Игры молодых монархов

Выйдя из клуба, Егор, в голове которого всё кружилось и вертелось, остановился у входа и начал шарить по карманам. Позади ярко вспыхивали неоновые буквы вывески клуба, а из-за закрытой двери доносились отголоски музыки. Время было уже позднее или точнее сказать ранее, а людей в клубе ни на йоту не убавилось, даже наоборот, казалось, что под утро желающих потусить только стало больше. И где же этот мобильник когда он так нужен? Спустя мгновение девайс был найден. Выудив телефон из заднего кармана брюк, Егор провел пальцем по экрану и тут же зажмурился от яркого света. Пробежался расфокусированным взглядом по иконкам и, найдя нужную, ткнул в нее пальцем. Нужно было вызвать такси и как можно быстрее. Непривычный к большим дозам алкоголя, парень чувствовал себя паршиво. Всплеск адреналина, вызванный жарким «спаррингом» в туалете со злейшим соперником, улегся, а на смену ему пришло состояние опустошения и какой-то совершенно непонятной Егору тоски. Какого хрена он творит? Трахнул мальчишку, как будто не понимал, что тот сохнет совсем не по нему. «Идиот ты, Егор, идиот!!! Нужно было просто поговорить, а не сразу тянуть в туалет. Нашел место и время, герой-любовник! Ладно, Андрей повёлся, что с мелкого взять… Но ты-то… Вполне мог притормозить, отправить мальчишку домой проспаться, а себе найти не такого уязвимого партнера. Повзрослее и… за которого не нужно будет так переживать?» Бляяя… Чёеерт… Вот не надо, а?! Вот можно только не это!!! Только этого ему, Егору, не хватало!!! Но из песни слов не выкинешь. Придется признать, что каким-то непонятным образом этот злючка и задира Андрей стал Лукьянову-младшему небезразличен. Нет, речь шла отнюдь не о влюбленности или увлечении, слава всем богам. Но чувство привязанности — тоже та ещё засада. Мальчишка такой открытый, и при всей своей напускной браваде, абсолютно беззащитный. Но беззащитность Андрея была не физической, нет, тут он как раз кому угодно даст отпор. Речь о внутренней ранимости, а с ней воевать намного сложнее. Ведь заметно же было, как ему не хватает внимания, заботы, а самое главное — любви. Любви от человека, которому было абсолютно наплевать на чувства Андрея. И это злило. Ощущение вины накрыло ещё больше. На пьяную голову Егор совсем бы укатился в самобичевание, но к счастью, за «принцем» приехала «карета». — Егор! — негромкий голос просочился сквозь туман в голове. Егор встрепенулся и попытался сообразить, кто его зовет. — Егор, поехали домой. Тебе уже хватит, так ведь? Ну, конечно! Перед Егором стоял не кто иной, как Станислав, вертя в руке ключи от черного «мерседеса» Лукьянова-старшего. А как иначе? «Король-отец» ещё не забыл, что такое — дискотеки в двадцать лет, и каким оттуда выходишь, а точнее выползаешь под утро. Рисковать сыном Всеволод Лукьянов не мог. — О! — пьяно обрадовался Егор, пряча телефон. — Станислааав! Как ты… ик… вовремя! Поехали домой, — и бодро рванул вперед, навстречу, но тут же покачнулся и ойкнул. Н-да, земной шар вращался как-то слишком быстро! — Эх ты, гулёна! — Станислав засмеялся, подхватил Егора за плечи, и бережно поддерживая, повёл к машине, припаркованной невдалеке. Довел, открыл заднюю дверь и «заземлил» туда что-то благодарно мычащего Лукьянова-младшего, благоразумно рассудив, что, может, тот во время дороги спокойно уснёт. Егор не возражал. На заднем сиденье — так на заднем. Сел, с блаженным вздохом откинулся на прохладный кожаный подголовник кресла и закрыл глаза. Сквозь шум в голове услышал, как хлопнула дверь. Мерс, тихо заурчав, мягко тронулся с места. Егор вытянул длинные ноги, лениво скользнул взглядом по окну… И внезапно вскрикнул: — Стой, стой! Станислав дернулся, но профессиональная привычка сработала молниеносно. Быстро сместился к обочине, остановил автомобиль и обеспокоенно обернулся к Егору. — Что случилось? Забыл что-то в клубе? — Забыл, но не что-то… — пробормотал Егор, неожиданно трезвея. Поспешно распахнул дверь авто, и высунувшись, попросил: — Слав, помоги, а? Нужно кое-кого до дома транспортировать. Станислав молча вышел из мерса и увидел мелкую скрюченную фигуру, одиноко сидящую на скамейке автобусной остановки в паре метров от клуба. — Ну, у тебя глаз-алмаз, сынок! — Станислав присвистнул. — Знакомый твой? Егор неопределенно пожал плечами: — Да, — вылез и подошел к скамье. Конечно, он не ошибся. Судьба сегодня прямо реально над ним насмехалась. Только он решил завязывать, забыть и оставить мальчишку в покое… И вот — нате вам. Андрей сидел сгорбившись, уронив голову на грудь и обняв себя руками. Казалось — спал. Егор