Когда победил злодей

      Ночь настала быстро, однако Соввара она во многом порадовала. Это было странно, но ночи в Бесславном мире оказались светлее, чем в настоящем. Аля объясняла это тем, что вокруг города, а там много огней, хотя работали ли эти огни, она не знала. Что за огни, Соввар не понял – костры, факелы, печи? Однако вопросов воин не задавал, он решил спрашивать только то, что нужно ему для дела.       Путешествие через лес началось неплохо: в такой светлой ночи, среди деревьев, у которых и крон-то густых не было, а значит, густой тени тоже. Однако Але поход явно давался с трудом: она нервничала, наступая на каждую ветку, спотыкалась, оглядывалась, шла довольно медленно. Соввар наблюдал за этим полчаса, а потом молча взял девушку за руку и повёл за собой, обходя препятствия. Глаза привыкли к темноте быстро, но воин полагался не только на них, он слушал, касался рукой земли и деревьев, застывал в ожидании ветра – с какой он стороны?       За весь путь Аля не говорила ни слова. Она то и дело заводила руку за спину, наверное, чтобы достать карту – Соввар помнил, что в темноте та светит не хуже, чем костёр, – но всё время останавливалась. Наверное, девушка и правда доверяла Соввару, а ещё стоило поберечь карту, если она, как оказалось, может перестать работать.       Соввар всю дорогу ожидал появления двойников, поэтому ещё в самом начале пути, пока Аля рассказывала ему, в какой стороне станция от конца бесславной речки, воин смочил перчатку и набрал воды. У его проводника оказалась с собой посудина – как раз для такой цели, молодец ведь девочка. И хотя посудина не вызвала у героя доверия, он молча использовал её. Вытянутый кувшин, прозрачный, сгибающийся почти так же легко, как тряпка, выглядел не надёжно, но зато он закрывался на крышку – сложный кружок со спиралями внутри. Из такого хотя бы ничего не прольётся. Аля забрала бутылку – так она назвала кувшин – к себе, и только тогда Соввар заметил, что на поясе у неё что-то вроде сумы или большого, выпуклого кармана. Судя по всему, в этой суме лежало что-то ещё, но воин сосредоточился на пути. На привале спросит.       Так вот, двойники. Они так и не появились. Соввар уже рассчитывал, где можно набрать ещё воды в лесу, прислушивался, надеясь услышать журчание или плеск, трогал рукой траву, проверяя, много ли росы. Но волнения героя оказались напрасными – не от кого было защищаться. В лесу стояла совершенная тишина. Это и обнадёживало, и пугало одновременно. Где все твари? Почему они так далеко убежали от деревни?       Соввар так и не смог ответить себе на этот вопрос. Через какое-то время пути лес начал редеть, всё меньше становилось непролазных кустов и оврагов, оживилась Аля, которая до этого волочилась за ним, как кукла. И наконец появилась станция – дорога вышла на просторную поляну, небо над которой рассекала чёрная тонкая полоса.       Полоса крепилась к столбам, стоящим в нескольких метрах друг от друга, и прогибалась, как верёвка. А там, где столбы, проходила блестящая дорога – железная кайма с двух сторон охватывала доски, кажется, деревянные, под которыми вперемешку лежала каменная крошка. Поодаль видно было некое возвышение – большой помост, к которому вела лестница, а к помосту примыкал крошечный домик с одним окном вместо двери.       Наверное, это и была станция.       — Пришли, — вымученно улыбнулась Аля.       Соввар после минуты размышлений опустил кучу возникших у него вопросов: что за столбы, верёвка между ними, что за домик без двери и зачем нужен помост. Всё это было не важно для их путешествия, а герой дал себе слово не спрашивать о неважном. Это только займёт лишнее время. Хотя невозможно было не признаться – ему интересно. Впервые за столько лет...       Они с Алей поднялись на помост по лестнице, нашли там маленькую, в полном смысле этого слова бесславную лавочку и не без опаски сели на неё. Аля выглядела уставшей, но держалась – она не соврала, когда говорила, что никогда не путешествовала. Соввар не стал донимать её расспросами. Вспомнив разговор о поездах, он понял, что железные повозки приходят по времени, а значит, сейчас им нужно ждать. Сколько, он тоже не знал, а Аля не смотрела в своей чудо-карте. Девушка просто сидела, как деревянная.       — Отдохни, — Соввар не мог смотреть на это. — Ты говоришь, поезда вы узнаёте по шуму? Я скажу тебе, если что-то услышу.       Аля встрепенулась и посмотрела на героя сквозь отяжелевшие веки.       — Вы... увидите свет, когда поезд будет близко, — девушка явно не ожидала, что ей можно отдохнуть и за это никто не будет ругаться. — Но я сама, наверное, проснусь. Спасибо. Не считайте меня слабой, я просто так много...       — Не считаю. Отдыхай.       Соввар облокотился локтями на колени, сосредоточенно оглядывая местность и по-прежнему прислушиваясь к шорохам. Как ни странно, он совершенно не устал – ещё бы, спать четыре дня.       