Блеф

— Канда, ты все-таки скотина, — сообщил Аллен, заходя в гостиную в одних брюках и подсушивая мокрые волосы полотенцем. — Тч. — Что, уже и спросить нельзя было? — чуть повысил голос мальчишка, стараясь сделать тон возмущенным, но предательская улыбка не позволила осуществить задуманное. — Нет. — И поэтому надо было кидаться в меня «Вискасом», да? — насмешливо поинтересовался Уолкер, усаживаясь в кресло напротив Канды, который снова оккупировал диван. — Заткнись, Недомерок, — недовольно бросил Юу, даже не посмотрев на собеседника. — Ладно-ладно, молчу, — на удивление быстро согласился Аллен, приподняв руки на уровень лица в примирительном жесте. И продолжил, так и не дождавшись ответа. — Скоро должен вернуться Лави. Ему всего полчаса работать осталось. — И что? — Да ничего особенного, просто хотел обсудить с тобой кое-что. — Обсуждай. — Ты помнишь план здания, в котором держат Алму? Как и ожидал Уолкер, Канда резко обернулся к нему, обращая все свое внимание на напарника. Но была в его движении и какая-то настороженность. Он едва заметно нахмурился, глядя словно бы сквозь собеседника, поднявшего такую важную тему в подобном, по мнению Юу, неподходящем месте. Но, решив, что мальчишка бы промолчал, если бы не был уверен в том, что никаких лишних ушей здесь нет, немного расслабился. — А должен? — вопросом на вопрос ответил парень, откидываясь на спинку дивана. — Я так и думал, — беззлобно усмехнулся Аллен, зеркально повторив движение собеседника. — Нет, не должен. В общем, его держат на предпоследнем этаже в третьей комнате справа. — На предпоследнем этаже чего? — Как чего? — удивлено приподнял брови Уолкер, глядя на напарника, как на душевнобольного. — «Ковчега», конечно же. Увидев выражение глаз Канды, которыми тот на него смотрел, Аллен не выдержал и рассмеялся. За что, собственно, и получил подзатыльник. Отнюдь не ласковый, к слову, а самый натуральный подзатыльник, от которого голову неестественно тряхнуло. — Больно же! — мгновенно отреагировал мальчишка, просто не в силах унять приступ нездорового смеха. — Будь моя воля — я бы тебя вообще убил, — прошипел Юу, повторяя удар и отходя к окну, нервно скрестив руки на груди. Он разозлился неожиданно даже для самого себя. Столько времени — целых три года — Алма находился буквально у него под носом. Какое-то странное чувство кольнуло внутри, заставив поморщиться от почти физически ощутимого отвращения к самому себе. А ведь смел еще называть себя другом. Канда беззвучно усмехнулся. Невидящий взгляд смотрел на падающий за окном снег. Уолкер замолчал, сумев-таки взять себя в руки и успокоиться. Он ведь, и правда, не знал, что Юу был не в курсе места содержания Кармы. На краткий миг ему даже стало стыдно, захотелось подойти к Юу и просто встать рядом, чтобы тот почувствовал, что он не один. Но нет. Аллен прекрасно видел, что сейчас лучше просто сидеть молча. Поза Канды слишком закрытая — значит, он сейчас не хочет ничего слышать. Но при этом спокойно стоит спиной к напарнику — доверяет. Уолкер выдохнул неслышно, так, чтобы только чуть всколыхнулся воздух. — Почему ты не сказал раньше? — ровным холодным голосом поинтересовался Юу, даже не обернувшись. — Потому что тогда ты бы сразу, как последний идиот, очертя голову, бросился его спасать, — спокойно объяснил Аллен и наконец получил в свою сторону уничтожающий взгляд. Его можно было различить даже в темноте, несмотря на то, что лицо напарника было полностью скрыто тенью. Уолкер просто физически чувствовал это давление, которое разве что только не трещало в воздухе электрическими разрядами. — Считаешь меня слабаком? — Ото льда в голосе Канды, казалось, даже стены начали покрываться инеем. — Канда, послушай, — как можно осторожнее начал Аллен, чувствуя, что, если сейчас разозлит Юу окончательно, даже на доверие рассчитывать будет верхом глупости, — я знаю, что ты мне сейчас хочешь сказать, и даже