Равновесие страха

Скрытый Звук поначалу пугал Карин своей необъятностью и пустотой. Неприветливые туннели, пропитанные запахом сырости и плесени, встречали её замогильной тишиной, от которой девушку неизбежно охватывало чувство невыносимой тоски и одиночества. Это изменилось, когда Орочимару привёл сюда мальчика с чёрными непослушными волосами. Её сердце предательски сжалось, когда она увидела знакомое лицо с острыми чертами и холодным безразличным взглядом. Она-то уже свыклась с мыслью, что их путям больше никогда не суждено было пересечься. И всё же он был здесь — парень, спасший её от верной смерти на экзамене на Чуунина. Эта встреча вдохнула в неё новую жизнь, хоть брюнет, похоже, и не узнал её вовсе. Так было даже лучше, ведь благодаря этому Карин было легче держать свои чувства под контролем, не давая им выйти наружу. По крайней мере, так ей казалось поначалу, пока им обоим не стукнуло по шестнадцать. Вот тогда сдерживать свои подростковые гормоны юной девушке стало по-настоящему тяжело, порой даже просто невыносимо. Да, Карин, конечно, позволяла себе лёгкий флирт и невинные приставания, но она бы ни за что не стала навязывать себя человеку, которого любила, если бы он сам того не захотел. «А Саске явно не хотел», — Карин не строила никаких иллюзий относительно этого. Всё ведь и так было кристально очевидно. Они с Саске стали учениками Орочимару где-то около пяти лет назад, и за это время здесь появилось много новых лиц. Сейчас пустовавшие когда-то мрачные коридоры были прилично отремонтированы и благоустроены, но старая давящая атмосфера отчуждённости никуда не делась. Впрочем, кое-что ещё было не так. Карин поняла это, пока спешила на доклад Орочимару — в воздухе что-то назревало. Многие из людей, которых она встретила по дороге, были явно на взводе, а кто-то — сильно встревожен. Таков был её дар и проклятье — видеть эмоции людей, разделять их переживания и потаённые страхи, видя малейшие колебания в потоках их чакры. Она чувствовала всё и впитывала каждую секунду своей жизни. И она знала, что было причиной этой тяжёлой атмосферы. Ей не потрудились сообщить, но она всё равно узнала. — «Саске Учиха атаковал своих союзников на миссии в Арасиме. Затем отправился в Скрытый Звук, где нанёс непоправимый урон Орочимару в его собственных покоях». Услышав это от своего осведомителя, она сперва испытала недоумение. Затем Карин почувствовала, как горькая злость и досада начали прожигать её сердце. Злость прежде всего на себя — она не оказалась рядом, когда Саске в ней нуждался. А нуждался ли он вообще? Смогла бы Карин в сложившейся ситуации вообще хоть что-то изменить? Вполне возможно, что нет. Но она по крайней мере попыталась бы. Она была готова отдать всё, лишь бы просто попытаться. Досаду же она испытала от того, что волею судьбы оказалась в тот злосчастный момент совсем в другом месте. Пару недель назад ей поручили миссию по расследованию загадочных убийств служителей закона в паре небольших городков в центральной части страны, и Карин только сейчас возвращалась назад, даже в душ ещё сходить не успела. Почувствовав знакомую чакру, она неожиданно для себя ускорила шаг. Эта чакра была холодной и неприятной, от неё веяло кровью и жестокостью, но Карин это ничуть не испугало. За пять лет она привыкла иметь дела с чудовищами. Она считала, что и сама успела стать одной из них. Девушку, которую она преследовала, звали Таюя. Та оказалась единственной выжившей в той бойне в Арасиме, и Карин решила, что никто, кроме неё, не знал подробностей произошедшего. Карин ускорилась, и, забежав за угол, наконец наткнулась на свою цель. Красные волосы Таюи развевались из-за работающей вентиляции, а одета девушка была в бледно-розовое платье с черной окантовкой. Если бы не очки, их с Карин вполне можно было бы принять за близнецов. Весьма вероятно, что они действительно приходились друг другу дальними родственниками, но из них двоих только Карин смогла пробудить в себе наследственную технику клана Узумаки. Это дало ей право официально считаться наследницей вымершего