Трио

Несмотря на все заверения предсказателей, астрологов, псевдо-шаманов и прочих верящих в грядущий конец света, две тысячи двенадцатый год не отличался ничем особо выдающимся — кроме, пожалуй, астрономии. Обычные люди следили за политическими событиями, выборами лидеров государств, международными мероприятиями, такими, как Олимпийские игры в Лондоне, а вот для магов все было гораздо сложнее этим летом. Если прежде пик количества проклятий приходился на межсезонье, утихая сперва к зимнему солнцестоянию и новогодним праздникам, а затем к середине лета, то теперь даже в самую жару то и дело появлялись эти твари. Гето Сугуру первым подметил эту странность, но пока ему было мало с чем сравнить, а статистику он вел лишь последние два года. Возможно, на всплеск активности проклятий повлияло прошлогоднее несчастье: авария на АЭС «Фукусима» обернулась не только радиационным загрязнением местности, но и породила множество проклятий — люди, боясь после землетрясений, умирали, страдали, ненавидели. Тогда по приказу старейшин к «Фукусиме» отправили Сатору, только его «Бесконечность» и была барьером против действия радиации. Сугуру и Тодзи почти месяц толком не видели партнера, он все мотался то по Токио, то в ближайшие к эпицентру поселения, выкладываясь полностью. Там, где обычно действовали команды магов, Сатору был вынужден справляться в одиночку, да еще поддерживая барьер. Подаренный браслет с зачарованными камнями пригодился как нельзя кстати, о чем Сатору буквально выдохнул, когда вернулся домой после последнего рейда. Даже у сильнейшего были свои пределы, а обратную проклятую технику он так и не освоил. Впрочем, Сугуру этот вид магического воздействия тоже не давался, а Сёко уже смирилась с тем, что эти двое оболтусов так и не научатся такому простому фокусу. Студенты тоже активно учились, отправлялись на миссии, возвращались с них — все живые, в полном составе, хотя порой были и пострадавшие. Проклятья становились сильнее, действовали изощреннее, чем пять-шесть лет тому назад. Стоило открыто признать: без тренировок с Тодзи в качестве инструктора пришлось бы гораздо сложнее. Выносливость и умение использовать не только техники, но различное проклятое оружие значительно повышали шансы избежать травм и ран, что отметила даже Сёко. Было решено отдать Кусакабэ должность куратора над четвертым курсом, а Тодзи продолжал заниматься не только своими обязанностями, но и тренировками с избранной группой теперь уже третьекурсников. И если прежде студенты-первокурсники после первого полугода обучения отправлялись на миссии, и лишь только на самых сложных их страховал кто-нибудь из преподавателей, то теперь все чаще и чаще приходилось разбираться с тварями третьего, второго, а то и первого ранга, поэтому рабочий день для Сатору и Сугуру давно уже стал достаточно ненормированным. Впрочем, семья к этому уже привыкла, они и сами жили по схожему расписанию. Периодически в школу вызывали Тодзи, порой вместе с ним наведывался и кто-нибудь из партнеров. Темой было все то же поведение: и Мегуми, и Маки так и не оставили своей привычки ввязываться в драки. Все заканчивалось привычно — довольные виновники ничуть не раскаивались, учителя вздыхали. Чаще всего миротворцем выступала Маи, удерживая сестру от стремления накостылять противникам, даже если те и были на несколько классов старше; Мегуми редко когда бывал зачинщиком, предпочитая большей частью игнорировать провокации, уткнувшись в очередную книжку. Но вот когда дело доходило до его участия — тогда не везло всем. Учитывая также любовь к физике и астрономии, Мегуми уже бывал на учебных