Одержимые

Неделю спустя. Когда я в очередной раз поднялась на смотровую площадку для оценки масштаба дерьмища, в котором оказалась, мой взгляд наткнулся на тетрадь в твердом зеленом переплете… В правом верхнем углу были мои инициалы… Это первый, и теперь уже последний, мой дневник. Я села на пол и принялась писать обо всем что случилось. *** Запись в дневнике. Листок без даты. "Прошла неделя, самая долгая неделя в моей жизни. Но и она не сравнится с тем вечером, последним вечером, который я провела с отцом. Мне в каком-то смысле повезло оказаться на маяке. Судя по последним новостям, что я прочла в интернете, прежде чем мой телефон приказал долго жить. Почти все, кто был в этот момент в городах или около них - погибли. При самых оптимистичных раскладах выжило примерно процентов десять всего населения Земли. Первое время я пыталась звонить всем, кого знала. Я перебрала всю телефонную книгу, набрала даже своего препода по философии. На том конце всегда длинные гудки, а потом снова звенящая тишина. Маме позвонила всего раз, я знала будь она жива, уже нашла бы способ со мной связаться. Тело отца я оставила в нижней комнате и с того дня ни разу туда не входила. Только взяла его часы и обручальное кольцо, в бумажнике был мой снимок и общее фото. Их я тоже забрала… При нынешних обстоятельствах воспоминания важны. В моей сумке было мало полезного. Паспорт, деньги, кредитки, куча чеков, Буковски… был еще мой дневник и пара карандашей. Хорошо, что на ручку я всегда привязывала свитер, на черный день. К концу первого дня на маяке адски хотелось есть. После проверки комнат на наличие продуктов я поняла, что рано или поздно выйти все же придется. Перспектива не радовала. Кое-где на пляже бродили твари, некоторые из них даже что-то жрали. С бегом у меня проблема, как и с плаваньем… Так что задача усложнялась. Маяк находился в отдалении, поэтому бежать пришлось бы долго и быстро. Чтобы хоть как-то подготовиться, я каждый час ходила по лестнице вверх вниз. Со сном были проблемы, его практически не было. Когда сил уже не оставалось, я спускалась вниз и дремала пару часов, прислонившись к холодной металлической двери. Я страшно боялась. Вероятность того, что я проснусь, пытайся они прорваться, давала мне иллюзию защищенности и хоть какой-то уверенности. Диму я решила не искать, маловероятно, что он жив. Будь моя воля, я бы уже застрелилась, но я обещала, что попытаюсь. Иначе его смерть лишилась бы всякого смысла и надежда, что ты жив, не покидала меня. Не знаю, на что я рассчитываю. Может на то, что в один из таких дней, как сегодня, меня все же сожрут и ты однажды каким-то чудом найдешь его, прочтешь и это успокоит тебя. Ты всегда говорил, что воспоминания важны, а я смеялась. Даже когда ты отдал мне его, я посмеялась над тобой, сказав, что даже для меня это слишком по-девчачьи. Ты тогда промолчал, а потом сказал, что еще через каких-то пару лет я буду жалеть о том, что не написала подробно об этом дне, потому что никак не могу вспомнить, что на тебе было одето и какую музыку мы слушали… и я написала. Боже, надеюсь, ты все же нашел его." *** Сегодня тот самый день. Сегодня я выйду. Не будучи до конца уверенной, что вернусь, я взяла с собой все, что у меня было. Хорошо, что я люблю большие сумки, но по-хорошему ее надо бы заменить на рюкзак… потом. На мне были джинсовые шорты, что крайне усложняло задачу, хотя брюки - это еще не залог выживания, когда вокруг такая жопа. Перед уходом я еще раз осмотрела окрестности, чтобы знать, куда примерно бежать. Уже утро, пора. Я простилась с отцом и спустилась к двери. Щелчок, и вот я уже снаружи. Свежий морской воздух сразу же налетел, растрепав мои волосы. И снова я бежала, и в этот раз бежать было куда страшнее, ведь я не знала, что впереди. Первые пара минут были адом, сердце стучало так быстро, что казалось вот-вот застрянет в горле. В руке был пистолет, уже наготове, но это еще не факт, что я смогу выстрелить или что успею . Я не знала, что они такое, не знала, быстрые они или нет, как их убить, много ли их там. Все мои знания основывались на фильмах, которые противоречили один другому и это пугало меня до усрачки. Миновав пляж, я притормозила, что-то было не так. Слишком тихо и вокруг никого. Ладно, может, хоть раз в жизни мне везет. Я поднялась вверх по склону, а затем спустилась к ближайшему дому. Ничего такой, два этажа и наверняка большой сад… За забором этого не было видно. Во дворе был бассейн, задняя дверь