Change me

Чимин был уверен, что старший не запрёт дверь. Так и оказалось. Снова телепатия? Или же Юнги даже представить не мог, что младший решит войти? Из-за шума воды в запотевшей душевой кабине, блондин даже не слышит, что в помещении он больше не один... Раздеваться младшему было не долго - лишь скинуть халат. Он тихонько открыл стеклянную дверцу, чтобы войти в кабину. Душ был включен на полный напор. Старший всё ещё не заметил постороннего присутствия, так что Чимину ничего не помешало подойти вплотную. Тёмные локоны парня тут же намокают. Следом за головой становятся влажными грудь и плечи, словив отрекошетившие от спины Юнги капли. Старший, наконец, начинает замечать тепло тела, дышащего ему в затылок. Он медленно поднимает голову, убирая её из под струй воды, протирает глаза руками и поворачивается. Что могло бы удержать их в эту минуту в здравом уме? Оба обнажены и возбуждены, в номере отеля, где и дела никому не будет до чьих-то стонов дел. Ночью, вдвоём... Чимин кладёт ладонь на левую сторону груди блондина. Сердце бьётся как ошалелое, хотя лицо спокойно. Лишь глаза выдают безумный огонёк. Страсть и желание снова стёрли в старшем "Юнги" и включили его дерзкую вторую личность. Он бесстыдно смотрит прямо на тело брюнета, оглядывая всё, на что хватает обзора... Чимин горел решимостью. Им двигало желание восполнить всё Мину сполна. В его случае тоже было не до стеснения. Он запустил пальцы в мокрые короткие волосы на затылке Юнги. Старший никак не реагировал, наблюдая за действиями брюнета. Атмосфера распалялась на максимум. Чимин уже прижимался к старшему всем телом. Они дышали друг другу в приоткрытые рты. Наконец, Юнги прекращает выжидать и вжимает младшего в стену, придерживая за предплечья. Одна рука сползает вниз, на талию, бедро, ляжку... Мин закидывает на себя ногу Чимина и целует в шею. На коже остаётся багровый засос, но брюнету не до него. Визажисты замажут, хрен с ним. На секунду Юнги задерживает взгляд на глазах Чимина - взгляд у младшего совсем потерянный, он явно сейчас не в сознании. Вода в душе остаётся включенной, а белые простыни на кровати мгновенно впитывают влагу с двух тел, только что свалившихся на неё. Младший уже не сдерживает ничего - ни голоса, ни движений, ни слов. Ещё несколько минут ласк и с его губ срывается хриплое: - Я люблю тебя. Юнги замирает на месте, делая пугающе-серьёзное лицо. Он садится на край кровати, сжимая в руке ткань простыни. Остановиться посреди такой сцены - задача не из лёгких. Но Юнги больше не хочет быть слабым, не хочет допускать ещё одну ошибку, ещё одно упущение. Чимин думает, что старший просто не был готов к его внезапному признанию, поэтому так реагирует. Брюнет обнимает Юнги за плечи, немного массируя шею. - Юнги... - Чимин, я не буду это делать, - очень резко отвечает блондин. Затем, уже мягче, добавляет, - Не сегодня. Чимин отстраняется, заворачиваясь в одеяло, и садится рядом со старшим. Блондину "прикрытие" не требуется, он просто уходит обратно в ванную, выключая воду и облокачиваясь руками о раковину. Умывшись и завернувшись в полотенце, он выходит обратно. Чимин совершенно опустошен, он даже не двигался, пока ожидал старшего. - Что я снова натворил? Это из-за признания? Юнги искажается в болезненном выражении лица. - Лучше бы ты продолжал меня избивать, чем задавал такие вопросы... - старший понятия не имеет, с чего начать...Но начать надо, ведь Чимин, наконец-то, слушает. Юнги садится напротив брюнета и берёт его руку в свою. - Я просто не хочу, чтобы ты снова сбегал от меня... - Но я и не собирался! - пытается сразу же оправдаться младший. - Нет, стоп. Послушай меня сначала...Я знаю, что ты не станешь бегать от меня в буквальном смысле, если я к тебе приду...Я о другом. Что ты сказал мне, перед тем, как я...остановился...? - Что люблю тебя...