рода, а Таюя так и осталась безродной куноичи, по крайней мере, на бумаге. Карин крепко схватила девушку за рукав и взглянула ей в глаза цепким взглядом. — Что, чёрт возьми, случилось в Арасиме? — спросила она обманчиво спокойно, хоть внутри неё на самом деле бушевала буря. Таюя обернулась к ней. Её губы в удивлении приоткрылись. — Тебя с нами не было, вот что случилось, — она машинально одёрнула руку. — Может, хоть у тебя бы получилось вправить этому идиоту мозги. — Он, что, ни с того ни с сего просто напал на вас? — недоверчиво поинтересовалась Карин. — Да кто его знает? — грубо бросила Таюя. — Ты же знаешь Саске. Может, хотел проверить на нас свои силы, а может, просто с катушек слетел? Таюя увиливала от ответа, потому что знала, что Карин могла распознать человеческую ложь. Отвечать вопросом на вопрос — простой трюк, которому юная Узумаки, к своему большому сожалению, ничего не могла противопоставить. Так в Скрытом Звуке привыкли поступать те, кто пытался обвести её вокруг пальца. Впрочем, этого ответа было достаточно, чтобы понять — всё было не так просто, как Таюя пыталась преподнести. — Ты думаешь, я в это поверю? — вопрос Карин прозвучал несколько грубее, чем она сама того хотела. Таюя неожиданно расхохоталась. — Мне плевать, поверишь ты или нет, — в её презрительном голосе прозвучал вызов. — Но вот незадача — твой любимый Саске напал не только на нас, он атаковал ещё и господина Орочимару. Чуть ли не убил его — и это неопровержимый факт. Так что тебе ещё нужно? Таюя прошла мимо неё с самодовольной ухмылкой на лице, а Карин продолжала буравить её пронзительным ледяным взглядом, в котором застыла всепоглощающая ненависть. Холодная, зловещая аура окутала помещение, и проходившие мимо учёные, едва почувствовав её, начинали резко пятиться назад, а потом и вовсе меняли направление движения. Таюя остановилась и взглянула на Карин через плечо. — Теперь он наш враг. Советую быстрее принимать сторону, Карин. Потом будет уже слишком поздно, — предостерегла её Таюя. Такая реакция застала Карин врасплох. Сказанные слова отрезвили девушку, словно вылитый на голову ушат холодной воды. Саске Учиха теперь предатель. Нужно было побыстрее свыкнуться с этой мыслью, если она не хотела в лучшем случае отправиться вслед за ним, а в худшем — оказаться арестованной за измену. Хоть она и понимала это головой, но в груди продолжало больно колоть, а на глазах наворачивались слёзы от одной только мысли о том, что Саске сейчас был где-то далеко от неё. «Что с ним? Куда он отправился?» Теперь она наконец поняла. Много лет назад её напугала не пустота и необъятность. Неизвестность — вот что по-настоящему страшило её.

***

Карин без труда нашла покои Орочимару — благодаря своим сенсорным способностям она смогла бы спокойно дойти до них даже с закрытыми глазами. Зайдя внутрь, она обнаружила операционный стол с окровавленным молодым человеком. Над ним возвышался Орочимару, проводя какую-то хирургическую операцию. За процессом внимательно следил Кабуто Якуши — правая рука Змеиного Саннина. Подойдя к столу, Карин присмотрелась к Орочимару — всё-таки ходили разговоры, что Саске удалось убить его, но похоже, что эти слухи были сильно преувеличены. — Так вы всё ещё живы? — шутливым тоном поинтересовалась она. — Ты, похоже, не торопилась, — сурово заметил Орочимару. — Так что поспеши с докладом, Карин. Похоже, её наставник оставался дееспособным, чему Карин была безусловно рада. При этом он тотчас же начинал болезненно морщиться — тяжёлое ранение, нанесённое Саске, давало о себе знать даже при малейшем движении. — Карин, — начал Кабуто. — Мы получаем тревожные слухи со всех уголков страны. Хотелось бы услышать, как прошла твоя миссия, поскольку она, вполне вероятно, может быть напрямую связана с происходящим. Карин достала из сумки свиток и, сложив руками запечатывающую технику, вытащила из него некое продолговатое оружие причудливого вида. — Они называют их «винтовками», — она демонстративно покрутила устройство в руках. — Это оружие смертоносной силы. Скорострельное и дальнобойное. У