Биомеханические мозги

Утром все были донельзя вялые. Крис шипел и ворчал, закапываясь в подушку и стряхивая одеяло с красных плеч, мне тоже вставать не хотелось. А волчар я и вовсе смогла поднять только упоминанием завтрака. Вальтер тоже зевал и потягивался, хотя, по-моему, просто умело имитировал сонливость, чтобы поддержать общий настрой. — Ну ладно вам! — я хлопнула в ладоши, мутанты рефлекторно подобрались, выпрямляясь, но только на секунду, сразу же обратно расслабились. — Сейчас поедим, сходим на пляж, — откуда-то из спальни горестно застонал обгоревший капитан, — скоро ведь улетать обратно, скучать будете по морю! — Наве-ерно-о-у-е... — во всю ширь клыкастых пастей зевнуло отделение. Стараясь выглядеть бодрой, я вприпрыжку спустилась по лестнице. И встретилась взглядами с пятью отлично упакованными молодыми людьми в серой форме с красными полосами. — Фас! — почти на автомате рявкнула я. Тихарившиеся пираты вскинули оружие, но мимо меня уже просвистели четыре тяжеленных мохнатых тела. — И дом мой не разрушьте! — запоздало прибавила я, отступая к стене и стараясь спрятаться за шкафом, чтобы не прилетело что-нибудь случайное. Переключившиеся на инстинкты и рефлексы волчары, так ещё и голодные, а потому безжалостные, как по учебнику, рассредоточились и скоординированно напали на бойцов. Только успели провести первые захваты — а пятый уже лежал на полу, явно сам даже не понял, что произошло. Почти сразу же его четверо собратьев осели на пол, закатывая глаза. И только когда Вальтер остановился посреди комнаты, до меня дошло, что это он. Он все это провернул за пару секунд. Раскидал крутых пиратов так, что даже пыль на полках не пострадала? И вот с ним я умудрилась потрахаться и выжить? — Я сделал, как ты хотела, теперь я тебе нравлюсь? — с надеждой поинтересовался биоробот, шагнул ко мне. — Можно поцеловать тебя? — Я тебе поцелую, а ну пшёл! — рыкнул с лестницы Крис. — Что за хрень? — Это-у мы все сделали, аву! — с возмущением громко прошептал один, остальные согласно клокотнули. Я отвела взгляд от сияющего вдохновением лица Вальтера и невольно глянула на валяющегося на полу командира этих мудаков. Ну, похоже, что он командир, экипировка отличается. У него прямо на лбу было написано, что он рад провалу операции, молится за мою бренную душу, жалеет меня и внутренне ржёт над моей трагедией. Но почему он не встаёт? Интересно, интересно, удары были явно короткие и слабые. Похоже, действия серьезнее моргания им всем сейчас недоступны. — Вы за биороботом приходили? — прямо спросила я, подошла поближе и опустилась на колени. Ничего он мне не сделает, тут мои волчары и... И вот оно. Пират моргнул, что я решила принять за согласие. — И зачем они вам нужны? Мужик решил поиграть в крутого и самодостаточного, только улыбнулся уголком губ. М-да... Ну, допрос — уже не наша юрисдикция, передадим его, куда надо, там вытрясут. — Отвечай, — тихо и бесстрастно потребовал Вальтер. И спустя всего секунду тишины присел, ткнул палец куда-то в плечо пирату. Он захрипел, закатывая глаза, забился в мелких конвульсиях, и выглядело это... Мучительно. Жутко. Как-то слишком уж, — ещё? — так же спокойно уточнил хренов маньяк, прекратив экзекуцию. — Командование приказало! — вытолкнул бедный пленный, едва не задыхаясь. — Не знаю, зачем! Вон как спеси поубавилось... Я перехватила карающую руку биоробота, явно намеренного продолжить то, что сам он, похоже, считал допросом. — Это уже не наше дело, — строго сказала я, чтобы даже не вздумал пытать кого бы то ни было при мне, — отделение, найдите что-нибудь, чем можно их связать. Крис, переговори со своими, пусть заберут. — Отойди от него, — попросил заботливый братец, ухватил меня за плечо и поставил на ноги, — стремный урод. Выдав эту лестную характеристику, он потопал наверх, видимо, за коммуникатором. Согласна, стремный. Но интересно же. — Как ты это сделал? — прямо спросила я, указав подбородком на неподвижное тело. — Воздействовал электрическим током на нервные узлы, — так же, без увиливаний ответил