аккуратно потряс его за плечо и коснулся руки — еле тёплая. Неудивительно. Августовские ночи в Москве уже холодные. Сколько же он тут, вот так, просидел один?! И неизвестно сколько бы сидел ещё, если бы не Егор. — Андрей… — Егор постарался говорить как можно мягче. — Ты в порядке? Давай довезу тебя до дома? Андрей поднял голову, и Лукьянов-младший увидел, что глаза у мальчишки красные. Плакал, что ли? На душе́ стало совсем паршиво. Жалость и вина захлестнули, и захотелось хоть как-то исправить то, что натворил. Как там говорится — мы в ответе за тех, кого приручили? Вот Егор и считал, что теперь он в ответе за Андрея. Ну, нельзя его оставлять одного, да ещё в таком состоянии. Неизвестно, что творилось в голове младшего. Ещё наворотит дел с горяча. В конце концов он, Егор, не сволочь, окончательно потерявшая совесть. — Не надо. Скоро автобус придёт, — тихо отозвался Андрей. Голос парня звучал опустошенно. Как будто ему уже было на всё наплевать. Он даже не удивился и не поинтересовался, откуда тут взялся Егор. Станислав, подошедший к остановке, глянул на часы и висящее тут же расписание. — Какой автобус, сейчас четыре утра! Первый не раньше пяти пойдет. Андрей ничего не ответил, только сильнее запахнул на груди тонкую джинсовую куртку, давая понять, что никуда идти не собирается, а готов просидеть тут чуть ли не до второго пришествия. Вот упрямый мальчишка! Егор и Станислав переглянулись и поняли друг друга без слов. — Так, парень, — Станислав, как старший, взял дело в свои руки. — Нечего тут сидеть. Ты подшофе, еще привяжется какая гопота. Да и холодно. Вон, синий уже весь. Давай, залезай в машину, добросим, куда нужно. И, как ни странно, аргументы подействовали безотказно. То ли сказалась интонация, с которой говорил Станислав, то ли авторитетный возраст и вид мужчины. Андрей встал и вслед за Егором, без возражений, пошёл к машине. Мельком глянул, и в отличие от Влада, совсем не впечатлился «премиум-классом» авто. Просто молча забрался на заднее сиденье. Егор, после секундной заминки, сел рядом, а не на пустующее переднее место. — Адрес какой? — обернулся Станислав с водительского места. Андрей назвал один из известных «спальных» районов Москвы и отвернулся к окну. Ехали молча. Егор смотрел перед собой, прокручивая в голове сотни вариантов, как бы извиниться перед младшим. А Андрей угрюмо молчал, продолжая смотреть в окно. Через полчаса уже были на месте. Обычный двор, многоэтажки. Темные окна все еще спящих квартир. Едва различимые силуэты детской площадки посреди двора и дремлющие, оставленные до утра своими хозяевами, машины. — Приехали, — возвестил Станислав. Глянул в зеркало заднего вида, и что-то сообразив, добавил: — Ребята, я выйду, покурю, ок? Хлопнула дверь, и Егор с Андреем остались в машине вдвоем. Андрей молчал, всё также глядел в тонированное окно, но и уходить не спешил. — Ты мог замёрзнуть и заболеть, — заботливо произнес Егор, нарушив тягостное молчание. — Ну и что, кому какое дело? — огрызнулся в своей манере Андрей, опять пытаясь казаться грубым и недоступным. — Мне есть дело, — мягко ответил Егор. — С чего это вдруг? — Я волновался, когда ты ушел. — Было бы за кого, — еле слышно проронил Андрей. Да что ж такое? Что с тобой не так? Егор на мгновение разозлился. Но только на мгновение. Он понимал, что сейчас в Андрее говорила обида. Возможно, на Егора, а возможно и, скорее всего, это было именно так — на Влада. За то, что тот так грубо повел себя. Егор и сам был зол на Влада. Он до сих пор не понимал, как можно было быть таким тугодумом. — Я, наверное, должен извиниться, — тихо произнес Егор. — Нет. Это я повел себя как мальчишка, — решительно отозвался на это Андрей. — Думал, если пересплю с кем-нибудь — отпустит, забуду. А на деле стало только хуже. — Любишь его? — не став ходить кругами, прямо спросил Егор. Андрей резко обернулся, во взгляде читалось замешательство и испуг. — Так заметно? — опустил взгляд, а потом снова устремил его в окно. — Не знаю кому как, а я понял сразу. Парни в курсе? — Егор пытался заглянуть в глаза Андрея, но тот упрямо смотрел в окно. — Не все. Только Рустам, он знает. — И как давно? — не отставал Егор. Он хотел узнать побольше подробностей, чтобы знать, как действовать дальше. Ведь план был намечен, хоть и не точен. Возможно, и Егор этого не исключал, этот план имел все шансы на провал. Но, если в его силах помочь, парень готов был сделать всё, что от него потребуется и больше. Но для этого нужно было больше деталей. — Давно. Ещё со спортшколы. Увидел как-то в коридоре и понял, что попал. А этот… Я