Однако из сосредоточенности его вывел слабый удар в плечо: это Аля повалилась на воина, тихо, как котёнок к матери, прижавшись к нему. Соввар вздрогнул. Посмотрел на её лицо. Оно уже точно было спящим, как сильно девочка устала! И герой понял, что рядом с ней ему почему-то спокойнее.       Он представил, что было бы, если бы Аля так и не пришла. Не появилась бы в овраге. Одиночество. Безысходность. Огонь среди незнакомого леса и кошмарные сны в ожидании Эйраха. И хотя ничего не обещало, что вместе с Алей ему удастся победить злодея, Соввар чувствовал себя уверенно. Тепло человеческого тела рядом, прикосновение к плечу вызывали какие-то чужие и вместе с тем близкие воспоминания о том, что когда-то так было. Он был не один. Его поддерживал кто-то, кроме привычки. И Соввар настолько погрузился в это ощущение, что совсем забыл быть начеку.       Бесславный мир... Он ожидал, что путешествие в нём будет жалкое, бесславное, но многое за один день тронуло душу героя, тронуло так, как ничто в настоящем мире. Уже давно.       Очнулся герой тогда, когда от железной дороги отразился свет. Яркие до рези блики побежали по каймам-полосам, разорвав пелену мыслей. Герой вскинулся – он потерял бдительность, да их же могли легко убить в таком положении! Но опасность по-прежнему подозрительно скрывалась.       Свет оказался точкой, которая неслась прямо к ним, как звезда, падающая не сверху с неба, а с боку в бок. За яркими, тонкими, как радужное лезвие, лучами звезды ничего не было видно, но по далёкому шуму Соввар понял, что несёт звезду что-то большое и тяжёлое. Воин слегка повёл плечом, на котором спала Аля. Девушка тут же проснулась.       — Поезд, — сказала она, протерев глаза и помотав головой. — Идёт!       Она встала – живая, как будто не спала, — и посмотрела на Соввара. Герой чувствовал себя всё ещё в мире дум, куда погрузился несколько минут, а может, и часов назад, но под серьёзным взглядом Али заставил себя попрощаться с мыслями. На плече всё ещё держалось, как сырой лист, ощущение прикосновения, и это было почему-то здорово, приятно до улыбки, и в то же время невыносимо скребло под сердцем.       — Сейчас поезд подойдёт сюда, — Аля заговорила, и Соввар окончательно выбросил из головы все мысли и ощущения. — Сразу говорю: он будет греметь и реветь так, как будто земля взрывается, а ещё поднимет сильный ветер. Не пугайтесь – так должно быть. Потом всё успокоится.       Соввар кивнул – он был рад, что Аля быстро и так чётко уловила, в чём состоит роль проводника. Она сама понимала, что и когда ему надо пояснить, и это было важно. Соввар не понимал, почему рёв и грохот – нормальные звуки при приближении поездов, но не скажи ему этого Аля, точно сорвался бы с ней с помоста-станции.       А грохот и правда нарастал. Он был похож на рёв приближающегося зверя. Соввар встал, подошёл вместе с Алей к краю помоста. Девушка напряжённо смотрела на свет, и герой понял почему – она хочет увидеть людей. Людей из других деревень, которые, возможно, что-то новое им расскажут.       И вот поезд подъехал – хотя «подъехал» Совввар никогда бы про него не сказал. Это был удар о воздух, удар, как у вошедшего в тело копья. Рёв за одну секунду взлетел до грохота такой громкости, что захотелось зажать уши. За ним по лицу наотмаш ударил ветер, и Соввар, сжав зубы, посмотрел на поезд – на такой вот невероятной повозке наверняка понравилось бы появляться Эйраху.       А повозок было несколько. Всё, как говорила Аля: несколько высоких железных домиков, только без треугольных крыш, тянулись друг за другом в бешеном беге. От их мелькающих окон кружилась голова, но Соввар всё равно заметил, что ни в одном окне не было человека. Только темнота и запустение, как везде вокруг. И когда поезд остановился, прямо перед воином и Алей раскрылись железные двери, за которыми тоже были темнота и запустение.       Соввар постарался скрыть, какое впечатление оказал на него поезд – он чувствовал себя так, как будто мимо пронёсся огромный железный змей. Аля тоже была чем-то впечатлена, потому что какое-то время стояла, но затем решительно двинулась внутрь. Пол за дверьми и поверхность помоста разделяла маленькая пропасть – ну как, маленькая, в полтора шага длиной.       — Давайте! — Аля протянула Соввару руку. Но воин её не принял, он легко перескочил через пропасть, это уж точно для него не задача. Правда переступить с каменного помоста на железную ступеньку показалось опасным, потому что ступенька лязгнула и прогнулась. Когда воин торопливо зашёл внутрь, двери закрылись прямо за его спиной. Напротив были точно такие же двери, и Соввар заметил, что они закрываются как-то странно. Потом сообразил – они едут по стене, а не распахиваются.       — Держитесь! — Аля схватила Соввара за руку, и в ту же секунду поезд издал страшный звук, дёрнулся в сторону, как будто хотел выбросить из себя людей. Хотя Аля собиралась держать Соввара, она сама чуть не упала, но герой вовремя перехватил её ладонь и подтянул. За рывком поезда последовало скольжение, потом он просел, заскользил быстрее, снова просел и начал набирать скорость. Стоять было не удобно, на каждом шагу боишься упасть, но Соввар быстро к этому привык – в одном из путешествий за Эйрахом он прошёл через Кошмарную реку, в которой течение неслось ни чуть не хуже, чем этот поезд. Только стоять тогда приходилось на лодке, а если упадёшь, тебя встретит не жёсткий, но безобидный пол, а ледяная, бьющая, как бусины из стекла, вода.       Повернувшись вправо, Соваар нашёл в темноте холодную гладкую ручку, дёрнул за неё, поведя по стене, и угадал – дверь открыла щель, в которую воин аккуратно подтолкнул Алю. Девушка едва заметно кивнула и робко освободила свою руку, пойдя внутрь железной повозки. Они и так были внутри, но здесь, именно здесь люди, похоже, и сидели в ожидании, когда поезд довезёт их до дома.       Это было похоже на коридор. По стенам – ряды окон, под окнами – кресел, как ни странно, железных, только накрытых чем-то вроде кожи. Соввар снял одну перчатку, коснулся железа рукой. Оно было белое, откуда бесславные такое добыли? Но на ощупь оно оказалось покрытым какой-то застывшей смолой, а многочисленные впадины и царапины, которые оставались от ногтей, подтверждали это.       — Почему здесь никого нет? — раздался взволнованный голос Али. — Скажите, прежде чем придти к нам в посёлок, Вы видели ещё людей?       Соввар хмуро надел перчатку – тот день он помнил ещё хуже, чем утром.       — Кроме тебя и твоих маленьких – никого, — воин облокотился на спинку ближайшего кресла. Аля задумалась.       Какое-то время они молча ехали, Соввар ещё много нового подметил в поезде. Надписи и цифры над дверью, собранные из точащего глаза света (время и название станции, как пояснила Аля), разрезанные чёрной полосой стёкла, которые открывались по отдельности... И много мелких замечаний вроде выступа на стене под креслами и полок над ними. Всё это оказалось совершенно не важным для путешествия, и воин уставился в окно. Мимо неслись такие же леса, как тот, из которого они вышли. Иногда мелькали помосты станций. И ничего.       Герой стал думать об Эйрахе. Аля сказала, что ехать до Москвы им несколько часов, а значит, нужно уже начинать придумывать план. Злодея придётся ещё найти в столице, как-то забрать у него меч, понять, как с его помощью вернуть всё обратно... Но чем больше Соввар думал, тем больше понимал, что ничего не может спланировать. Просто потому, что он НИЧЕГО не знал об Эйрахе и своём положении.       Во-первых, двойников нет. Они куда-то бесследно исчезли. Даже в лесах вокруг не появлялось когтистых теней. А это всё больше и больше не нравилось Соввару. Может они, конечно, и спрятались от дождя, но почему так долго не выходят? Во-вторых, Эйрах сам не вспоминал о своём противнике, хотя точно знал, что переместились они вместе. Что все люди настоящего мира переместились. А ведь он ещё успел заточить их всех в двойников, когда? В-третьих, никакой ужасающей картины порабощения Бесславного мира не наблюдалось уже больше двух недель, а должно было начаться хоть что-то. Слишком много загадок и слишком большая неизвестность.       Соввар так задумался, что не заметил, как в окнах начали мелькать другие деревни. Очнулся герой только тогда, когда поезд остановился возле одной из них. Аля тоже оживилась – но никаких шагов по железному полу не послышалось. И поезд опять тронулся. А в деревне не горело ни одного огня.       Снова дома мимо, снова темнота и заброшенность. Соввар всё пристальнее вглядывался в ночь, и хотя ночь уже начинала становиться утром, деревни не оживлялись. Как будто тут годами никого не было.       — Ты знаешь, куда делись люди? — обратился Соввар к Але, указывая на окна. Девушка растерянно пожала плечами. Она немного нервничала.       — Мне казалось, что здесь всё так же, как у нас, — Аля, прильнула к стеклу и тут же села обратно. — Может, они все сбежали? Мы всё ближе к Москве, наверное, все испугались Вашег... Этого злодея. Да. Я уверена, что они сбежали.       Произнесла Аля это так, как будто пыталась сама поверить в свои слова. А вот Соввар не верил. Теперь он окончательно убедился в том, что что-то идёт не так с самого его пробуждения в Бесславном мире. Эйрах... Кажется, этот мерзавец чем-то занят. И меньше всего Соввару хотелось верить, что запустение в деревнях обращено к нему словами: «Ты опоздал, герой».       Чтобы не думать об этом, Соввар посмотрел на Алю. Девушка, сидевшая на железном кресле, уже какое-то время смотрела в свою карту, стучала по ней пальцами, быстро водила ими, как будто хотела что-то стереть. Её глаза тоже двигались быстро. Соввара это немного напрягало, и он сел рядом (воин уже привык так же уверенно держаться на качающемся поезде, как на земле), сложив руки на коленях.       — Что ты делаешь? — спросил Соввар спустя молчание – Аля как будто его не замечала.       — Ищу Вам меч, — девушка быстро улыбнулась и тут же стала задумчивой. — Я не говорила, что моей «карте» можно задавать вопросы? Так вот, я спрашиваю у неё, нет ли рядом станций, на которых был бы музей или лавка косплея. Там можно найти мечи, но я не уверена, что они Вас устроят...       И она снова погрузилась в своё занятие.       Соввар нахмурился. Перспектива получить меч его порадовала – значит, у бесславных всё-таки можно достать оружие, и не так важно, насколько оно хорошо. Хоть бы что-нибудь для ближнего боя. Но вот рассказ о карте не понравился герою: Аля сказала, что ей можно задавать вопросы, как живому человеку. Карте? Воин посмотрел на чёрный прямоугольник и подумал, что это странно. Даже немного пугающе.       Аля продолжала сгибаться над картой, поэтому Соввар встал, снял с себя лук, подхватил за спиной стрелу и обвёл взглядом коридор. Раз у него есть время, неплохо бы попробовать бесславное оружие. Привычка в ярости твердила, что нужно продолжать биться над планом, но в Бесславном мире всё не работало так, как раньше. Ему ещё ни один план не помог. Наверное, это тот самый случай, когда действовать придётся по обстановке.       Соввар выбрал своей целью непонятный рисунок сбоку от двери. Вроде бы там был изображён человек. Самое меткое – попасть в голову. Но в грудь или живот тоже серьёзное ранение. Воин оглядел свой лук, закинул стрелу на полочку, насадил зарубкой на тетиву и прицелился. Две секунды – стрела попала в волосы, распоров рисунку кожу на затылке.       Недостаточно. Соввар взял новую стрелу. Мимоходом он отметил, что полочка и правда помогала лучше целиться, но закидывать на неё стрелу непривычно. Если промахнёшься второпях, придётся закидывать обратно, а противник за это время тебя схватит.       Соввар выпустил все стрелы, и только тогда привык к бесславному оружию. Его бесконечно мучило то, что стрелы приходилось подбирать, но лучше уж так, чем полагаться только на свои руки. Любое оружие хоть немного добавит тебе опасности. Если, конечно, умеешь с ним обращаться.       Когда воин во второй раз потратил все стрелы, к нему обратилась Аля.       — Нам повезло. На следующей станции есть одно место, там можно найти меч. Как судьба наградила, я просто не верю! Правда, нам придётся ждать следующего поезда, а это час...       — Меч важнее, — Соввар сунул стрелы в колчан и надел на себя лук. — С ним нам будет проще отбиться в ближнем бою. А ещё мне пригодится оружие, когда встретимся с Эйрахом.       Хотя Соввар до сих пор не знал, что будет делать, когда встретится с Эйрахом, меч точно не будет лишним.       — Тогда подъезжаем, — сказала Аля и убрала свою карту.       Остановка оказалась ничем не лучше посадки, поэтому когда поезд умчался, Соввар чувствовал себя слегка встрёпанным. Пока вокруг стихало, он не двигался с места, полностью полагаясь на Алю. Только продолжал отслеживать обстановку вокруг.       — Вон там, — Аля указала вправо и первая пошла к лестнице. Она всё ещё нервничала, поэтому Соввар держался как можно ближе к ней, чтобы девушка могла почувствовать себя в безопасности.       Спустившись с платформы, они оказались на дороге, сделанной из чего-то странного. С первого взгляда – камень, только чёрный и сплошной, а по краем его, как железо по краем железной дороги – длинные и низкие кирпичи из серого камня. Аля пошла по такой дороге уверенно, а Соввар чувствовал себя оглушённым. По живой земле он ходил, как будто чувствовал её, как будто она могла ему подсказывать, даже если это была утоптанная жёсткая тропа или скалистая местность. Чёрный камень глушил связь с землёй, слишком ровный и правильный. Соввар опять поймал себя на мысли, что отвлёкся от обстановки, и только он успел об этом подумать, как рядом что-то изменилось. Одно молниеносной изменение. Герой вскинулся, резко развернулся, хватаясь за лук и стрелу... Но никого кругом не было, а они с Алей уже ушли далеко от станции.       — Что? — напряжённо спросила Аля, которая, наверное, тоже схватилась за лук. Соввар не ответил. Он внимательно обводил глазами местность и прислушивался, но ничего не замечал. Наконец воин неуверенно опустил руки.       — Показалось, — сказал он, обернувшись, и Аля расслабилась. Но Соввар по-прежнему чувствовал себя не в безопасности.       Аля повернулась, и толкнула перед собой дверь – Соввар не успел рассмотреть здание, в которое они пришли, но не собирался это исправлять. Внутри оказалось уютно... Даже как будто знакомо.       