в каких выражениях это прозвучит, но все же давай я тебе для начала кое-что объясню? Мысленно мальчишка воззвал к высшим силам, чтобы они не дали его напарнику сорваться на банальный скандал со всеми вытекающими. Ответа, однако, не последовало, поэтому Уолкер расценил тишину, как согласие выслушать. Набрав в легкие побольше воздуха, он принялся объяснять. — Дело в том, что Алма находится не там, где ты мог подумать. Сам прикинь — предпоследний этаж «Ковчега» почти полностью занят кабинетами, один из которых — кабинет Тики. Самый верхний этаж используется как пентхаус для того, чтобы наш любимый начальник, не отходя от кассы, мог отдохнуть прямо на рабочем месте. Иными словами, Микк живет на работе. Но Алму на том этаже держать просто негде. Да и дверей с деревянной облицовкой там нет, я проверял. — Получается, твой Джерри нам наврал? — уже более спокойно уточнил Канда, переключая свою злость с Аллена на повара, который с самого начала показался слишком подозрительным. — Нет, не получается, — покачал головой Уолкер, подаваясь чуть вперед и упираясь локтями в колени. — Просто он не мог напрямую сказать нам о том, где держат Алму. Слишком много лишних ушей могли это услышать. Я долго думал над тем, почему он назвал именно предпоследний этаж. А потом додумался перевернуть те чертежи, что он нам тогда дал. — И что? — изогнул бровь Юу. — Выходит, что его держат на втором этаже, я так понимаю? — Нет. Здание имеет огромный подвал, который уходит под землю почти на семь этажей. Но вся соль даже не в этом. — Не тяни резину. — Там лабиринт, — произнес Аллен и посмотрел на напарника. — План не точный, я в этом уверен. Так что нам придется самим искать ту самую «третью дверь справа». — Звучит обнадеживающе, — насмешливо фыркнул Канда, вновь отвернувшись к окну. Ненадолго повисло молчание. Каждый из двоих думал о чем-то своем, мысленно что-то просчитывая и прикидывая. И тут Юу словно обухом по голове ударило. — Мелкий, — позвал он, оборачиваясь к собеседнику. — А куда делись камеры из моего дома? — А они куда-то делись? — наигранно удивился Аллен, но голос предательски дрогнул на первой же ноте. — Не смей мне врать, — едва ли не по слогам прошипел парень, поворачиваясь к напарнику всем корпусом. — Не задавай мне вопросов, на которые я не хочу отвечать, — и я не буду врать тебе, — резонно заметил Уолкер, стараясь удержаться от великого соблазна отвести взгляд. Смотреть в глаза тому, кто тебе доверяет, зная, что ты ему врешь, — не самое приятное ощущение. А совесть у мальчишки, как ни странно, все еще была. — Что он попросил взамен? — не отставал Юу, все же пока не собираясь подходить к креслу, на котором сидел мальчишка. — Канда, черт, какая разница? — раздосадовано цыкнул тот, все же отвернувшись. — Еще скажи, что это не мое дело, — зло оскалился парень, потребовав сухо. — Посмотри на меня. Повисла тишина. Пауза явно затягивалась, и Аллен прекрасно знал, что соврать уже не получится. И самое странное, от этого было как-то легче, потому что он уже настолько устал от постоянной лжи, что тошнило от собственного отражения в зеркале. Словно каждый раз, глядя на него, видишь что-то настолько грязное, что хочется уйти подальше и больше никогда не иметь с этим ничего общего. Порой Уолкеру хотелось перебить к чертовой матери все зеркала, которые так услужливо подставлялись под его незначительную персону, но он сдерживался, потому что знал, что ничего от этого не изменится. Как был он поганым вруном и лицемером, так им и останется до конца своей жизни. И от этого знания легче отнюдь не становилось. — Ты спал с ним? — задал еще один вопрос Юу, так и не дождавшись ответа на предыдущие. Седая макушка дернулась как от удара, и Канда отчетливо увидел удивленный взгляд серых глаз, направленный точно на него. Но ответа в очередной раз не последовало. Однако парню он был уже не нужен. Глубоко вздохнув, он почувствовал, что