Смерть в маске

      Гермиона грохнула на стол увесистую стопку учебников, заставив столешницу вздрогнуть. Том меланхолично поднял глаза от книжки. Девушка высилась с другой стороны стола, за приличной горой литературы. Казалось, она ограбила добрую половину библиотечных стеллажей, а по растрепанным волосам можно было понять, что за некоторые тома пришлось вступить в схватку.              — …и я составила план, по которому будем готовиться к экзаменам. Мы же не хотим что-нибудь упустить? Я выписала все темы по каждому предмету…              Том поднял бровь и вернулся к чтению. Сидящий рядом Поттер протяжно застонал, запуская пятерню в волосы. Но энтузиазма подруги это никак не убавило.              — …уверена, что эта тема будет на экзамене! А трансфигурацию человека лучше всего описывают не в «Продвинутом курсе», а в «Проблемах и решениях преобразований живой материи». И я нашла последний экземпляр…              — Сделай с ней что-нибудь, — Гарри сквозь зубы шепнул Тому, пока Гермиона увлеченно расписывала прелести выбранных книг, выкладывая их в идеально ровную линию на столе.              — Она проявляет типичную для синдрома отличника ситуативную тревожность, — пожал плечами Том. — Что тут сделаешь? Я не психиатр.              — Но ты разбираешься в психологии. Отвлеки ее как-нибудь?              — Пытаюсь разобраться, — Том кивнул на книжку на своих коленях. — Ты с ней дружишь гораздо дольше. Должен знать слабые стороны?              — Знаю, — фыркнул Гарри. — Но тебе это не понравится.              — Разговорчики! — возмутилась Гермиона, стукнув свитком пергамента по столу, и сердито воззрилась на ребят. — Я тут рассказываю, какое расписание составила вам для подготовки к экзаменам. Если заниматься дополнительно всего пять раз в неделю…              — Пять! — вскрикнул Поттер. — Еще только конец марта! До экзаменов целая вечность…              — Всего два месяца, — отрезала Гермиона. — Два вечера остаются на тренировки по квиддичу и дуэльный клуб, я все учла! Вот твое расписание, Гарри. А это передай Рону, когда увидишь. Не понимаю, почему он не пришел — я говорила ему о важности сегодняшней встречи достаточно четко и ясно…              — Почему Тому не сделала расписание? — проворчал Гарри, с опаской разворачивая пергамент.              — У Тома самые высокие оценки на нашем потоке, — ответила Гермиона с ноткой зависти в голосе, — даже выше моих.              — Поэтому ему можно читать в библиотеке ПлейМаг вместо скучных учебников? — возмутился Гарри.              — Поэтому я уверена, он сам в состоянии организовать… Что?!              Гермиона наклонилась через стол, пытаясь рассмотреть книгу, которую Том держал разворотом к себе. Шокированно замерла, уставившись на мужской журнал, открытый поверх страниц. Том перевел взгляд на сдавшего его Гарри, нехорошо прищурившись. Тот в ответ ехидно блеснул очками, как бы говоря: «Я предупреждал».              Гермиона ткнула пальцем в журнал. Ведьма на картинке попыталась завернуться в мантию и прикрыть тело, но без особого успеха.              — Это что такое?! — с круглыми глазами спросила Гермиона.              — Изучаю материал и подбираю способы, как разрушить твою психологическую фиксацию на оценке «Превосходно».              — И каким образом тебе помогут фотографии голых… моделек? — Гермиона перешла на яростный шепот, вспомнив, что они в библиотеке. — Нет у меня никакой фиксации, — прошипела так свирепо, что вышло почти убедительно.              — Думаю, статья про «шесть новых секс-позиций» в этом деле вполне пригодится. Том прав. — Гарри тоже заглянул через его плечо в журнал. — Где ты откопал такую прелесть?.. — он опасливо посмотрел на тяжело дышащую Гермиону. — В смысле, невозможную гадость!              — Драко достал. Я понял, что мое образование в некоторых областях бесславно отстает, — не обратив никакого внимания на возмущение своей девушки, продолжил Том. — Возьмем вот эту статью. Конечно, я ознакомился с Камасутрой, но данная поза вовсе не показалась мне простой и привычной — как ее тут позиционируют. Может, я чего-то не понимаю, но как надо извернуться…              Гарри с интересом уставился в журнал.              — Дай посмотреть… Ауч! — возмутился Поттер, когда Гермиона стукнула его по голове свернутым пергаментом. — За что?! Том притащил журнал. Почему ты бьешь не его?              — Потому! — емко возразила Гермиона. Закусив губу, уставилась в честные и абсолютно невинные глаза Тома, напряженно подбирая аргументы. — Ты… ты… Ты саботируешь подготовку к экзаменам!              — Подготовку? — он пожал плечами. — Серьезно? У меня хорошая память. Собираюсь разок пробежаться по конспектам за пару дней до экзамена. Если тебе так хочется, готовь Гарри, — он мстительно взглянул на надувшегося Поттера.              — Ты смотришь на голых женщин! — возмутилась Гермиона. — При мне! В библиотеке! Это… некультурно!              — Что в этом некультурного? Здесь хранятся анатомические атласы и экземпляр Камасутры. Отнюдь не в Запретной секции, — фыркнул Том. — Ничего нового.              Он кивнул на журнал с ведьмой, которая кокетливо выглядывала со страницы и пыталась приоткрыть мантию. Поймав взгляд Гермионы — та покраснела до корней волос то ли от смущения, то ли от злости, — ведьма запахнулась плотнее.              — Иногда не знаю, ты со своим «чего такого» талантливо прикидываешься или правда не понимаешь, — недовольно скривилась Грейнджер. — После таких случаев у меня остается впечатление, что это со мной что-то не так и я — отсталая ханжа. Как ты это делаешь?              Гарри прикрывал рот ладонью и искоса поглядывал на них, изо всех сил стараясь не рассмеяться вслух. Том только поднял брови, совершенно не уловив суть претензии Гермионы, но на всякий случай изобразил сочувствие ее проблемам.              — Кстати, — он перелистнул страницы, — мы скоро идем на свадьбу. Я раздумывал над подарком. Тут рекламируют какие-то подарочные боксы с сюрпризами по совиной почте… Правда, не понял, почему на изображенных здесь наручниках розовый мех. Но вещь в хозяйстве полезная, тем более Нимфадора — аврор и любит розовый цвет…              Гермиона только беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах подобрать слова. Гарри, кусая губы, протянул руку и захлопнул журнал.              — Идея, конечно, угарная! Тонкс наверняка обрадовалась бы… Но остальным будет слегка неловко, не все же такие раскованные. Лучше подарим Ремусу и Тонкс что-нибудь более безопасное — например, банальную самодвижущуюся метелку для уборки.       — Как скажешь, — пожал плечами Том. — Тебе виднее. Прости, Гермиона, я сбил тебя с мысли. Что ты говорила про трансфигурацию?       

***

      День икс наступил быстрее, чем Том ожидал. Казалось, только они обсуждали подарки, — и вот он уже с интересом оглядывается в доме Тонкс и Люпина, стряхивая каминный пепел с черной парадной мантии. Хозяйка явно пыталась навести порядок к приходу гостей, но слишком специфичные вкусы обитателей выдавали и неаккуратные стопки виниловых пластинок, и забытый на тумбочке учебник «Выслеживание и маскировка», и часы, на которых серебристая стрелка двигалась меж обкусанных с разных сторон полумесяцев. Том знал, что покажут эти часы — луна шла к третьей четверти. Проверил заранее: ночных встреч с голодными оборотнями он не жаждал.              — Девочки, платья подружек невесты нужно перекрасить в один цвет, — подхватив Гермиону под локоть, закудахтала полная рыжеволосая женщина, которую Том идентифицировал как миссис Уизли. В другой руке у нее болталась охапка разноцветных гирлянд. — Пойдемте примерим и посмотрим!              