олимпиадах, выступая не только за школу, но и выходя на уровень префектуры; учителя намекали после завершения старшей школы поискать учебное заведение, специализирующееся как раз на данных отраслях науки. Тодзи порой шутил, что в их большой семье будет уже два ученых, хотя Сугуру отмахивался от этого звания. Успехи были и в освоении техники — Мегуми научился вызывать второго пса, теперь мог одновременно удерживать шикигами видимыми для обычных людей и просить их выполнить то или иное действие. Гончие псы, несмотря на свое магическое происхождение и умение следовать словам хозяина, во многом вели себя как обычные собаки, поэтому пришлось спешно осваивать курс тренировок для сиба-ину. Что радовало — между собой псы не ссорились, хотя Мегуми признавался потом отцу, что первые месяцы ему было сложно удерживать синхронный контроль над двумя шикигами. Сейчас же с этим проблем уже не было, и можно было переходить к следующей ступени освоения — либо кролики, используемые для отвлечения противника, либо же попытаться приручить Нуэ — огромную сововидную птицу, но Мегуми спешить не хотел. Младшие близняшки успешно учились и, казалось, совсем оправились от пережитого в детстве. Теперь они официально носили фамилию Гето. Мимико и Нанако уже больше не боялись использования проклятой энергии и потихоньку, под руководством Сугуру, осваивали простейшие магические манипуляции. И как бы ни хотелось ему этого не признавать, но девочки в плане магических способностей выглядели отстающими. Сатору успокаивал и заверял, что Мимико и Нанако еще нагонят остальных, у них еще есть не меньше пяти лет до поступления на первый курс колледжа. А если не получится — то они всегда смогут спокойно жить, не будучи магами: им хватит сил и умений использовать артефакты и амулеты для своей защиты. Проблемы были только с Цумики. Ее подростковый бунт против магического мира в общем и партнеров отца в частности продолжался. Не помогали ни увещевания, ни разговоры, ни даже предпринятый крайней мерой домашний арест после демонстративной ночевки у одноклассницы. Относительно прислушивалась она только к словам Сатору, потому что побаивалась, зато дерзила и Сугуру, и Тодзи. Остальным ребятам от нее тоже доставалось, дошло до того, что Мегуми начал избегать общества сестры. Ему, в отличие от Цумики, нравилось, что отец теперь занимается более безопасной работой, чем прежде, да и новоприобретенная семья оказалась неплохой. Вот и сегодня, пока все после школы сразу рванули в тренировочный зал, Цумики тихо вошла на кухню, надеясь ни с кем ни столкнуться, даже с отцом видеться не хотелось. Он занят новой семьей, и все разговоры только о младших да успехах Мегуми в магии и спорте. Ненормальная работа, ненормальные… партнеры. Цумики подошла к кухонному столу и ощутила давление на плечо, но ничего не увидела. Наверное, натерла, когда несла портфель на одной лямке. — Бей его! — младшие близнецы ворвались на кухню и указали на плечо, где была тяжесть. — Там проклятый дух! Цумики взвизгнула, едва не врезавшись в стол. — Что эта тварь делает в доме?! — она кинулась на девчонок, — всюду талисманы! Девочки стушевались, и следом появились старшие, уже с проклятым оружием, зажимая нечто, наконец покинувшее плечо Цумики, куда-то в угол. — О, нашлась добыча, — Маки довольно скалилась, поправляя очки. — Так это вы притащили?! — Цумики была вне себя в ярости: Тодзи обещал, что здесь не будет никакой дряни! — Он за тобой увязался, между прочим. — возразил Маи, создавая на кончиках пальцев длинные и острые лезвия из проклятой энергии. — Не надо так злиться. Цумики ринулась было на