Ничего не было

      Он знал, что будет трудно, но не думал, что настолько.       Ему говорили, что его напарником будет девушка, но никто не упомянул, что это будет чертова Грейнджер! Судя по ее лицу и неумело скрываемым эмоциям, она тоже от этого не в восторге. Но несмотря на это, они, кажется, договорились о перемирии, хотя бы в рабочие часы, так что первый рабочий день прошёл… терпимо. Что для них, по старым меркам, почти успех.       В тот же вечер, уже лежа в постели перед сном он размышлял, что в принципе кандидатура Грейнджер не так уж и ужасна. Она умна… Чёртова умница, если по правде. И, надо признать, привлекательна. Не так раздражает, как в школе. Тогда он задирал её, скорее, чтобы позлить Поттера — а она просто попадала под горячую руку. А ее кровь и происхождение… война показала, что это оказалось куда менее важным, чем ему внушали, ведь «грязнокровки», как их раньше называл Драко, сражались не хуже, а порой и лучше, чем те, кого считали чистыми. Чистыми, но насквозь прогнившими.       Он сам был одним из них. Не добровольно — но достаточно сознательно. Под конец войны он уже знал, что сражается не за ту сторону. Но было поздно. Он боялся.       Теперь он старался искупить все свои грехи. Работал с самого низа. Без фамильных связей. Без отца. Без подачек. Сначала — клерк. Потом — ступень за ступенью. И вот, когда ему предложили перейти в один из самых престижных департаментов Министерства, он согласился мгновенно. Без колебаний. И в том, что его поставили в пару с ней — был, возможно, свой извращённый смысл. Карма, если угодно. Или просто чья-то злая ирония.       Он смотрел на то, как работает Грейнджер и с неохотой восторгался. Безупречно организована и уверена. Голос — чёткий, без тени сомнения. Офицеры слушают её, как командира. И когда один из них проигнорировал его, а она вступилась — Драко удивился. По-настоящему. Интересно, если позже он подойдет к этому офицеру без нее и отдаст ему приказ, он сразу плюнет ему в лицо или подождет пока тот отвернется?       На следующий день, когда он вошел в кабинет и увидел Гермиону в лифчике он опешил и немного возбудился… Ведь он помнил эту спину, эти родинки… которые иногда снились ему по ночам… Flashback       Раньше было проще… в школе. Тогда всё казалось упрощённым до карикатуры. Свет, тьма. Они, мы. И он — всегда в стороне. Даже когда притворялся, что главенствует. После войны Хогвартс стал временным убежищем. Пустой, полуперестроенный, он казался почти чужим. И всё же безопасным.       Он сидел в заброшенном кабинете зельеварения и читал. Или делал вид, что читал. Ему нравилось это место. Во-первых, тут не было Снейпа — не в запахах, не в тени, по сравнению с действующим классом, где все напоминало об умершем крестном, во-вторых, тут его никто не донимал.       Не то чтобы в школе его всерьёз гнобили за былые прегрешения — в основном косились младшекурсники. Более старшие школьники просто не обращали на него внимания. Они либо избегали его, либо делали вид, что он просто не существует. Драко устраивал и тот, и другой вариант: либо его игнорировали, либо не хотели снова затевать вражду, напоминающую всем о войне. Поэтому в целом он чувствовал себя здесь достаточно спокойно.       Единственными раздражающими факторами были отказы от будущих высших учебных заведений, по всем известной причине, и… Грейнджер. Она была одной из немногих, кто вернулся в школу после войны. Как позже узнал Драко, она преследовала две цели: помочь восстановить школу и закончить образование. Но в отличии от остальных старшекурсников, которые не обращали на парня никакого внимания, она смотрела… Он ловил на себе ее частые — не враждебные — взгляды и не понимал, что они значат. И однажды он не выдержал и сам заговорил с ней.       В тот раз они были в бибилиотеке и она даже не смотрела на него. Она читала, не поднимая глаз. Но, когда он увидел, как она облизывает свой пальчик и переворачивает страницу, в нем что-то взорвалось. — Следишь за мной, Грейнджер? — зло бросил он, усаживаясь напротив. Она вздрогнула. — Малфой? Что ты тут делаешь? Что тебе от меня надо? — Ты следишь за мной? — Серьёзно? Это ты ко мне подсел. — Тогда почему постоянно на меня пялишься? — девушка широко раскрыла глаза от удивления. — Думала, я не замечу? — Поверь мне, Малфой, — девушка зло закрыла книгу, и начала собирать свои вещи со стола, — я это делаю не по своей воле!       Она уже собиралась уходить, когда он схватил её за руку. — Что это значит? Тебя поставили за мной следить? — Отвали! — Она вырвалась и ушла, даже не обернувшись.       С тех пор она на него не смотрела. Вообще. Ни одного взгляда. И Малфой снова начал раздражаться. Он привык быть в центрее ее внимания, ведь раньше, когда он вставал — она смотрела, он попровалял волосы — она смотрела, он смеялся — она смотрела, отвечал на уроке — снова смотрела. А теперь ни одного чертого взгляда. Ни случайного, ни мимолётного. В столовой — она сидела к нему спиной. В классе — смотрела сквозь него, будто он прозрачный. Если раньше он прятался от её внимания, то теперь — от его отсутствия.       