительным человеком. Одним на миллион. Нет! Одним на всю планету! Кэнди так часто вспоминала его. Он действительно всегда старался развеселить ее и придумывал для этого самые разные чудеса техники: почтовые воздушные корабли, электронные зверушки, парашют в виде конфеты. Он часто навещал ее в больнице с хорошими новостями и всегда был рядом в трудные моменты ее жизни. Стир… - Когда его не стало, я думала, что просто умру от горя. И чтобы совсем не сойти с ума, я часами молилась. Молитва стала для меня единственным спасением. И однажды…, ты знаешь Кэнди, наверное, ты посчитаешь меня сумасшедшей, но однажды в молитве я почувствовала, как будто Стир положил мне на плечо свою руку, и я поняла, что с ним все хорошо, потому что он был таким добрым и хорошим человеком, что Господь обязательно позаботится о его душе… Алистер Корнуэлл – моя первая и единственная любовь, Кэнди. И я хочу сохранить эту любовь до конца моих дней. Пусть он навсегда останется для меня единственным. Когда я приняла это решение, мне было очень тяжело. Я понимала, что теперь у меня никогда не будет своей семьи и детей. Но все изменилось с того самого дня, когда мы приехали с Анни навестить тебя этим летом в Дом Пони. Я была вдохновлена самоотверженностью мисс Пони и сестры Марии и тем, насколько они отдают себя маленьким детям, которые остались без родителей. Возложив на алтарь любви свои жизни, они полностью посвятили себя прекрасному и светлому делу. У них никогда не было родных детей, но они стали матерями для стольких сирот. В их сердцах так много тепла и любви, что они смогли им дать настоящую материнскую заботу. И благодаря этому их дети вырастают такими замечательными людьми, как ты, Кэнди, как Анни, Том, Джимми. Благодаря им я поняла, что тоже могу стать матерью детям, которым очень не хватает любви и заботы. В мире столько людей, которым действительно нужна помощь. Возможно, когда-нибудь и в моем сердце будет так же много любви, что я смогу поделиться ею с другими. Но сейчас мне еще многому нужно будет научиться. Не плачь, Кэнди. Я отправляюсь в семинарию вовсе не для того, чтобы сбежать от жизни. Я решила поступить туда, чтобы научиться милосердию и состраданию. У Господа нет на земле рук, кроме наших. Я очень хочу, так же как и ты, быть полезной другим. Теперь, наконец, и я нашла свою дорогу в жизни. Это будет мой путь любви. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит… Кэнди, подумай только, ведь если любовь такое прекрасное чувство, то насколько прекрасен Тот, Кто ее создал… - Но, Пати, иногда мы так страдаем от нашей любви… - Нет, Кэнди, мы страдаем вовсе не от любви, а от нашего эгоизма, который только отворачивает нас от Истины. Ты все еще страдаешь из-за Терри. Но страдаешь ты потому, что запрещаешь своему сердцу любить. Кэнди, Стира уже никогда не вернуть, но Терри еще жив. Пожалуйста, не хорони в своем сердце живых людей раньше времени. Не насилуй свое сердце, заставляя его забыть о том, кого ты никогда забыть не сможешь. Если Господь посылает тебе такое прекрасное чувство, не отворачивайся от него. Просто прими его всей своей душой и люби так, как ты только способна на это. Я часто думала о том, что у всех нас были семьи, родители, братья, сестры, но у тебя никого не было кроме Терри. И мне было искренне жаль узнать о вашем расставании, и было очень больно смотреть, как ты страдаешь. Но вы стольким пожертвовали друг ради друга, что я уверена, ваш путь любви еще не окончен. Мы не знаем, что Господь уготовил для нас завтра, ибо пути Его неисповедимы. Но в одном я точно уверена, Кэнди: ты всю свою жизнь так много делала для других людей, порой забывая про себя, ты всегда оставалась такой стойкой, несмотря на все трудности жизни. Бог все это видит, и Он обязательно вознаградит тебя за твою доброту и самоотверженность, Он никогда не оставит тебя. Ты обязательно будешь счастлива. Я всегда буду молиться за тебя…. - Спасибо тебе, Пати, я тоже всегда буду молиться за тебя… … Они еще долго сидели, обнявшись, плача и утешая друг друга. И каждая из них понимала, что рано или поздно в жизни настает пора, когда приходится расстаться со своим детством, своими детскими мечтами и грезами, и по-взрослому взглянуть в глаза будущему.