У героя немного захватило дух – это место напоминало ему настоящий мир, дворец в столице, в котором однажды пришлось побывать. Лакированная мебель, гладкий пол, тёмные стены и красивые люстры, а ещё запах дерева и книг, атмосфера тишины. Воин вошёл, вслушиваясь в стук своих шагов, тоже знакомый. Аля шла почти бесшумно – наверное, осторожничала. Соввар постарался сосредоточиться и не отвлекаться на разнообразие невиданных предметов. Он прекрасно знал, что новое будет встречать его на каждом шагу в Бесславном мире. И нет времени его рассматривать.       Проходя мимо стеклянных куполов, пьедесталов, столов и многого другого, Соввар искал глазами меч. Это оказалось не сложно, потому что мечей тут было много. Все они чем-то накрывались или к чему-то крепились, поэтому герой не спешил брать в руки. Он оценивал бесславные мечи пока только взглядом. И хотя настоящий меч так не оценить, эти даже без проверки выглядели старыми...       — Вот! — сзади появилась Аля, и Соввар вздрогнул. — Посмотрите.       Герой повернулся – девушка держала в руках меч, довольно простой, прямой, средний по длине. Ножны тоже не отличались роскошью, выглядели слегка потрёпанными, но в целом хотя бы не развалятся от прикосновения. Соввар взял оружие. Лёгкий. Размахнулся, едва не задев стол. Покачал в руке, стянул зубами перчатку, попробовал лезвие. На запястье под тихий вздох Али остался порез, но меч точно нужно заточить. Найти бы ещё чем. И хотя двойникам Эйраха дела нет, острый меч или тупой, их всё равно вода останавливает, режущее лезвие пригодится однозначно.       — Ладно. Старый, но сойдёт.       Соввар взял с рук Али ножны, убрал оружие, не отрывая при этом взгляда от её бледного, встревоженного лица.       — Чего такая? Видела кого-то?       Аля очнулась и покачала головой.       — Нет, просто... Так тихо. Как будто всё на свете вымерло, а я только вчера из дома ушла! Что случилось? Я боюсь, что...       Девушка оборвала себя.       — Пойдёмте на станцию. Здесь лучше оружия нет, я знаю.       Аля не выглядела человеком, который разбирался в мечах, но знала она наверняка от карты. Соввар нахмурился. Он перекинул ножны за спину (хотя крепление было поясное, ремень лучше затянуть вокруг груди, в походе так удобнее) и не двигался с места.       — Боишься, что в твоей деревне так же?       Аля крупно вздрогнула. Она уже стояла у двери и её лица герой не видел. Только напряжённую спину.       — Скажу тебе честно, я не знаю, что происходит, — Соввар обернул пояс вокруг себя и затянул ремень. — Но если бы бесславным что-то угрожало, самое ужасное случилось бы давно. У твоих маленьких есть родители, они защитят их.       — Почему? — слабо спросила Аля как будто саму себя. — Я умею стрелять.       — А они взрослые. Опыт иногда лучше оружия.       Об этом Соввар знал не понаслышке – человек с опытом жизни в несколько сотен лет... Герой подошёл к Але и сжал её плечо.       — У нас получится. Если я вернусь с Эйрахом в настоящий мир, его магия уйдёт тоже. А без магии всё станет как было.       Аля вздрогнула, долго молчала, но Соввар видел, как встряхнули в ней уверенность эти слова. Девушка посмотрела на героя и устало улыбнулась, ещё не решив, волноваться ей или забыть.       — У Вас получится. Я только проводник.       — Без тебя и меня бы уже не было.       Сказав это, Соввар вышел на улицу. За несколько минут, которые они пробыли в доме, стало немного сыро. Может, опять пойдёт дождь? Это было бы неплохо, если бы ещё дальше отпугнуло двойников. Герой прикрыл глаза, глубоко и неслышно вздыхая. Всё идёт отлично – у него есть меч, они успешно движутся к столице, пока не объявилось ни одного врага. Главное, чтобы это везение не покидало его до встречи с Эйрахом. А чтобы сражатся с этим живым проклятьем везение не нужно – герой ничего не умел лучше, чем это.       Они с Алей вернулись на станцию, на этот раз лавочка оказалась со спинкой да ещё и под небольшой крышей. Поезд предстояло ждать час, и за это время девушка подробно рассказывала Соввару об их пути. Сколько впереди станций, сколько ждать следующий поезд, если придётся сойти, и как ни странно, герой запоминал каждое слово. Он привык запоминать важное, не переспрашивая, а это было важно. К тому же вместе с Алей он во многом разобрался в том, как эти поезда ходят.       А ещё он немного разобрался в Бесславном мире. Аля рассказывала обо всём – о домах, где живут люди, о домах, где можно найти еду и как их отличить, где можно спрятаться и так далее. Она рассказала и о столбах с провисшей между ними чёрной верёвкой – в ней хранится энергия, которая напомнила Соввару магию. Оказывается, в Бесславном мире на ней всё работало – карта, поезда и серебристые рамки, которые рассказывали, что происходит в мире.       Наконец час прошёл. Послышался грохот приближения второго поезда, Аля и Соввар встали, безропотно встретили ещё один гул, удары ветра, запрыгнули внутрь. И опять та же пустота. Она начала немного нагнетать.       