- во второй раз эта фраза из Чимина "вышла" гораздо легче. Он удовлетворительно кивнул, подтверждая то, что сказал. Юнги вздохнул. - Ты уверен? С чего ты взял, если всё, что между нами было - это драки, поцелуи и семь лет недопонимания? Чимин, мы друг друга словно не знаем совсем... А сейчас ты как-будто другой человек, так что я вообще фактически с незнакомцем общаюсь... Чимин оскорбился, слова старшего его злили. Но он понимал, что это ему аукнулась его скрытность, его вселенское недоверие всем на свете.. На глазах у Чимина выступили непрошенные слёзы, и старший сильно испугался такого поворота событий. Но в следующую секунду Чимин уже перешёл к другому состоянию - уже знакомой Юнги ярости. По груди старшего прилетел довольно сильный удар, он упал на спину. Чимин навис сверху. Ситуация их первой ночи повторяется, у Юнги дежавю. - Такого меня ты знаешь? Что ж, наверное, это я и есть. Говорил же, что не сможешь...не изменишь меня. Я пытался, но ведь ты сейчас только подтвердил, что это бесполезно...Зачем мы друг друга мучаем, Юнги? Посмотри, что я с тобой сделал. Я вырвал тебя из твоей реальности, заставил терпеть всё это! Я правда думал, что смогу...что однажды перестану бегать от самого себя, от людей... но всё равно снова и снова как будто возвращаюсь в детство и бегу от одних проблем к другим. Ты был первым, кто меня остановил, хотя бы на какое-то время...Я дышал тобой...всё рухнуло, после той ночи... когда я больше не мог говорить с тобой, не мог заниматься с тобой музыкой... Я столько раз жалел, что не сказал тебе больше, когда мог... Я думал, что хотя бы через уроки танца смогу что-то тебе дать. Но этого было так мало...Я никогда тебя не заслуживал, Юнги. Прости, что я такой идиот, но я с этим нихрена не сделаю... Не могу...И ты не можешь... Но я знаю, что всё ещё люблю тебя. Это единственное постоянное, что у меня есть... Чимин задыхался на последних фразах. Юнги улыбнулся своей настоящей, доброй и неловкой улыбкой. - Наконец-то, - он сгрёб младшего в крепкие объятия, переворачивая их обоих на бок, - Я так долго ждал, пока твоё терпение лопнет...Идиот, говоришь? Ха...тогда мы оба идиоты. По-моему, идеальное сочетание, а? Чимин затаил дыхание. - Я тоже люблю тебя. Всё ещё люблю. Но прекрати уже пытаться расплатиться телом, вместо того, чтобы просто поговорить со мной... Ты делал это, когда мы были ещё детьми. Я с трудом вытягивал из тебя ответы. Ты не боялся учить меня танцевать, но сказать мне пару слов было так трудно? А теперь секс... Я ждал столько лет, подожду и ещё, Чимин. Это ожидание стоит того, если ты, наконец, даёшь мне тебя понять.. Я выслушаю тебя всегда, что бы ни творилось в твоей голове. Только впусти меня в неё... И мне не нужно тебя менять, потому что я знаю, какой ты на самом деле. Тебе только и нужно - что самому это узнать. Менять кого-то под себя - самое эгоистичное, что только можно придумать. Я хочу просто любить Пака Чимина, который встретился мне перед входом в танцкласс... Который жил в шестнадцатилетнем мальчишке и ждал своего выхода... Он всё ещё тут? - Юнги ткнул пальцем в грудную клетку Чимина. Затем коснулся этого места губами. - Здесь.. - отвечает Чимин, - надеюсь... Это было самое лучшее состояние, которое случалось с ними обоими. Тягость многолетнего молчания, наконец, спала с плеч. Чимину уже самому не хотелось прерывать этот момент каким-то интимом, и он просто лежал в обнимку с тем, кого теперь не отпустит. Ни за что. Если даже Юнги сам сбежит куда-нибудь, Чимин больше не станет ждать ничьих первых шагов. У него появилось то, за что можно бороться... В голове у младшего вертелся только один невыясненный вопрос... "Ждал столько лет..." - эта фраза в голове Чимина звучала как-то неправильно...подозрительно и неестественно. Из уст Юнги она звучала правильно и легко...но Чимину что-то в ней не нравилось... Если эта ночь уже стала переломной для откровений, то терять младшему было нечего. - Юнги...- обращается брюнет к засыпающему старшему. - Ммм? - Ты ждал... - Чимин закусил губу, думая, как об этом спросить, - Ты был с кем-то до меня? Юнги помотал головой. - Вообще ни с кем? Блондин глухо усмехнулся с закрытыми глазами, затем медленно их открыл и сильнее прижал к себе Чимина. - У меня с тобой был первый поцелуй, первый оргазм не от своей руки и много чего ещё первого. Чимин сглотнул. А чего он ожидал? Юнги всё так же прямолинеен и честен. Младший так и не нашёл, что ему сказать, только улыбнувшись в ответ. Через некоторое время они заснули. На этот раз грудь Юнги служила для Чимина подушкой. Уютно, тепло, и, наконец-то, спокойно...