биоробот, плавно встал, — тело человека очень просто устроено. Ну зашибись, теперь мы ещё и простые... Надо как-то дать ему понять, что это звучит довольно уничижительно. Хотя, может быть, и правда, в сравнении с теми же кильцами мы довольно примитивные. Телепатически не общаемся, до большей части технологий не сами додумались, хотя иногда умудряемся их усовершенствовать. Я убедилась, что пиратов хорошо связали, их усадили рядком под стенкой. И недовольные такой стычкой с утра пораньше волчары мрачно на них таращились, не выпуская из поля зрения, даже пока ели. Я представила, как замечательно сидеть под такими взглядами здоровенных существ, глотающих кусками сырое мясо, практически с кровью, и только усмехнулась в тарелку. Крис нервничал, ожидая ответа, поглядывал на темный экран. Интересно, все-таки, нахрена пиратам... А, ну да. Зачем пиратам пятнадцать тысяч мощных и сильных, а ещё послушных бойцов с самыми неожиданными навыками. Ну или хотя бы один. Ответ командования был довольно неожиданным. Нам принудительно завершили увольнительную — и по этому поводу я взвыла не хуже мутантов. Мы должны были сопроводить биоробота к какой-то орбитальной станции, а потом вернуться по местам службы. Да неужели он сам не долетит, ну? Ну почему? Мы только начали отдыхать ведь! — Отказываюсь, — безмятежно сообщил Вальтер, когда Крис озвучил ему план действий, даже причмокнул, облизывая ложку. — В каком смысле? — мгновенно набычился привыкший к беспрекословному подчинению капитан. — Я останусь рядом с Крис, — спокойно уточнил биоробот, с нежностью на меня посмотрел, ну надо же, — чтобы защищать и ублажать. Брат даже поперхнулся воздухом, который уже вдохнул, чтобы начать громогласно командовать. Побагровел, то ли от злости, то ли от сдерживаемого смеха, сдулся и только рукой махнул, снова плюхнувшись на свое место. Вот так вот просто меня отдал, да? Вот этой жуткой и безэмоциональной хреновине, которая решила, что цель ее жизни — ублажать меня? Ублажать! Словечко-то какое откопал, падла! Со стороны пиратов кто-то явственно хрюкнул, пытаясь не ржать, и я не глядя запустила ложкой на звук. Пришел мой черед упражняться в командирском тоне. — С чего ты взял, что я этого хочу? — сразу начну с главной причины, очень интересно услышать ответ. Вальтер растерянно захлопал глазами. Пожевал губами. Открыл и закрыл рот. — Но... — все же робко проблеял он, я с вежливым любопытством приподняла бровь. — Тебе же нравится со мной? Правда? Ну, да, мы трахались. Дважды. И что? Он решил, что завоевал мое сердце? Секс был хорош, где-то там впереди маячила перспектива опробовать шесть режимов вибрации, но то не значит, что у нас тут великая любовь на всю оставшуюся жизнь, если он вообще может постареть и умереть. А после сегодняшнего я и вовсе за свою жизнь опасаюсь, а ну как силу не рассчитает? — Ты неплох, — пожав плечами, я экспроприировала ложку у братца, все равно он уже доел свою порцию, — но это не значит, что я хочу какого-то продолжения. Вот сказала, вроде, правду, а почувствовала себя ужасно. Примерно как на курсах дрессировщиков, когда меня заставили-таки ударить маленького мутанта, хоть он и был послушным. Такой же непонимающий взгляд, жалобно сведённые в домик брови, разве что, уши к голове не прижал. Что, уже решил, что я готова упасть в его армированные объятия? Я не задумывалась о том, что можно было бы назвать нашим будущим, но... Ну не знаю. Это же стрёмно. Аттракцион и забавная интрижка — да, но я была уверена, что сдам его учёным после увольнительного и забуду! Местами — как страшный сон. И что теперь? Он решил всю жизнь меня сопровождать? — Я... Я-я... — его голос вдруг дал какую-то механическую ноту, бедный биоробот нахмурился, поджал губы. — Я понял. Но я все равно буду защищать тебя. Как-то жалко даже его стало. Он же объявил меня смыслом своей программы, а я вот так жестоко... Но и я ведь ему ничего не должна! Крис покосился на меня, но ничего не сказал, только плечом дёрнул. Видимо, тоже решил, что это было жёстко. Ладно, посмотрим. Спокойное