Соввар смотрел на удалявшиеся дома, и его снова охватило чувство небезопасности. Там за ними кто-то следил. Он чувствовал, что они были не одни. Но кто? Двойники напали бы сразу. А люди? Зачем им прятаться? Герою очень хотелось разобраться в этом с Алей, но как только он повернулся, из головы выбило все мысли.       Зрачки светлых глаз сузились, сердце застучало быстрее.       — Аля!       Девушка, смотревшая в окно, вскинула голову – она успела только увидеть, как Соввар вскочил с кресла, а потом с ужасным лязгом раскрылась дверь.       На пороге стояли двойники. Две когтистые тени в масках, похожих на морды пустоглазых птиц.       Первая тварь скользнула в вагон легко, так быстро, словно не бежала, а летела в миллиметрах от пола, по которому даже не стучали её шаги. Она двинулась к Соввару, и у Али провалилось сердце.       А вот герой уже успел взять себя в руки. Он уклонился, резко поднырнув под врага, но не смог удержаться из-за тряски поезда. Вскочил опять. Вторая тень поджидала его сзади.       Откуда они тут взялись?!       — Воду! — крикнул Соввар Але, и девушка не подвела – быстро сообразила. Пока Соввар уворачивался от второго удара, она кинула ему ту самую бутылку, воин легко её поймал, но поезд тряхнуло, и он ударился о железное кресло. А двойникам такое движение явно не доставляло неудобств.       Аля схватила стрелу, приложила к луку и постаралась успокоить бешеное дыхание. Её сотрясло таким диким ужасом, что хотелось просто кричать и выпрыгнуть в окно, но девушка прицелилась и выстрелила. Конечно, стрела ничем не навредила тёмной твари, но зато заставила обернуться и отвлечься от Соввара. Взгляд пустых глаз выбросил внутрь ещё больше ледяных искр ужаса.       Соввар не стал терять времени. Он успел ещё раз подумать, что без Али его бы давно не было, но всё-таки воин здесь не она. Открывать бутылку было некогда, поэтому герой просто вытащил меч и разрубил им прозрачный сосуд пополам. Брызгов из подброшенной бутылки хватило на меч, перчатки и обоих двойников, застывших друг рядом с другом.       Твари застыли так же, как у реки перед деревней, и Соввар воспользовался этим, чтобы переместиться к Але. Девушку уже трясло как от разрядов, с лица схлынули все краски, но воин всё равно вытащил её из-за кресел и дёрнул себе за спину.       Двойники отмерли быстро, потому что капли не попали им на маски. Но Соввар был к этому готов. Стянув одну перчатку зубами, Соввар перехватил её в руку и сунул Але.       — Стрелы, — двойники не спешили приближаться, почувствовав воду на мече. Сзади слабые пальцы Али забрали перчатку и Соввар добавил:       — Держись сзади меня.       Первый двойник бросился в атаку, пытаясь воспользоваться тем, что герой косился в сторону своего проводника. Но не воспользовался – Соввар его видел, размахнулся мечом – промах. Двойник ловко подпрыгнул над креслом, согнув ноги, как птица, и замер на том месте, где сливались спинки двух разнонаправленных сидений. Аля вскрикнула. Второй двойник рванулся на её крик.       Соввар взял меч в другую руку, замахнулся вправо, но когда враг избежал удара, успел его поймать – свободная рука в перчатке ударила тварь по лицу, и та застыла, неестественно согнувшись. Герой обернулся. И быстро поменялся местами с Алей, когда первый двойник попытался соскочить с кресел ему за спину. Враг не торопился нападать, а ведь сейчас очнётся тот, что сбоку! Соввар сжал зубы – как ему сейчас не хватало силы меча Озера сна.       Герой, не повернувшись, толкнул Алю в сторону и бросился вперёд – резкий выпад чуть-чуть не коснулся двойника, который отплыл назад так легко, словно ничего не весил. Надо загнать его к стене и не пускать в стороны. Хотя проще сказать, чем сделать, Соввар сделал ещё выпад, нырнул за двойником вправо, угрожая схватить перчаткой, потом ещё раз попытался кольнуть. Получится или нет, герой не успел понять, потому что в лицо твари врезалась, просвистев над ухом и уронив на плечо капли, стрела.       Тварь замерла. А сзади стояла Аля, белая, как снег, с приоткрытыми губами, из которых рвалось частое дыхание. Соввар быстро выдохнул.       — Спасибо.       У Али хватило сил только на то, чтобы кивнуть. Теперь надо хвататься за руки убираться отсюда, пока эти двое не отмерли...       Как только Соввар об этом подумал, он увидел то, что меньше всего хотел видеть. Два двойника стояли за окнами двери за спиной Али. И это были другие двойники.       — Ко мне! — немея, скомандовал Соввар – да сколько же их тут?! Он рванулся к Але, но было поздно – новые гости уже нырнули за дверь, а как только воин коснулся руки девушки, очнулся тот двойник, которого он задел перчаткой.       