злость постепенно отпускает. — И только посмей, — отрезал Юу, строго посмотрев на мальчишку напротив. — Эй, я не твоя собственность, — насмешливо фыркнул тот, медленно успокаиваясь. Кажется, его поняли даже без слов и умудрились сделать это правильно. Канда не отреагировал на подобное заявление. Судя по всему, оспаривать его он пока не собирался. Да и подтверждать, собственно, тоже не спешил. Это начинало походить на какую-то странную игру с явными мазохистскими уклонами. Правил в ней было удивительно мало, но и их соблюдать было до невозможного трудно. Захочешь подойти ближе — будет больно. Захочешь уйти — еще больнее. И решение зависело только от Аллена. Он был игроком, а Юу — призом в игре. По крайней мере, так это выглядело со стороны. Канда словно ставил ему условия: хочешь — дерзай, не хочешь — никто не держит. Уолкер фыркнул про себя. Вот уж действительно — никто не держит. Кроме собственной привязанности, пожалуй. А это посильнее каких-то там обещаний или крепкого захвата, в котором мальчишке приходилось оказываться не единожды. Но так просто сдаваться он не собирался. Все же шулеры привыкли обходить стороной установленные правила и срывать банк на финальном аккорде. — Так как ты предлагаешь нам вытаскивать Алму? — вернулся к старой теме разговора Канда, решив оставить вопрос о камерах на потом. — Для начала придется облазить лабиринт и найти нужную комнату, — отозвался Аллен, уголками губ благодарно улыбнувшись Юу. — И делать это придется мне. — Почему? — тут же насторожился парень, нахмурившись. — Потому что только я смогу найти эту чертову дверь, — Уолкер достал из кармана линзу и демонстративно уложил ее на кончик пальца, приподняв ладонь на уровень лица. — В ней заложена специальная программа распознавания… — Линзу твою может надеть любой идиот, — перебил его Канда. — И тогда она будет просто цветной линзой, — насмешливо произнес Аллен, вновь убирая свое изобретение в карман. — Она реагирует только на мой голос, — пояснил он, вновь откинувшись на спинку кресла. Юу только коротко фыркнул, явно недовольный подобным раскладом. В конце концов, не хотелось, чтобы с Уолкером что-то случилось. Не хватало потом еще спасать его задницу и подставлять за него свою. Ведь Тики, наверняка, догадался, что в их отношениях с мальчишкой не все чисто. Убрав челку с глаз, Канда посмотрел на часы на запястье. И тут же, как по команде, в замочной скважине зашевелился ключ, и дверь открылась. — С Рождеством, Лави, — тут же улыбнулся Аллен, оборачиваясь к входу в квартиру. Пришедший с работы бармен испуганно подпрыгнул и выронил ключ, который хотел положить в карман. Но потом, сообразив, кому принадлежал голос, облегченно вздохнул. — Аллен, не пугай меня так больше, ладно? — попросил он и улыбнулся в ответ, захлопывая дверь. — И вас с Рождеством, ребята, — добавил он, заметив у окна знакомый силуэт. — Не включай свет! — быстро попросил Уолкер, заметив движение ладони друга в сторону выключателя. — Я вообще-то ключ уронил, — объяснил хозяин квартиры и тут же опешил. — Кстати, а как вы попали в квартиру? — Не думал, что ты так сильно удивишься, Лави, — усмехнулся Аллен, подходя к другу и пытаясь рассмотреть в темноте пропажу. — Я шулер, а мы и не такое умеем. — Хех, ну да, как-то я об этом подзабыл, — отозвался парень, слепо шаря рукой по полу. Уолкер, к слову, занимался тем же самым, не желая использовать линзу. Само собой, раньше, чем они нашли ключ, произошло неизбежное — их ладони столкнулись. В этот момент Канда, явно не особо обрадовавшись подобному, вышел в коридор и поднял потерянный предмет, раздраженно положив его на полочку с негромким хлопком. — Спасибо, Юу, ты такой добрый, — тут же улыбнулся Лави, судя по всему, немного выпивший на работе в честь праздника. — Пристрелю, — огрызнулся парень в ответ. — Очень добрый, — усмехнулся Аллен, выпрямляясь и стягивая с плеч полотенце, направился в