и сонное утро превратилось в какой-то бред. Поспешные сборы, передача пиратов местному отделению спецназа, бесконечная круговерть документов по оформлению волчар на всех этапах перевозки — и к моменту, когда смогла оказаться в кресле, пристегнуться и выдохнуть, я страшно устала. Просплю весь полет! — Я подал заявление на перевод в ваше подразделение, — поделился Крис, устраиваясь напротив, — майор, наверное, такой вой поднял. Я только кивнула и закрыла глаза. Конечно, любой командир взвоет, когда успешное и сплоченное отделение сначала чуть не уничтожили, потом остатки разбежались, а командир, то есть, главная боевая единица и клей для всех составляющих, сваливает на пенсию в более спокойную обстановку. Вообще, это уже не совсем тот Крис, которого я знала пять лет назад. Он пошел служить в спецназ с четкой целью, пожертвовал перспективами получить любую другую карьеру, завести семью, каждый день бывать дома. И в увольнительных он всегда прилетал ко мне, где бы я ни была — дома или на курсах. Кричал и плакал во сне почти каждую ночь, а я не будила, чтобы не стыдился. Боялся уезжать, каждый раз прощался со мной, как в последний. И я боялась. И знаю, что он тогда наорал на меня не потому, что не хотел моей службы в космосе и с мутантами, а потому что боялся за меня. Строптивое отделение может и загрызть заигравшегося дрессировщика. Капсулы бывают смертельно опасными. Космос — это отсутствие семьи. Ни я, ни он больше не сможем иметь детей, а ведь подростком он мечтал, что у него тоже будут двойняшки. У меня вот есть мохнатые четверняшки-десятилетки, которых я безумно люблю и получаю то же в ответ. А у него нет больше никого, кроме меня. Раньше хоть об отделении своем заботился, как наседка. Зато теперь он спокойно спит, с аппетитом ест, не дёргается от каждого звука. Я хочу, чтобы мы были вместе, плевать на старые обиды. Может, и с волчарами братец немного сдружится, они начнут потихоньку его воспринимать как часть меня. Просто надо отправить его на курсы и приватно объяснить, чего конкретно нельзя себе позволять именно с моим отделением. Он справится — не может не справиться. Он заслужил немного покоя. Я приоткрыла глаза, проверила, чтобы все мои подопечные пристегнулись и угомонились. И наткнулась взглядом на Вальтера, изображающего спокойствие. Вот реально только изображающего. Обычно у него спокойное лицо, почти бесстрастное, а теперь подрагивали брови, будто он запрещал себе хмуриться. Ну не должна же я ему ничего! Ну влюбился он в меня, если это может так зваться — и что с того? Я не обязана любить того, кто любит меня, вот! Решительно зажмурившись, я решила, что буду спать, начиная с этого момента. Какая разница, что чувствует этот поехавший искусственный интеллект, если его все равно заберут для опытов? Вот сдам его учёным — и забуду обо всех хлопотах, да. Нас встречали с обещаниями трибунала, смертной казни в вакууме и вообще всех бед вселенной. Крис хладнокровно отгавкивался, что уведомил, остальное нас не касается. На меня попытались адресно наорать, но вид озлобленно распушивших загривки мутантов слегка охладил праведный пыл. Скалиться на людей я им обычно запрещаю, это неприлично, да и меня, как дрессировщика, по головке за такое не погладят. — Я хочу остаться с Кристен Вулф, — ровно объявил Вальтер, деликатно отодвигая от себя охрану научного комплекса. — Когда, кстати, фамилию обратно будешь менять? — скучающе уточнил капитан Девлин, подпирая плечом стену. Я только отмахнулась. Хрен знает, может, и никогда. Уже привыкла, да и волчарам нравится, они с удовольствием представляются как "о-утделение майора Ву-у-улф, аву". Звучит мощно, красиво, так что не буду, наверное, обратно все переписывать, ну, разве что, если братцу втемяшится, и он решит обижаться. — Я хочу остаться с Кристен Вулф, — снова сообщил биоробот, разрывая магнитные наручники, которыми его решили усмирить, — возможно вспоможение в работе. Хм, кстати, да, интересно, можно было бы его использовать? С другой стороны, у меня есть целое