нее, замахнувшись для удара, но на кухню успел прибежать Сугуру, заслышав шум. Мгновенно сориентировавшись, он метнулся не к младшим близнецам с Маи и проклятью, а к Маки и Цумики. — Так, а ну прекратите ссориться, вы же сестры, — он поймал Цумики за руку. — Все ведь в порядке? Но вместо ответа Цумики рванулась, потом пнула Сугуру, который выпустил падчерицу, не ожидая такого напора. — Ничего не в порядке! И они мне никто, я здесь не должна быть, это все страшное и мерзкое! — она убежала к себе, громко хлопнув дверью. Гето только потер колено: похоже, придется все-таки сказать все Тодзи, а тому — поговорить с дочерью. Это уже который скандал, устроенный девушкой, но впервые она попыталась поднять руку на кого-нибудь из девочек. — Вы-то хоть целы? — он обратился к Мимико и Нанако. Те закивали, все еще в шоке от выходки Цумики, и предпочли тоже разбежаться. Можно не сомневаться, девочки обсудят случившееся, и если не принять меры, то раскол станет еще сильнее. Маки и Маи тоже не останутся в стороне, как и Мегуми — наверняка он уже через пару часов все узнает. … Тодзи поднялся в комнату дочери, морально готовясь к нападению полного гнева подростка. Пора признать, что Цумики не сможет жить в мире, в котором он сам родился и к которому принадлежит ее брат. Отвергать этот мир бесполезно, он всегда найдет их. Так что остается только обезопасить дочь. — Цумики? — Тодзи постучал в дверь, дожидаясь ответа. Она тут, слышны шаги по полу, словно молодая девушка мечется по своей обители. — Заходи. Оказавшись в ее комнате, бывший наемник огляделся по сторонам, заметив раскрытый чемодан, а затем перевел взгляд на виновницу ситуации и остановился в дверях. Это еще не побег, но дочь явно показывает — не останется здесь больше. — Надеюсь, сбегать из дома ты не планируешь? Хочу напомнить, ты еще несовершеннолетняя школьница. — Ты даже помнишь, сколько мне лет! — с ехидством в голосе парировала Цумики. — Но знаешь, как-то уже слишком поздно проявлять участие в моей жизни. — Куда ты хочешь уехать? — спокойно спросил Тодзи. — Сначала в школьное общежитие, у меня много дополнительных занятий, так что мне его предоставят, чтобы… не возвращаться поздно, — Цумики, похоже, давно уже все продумала. Что ж, отчасти Тодзи даже понимал ее — быть чужой в доме… может, проще взять и исчезнуть? Но у Цумики, в отличие от него, всегда была и будет поддержка семьи, она для них все равно остается «своим» человеком. Он кивнул: — Раз так, я помогу перевезти вещи. — Поможешь?.. — казалось, Цумики ждала совсем других слов, а может — и упреков. — Да, — ответил Тодзи. — Зачем мучить тебя и всех остальных? Это — не твой мир, и раз ты хочешь оказаться подальше, но в безопасности — значит, будем решать и эту проблему. — У нас ведь теперь нет проблем с финансами, чтобы обеспечить мне хорошее образование? — опять намек, что семья не нуждается ни в чем благодаря Сатору. Это уже немного злило Тодзи. — Никаких проблем. Как и с жильем, когда станешь старше. Поищем тебе университет с общежитием или снимем квартиру. Цумики наконец подняла взгляд от чемодана, решив признаться: — Я хочу за границу. У меня хорошие оценки по английскому, я смогу общаться и учиться везде… где нет проклятой энергии. В остальном мире на данный исторический момент времени количество проклятой энергии было распределено неравномерно. Больше всего — в Японии, но хватало и в других странах, например, Британии или Египте. В древности же, если судить по книгам, а также мифам и легендам, проклятая энергия окутывала весь земной шар, позволяя в буквальном смысле творить чудеса и ужасы. Услышав слова Цумики о дальнейших