ванную, чтобы повесить его сушиться. — Обоих пристрелю, — прежним тоном отозвался Юу, даже не повернувшись, словно умиротворяющая картина падающего на улице снега интересовала его намного больше. Когда Уолкер вернулся в гостиную, где на диване уже успел расположиться хозяин квартиры, он заметил, что Канда, в принципе, корпусом повернут к ним, и только его голова обращена к окну. Это лишь подтвердило догадку мальчишки, родившуюся ранее: ему Юу доверяет, а вот Лави, судя по всему, не очень. — Слушай, Лави, мне помощь твоя нужна, — начал Аллен, падая в почти что родное кресло. — Что-то случилось? — настороженно и вместе с тем немного лениво отозвался парень, повернув голову в сторону говорившего. — Много чего случилось, но я промолчу ради твоей же безопасности, — уклончиво ответил Уолкер, и, когда Лави хотел уже что-то возразить, в разговор неожиданно вмешался Юу. — Меньше знаешь — крепче спишь, — отрезал он, и ни у кого не возникло желания с ним спорить. — Ладно, понял, мне ничего не объяснят. — Прости, Лави. — Ладно, не страшно. Что ты хотел-то? — Мне нужен Кролик из Зазеркалья. Желательно, прямо сейчас. Лави подскочил как ошпаренный, едва не упав с дивана. Единственный глаз воззрился на Аллена с таким непередаваемым ураганом эмоций, что все их распознать было невозможно. Уолкер тихо усмехнулся, закинув ногу на ногу. — Не надо так на меня смотреть — я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, — сказал он тоном, не предвещавшим ничего хорошего. Канда в стороне лишь ухмыльнулся краешком рта. Он сам попался на это в свое время, так что теперь даже не удивлялся происходящему. — Зачем он тебе? — сипло спросил Лави, откашлявшись и повторив тот же вопрос уже более спокойным голосом. — Мне нужна информация, — коротко ответил Аллен, судя по всему, не желая вдаваться в подробности. — И только? — с легким нажимом уточнил парень, вопросительно покосившись на Юу. — Я не собираюсь убивать его, Лави, успокойся. Я знаю, что сезон охоты еще никто не закрывал, но мне нужен Кролик. Срочно. — Но я не… — Иначе добычей станешь ты. — Ты мне угрожаешь? — не поверил своим ушам Лави, ошарашено моргнув. — Нет. Просто у Шерила на твой счет свои мысли. — Откуда ты знаешь о мыслях этой дряни, Мелкий? — Случайно подслушивал под дверью кабинета Тики. — Только не говори, что не попался. — Попался, и не один раз. Линали спасла. — Придурок. — Сам такой. Так, что скажешь, Лави? Поможешь другу? — Ну и сволочь же ты, Аллен Уолкер, — выдохнул наконец Лави, и в его голосе явно сквозило презрение. — Не удивил. Но мне все равно нужен Кролик. Скривившись от чувства собственного бессилия, парень потянулся к карману джинс, где лежал телефон. Но стоило ему набрать нужный номер, как Аллен, словно вспомнив что-то, обернулся к Канде и, задумавшись на секунду, поднялся на ноги и подошел к нему, что-то прошептав на ухо. Видимо, услышанное Юу не обрадовало, потому что он лишь отрицательно покачал головой, подозрительно прищурившись. Завязался спор, в котором почти не было слов. Пока Лави разговаривал по телефону, двое его «гостей» объяснялись жестами и едва ли не на пальцах показывали, где видели друг друга с их бредовыми предложениями. В конце концов, Канде надоело происходящее, и он, резко развернувшись, направился к выходу. Обреченно вздохнув, Аллен покачал головой и после секундной заминки бесшумно скользнул в коридор следом за Юу. Послышалась возня и глухой звук удара. После этого открылась и закрылась дверь, щелкнув замком. Уолкер вернулся в гостиную, устало опустившись в кресло и коснувшись виска кончиками пальцев. Лави повесил трубку. — И что это сейчас было? — без особого интереса спросил он, глядя на шантажиста напротив. — Ничего особенного, не обращай внимания, — отмахнулся от собеседника, как от назойливой мухи, Аллен, прикрывая глаза. — Так что там с Кроликом? — Он скоро будет. — Отлично, — кивнул Уолкер, откидываясь