Гермиона с явной неловкостью поглядывала на стоящую рядом Джинни Уизли, которая напряженно отводила взгляд — явно не жаждала общения с бывшей подругой. Гермиона посмотрела на Тома со слабой надеждой, но тот предпочел не заметить — только разборок с женщинами ему не хватало. При чем здесь он? Пускай решат свои противоречия как-нибудь без него. Гарри и Рон с Лавандой сразу все поняли и испарились в неизвестном направлении.              Он тоже отошел в сторону и присел перед граммофоном, изучая лежащую рядом на полу стопку пластинок. Сверху был плоский голубой конверт, название на котором обещало неземное блаженство. Не то ли, чего им всем не хватает? Поразмыслив несколько секунд и решив, что Тонкс не стала бы оставлять что-то совсем неприличное при гостях, Том установил пластинку на диск и опустил иголку на черный винил. Незнакомая музыка сразу задала бодрый ритм. Слова певца о том, что притворяться — это весело, нашли в нем отклик. Том был согласен на все сто.              — Тоже любишь рок? — раздался голос над ухом.              Том повернулся к приветливо улыбающейся девушке с розовыми волосами.              — Музыка поднимает настроение. Особенно если это не Селестина Уорлок. Здравствуй, Нимфадора.              — Просто Тонкс, — ее улыбка слегка померкла, а глаза недовольно сузились. — Не люблю это имя.              — Принято, — Том кивнул, сдержав привычное раздражение от очередного напоминания, что люди вокруг живые и требуют учитывать их интересы. Притвориться он может. — Пусть будет Тонкс.              — Милочка! — рыжая толстушка подскочила теперь к ним, внимательно осматривая Тонкс. — Надела сережки, что я принесла? Помнишь же — что-то старое, что-то новое, что-то взятое и что-то голубое? — она смерила девушку деланно суровым взглядом.              — Да, — та с явным дискомфортом коснулась массивных золотых серег коротким ногтем, покрытым черным лаком.              Тому пришло в голову, что девчонке комфортнее было бы надеть что-то серебряное и готическое, неформальное. Шелковое белое платье в пол — пока наполовину прикрытое черной мантией ради непонятных условностей — явно было не в ее стиле, и при ходьбе из-под подола мелькали грубые черные ботинки.              — Так, новые подвязки на месте? А голубое белье? — продолжала экзаменовать женщина.              — Какое? — поперхнулась от неожиданности девушка, мгновенно растерявшись. — У меня есть только черное. Мне и так нормально…              — Нужно что-то голубое, так положено, — отрезала миссис Уизли. Она уверенно захватила Тонкс за запястье. — Доверься мне, милая, я точно знаю, как положено выходить замуж — с моим-то опытом! Все дело в мелочах. Надела голубое белье, и смотри, как все удачно сложилось! Пошли, я перекрашу, всего один взмах палочкой…              — Может, не надо?! — Тонкс в панике попробовала выдернуть руку из захвата, но с тем же успехом она могла бороться с троллем, учуявшим человечину. Том бросил на навязчивую дамочку неприязненный взгляд.              — Что-то голубое? — вмешался он. — Вот, пожалуйста, — по жесту его палочки на мантии у Тонкс появилась изящная металлическая эмалированная брошка в форме цветка. — Подойдет?              — Ну… наверно, — неуверенно ответила миссис Уизли. Внезапно возникшее украшение явно сбило ее с пути, на который она вышла подобно тяжеловесному бульдозеру, и женщина только растерянно хлопала глазами. — А ты — тот самый Том?              — Видимо, да, — он изобразил обаятельную улыбку. — Я всегда «тот самый».              Бросив на него настороженный взгляд, миссис Уизли наконец покинула их, бормоча что-то себе под нос про молодежь, презирающую традиции. Тонкс облегченно выдохнула.              — Спасибо, — она коснулась пальцами металла брошки. — Голубая лилия?              — Первым пришло в голову, — пожал плечами Том. — Можно еще сделать так. На день трансфигурации хватит.              По взмаху его палочки массивные сережки потеряли в весе и сжались в узкую золотую полоску. Тонкс наклонила голову вправо и влево, тестируя ощущения, и с наслаждением зажмурилась:              — Надеюсь, Молли это переживет. Ты чудо! Теперь понимаю, почему Лили от тебя в таком восторге. Она, кстати, обещала прийти чуть позже — что-то ее задержало. Но на церемонию должна успеть.              — Пропустить было бы упущением, — Том отвел глаза, стараясь не показывать своих эмоций.              Когда он находился далеко, не видел и не слышал эту женщину, все было просто. Отодвинуть лишние мысли, сделать вид, что никаких темных порывов не существовало. Том не мог сказать, обрадовался или опечалился тому, что скоро она вновь появится в его поле зрения, раздражая нервные окончания своей насыщенностью. По крайней мере, он был уверен, что не возьмет сегодня в рот ни капли алкоголя — не хотел, чтобы тормоза сорвало окончательно.              Взгляд скользнул по суетящимся людям, занятым чрезвычайно важными для них, но бессмысленными в целом делами. Внезапно он выхватил знакомую фигуру. Том не сразу выровнял дыхание — перед ним маячили тяжелые волнистые черные волосы и лицо с массивной челюстью, видное в профиль. Она здесь? Но как?..              — Кажется, ты еще не знаком с моей мамой, — Тонкс заметила направление его взгляда.              Нагло захватив его руку, потянула за собой. Том шел следом, постепенно теряя чувство реальности. Волосы Беллы, ее осанка и походка… Женщина зашла на кухню с подносом в руках, и Тонкс затащила его туда же. Только тогда, разглядев лицо в свете ламп, он нашел отличия — ее черты были мягче, чем у Беллатрисы, а движения не такие резкие. Коричневая помада на пухлых губах, не винная. Тяжелый взгляд черных глаз впился в него.              — Андромеда Блэк? — в горле пересохло, но некоторое облегчение от осознания, что перед ним другая женщина, смягчило голос.              — Тонкс, — поправила она. — Мы знакомы? Смотришь так, словно призрака увидел.              — Извините, мадам. Я Том Реддл. Вы просто очень похожи на сестру. Мы с миссис Гонт познакомились на рождественской вечеринке у Малфоев.              — Понятно, — Андромеда поджала губы. — Нам часто говорят, что мы похожи. Очень надеюсь, что не мерзким характером — и уж точно не вкусом на мужчин.              — У всех вкусы разные, — закатила глаза Тонкс. — Но не все относятся к чужим чувствам толерантно. Когда закостенелых динозавров бомбит, это даже забавно. Представляю, как перекосило тетушку и ее дражайшего муженька, когда они узнали про мою свадьбу.              — Хочешь сказать — узнают? — подняла брови Андромеда.              — О нет, — хитро улыбаясь, Нимфадора полезла в висящий на боку клатч, явно увеличенный заклятием невидимого расширения. — Не могла же я не отправить приглашения родственничкам! Это было бы так… невежливо!              — С ума сошла! — возмутилась старшая Тонкс. — Ты ведь знаешь, что с их маниакальным стремлением к чистоте крови они воспримут это как издевку? И не останутся в долгу — у них куча способов испортить тебе жизнь, учитывая, что ты работаешь в Министерстве!              — Ну мам! — возмутилась девушка, разворачивая бумагу. — Ничего они не сделают. Я рядовой стажер аврората — мистер Его Величество не снизойдет до того, чтобы мараться об меня. В ответе на приглашение написал всего пару строк. Вот, зацени! — она подала письмо матери.              — Почерк Беллы, — с сомнением протянула та.              — Мы знаем, под чью диктовку, — фыркнула Нимфадора.              Том придвинулся чуть ближе — раз его не отгоняли от обсуждения семейных сплетен, можно вежливо полюбопытствовать, это выглядит нормальным поведением праздно шатающегося студента. Посмотреть, что написала его старшая версия в ответ на столь дерзкий заход девчонки, было действительно интересно.              «Дорогая Нимфадора! Спасибо за приглашение, но, к сожалению, неотложные вопросы государственной важности не дают нам почтить твою свадьбу своим присутствием. Само собой, подарок мы выслали. Наилучшие пожелания, живите счастливо, пока смерть не разлучит вас.       

Т. & Б. Г.»