Просто великолепно. Они окружены. Соввар сжал зубы, стараясь не делать резких движений. Двойники застыли в нескольких шагах от своих жертв, и герой с Алей одновременно развернулись. Дыхание девушки отдало влажным, и Соввар вспомнил, как обещал, что не даст ей погибнуть в этом походе. Он сильно переоценил себя. Забыл, что без меча Озера сна эти твари будут только застывать на какое-то время.       Но он не может просто стоять в окружении и думать о том, что проиграл. Потому что так и правда проиграет. Соввар изо всех сил подумал о людях, настоящих, бесславных, о брате и сестре Али, о том, что будет с ними со всеми, если он погибнет в первой же битве на пути к Эйраху. И тут герой почувствовал, что носок его сапога при незаметном переносе веса слегка скользнул.       Вода. Из рассечённой бутылки. Мысли в голове Соввара понеслись быстрее поезда, быстрее Кошмарной реки, и он изо всех сил вернул себе спокойствие. Давай, тварь, нападай.       — Пригнись! — велел Соввар Але за спиной. В ту же секунду он рванулся с выпадом к врагу, но как только тот увернулся и бросился в ответ, сделал ровно один шаг назад. Двойник застыл, как пять минут назад, с протянутыми к лицу героя прозрачно-чёрными когтями.       Ещё через секунду Соввар размахнулся мечом, обернувшись вокруг себя. Клинок встретил сразу две птичьи маски под полный ужаса выкрик Али, которая припала к полу, по-детски зажав руками голову. Когда ещё два двойника застыли в воздухе, Соввар со стоном согнулся. У него ушли все силы на ряд таких быстрых движений, и сейчас от тяжести меча немного ныла рука, по позвоночнику прокатились иглы.       — Вставай. Вставай, быстро! — Соввар больно подтянул вверх Алю, подобрал её лук и бросился к выходу, обогнув двойников. В той комнатушке, где слева и справа были двери наружу, воин сунул лук Але и бросился к дверям. С силой дёрнул их стороны – не помогло.       — Что вы делаете?! — очнулась Аля и подбежала к нему. — Они не откроются!       — Откроются.       Соввар попытался как можно сильнее вонзить меч между створок, но тот не прошёл даже на миллиметр. Если хочешь попасть в такую узкую щёлку, пристрой оружие поточнее, но пристраивать времени не было.       — Нет! — Аля схватила героя за руку и с силой оттащила. — Даже если вы её откроете, не будем же мы прыгать!!! Мы разобьёмся на кусочки на такой скорости!       Соввар не ответил – а как же ещё отсюда выйти?! С виду из окна, если правильно прыгнуть, они вполне могли бы остаться живы, но, может, так только кажется?       Аля тащила назад его руку, и обернувшись к ней Соввар увидел, что один двойник уже стоит за стёклами. Воин сгрёб девушку в охапку и молнией бросился к следующей двери – она была не такая, как эти. Обычная. Нажав на ручку и толкнув дверь, Соввар чуть не упал – это место громыхало всеми железными звуками, волосы рвал ветер, а то, что было под ногами, ходило ходуном. Герою понадобилась секунда, чтобы понять, что это место соединяет железные повозки между собой.       А вот двойнику этой секунду хватило, чтобы открыть дверь. Услышав тонкий визг металла, Соввар толкнул Алю в гремящую комнату, а сам развернулся, рубанув мечом. И понял, что ни на его перчатке, ни на мече больше нет воды. Двойник ушёл от удара и приготовился нанести свой, но Соввар отступил назад и захлопнул дверь как раз вовремя – тёмная рука дёрнулась под невыносимый визг, зажатая дверью. Соввар обернулся – Аля уже протягивала ему руку из другой двери, и, боясь оступиться, воин рванулся к ней. Ещё одна комната с выходом, который воин только что хотел открыть, а потом – коридор с креслами.       Аля сделала что-то странное – стала быстро снимать что-то со своего сапога, и Соввар понял, что это верёвка, только толстая и с коротким палками на конце. Дрожа и закусывая губы, Аля отвязала её и обернула вокруг ручек, потом ещё, ещё, пока не связала их так крепко, что стало ясно – придётся долго стараться, чтобы открыть.       — Они просто выбьют стёкла, — проскрипел Соввар, мысленно пытаясь найти хоть какой-нибудь способ сбежать. — Или придут с другой стороны. Мы не знаем, сколько их тут.       Аля втянула воздух с такой силой, как будто вдыхала в последний раз. Она была напугана, просто дико напугана, страх пожирал все краски на её лице, чувства в глазах и всю силу. Девушка бросилась к окну, как будто оттуда можно было выпрыгнуть. Но она сама говорила, что они разобьются. Соввар через секунду оказался рядом. Он уже понял, что на помощь проводника не надо рассчитывать – в Бесславном мире нет таких загадок, раскрытие которых могло бы сейчас им помочь. Мимо панически мелькали столбы с чёрными верёвками, и Соввар следил за ними, что-то вспоминая. Как будто он так же мимо чего-то нёсся. Но не вперёд, а вниз.       Картина не давала покоя, и Соввар вспомнил: да, он откуда-то падал, мимо мелькали то ли ветки, то ли что-то другое (чего только не мелькало мимо героя в его длинной жизни), и вдруг он понял. Понял, что делать. Способ есть.       