на спинку кресла. — Слушай, Лави, я, в самом деле, не хотел, чтобы так вышло, но мне срочно нужна его помощь. — Хорошо же ты просишь о помощи, — фыркнул парень, облокачиваясь на собственные колени. — Я вообще ненавижу о ней просить и, как видишь, не умею. — Да уж, вижу. — Не злись. С Диком мы давно знакомы, так что ничего страшного не произойдет. И я никому ничего не скажу. — А откуда ты его знаешь? Он ничего про тебя не говорил. — Я слил ему всю информацию о себе и своей семье, чтобы он ее спрятал куда подальше и никогда не вытаскивал больше. — Тогда понятно, почему Тики не смог ничего про тебя найти. — От него и прятал. — Зачем? — Ну, знаешь, у каждого на все есть свои причины. — Ты знал, что попадешь в «Ковчег»? — Я знал, что свяжусь с Тики. — А Шерил? Что ты решил с ним? — Он не знает о Дике. О нем вообще только мы с тобой знаем. Так что Шерил ничего не найдет. — Может, бросишь им утку? — Ты волнуешься за меня? — Странный вопрос. — Просто еще совсем недавно ты хотел убить меня за шантаж. — Если бы ты сразу сказал, откуда знаешь брата… — Я не мог сказать этого при Канде. — Ты не доверяешь ему? — Я доверяю только ему. — Тогда почему? — Не хочу, чтобы он все понял неправильно. — Что же ты такое от него скрываешь? — Спроси у брата на досуге — думаю, он тебе расскажет как-нибудь. — Я могу рассказать и сейчас. Оба собеседника обернулись на голос, неожиданно раздавшийся от порога. Лави вздрогнул от неожиданности третий раз за ночь. Аллен же лишь облегченно вздохнул, когда увидел вошедшего. — С Рождеством, Дик, — улыбнулся он, когда Кролик прошел в гостиную. — Да пошел ты, Джокер, — фыркнул тот, падая на диван подле брата. — Спасибо, я учту твое пожелание, — съязвил в ответ Уолкер, положив руки на подлокотники кресла. Братья были похожи друг на друга как две капли воды — даже прически идеально одинаковые. Если бы их еще и одинаково одеть, то отличить было бы просто невозможно. Аллен подавил тихий смешок. Действительно, как отражение. Только не то, что в зеркале — перевернутое, — а какое-то другое, неправильное. Как из Зазеркалья, где все не так, как надо, непривычно, искаженно, неправильно. — Тебе, кстати, придется снова сунуться Туда-откуда-не-возвращаются, если тебе нужно то, о чем я думаю, — ядовито усмехнулся Дик, пристально глядя на мальчишку напротив. Тот скривился. Нет, ну только не это. Столько лет ему понадобилось на то, чтобы забыть то проклятое место, так теперь снова появилась причина вернуться туда. На краткий миг проскользнуло даже такое чувство, что это место какое-то живое или даже разумное. Словно оно само не отпускает тех, кто хотя бы раз побывал там. — Ты знаешь, что мне нужно? — иронично изогнул бровь Уолкер, профессионально скрыв все свои эмоции от наблюдательного информатора. — Я так понимаю, тебе нужно достать до Падшего, — спокойно отозвался Кролик, даже не спрашивая, а утверждая. — Ты действительно знаешь все? — с нехорошей улыбкой поинтересовался Аллен. — Не все, но многое, — уклончиво ответил Дик, игнорируя непонимающий и чуточку растерянный взгляд брата со стороны. — Эй, вы о чем? — все-таки не сдержался Лави, прерывая диалог двух старых знакомых. — О нашей городской тюрьме, — первым ответил Уолкер. — Он сидел там пару лет, — не преминул объяснить подробнее Кролик, — а потом неизвестным истории способом выбрался оттуда целым и почти невредимым. Я давно хотел выспросить у него, как это ему удалось, да только это такой шпион, что из него даже Рувелье не смог ничего вытянуть. — Тебе не нужно об этом знать, — усмехнулся Аллен, склонив голову набок. — А теперь расскажи мне немного о Шериле, «Ковчеге» и подвале. — Они никак не связаны, — отмахнулся от вопроса Дик. — Ты копаешь не в ту сторону. Тебе нужно подбираться к Тики, а не к его брату. Камелот, конечно, умнее и осмотрительнее, но и брат у него не дурак, хоть и пытается им казаться. — Что я упустил? — мгновенно