заперта и я решила, что хозяева скорее всего и не приезжали еще в этом году. Но как только я начала обходить дом, из-за поворота вынырнула барышня в бикини, а за ней и вторая, а вдогонку четверо с другой стороны. «Твою мать!» - Вот теперь я действительно охренела малость. Эта битва даже математически была обречена на провал. И вот в тот самый момент, как я в очередной раз прощалась с жизнью, дверь позади меня открылась и кто-то силой втащил меня внутрь. Лучшая защита – это нападение. Пока этот кто-то запирал дверь, я успела схватить со стола фонарь и, как только он повернулся, запустила ему в голову. - Твою мать, ты что, больная!? – парень лет двадцати смотрел на меня испуганно. - Ты кто такой? – единственное, в чем я была наверняка уверенна. При каких бы обстоятельствах мир не рухнул, люди - самые опасные твари в этом случае. - Тот, кто спас твой зад! Эй, потише, пушку-то опусти. Я человек. – Он поднял руки так, чтобы я их видела, и стал отступать к стене. - Я знаю. - Так, ладно, слушай, это уже ни в какие ворота. Я бы мог просто тебя там бросить. – Я осмотрела своего «спасителя». Короткие темные волосы, среднего роста, ботанская майка. - Как тебя зовут? - Что?! – Для убедительности я сняла пистолет с предохранителя. - Ладно, ладно. Я Ной. - Что за имя такое дебильное? Ной... - А тебя как зовут? «Елизавета Вторая»? - Роксана. - Роксана. И чем твое имя лучше?.. – Мне вдруг стало дурно. Весь этот нелепый разговор, как пир во время чумы. И этот чертов воздух, насквозь прогнивший страхом. Голова кружилась, меня мутило от одной только мысли, что там за дверью. Мне нужен был воздух. Через пару часов я выяснила, что этот придурок устроил у себя дома вечеринку, пока его предки свалили куда-то. Но поскольку он был не самым популярным парнем, пока все тусили, зависал в сети. Оттуда и узнал, что что-то не так. Вот такая история о том, как парень выжил благодаря своему задротству. - Ладно, у тебя карта есть? – Мы сидели на кухне, и я методично уничтожала его запасы. – Тачка, оружие? - Ага, конечно. Оружейный склад в подвале и пара танков. - Мило, но я серьезно. - Зачем тебе карта и все остальное? Не стоит высовываться, пока не придет помощь. - Он смотрел на меня, как на умалишенную. - Ты что, серьезно думаешь, что твою тощую задницу кто-то придет спасать?.. Это тебе не «Зомби по имени Шон», тут скорее «Двадцать восемь дней спустя». - Даже если и так, что ты предлагаешь?! Взять оружие, припасов и уехать в закат?! - Тебе я ничего не предлагаю. Я отвечаю только за себя. - Нет, ты точно чокнутая, – Ной встал с места и принялся ходить по комнате взад-вперед. - Тебя же сожрут! Ты в курсе?! Почему ты так себя ведешь?! - Почему? Почему?! – мой голос сорвался на крик. – Потому что я была там, когда все началось! Потому что я чуть не погибла хренову тучу раз! Ради этого шанса мне пришлось застрелить отца, я неделю прожила на гребаном маяке рядом с его трупом! У меня есть еще миллион причин, почему! И самое главное - это моя жизнь. Мне выбирать, жить или умереть, не тебе. Так что пошел ты в жопу со своими советами! После того как я закончила, в комнате наступила звенящая тишина. Ной стоял напротив меня и то и дело открывал рот, пытаясь что-то сказать. Наконец он заговорил. - Твой отец… Я... Мне... Короче, мне жаль… И это правда? - Пошел на хрен! - Лучше бы молчал. - Засунь себе свои извинения куда подальше! Мне нужно ехать. Я должна добраться Калифорнии, а для этого мне нужно двигаться. Твой дом - не самое безопасное место. Если повезет, не встречу по дороге других людей. - Почему ты так уверена, что все получится!? Зачем умирать?! - Ты так и не понял, идиот? Ты уже труп! Но возможно, у тебя есть шанс найти других людей и выжить! - Ты всегда такая одержимая?! - Я такая, потому что мне есть, за что умирать! - Ну допустим, «Лара Крофт». – Он поднялся с места, потирая уставшие руки, и отошел к мойке. - Хватит уже твоих дебильных ассоциаций. Не удивительно, что ты гей. - Ладно, я понял… Так, стоп. Что?! С чего ты взяла, что я гей?! - А что, разве нет? – Вот это действительно неожиданно. На протяжении всего времени, проведенного в этом доме, я была в этом уверена. - НЕТ!!! - Ну, прости, – похоже он разозлился, забавно. Я сделала самое невозмутимое выражение лица. Люблю позлить людей. - Что, "прости" и все?! - Ну, могу дать пару советов на тему, как не быть похожим на гея. - Ладно, хватит, Ана, прекрати, – улыбка моментально сошла с моего лица. - Не зови меня так. - Ты