жизненных планах, Тодзи не сразу ответил. Ребенок вырос и пора ее отпустить, он сам-то рано покинул семью, в которой ему было не место. Теперь очередь дочери, пусть даже и через несколько лет, однако лучше всего начать готовиться сейчас, сделав это без лишних ссор и драм. — Хорошо, но выбор за тобой. Тебе придется все решать самой. Пока — общежитие при школе, потом — институт, и лишь потом вернемся к разговору про заграницу, — бывший наемник вышел из комнаты, прикрыв дверь. Ему срочно нужен Сугуру, или он что-нибудь разнесет. Сугуру нашелся в коридоре, стоя возле информационного стенда для студентов. Все важные новости, касающиеся учебы, конечно, передавались и в сообщениях, и звонках, однако администрации было предпочтительней видеть более традиционный вариант информирования. Вот и сейчас Сугуру перевешивал листы с расписанием, убирая в сторону устаревшие. Подойдя к нему, Тодзи просто уткнулся лбом в плечо, и простоял так пару минут, закрыв глаза. — Поссорились? — осторожно спросил Сугуру. — Нет, — пробормотал Тодзи. — Но Цумики хочет уехать. — А не рано ли жить самостоятельно? — У них же в школе есть что-то вроде общежития, придется договариваться с директором. А потом будем подыскивать ей институт подальше от Токио. — Сложно, — признался Сугуру. — Мы всегда старались никого не обделять вниманием и заботой, оберегаем Цумики от проклятых духов… — Будем удерживать силой — станет лишь хуже, — произнес Тодзи, еще и обнимая теперь партнера так, словно тот был его якорем. — Она не будет одна, мы поддержим и поможем, если понадобится. — Хорошо, — Сугуру надеялся, что это «потом» хуже не станет. Конфронтация с близнецами явно будет набирать обороты, даже с учетом того, что Цумики хочет жить отдельно. Помириться-то они еще могут, но и сейчас на это потребуется время, не говоря уж о дальнейшем. — О, вот вы где! — раздался голос Сатору, а в следующую секунду он сам буквально материализовался рядом. — Я тоже хочу объятий, у меня стресс! — Кто тебя опять стрессировал — Нанами? — Нет! — воскликнул Сатору, которого все же обняли с двух сторон. — Мне завтра поставили задание с первым курсом. В воскресенье! И подъем раньше шести утра! Масштаб трагедии был понятен: Сатору всегда нравилось утром подольше понежиться с любимыми, тем более что впереди были выходные у всех, включая студентов и преподавательский состав. — Пойти с тобой? — спросил Тодзи. — Вместе будет не так уж и мерзко от раннего подъема. — Справлюсь и сам. А вы из-за кого взъерошены оба? — Цумики… — вздохнул Тодзи. — Пойдемте к себе, расскажу. Рано утром, проводив Сатору с зевающими студентами, Сугуру вернулся досыпать в объятия Тодзи. Сегодня воскресенье, у всех выходной — кроме нахальнейшего и первого курса — поэтому можно смело позволить себе дрыхнуть дальше. Завтра у младших близнецов экскурсия с классом, но сборы точно начнутся только ближе к вечеру, а сейчас девочки и сами еще спят. Они успокоились после выходки Цумики, но та и не думала просить прощения. Впрочем, Мимико с Нанако уже привыкли к тому, что самая старшая не любит ничего, что несет в себе настоящий мир. Сугуру удобно устроился, прижавшись к Тодзи, но из дремоты его выдернул звонок телефона. Вздохнув, он осторожно выбрался из-под руки партнера и, перебравшись на другую сторону кровати, достал телефон с тумбочки. Номер оказался… знаком. — Здравствуйте. Я вас слушаю, Абида-Ла. — Надеюсь, и у тебя все хорошо, Сугуру. Заслышав имя звонившего, Тодзи сразу насторожился. Подобравшись к Сугуру, он обнял его, устроив подбородок на плече, чтобы услышать, что там говорит монах из буддийского храма. — Благодарю