Через несколько недель игнорирования Малфой, казалось, сошел с ума, и, когда профессор Слизнорт объявил о работе в паре, он подсел к ней, прежде, чем это сделал кто-то другой. Гермиона не посмотрела в его сторону, но напряглась, как только он подошел сзади. Она догадалась? — Чего тебе нужно, Малфой? — Это курсовая работа, — проговорил парень. — Хочу сдать ее на отлично, при этом не хочу работать один. Как бы противно мне не было, ты отлично подходишь на роль моего партнера. — Гермиона, — подбежала к ним девочка-Уизли, — тебе нужна помощь? Хочешь быть со мной в паре? — Гермиона замерла. Да, в этом году она обычно работала с младшей Уизли, но на ее лице появилось сомнение. И Малфой был на 100% уверен, что проиграл бы битву за место работать с Грейнджер, если бы не Слизнорт. — Мисс Уизли, прошу, займите свое место. Присаживайтесь рядом с мистером Ноттом. Мисс Грейнджер уже занята, — рыжая девчонка, недовольно поджав губы, ушла, и они остались вдвоем, слушая детали задания. — Ну, Малфой, раз захотел работать со мной, знай, — начала Грейнджер, как только они вышли из класса, — работать придется много! Я ничего не делаю меньше, чем на 100%! И если своих друзей я прикрывала, делая работу за них, то тебя прикрывать не собираюсь! — И не придется, — пожал он плечами. —Я тоже не делаю меньше, чем на 100%. — Отлично, — зло проговорила Гермиона, оглядываясь. На них все пялились. — Тогда встречаемся сегодня в шесть в бибилиотеке! — выпалила она, и развернувшись на 180 градусов, удалилась, задев его волосами.       Весь оставшийся день Малфой думал о двух вещах. Первая: Зачем, чёрт возьми, он подсел к ней? Вторая: Чем пахли ее волосы, и нравился ли ему этот запах? Ответ на второй вопрос он выяснил тем же вечером. Ее волосы пахли яблоком, при чем не тот химический запах, который производители шампуней любили добавлять в свои изделия, а настоящим — терпким, хрустящим, зелёным яблоком. Не шампунь, а сад. И да… Драко нравился этот запах.       В тот вечер они надолго в библиотеке не задержались. К удивлению Малфоя они быстро выбрали тему — «Магические отвары и зелья для восстановления памяти» и договорились, что всю следующую неделю будут изучать литературу по этой теме, а потом встретятся снова для определения дальнейшего плана. На самом деле Малфою было все равно, на какую тему писать работу, но Грейнджер так настаивала на этой теме, что она скорее бросила бы в себя аваду, чем согласилась на что-то другое, и парень сделала себе мысленную пометку, спросить, зачем ей это. End Flashback       Как же Драко было стыдно, когда Гермиона вышла из кабинета с прозрачными стенами, где только что что-то обсуждала с темноволосой смуглой девушкой. Естественно, она тут же заметила его, и он, как идиот, притворился, что разговаривал с какой-то женщиной, которую он заметил секунду назад. Ну, конечно, он следил за ней. Она так забеспокоилась, когда открыла письмо, и с такой скоростью выбежала из кабинета, что Драко подумал, кто-то умер. — Не злись, Грейнджер, — невозмутимо сказал парень, когда они зашли в кабинет. — Я подумал, это по нашему делу. — Если бы это было по нашему делу, я бы тебе сказала! — Как в первый день? Когда наехала на меня за то, что я остался сидеть, а ты уже шла к выходу?       Грейнджер встала у окна спиной к Драко. По ее плечам было понятно, что она злится. За месяцы их дружбы общения в Хогвартсе на последнем курсе, он научился читать её по языку телу. Он знал, когда она злится, когда расстроена, когда довольна. И когда ей приятно… В такие моменты она чуть склоняла голову влево, прикрывала глаза и издавала тихий стон… Драко помотал головой. Не сейчас. Это всё было в прошлом. И этот жест — если его вообще можно было назвать жестом — он больше никогда не увидит. — Извини. Больше этого не повторится, — вдруг сказала она, от чего он немного вздрогнул. — Я всегда буду оповещать тебя, если это по нашему делу, — Драко опешил. Он не думал, что она извинится. Он точно знал, что, когда она выбежала из кабинета, это не было по их делу, но не мог же он сказать прямо, что просто волновался за неё. — Тогда почему ты злишься? — С чего ты взял, что я злюсь? — она повернулась к нему лицом и посмотрела в глаза. По телу пробежались мурашки, но она быстро это прекратила, отведя взгляд к своему стулу, резко отодвинув его. — Ну, я успел изучить язык твоего тела, когда мы… — Малфой, не надо! — строго сказала она. — Ничего не было. Я прекрасно помню весь последний курс, и нашу работу. Между нами ничего не было. Ты прекрасно дал понять, что, как и почему, — странно выделила она последнее слово. — И почему же? — тихо спросил он. Ему правда хотелось знать. Последний раз они виделись на выпускном, и он был так напуган перспективой взрослой жизни, что напился до потери памяти. Более того его раздражал Уизли, который приехал на выпускной, поздравить девушку. Он ревновал. Он настолько сильно напился, что практически ничего не помнил о том дне. Единственное, что он знал, это то, что они поругались, и он был уверен, что по его вине. Но, что он сказал, он не помнил, и это его съедало на протяжении шести лет. — Прекрати, Малфой! Ты тогда мне все ясно дал понять, и я не хочу более возвращаться к этому разговору. Не хочу, чтобы ты вспоминал, тем более вслух, а тем более при мне, то, как мы работали над нашей курсовой. Это были чисто деловые отношения и не более, — протороторила Грейнджер, даже не поднимая на него взгляд. Она читала какую-то бумагу, которую принесла с собой из того кабинета, куда убежала. Теперь она была грустной, и Малфой гадал, из-за него или из-за этого документа.