наших людей не было ни единого шанса. — Как же тебе удалось увернуться от вездесущей пули, Карин? — полюбопытствовал Кабуто. — Адамантовые цепи, — ответила Карин. — Я выстроила вокруг себя барьер, который пули не способны были пробить. В этом и заключается слабость нашего противника — эти винтовки держат в руках самые обычные люди. Этим было крайне легко воспользоваться. — В таком случае, полагаю, проблема решена? Ты избавилась от убийц? — сдержанно уточнил Орочимару, продолжая орудовать скальпелем над бессознательным телом юного звуковика. — Да, они мертвы, — ответила Карин помрачневшим голосом. — Но это ещё не всё, — она снова взяла винтовку в свои руки и показала присутствующим на небольшой набор маленьких циферок на боковой её части. Увидев недоумённый взгляд Кабуто, она решила уточнить. — Серийные номера. Очевидно, что это не кустарная разработка. Они их производят. — Кто «они»? — спросил Кабуто. — У меня есть основания полагать, что эти люди были вооружены правительством Страны Звука, — поделилась своими догадками Карин, поправляя очки. — Ни у кого в этой стране больше нет таких возможностей и ресурсов, кроме как у плутократов. — Это невозможно, — покачал головой Кабуто. — Карин, по всей видимости, заблуждается. Плутократы не могли начать массовое производство этих чудных штуковин. — Тут я соглашусь с Кабуто, — высказался Орочимару. В этот момент он взял в руки щипцы, и с помощью них аккуратно подцепил с операционного стола маленький кусочек свинца. — Они нашпиговали этого паренька таким же оружием, а значит мы имеем дело со скоординированной атакой, — продолжил Орочимару. — Для этого, как минимум, требуются специализированные заводы и налаженная логистика, и провернуть всё это за нашими спинами, я более чем уверен, просто невозможно. — Только если в дело не вмешался Рэйден Исида, — вдруг сказала Карин. Все удивлённо уставились на неё, даже Орочимару отвлёкся от операционного стола. — Рэйден Исида? Первый раз о таком слышу, — сказал Кабуто. — Местные поговаривают, что он владеет мощными пространственно-временными техниками. Если это правда, то такую силу нельзя недооценивать, — Карин выдержала короткую паузу, а затем продолжила. — В любом случае мы не можем игнорировать тот факт, что правительство по какой-то причине готовится к войне с нами. — Боюсь, донесения наших разведчиков лишь подтверждают это, — согласился с ней Кабуто. — Мы знаем, что они собирают ополчение. — Они считают, что могут просто избавиться от нас! — неожиданно выпалил Орочимару разгневанным голосом, в котором чувствовались нотки боли и усталости. — Мы столько всего сделали для них. Они думают, что в силах тягаться со мной?! Глаза Змеиного Саннина загорелись праведной ненавистью. — Саске Учиха нанёс удар нам в спину, а эти склочные бюрократы уже тут как тут. Вцепились нам в глотки, словно стервятники. Первая кровь за ними, но теперь наш черёд. Эти «винтовки» — вовсе не новые технологии для нашего мира. Пороховое оружие уже изобретали, и не единожды. И каждый раз шиноби, осознавая грозящую им опасность, уничтожали все наработки вместе с изобретателями. И вот цикл повторяется вновь, и в этот раз вся ответственность лежит на наших плечах. Мы выследим, кто собирает эти винтовки, и уничтожим их. Вот моё предложение, — он обвёл всех диким взглядом. — Мы придумываем план, мы движемся быстро и бьём сильно. Это — война. С данной секунды, я хочу, чтобы вы это ясно осознавали. Карин не успела понять, что только что произошло. И тем более, она и представить не могла, к чему всё это грозило привести. — Карин, — обратился к ней Кабуто. — Наши враги не настолько глупы. У них вполне может быть припрятано ещё пару козырей в рукаве. Вы — лучший сенсор в этой стране. Проникните в столицу и свяжитесь с нашими информаторами. — Но сначала отдохни. Ты заслужила, — добавил Орочимару. Карин знала — не всякому оказывалась такая честь. Впрочем, ничего удивительного в таком отношении не было. Юная Узумаки по праву считалась одной из лучших бойцов Орочимару и уж точно была одной из самых преданных.