вас, — Сугуру тоже понимал: так просто ему вряд ли бы позвонили. Но терпеливо ждал, стиснув пальцами ладонь Тодзи. — Всю ночь я думал о том, как стоит поступить, и молился о принятии правильного решения, — продолжил монах размеренным голосом. — Мне известно, что и ты, и твои…друзья — особенные люди, вам открыто благословение небес, позволяющее защищать простых смертных. Тодзи хмыкнул: этот старикан весьма красиво обозвал магов. И все витиеватые слова окончательно подтвердили, что почтенный монах хочет их содействия как магов колледжа, иначе бы не позвонил. Но Тодзи помнил слова Сатору про увиденное количество проклятой энергии и ее особенности: никакое проклятье или иное существо не могло там завестись. Сугуру переключил мобильник на режим громкой связи и прижался спиной к Тодзи. — Вчера к нам пришла женщина и обратилась через служащих. Она искала совета — что делать с сыном. Мальчик, судя по всему, видит мир совсем как ты и уже может…использовать дарованную силу. Его мать очень волнуется и боится одержимости злым духом. Не мог бы ты поговорить с ней и мальчиком, проверить? Дитя и в самом деле может оказаться столь же одаренным, и тогда ему самое место в вашем мире. Сугуру переглянулся с Тодзи. Тот недоумевающе приподнял бровь — мол, согласишься на такое? Сугуру шепнул одними губами: «А если?». Вспомнился сразу эпизод с далекой деревенькой и сидящими в клетке младшими близняшками. Нет, по глазам видно — пойдет посмотреть на ребенка. — Когда я могу поговорить с ней? — спросил Сугуру, все еще глядя на Тодзи. Тот потянулся посмотреть время на часах — еще и семи утра не было. — Госпожа Оккоцу сказала, что в полдень приведет к нам сына, — ответил Абида-Ла. — Я сообщу ей о тебе. С этими словами монах отключился. — Мне с тобой? — только и спросил Тодзи. — Прослежу, чтобы никто… не помешал. — Давай, — согласился Сугуру. — У тебя же только практика во второй половине дня, мы успеем. — А если нет — то пусть Ацуя отрабатывает должок, — хмыкнул бывший наемник, снова утягивая Сугуру на подушки. — Как думаешь, есть вероятность того, что мальчик и в самом деле с проклятой техникой? — Она есть всегда, — ответил ему Сугуру. — Иногда так бывает, что наследие спит в генах и пробуждается через пару-тройку поколений. У меня прапрадед был магом, как потом смогли выяснить. Возможно, у этого мальчика так же, и если не помочь, не научить хотя бы элементарному… дети — легкая добыча для проклятий. — Я знаю, — тихо произнес Тодзи. — Прости, — Сугуру понял, о чем идет речь. — Не хотел напоминать. — Все нормально, это давно уже отгорело, — Тодзи усмехнулся. — Да и тоже вспомнил про Мимико с Нанако, как все было с ними. И мне очень не хочется, чтобы через некоторое время еще один ребенок попал в клетку. — Пойдем, — Сугуру поднялся с кровати. — Все равно не засну уже, так что приготовлю завтрак. Ты на тренировку тогда? Тодзи согласно кивнул. Он успеет размяться, пока никого нет, и вернуться домой. Заодно надо будет прихватить что-нибудь из оружия, когда они отправятся в храм. На всякий случай… Словно угадав его мысли, Сугуру только лишь вздохнул, на что бывший наемник пожал плечами — он-то чаще ожидает возможность худшего варианта, чем его партнеры. Не нравилось ему то, что святейшество из храма обращается к ним, после того как они старались завлечь к себе Сугуру, усиливая его моральное самобичевание. Но с другой стороны, ребенок ведь может нуждаться в помощи, иначе дело может дойти и до беды. А этого Сугуру себе точно не простит. Настолько рано в тренировочном зале никогда никого не бывало, это и ценил Тодзи, несмотря на появившуюся привычку поспать