насторожился Уолкер, нахмурившись. — Ваше с Лотосом задание. — Витфулд? Так Канда же его убил. — Не столько он сам, сколько его сын с любовником должны тебя волновать. — Имена скажешь? — Дениел Витфулд и Рик Стаккерс. — Мне нужны их фотографии, — произнес Аллен, словно впав в некое подобие транса. Услышав знакомое имя, он почему-то был уверен, что знает, о ком идет речь. — Не нужны они тебе — ты знаком с ними лично, — усмехнулся Дик, словно прочитав его мысли. — Кто? — Один — бармен в гей-клубе, а второй — твой старый знакомый. Вы с ним вместе играли в песочнице, грубо говоря. — Вот черт. Рассказывай все, что знаешь о нашем задании. — Вас туда послали не за договором. — Догадался. Дальше. — Тики хотел, чтобы вас убрали. Обоих. Но он обставил все так, чтобы сделать это не своими руками. — И я почти сам все сделал за него. — Именно. Если бы ты не ушел от Канды… — Хватит — слышать не желаю о том дне. — Я так и думал, — усмехнулся Дик, облокачиваясь на подлокотник и полуложась на диване. — Что ж, продолжим. Ты забрал у Витфулда оригинал договора, который тот все же хотел аннулировать, чтобы получить обратно дело всей своей жизни. Для этого нужно было убрать тебя и Лотоса как лишних свидетелей. Убить тебя должен был Рик, и я понятия не имею, почему он этого не сделал. Не скажу, кстати, что я рад этому. — Да, я всегда знал, что ты меня любишь, — криво усмехнулся Аллен, не сводя внимательного взгляда с собеседника. — Да я и не скрывал. Собственно, все, что я могу тебе еще сказать, — заметать следы нужно хорошенько, а не так, как вы. — То есть ты предлагаешь мне убить Рика и Дена? — Я говорю на другом языке? Не замечал, прости. Мне повторить? — Нет, я понял, не язви. — Уговорил — не буду в честь праздника. — Еще вопрос. Как они узнали, что я пойду именно в тот клуб, где работает Рик? — Не думаю, что они знали. Ты же и сам забрел туда случайно. Просто так совпали обстоятельства. И тогда они совпали не в твою пользу. — Ясно. — Что-нибудь еще? — Нет, это все. Спасибо тебе. — Сколько еще осталось? — Три вызова. — Прямо как три желания для Джина, а, Джокер? — усмехнулся Дик, подмигнув собеседнику. — Да пошел ты, Кролик, — фыркнул Уолкер в ответ, возвращая, тем самым, парню его же слова. — Да, пожалуй, я пошел, — как ни в чем не бывало, улыбнулся тот, поднимаясь на ноги и направляясь к выходу. — С Рождеством, братишка. — И тебя тоже, — немного растеряно отозвался Лави, провожая взглядом удаляющуюся фигуру родственника. — Аллен, что это было? — обратился он уже к оставшемуся на месте мальчишке, задумчиво теребившему прядь собственных волос. — Была жопа, Лави, а будет пиздец, — высказался тот, резко вскакивая с кресла и направляясь в ванную за своей рубашкой. — Я не знал о тебе и половины! — возмутился парень, направляясь за другом. — Теперь ты эту половину узнал — тебе легче? — непривычно грубо бросил Аллен, поспешно одеваясь. — Черт возьми, Аллен, мы же друзья! — возмутился Лави, но тут же замолчал под ледяным взглядом серых глаз. — У меня нет друзей. Наскоро заправив рубашку в брюки, мальчишка вернулся в гостиную, чтобы захватить свои вещи, и вышел в прихожую, обуваясь. Лави больше не говорил ничего: не пытался дознаться до правды, не старался разговорить своего гостя. Просто молча стоял и смотрел, как тот зашнуровывает зимние кроссовки и небрежно набрасывает куртку на плечи, выходя за дверь, даже не попрощавшись. — Я все равно буду считать тебя своим другом! — крикнул вслед Уолкеру Лави, проводив взглядом хрупкую фигурку до поворота. Аллен сделал вид, что не услышал этих слов, брошенных ему в спину. Просто продолжал идти вперед, не замечая даже декабрьского холода, который полновластно расположился мурашками на светлой коже. Куртка не была одета в рукава, поэтому замерз мальчишка очень быстро, но игнорировал это. «Прости, Лави, но так будет лучше для тебя», — решил он, сворачивая за угол и направляясь домой.