Оглянувшись по сторонам, Соввар увидел на дальней стене красный сосуд с чёрной трубкой – ещё в первом поезде он обратил на него внимание. Дёрнув за собой Алю, герой ринулся к последнему окну, сорвал со стены это – прекрасно, тяжёлое, как бочка. И железное. Соввар прошёл мимо двух сиденьев и с размаху впечатал красное железо в стекло.       Стеклянный грохот смешался с криком Али, но осколки посыпались наружу, и их не задело. Соввар перехватил в обе руки меч, исполосовал им все оставшиеся стеклянные зубья, и через две минуты окно было идеально чистое, будто в нём никогда не было стекла.       — Что вы делаете?! Нам нельзя прыгать!       Аля сказала это без большой уверенности, но Соввар не слушал. Столбы мелькали достаточно близко, особенно если высунуться, у него должно получиться. Нырнув руками в складки брони, Соввар снял обвивающее его по диагонали кольцо, цветом точно как одежда. В руках кольцо стало серебристым, его лёгкий вес привычно сочетался с прочными на ощупь переплетениями. Аля завороженно вздохнула. Кольцо тонкой нити, будто связанной из серебра, начало медленно раскручиваться.       — Слушай меня, — Соввар торопливо начал связывать петлю и постарался не смотреть на запертые Алей двери. — Сейчас хватайся за меня и как можно крепче. Оружие убери, уронишь. Что бы ни случилось, главное – не разжимай руки.       — Что Вы хотите сделать? — слабым шёпотом спросила Аля, но по её глазам было видно, что она догадывалась. Откуда, Соввар не знал. Когда петля была готова, герой сунул в ножны меч, перемотал руку в перчатке серебристой ниткой и сжал так сильно, как только мог. На вопрос он не ответил.       Столб, выбранный героем, стремительно нёсся к ним, пропуская каждую секунду нового брата. Как бы здесь помогла стрела, но ведь не получится. Нужно самому накинуть. Нить лёгкая, она взлетит хоть до самого солнца. Не промахнуться бы.       Герой быстро повернулся к Але дёрнул её к себе, затем раскрутил нить. Секунда, вторая, третья, не позволяя себе сомневаться, Соввар видел только столб. Сейчас. Нить взлетает над поездом и круг её петли искрами вздрагивает под светом. А потом опускается на кончик столба, и у Соввара срывается на бешеный ритм сердце.       Дальше всё произошло в одну секунду. Герой не глядя схватил Алю, прижал к себе, почувствовал, как за спиной сомкнулись её руки, и оттолкнулся от кресла. По ноге оглушающей болью ударила рама, а потом нить там, где он её держал, впилась в кожу как ножи. Оглушительный рёв поезда смешался в воем ветра и душераздирающим криком Али.       — Держись, — велел ей Соввар, не надеясь, что его услышат.       Одна мысль сквозь пульсирующую боль – и нить в руке начала закручиваться. Как будто с другой стороны кто-то быстро сворачивал её в жгут. Мир вокруг начал бешено вращаться, и земля дёрнулась вниз, поезд продолжал выть, только теперь со всех сторон. Аля больше не кричала, она только сжимала руками Соввара, как будто хотела сломать ему кости. А сам Соввар ни чувствовал ничего кроме того, как сквозь перчатку режет ему руку.       Наконец всё прекратилось. Нить остановилась, и теперь была похожа на спираль, поезд промчался, ветер стихал, а они с Алей висели над землёй, касаясь столба. Соввар даже не почувствовал, когда и чем об него ударился, он просто сжимал зубы, стараясь унять отражение кошмара последних десяти секунд в себе. Да. Это было опасно. И совсем не так, как когда он падал откуда-то вниз в настоящем мире...       — Всё хорошо, — сказал воин Але. — Всё кончилось. Мне тяжело тебя держать, надо спуститься. Потерпи ещё немного.       Аля издала задушенный вздох, когда они снова начали вращаться. Теперь нить из жгута распрямлялась обратно, становясь длиннее и опуская их к земле. Но вращалась не так быстро.       Через несколько секунд всё это закончилось, и Соввар, отпустив Алю, упал на землю, не чувствуя её по собой. Подождав, пока вращение в голове утихнет, герой осторожно разжал руку и размотал нить. Перчатку пересекали несколько почти параллельных кровяных полос.       Соввар бледнел, глядя на руку, глаза остекленели от боли. Аля, минуту сидевшая на коленях неподвижно, перевела на воина дрожащий взгляд. Соввар стянул перчатку – раны тонкие, как от ножа.       — Что это? — Аля вздрогнула. — Это от неё?       Девушка слабо указала на нить.       — Прочная, как сталь, — выдавил Соввар. — Всё в порядке. Я знал, что так будет.       Аля перевела взгляд на рану. Девушка выглядела ещё хуже Соввара, хотя не была ранена. Вот именно, не была. Она поднялась, настолько решительная, насколько могла быть.       — У меня есть лекарства, рану нужно обработать, — сказала Аля. — Пойдёмте в лес.       И, подрагивая, подошла к Соввару, взяла его за не раненую руку, потянула на себя. Воин медленно поднялся. Вокруг было тихо, сыро, всё ещё неуютно... Но кошмар с двойниками Эйраха уже точно умчался на железном поезде.