подольше в объятиях любимых. На эту мысль он хмыкнул — мол, вот и подкрадывается старость, чтоб стремиться полежать в тепле и комфорте. Впрочем, тренировка прогнала все сомнения и тревоги: Тодзи двигался быстро, перетекая из одного движения в другое, легко меняя катану на кинжалы, затем на Перевернутое копье небес. С этим артефактом он предпочитал заниматься только когда Сатору не было дома: сияние скрытой силы обжигало взгляд даже на расстоянии. Когда Тодзи появился на кухне, успев привести себя в порядок, то, к своему удивлению, увидел там Мегуми. Он помогал Сугуру и, заслышав шаги, предупредил: — Возле моего стула Широ и Куро. Без очков Тодзи не видел шикигами, однако мог почувствовать их. Он кивнул, обходя по дуге место, где расположились гончие псы, и подошел к партнеру, по пути привычно взлохматив волосы сына. Мегуми вздохнул, но от руки Тодзи не увернулся. Вместо этого он серьезно посмотрел на отца и произнес: — Нам надо поговорить о Цумики. — Да, — согласно кивнул Тодзи, снимая сковороду с плиты, пока Сугуру искал что-то на чайных полках и явно не находил. — Кажется, Сёко опять утащила кофе. Пойду возвращать нашу пропажу обратно, — произнес он, выходя из кухни и оставляя обоих Фушигуро наедине. — Пап, почему Цумики… такая? — Мегуми не мог подобрать нужных слов, поэтому взмахнул рукой. Конечно, можно было устроить заодно мини-лекцию о подростковом периоде и о том, что в такое время возможны бунты против родителей и прочие попытки показать свою взрослость, но Тодзи предпочел ответить как есть: — Цумики чувствует себя чужой, что она отличается от нас. А видеть такое каждый день и осознавать — достаточно тяжело. Поэтому мы все обсудили, и есть вариант дальнейших действий. — Девочки обижены, — произнес Мегуми. — А мелкие готовы накручивать себя, что не надо было лезть к Цумики. С таким количеством взрослеющих детей жизнь становилась сложнее, но отступать от трудностей не входило в жизненные принципы. Проблемы с огромной вероятностью могут усилиться, если тот мальчик начнет учиться тут, хотя вряд ли мать согласится на проживание ребенка настолько далеко от нее. — Я поговорю с Маки и Маи, объясню им, — Тодзи накрывал на стол. Он решил рассказать Мегуми и о потенциальном пополнении. — Помнится, ты пару лет назад все вздыхал, почему мы притаскиваем домой одних девчонок, и хотел брата. Ну, кажется, мечта может сбыться. — Кто на этот раз? — поинтересовался Мегуми. — Знакомый монах позвонил с утра пораньше Сугуру, рассказал о женщине, которая приехала за советом. Что мол, ее сын может оказаться магом. Сейчас успеем позавтракать и поедем с Сугуру в храм, посмотрим. — И если что — то заберете сюда? — уточнил Мегуми. — Пока не знаю, — ответил бывший наемник. — Посмотрим на парня, обговорим с его семьей, с Сатору и учителем Ягой. — Надеюсь, такой злючкой не окажется, можно будет нормально общаться. А девчонкам когда скажешь? — Сегодня, если мальчик действительно окажется одним из нас. На кухню вернулся Сугуру, которому удалось забрать обратно у Сёко банку кофе. Завтрак прошел своим чередом, потом Мегуми умчался, сопровождаемый гончими псами-шикигами. — Удалось поговорить? — спросил Сугуру. Сегодня вместо чая он решил присоединиться к кофе. — Да, — кивнул Тодзи. — Мегуми-то поймет, а вот с девочками хуже. Возьмешь на себя Мимико и Нанако? — Постараюсь им все объяснить, — Сугуру покосился на часы. — Нам пора собираться в храм. — Надо одеться как-то особенно? — уточнил Тодзи. — Ты собираешься нацепить вещи как у монахов? — Думаю, что нет, — Сугуру покачал головой. — Подойдет и униформа колледжа, мы же якобы религиозная школа.