прости, конечно, но Роксана – это как-то длинновато. - Я. Сказала. Не зови. Меня. Так. – Парень снова был у меня на мушке. – Иначе прострелю тебе башку. - Боже, в чем твоя проблема? – Пистолет я так и не опустила. – Да понял я, понял. Окончание предложения я не слышала, воспоминания уже окутали меня своей дымкой. Два года назад - Эй, Ана? – Светловолосый парень лежал на покрывале и смотрел в небо. - Что? – Его голова покоилась на коленях у девушки, которая не спеша перебирала волосы юноши, попутно копаясь в своем телефоне. - Смотри, – он указал в небо. – Если бы мы сейчас жили во времена викингов, то это созвездие называлось бы «Верная жена». У скандинавов есть легенда о Локи и его третьей жене Сигюн. - Дурацкое имя. - Не перебивай, – парень легонько шлепнул собеседницу по носу. - И кроме того, тебе же нравился Локи. - Да, но имя у его жены дурацкое. - Ладно, пусть так, но в остальном она прекрасна. Знаешь, после того, как асы наказали Локи, Сигюн не покинула его и осталась ему верна. Он был прикован к скалам, почти как Прометей, а над головой у него находился ядовитый змей, яд которого капал ему на лицо, причиняя тому невыносимую боль. И Сигюн находилась рядом с мужем, собирала яд в большую чашу, облегчая тем самым его участь. – На этих словах парень замолчал, все так же всматриваясь в небо. - Как думаешь, Томми, она еще там, рядом с ним? - Конечно. Говорят, если на Земле случается землетрясение, это Сигюн отошла от Локи, чтобы опустошить чашу. В образовавшейся тишине голос прозвучал особенно громко. - Я хочу быть ею… - Девушка, тяжело выдохнув, откинулась на покрывало. - Почему?! – Парень приподнялся на локте, чтобы видеть ее. - Чтобы было все, как в старых историях, которые ты так любишь. Хочу быть Эвридикой, Идун и Медеей. Хочу, чтобы меня так любили, как Сигюн любила своего мужа. - Ну, тогда ты скорее станешь Локи. Хотя, постой, – он на секунду задумался. - Ты же и есть Локи. После последних слов девушка пыталась ущипнуть его посильнее, на что он ей отвечал громким, заливистым смехом. - Нет, ну я серьезно. У них даже имена такие особенные. - Тебе не нравится твое имя? - Знаешь, что не нравится. - Знаю, – он посмотрел на нее чересчур серьезно. – Но от этого оно не перестало быть прекрасным. К грекам и скандинавам ты, конечно, не имеешь никакого отношения, но в переводе с персидского твое имя означает «Рассвет». Неплохо, да? - Эй, ты вообще здесь?! – в реальность меня вернул голос Ноя. - Да, извини за пушку. Просто не называй меня так, и я не пристрелю тебя. - А, ну тогда конечно. Тогда все в порядке. – Он поднялся со стула и поплелся вверх по лестнице. – Ты как хочешь, а я спать. – Донеслось со стороны лестницы. - Давай меньше сарказма, приятель. Дежурим по четыре часа, я первая. Завтра на рассвете я уйду. - Ага, и мы с тобой как «Тельма и Луиза» уедем в закат. - Ты точно уверен, что не гей?! - Ха-ха, очень смешно и, главное, оригинально. – После небольшой паузы он добавил. - Я пойду с тобой. - Как знаешь. – На этом беседа была окончена. Со второго этажа открывался неплохой обзор. Ближайшая улица была забита конечно, но не так сильно, как я ожидала. Завтра нужно будет собрать больше припасов и отправляться в путь. Куда ехать - я понятия не имела. Точнее, я знала куда, но не знала как. Ладно, об этом я подумаю завтра. Ночь была в самом разгаре, я смотрела вниз на медленно передвигающихся тварей и думала о том, что смерть, возможно, не худшее из зол. Да, с вероятностью один к одному, все, кого я знала, когда-то погибли еще в первый день этой херни. Отца я застрелила сама, вполне вероятно, что скоро и сама умру. С таким-то попутчиком - наверняка. Небо сегодня ясное, я взглянула наверх и увидела ее… Сигюн. Она всегда там, где и должна. А я? Я - словно пес, бегущий за машиной. Что мне делать, когда я потеряю ее из виду? Мне бы так хотелось, чтобы ты был рядом, ты всегда знаешь, что сказать. Время шло, а я все смотрела в небо, боясь снова взглянуть на землю. *** В это время на другом конце света светловолосый юноша забросил вещи в грузовик и в последний раз взглянул на небо. - Эй, Томми, шевелись. Хватит уже пялиться в небо, там ничего нет. Девушка с длинными темными волосами посмотрела на него укоризненно. На что тот лишь слегка улыбнулся. Когда оба забрались в пикап и двинулись в след за колонной машин, она спросила. - Чего ты лыбишься, как псих? - Прости, просто ты мне напомнила кое-кого… - Сказав это, он с улыбкой продолжил смотреть на дорогу.