отделение мутантов и матёрый спецназовец, который сам потянет за пяток человек. — А какого рода? — все же вякнула я. Вальтер мгновенно приободрился, немного расправил плечи, стряхнув двоих крепких парней, которые уже секунд десять пытались уложить его на пол. — Перевод языка хозяев, — сразу зашёл с козырной карты, вот же сообразительный засранец, — защита и физическое вспоможение. У меня даже что-то в груди сжалось от его полного надежды взгляда. Видимо, он решил, что, раз я тоже хочу, чтобы мне помогала инопланетная хрень, то и бороться за это будет активнее. — Физическая помощь и защита мне без надобности, — я приподняла руку, и один немедленно наклонился, плюхнул мне на ладонь подбородок, блаженно прикрыл глаза и заскулил от почесывания, — а вот с переводом интересно. — Возможно продемонстрировать, — оживился, даже шаг ко мне сделал. И как он собрался демонстрировать? Хотя, думаю, тут найдется парочка кильских компьютеров, — позволено ли воспользоваться заблокированной ячейкой поблизости? Двое учёных, оставшихся для контроля захвата биоробота, заметно удивились такому вопросу, пошептались между собой. — У нас, в самом деле, пришвартована здесь капсула, — неловко почесывая затылок, один из них кашлянул, — мы не можем справиться с бортовым компьютером и хотели вскрывать стенку. Если начальство разрешит... Завертелась бесконечная круговерть бюрократии. Оценки учёных колебались от "обязательно надо снимать!" до "он же ее просто угонит!", но все были под впечатлением от того, что биоробот буквально головой поймал идущий от нее сигнал. Такой прибор мог бы быть очень полезен при работе с капсулами. К воплям на станции подключились и вопли в виде письменных распоряжений, поступающих капитану Девлину. От немедленной явки к майору, чуть ли не с требованием на коленке изобрести телепорт и примчаться через весь сектор в течение пяти минут, до практически нецензурного посыла на пенсию. В итоге, решилось, что эта капсула будет тестовой и для спецназа — если я решу, что меня устраивает работа с ним, то могу забирать себе бравого капитана со всеми потрохами. — Похоже, он не в курсе, что мы родственники, — усмехнулся Крис, убирая коммуникатор. — А ты ещё говоришь фамилию менять, — хмыкнула я, потягиваясь, — вот поменяю — и он решит, что ты на мне женился. Наше совместное пакостное хихиканье прервало объявление по селектору о том, что всему научному персоналу необходимо срочно собраться в демонстрационных комнатах и на площадке стыковки с капсулой. Понеслась. Стыковка была герметичная, так что упаковаться пришлось только в маски. На случай, если там сохранилась пригодная для кильцев атмосфера, конечно. Вальтер вежливо отказался от предложенной маски и явно просто ждал команды. — Действуем как обычно, — скомандовала я, хлопнув по бедру. Мутанты слаженно рявкнули и рассредоточились — двое у двери, двое рядом с людьми для прикрытия. Крис нашел здесь из оружия только пистолет, чем был очень недоволен, но все же работал с чем есть и деловито щёлкнул предохранительной скобой. Надеюсь, понимает, что стрелять там будет, фактически, не во что. Я, как всегда, обошла входной портал, нашла панель доступа к бортовому компьютеру, но биоробот попросил дать ему побеседовать с ним. Я пожала плечами и немного отодвинулась, включила запись на сканере. Интересно до дрожи, как, как он будет это делать! Я не видела, чтобы мозг был сильно изменён, а у кильцев совершенно другая структура, потому и телепатия имелась. Назревает возможность посмотреть, как это делали сами кильцы в свое время. Вальтер коснулся разъема, куда мы обычно подключали процессор для перевода, и перед ним появился крошечный голографический шарик — это способ связаться напрямую с искусственным интеллектом, который всем здесь заправляет. Но нейронная структура мозга человека не в силах это сделать, потому что телепатией, увы, не владеем. Мы даже напрямую к его интерфейсу подключиться не можем, через каналы для техобслуживания лезем. А биоробот вот, похоже, все же и тут усовершенствованный, потому