             — Похоже на угрозу, — настороженно заключила Андромеда, дочитав ответ на обороте приглашения.              — Да брось! Плюются ядом в своем стиле — змеиное семейство, — хохотнула Нимфадора.              — Что же они прислали?              — Подарок легко было идентифицировать и без подписи, — наморщила нос младшая Тонкс. — Собачий шампунь от блох.              Она настороженно покосилась на Тома, но тот изобразил максимально незаинтересованное лицо, словно намека не понял.              — Милая, зря ты это сделала, — вздохнула женщина. — Но чего уж теперь. Хуже было бы, только если бы Белла все-таки явилась. Тогда скандала точно не избежать.              — Энди, помоги мне с индейкой! — прервал их уединение настойчивый голос миссис Уизли.              Он появился раньше, чем его хозяйка, которая левитировала перед собой очередные пакеты с продуктами. Сочтя момент подходящим, Том тихо выскользнул за дверь, как только женщина в нее прошла. Желанием помогать ей на кухне не горел, поэтому вернулся в гостиную.              — Не могу понять, после церемонии лучше устроиться тут или на улице. По прогнозу обещали солнце и плюс пятнадцать, — громко размышлял Ремус Люпин. Рядом с ним толокся полненький низенький мужичок, на чьем затылке намечалась обширная залысина.              — Могу попробовать наложить расширение, — предложил он, бегая водянистыми глазками по комнате. — Я вроде натренировался с прошлого раза.              — Наверное, не стоит, Питер, — деликатно перехватил его руку Люпин.              — Позвольте мне. — Том достал палочку. — Я неплох в трансфигурации.              — Ты преуменьшил свои таланты, — Ремус обвел взглядом увеличившуюся втрое гостиную. — Получилось не хуже, чем у Сириуса!              Том с разочарованием заметил, что граммофон в углу играет теперь слишком тихо, и добавил громкости взмахом палочки.              — Кто тут меня поминает?              На его плечи сзади опустились руки с массивными серебряными перстнями. Том вздрогнул лишь слегка и повернул голову, разглядывая украшения: грубо вычеканенные волки и черные руны на металле. И почему люди так любят нарушать чужое личное пространство?              — Привет, Том, — вежливо кивнул появившийся рядом Регулус, который был слишком культурен, чтобы так панибратски подкрадываться сзади. — Крутые чары. Но я бы все-таки установил шатер снаружи — будет приятно посидеть на воздухе. Скоро полдень. Не хочешь сходить покурить и посмотреть?              — Всегда рад, профессор.              Том благодарно кивнул и вышел вслед за Блэком на крыльцо. Вдохнул свежий утренний воздух с облегчением. Здесь было тихо и хорошо — без взмыленных, бестолково мечущихся людей. Приготовленные для церемонии помост и стульчики для гостей стояли пустыми.              — Можно на ты, пока мы не в школе, — Блэк протянул ему белую пачку. Том вытащил тонкую сигарету и, прикурив от палочки, с наслаждением затянулся горьковатым ментоловым дымом. — Свои закончились?              — Давно уже, — кивнул Том. — А в школе можно достать только совсем дрянные. Такими брезгую.              — Сделаю вид, что не слышал, — хохотнул Регулус. Направился к массивному мотку ткани, лежащему поодаль на молоденькой траве, только пробившейся из земли. — Так забавно — преподаватели тоже были когда-то студентами, и все в курсе про торговлю из-под полы, про ночные прогулки, а иногда и загулы с тайком пронесенным из деревни алкоголем. Но все делают строгое лицо, словно ничего такого никогда не было…              — На этом и держится мир — вовремя закрыть глаза, — кивнул Том. — Человек, вырастая, забывает о том, что казалось ему важным и волнующим в юности. Некоторые убеждают себя, что этого никогда не происходило.              — «Это другое», — со смехом подхватил Регулус. — Ты мудр не по годам. Кстати, как дела с отцом?              — Как-как… — Том задумчиво затянулся, окидывая оценивающим взглядом сложенную палатку рядом со своими начищенными до глянца ботинками. — Помирились вроде…              — Вроде? Но тебя что-то гложет?              Том поймал проницательный взгляд. Помялся несколько секунд. К его чести, Регулус не торопил и не пытался заверить в своем понимании.              — Да, — отозвался наконец. Он слишком долго держал мысли в себе. Возможно, станет лучше, если высказать их вслух? Блэк или не поймет, или снова воспримет по-своему. — Мы слишком похожи. Когда смотрю на него, словно вижу себя. Но не привычное мне отражение, а искаженное в кривом зеркале. Одновременно узнаю эти черты, и при этом они мне противны. Это высокомерие, самоуверенность и претенциозность. И понимаю, что стану таким же, что вот оно — мое будущее. Это вызывает отторжение.              — Том… — Регулус сочувственно вздохнул. — Мы вовсе не обязаны становиться такими, как наши родители. Да, они — родная кровь, без них нас бы не существовало. Но ты волен сам выбирать свой путь. Сам решать, каким человеком хочешь стать!              — Ты не представляешь, насколько иронично это звучит в отношении нас двоих, — усмехнулся Том, направляя палочку на свернутую палатку.              Регулус повторил его движение. Вскоре перед ними во весь рост поднялся просторный шатер.              — Как дела с Флер? — спросил Том, чтобы поддержать беседу. Людям приятно, когда ими интересуются.              — Она хотела устроиться на работу в Англии, в Гринготтс, чтобы быть поближе ко мне, — ответил Регулус.              Он пошел по периметру шатра, трансфигурируя из воздуха цветы и обвивая ими опоры палатки. Том двинулся с другой стороны, тоже занявшись украшениями. На третьем букете лилий он поймал себя и, сжав палочку чуть крепче, переключился на белые розы.              — Но ей внезапно предложили место в департаменте спорта Министерства, в организации мероприятий. Сначала жаловалась, что зарплату дают меньше, чем в Гринготтсе, а потом неожиданно согласилась. Не то чтобы ей были нужны деньги — ее семья богата. Да и я в финансах не стеснен, так что тут вопрос интереса. Но сравнить разрушение проклятий и общение с репортерами…              — Ясно, какая работа заманчивее, — поднял брови Том. — Правда, она девушка видная и любит быть на публике. Флер как-то объяснила свой выбор?              — Сказала, что скоро я все пойму и что мы будем проводить больше времени вместе, — пожал плечами Регулус. — Скучные проблемы взрослых людей. Расскажи лучше, как у тебя дела с Гермионой?              — Пытаюсь справиться с ее повышенной тревожностью и жаждой превосходных оценок, — фыркнул Том. — Пока не очень удается.              — Я преподаю недолго, но на Гермиону и ее рвение к учебе насмотрелся, — усмехнулся Регулус. — Напоминает моего школьного друга Барти. К сожалению, он не справился с этим вплоть до выпуска. Сдавал сразу двенадцать ЖАБА — чуть не загремел в Мунго с нервным срывом, пока ожидал свои «Превосходно». Хотя сейчас я думаю, что если бы он дал шанс какой-нибудь из девиц отвлечь себя, было бы гораздо легче, — подмигнул Блэк.              — Об этом и раздумываю, — кивнул Том. — Секс должен помочь?              — Мыслишь в правильном направлении, — Регулус хлопнул его по плечу, потом наклонился ближе, понижая голос: — Не тушуйся, бери все в свои руки. И она скоро забудет, сколько ей надо набрать баллов за тест. Сейчас такой шанс — свадьба, романтика, все дела.              — Пожалуй, ты прав, — согласился Том. — Момент подходящий.              — Мне нравится, как ты относишься к девушкам, — улыбнулся Регулус. — Ты — мальчик популярный, но это тебя не радует. Не пытаешься залезть под первую встречную юбку, как Сириус. Напоминаешь меня. Тебе нужна…              — Та самая, — закончил за него Том.              Это было непреложной истиной — его никогда не удовлетворяли полумеры. Скука равнодушия претила. Он хотел только того, к чему по-настоящему горел: добиваться своего, преодолевать преграды, вкушать сладость победы, растекающуюся под кожей. Детали не имели значения — главным было само желание. Что станет следующей целью, он пока не знал. Но что-то всегда тлело.              Здесь крылась одна маленькая и почти незаметная проблема. Если какая-то задача захватывала его разум, перетягивала на себя желания, контролировать себя он был уже не способен. Похоже, пришла пора учиться владеть в том числе собственным идом, бессознательным, всегда пытающимся выйти из подчинения. Какой лучший способ обучения, если не тренировка?