же из кожи вон лез, чтобы понравиться. А он… До сих пор смотрит, как на пустое место. Высокомерный ублюдок… — в словах Андрея было столько обиды и горечи. Теперь стало предельно ясно, почему он так легко согласился на секс без каких -- либо обязательств — обычная месть. Вот только кому Андрей хотел отомстить? Владу — которому, по большому счету было плевать на чувства младшего, или себе? Чтобы потом убиваться из-за собственной ничтожности? — Ясно, — сказал Егор. — Я правда хочу тебе помочь. — Зачем тебе это? Егор пожал плечами, а потом ответил: — Ты мне нравишься. Было заметно как Андрей напрягся и сжался. Отвечать не спешил. Обдумывал услышанное. Взяв инициативу на себя, Лукьянов-младший придвинулся ближе. Бережно накрыл своей рукой лежащую на сиденье руку Андрея. Тот вздрогнул, но руку не отнял. Расценив это как хороший знак, Егор аккуратно взял мальчишку за подбородок, развернул голову к себе. Посмотрел серьёзно и тихо сказал: — Ты хороший парень, Андрей. Я был бы рад такому другу. Честно. А если захочешь чего-то большего… Ты знаешь, где меня найти. Встретимся в понедельник в секции, — наклонился и коснулся, дрогнувших в удивлении, губ. Поцелуй был совсем другой, не такой, как тогда, в клубе. Неторопливый, осторожный, как будто Егор спрашивал разрешения и ждал от Андрея ответ. И он его получил. Чужие губы приоткрылись, прижались плотнее, отозвались. И это было… хорошо. Правильно. — Дружба с привилегиями? — улыбнулся Андрей. Как же ему шла улыбка! Улыбался бы почаще, и глядишь, мир вокруг не казался бы таким мрачным. Егор улыбнулся в ответ: — Если захочешь. На душе́ вдруг стало легко и спокойно. Как будто он нашел что-то, что очень давно искал. Станислав вернулся сразу после того, как Андрей покинул авто. Сел на свое место и обернувшись к Егору спросил: — Все в порядке? — Да, поехали домой. Больше ни о чем не говорили. И Егор был благодарен Станиславу за понимание и за то, что не лез с расспросами, сейчас бы он точно не нашел, что ответить. Рассказать о том, что потащил мальчишку в туалет клуба дабы трахнуть и тот не отказался — так себе история. Нечем гордиться. А спроси Станислав, почему он это сделал, так Егор бы и не знал, что сказать в свое оправдание. Потому что был пьян? Да. Потому что… Да к чёрту! Божеее… Вдруг, неожиданно, Егор, сам для себя нашел оправдание своим действиям. Андрей был похож на него самого на первых шагах самостоятельного пути. В тот момент, когда Егор оказался один на один со своими проблемами в чужой стране. Рядом никого — ни отца, ни друзей. Никого, с кем можно было поговорить, кому можно было открыться. Как же тогда Егор злился! Злился на весь мир. На отца, что отослал из дома, хоть и из соображений безопасности. На Даню, что тот, в один прекрасный день прекратил всякое общение, не объяснив причин. А ведь Егор так надеялся, что они останутся лучшим друзьями навсегда. Только вдвоем. И Егор бы погряз тогда в бесконечно серых, дождливых днях, укатился бы в жуткую депрессию, и непонятно, чем бы всё закончилось, если бы в один из таких дней он не встретил Патрика. Боже, как же он скучал! Как же ему не хватало этого рыжего, зеленоглазого, такого несносного и такого родного парня. Это Патрик сделал Егора таким, каким он был сейчас. Это он показал ему, что бывает другая любовь, и что никто тебя не осудит за это. Научил любить, помог принять себя, преодолеть страх прежде, чем Егор открылся отцу, рассказав о своей ориентации. Егор откинулся на подголовник и закрыл глаза. Что случилось, то случилось. Когда Егор возвращался домой, первой мыслью было наладить отношения с Даней, а сейчас он уже не знал, нужно ли ему это? Ведь судьба повернулась совсем в другую сторону. Сам того не осознавая, Егор полез в карман, выудил мобильный и открыл инстаграм. Нашел сообщения, которые он отправлял Даниле, (а их за эту неделю стало в два раза больше) с разочарованием отметив, что они так и остались в статусе «непрочитанных». Ну что ж, так тому и быть. Раз Даня не желал больше иметь с Егором никаких дел, то и навязываться не имело никакого смысла. В конце концов они оба взрослые люди, а обиды — это для детей. В итоге, Егор не знал каким стал его лучший друг. Может он вообще покинул страну, ведь отец сказал, что давно не видел Даню. Или женился по глупости, и теперь, как примерный семьянин меняет пеленки своим детям. Вздохнув, понимая, что он окончательно потерял надежду увидеть Даню, Егор выключил мобильный и закрыл глаза. Где-то глубоко в душе опять скребли кошки - устойчивое состояние, такое же, когда Егор покидал Лондон, улетая от Патрика.