что немного наклонил голову и прошел лбом сквозь голограмму, чтобы она оказалась у него внутри черепа. Так вот как оно работало, а мы понять не могли, в чем предназначение этого интерфейса, потому что на нём нет активных зон, которые можно было приравнять к кнопкам, а телепатия на расстоянии даже у кильцев не работала. — Ха-ха, да, понимаю, дружище, — уже спустя пару секунд заулыбался Вальтер, отстранился. Системы безопасности сразу же свернулись, раз погасли индикаторы, дверь с шипением разгерметизации начала открываться, значит, договорился, ну или просто правильно просигнализировал в стиле "свой-чужой", — он пожаловался, что в него уже третий раз пытаются забраться всякие паразиты. Ну превосходно, теперь мы ещё и паразиты. Вздохнув, я подала знак, и один с три скользнули в слабо подсвеченную дымку. — Стойте! Стойте! — заорали за спиной. Я щёлкнула пальцами, и они послушно притормозили. — Мы исследуем интерьер сами! Уберите оттуда животных! Мутанты возмущённо зарычали, морща носы. Я тоже нахмурилась. И вовсе они не животные! Ну да, морфированные, в пробирке сделанные, но не животные же! Махнув рукой, я собрала отделение в кучку и двинулась к докам. Хрен с ними, с выходными, ещё новичка натаскивать. Не знаю, как после такой впечатляющей демонстрации Вальтера отпустят, пусть сам разбирается. А ведь интересно было посмотреть, что там внутри, засранцы, даже одним глазком не дали заглянуть. — Госпожа майор, разрешите обратиться, — абсолютно серьезно начал Крис, держа лицо бесстрастным. Я только плечом дернула, то ли довольная, то ли разочарованная, — прошу дать оценку моим действиям во время проведения операции по вскрытию капсулы. — Отработали четко, уверенно и в соответствии с нормативами, капитан, — все же подыграла я, пока не просекшие сарказм мутанты изумлённо переглядывались, — рекомендую вас к зачислению в желаемое место прохождения службы. Заржали мы одновременно, он на ходу сгреб меня в объятия и чмокнул в висок. Кто бы сомневался, что результат этого своеобразного собеседования будет именно таким. А потом до меня дошло, что я не разговаривала об этом с мохнатой частью отделения. А ведь это для них очень важно. А самое главное — они любят, когда я даю им выбор, пусть и очевидный. Я остановилась, повернулась к отделению. Они поймали мое серьезное настроение, построились передо мной по порядковым номерам и опустились на пятки. — У Криса есть возможность работать с нами, — прямо сказала я, с ними нет необходимости ходить кругами и юлить, — он будет жить с нами, вам придется иногда его слушаться. Что думаете? Мутанты молча смотрели на меня. Не переговаривались, не переглядывались, не переминались с ноги на ногу — просто молча смотрели. И это было не очень хорошим знаком. Да, Крис мужчина, а они не любят мужчин. Но мне казалось, что они неплохо взаимодействовали, играли вместе. — Я не собираюсь становиться дрессировщиком, — заверил Крис, поравнялся со мной и протянул вперёд руку, — просто хочу быть рядом с бабочкой и защищать ее, как и вы. Все переглянулись и молчаливо делегировали озвучить решение один. Он нервно облизнулся, наклонился, демонстративно обнюхал кисть Криса. Ну, вроде, это такая прелюдия к согласию. Хотя может и с фырканьем отвернуться. Но один с преувеличенной осторожностью пожал когтистой лапищей руку брата, неожиданно показавшуюся малюсенькой, и вытер ладонь о штаны. — Это значит, что они согласны, но только ради меня, — перевела я, стараясь сдерживать смех, потому что у горделивого капитана так оскорбленно вытянулось лицо, словно он собирался кинуться в драку, — спасибо, мои хорошие, вы молодцы. Я протянула руки, и меня заобнимали, затискали, взъерошили волосы обнюхиванием, вылизали уши. В общем, всячески выказали свою привязанность и нежность. Ладно, с этой проблемой разобрались. И вполне удачно, я бы сказала. Будет немного свободного времени, пока Крис пройдет ускоренные курсы, ну и волчары немного к нему привыкнут. Впрочем, биоробот, сияющий и довольный, нагнал нас уже у транспорта. Неясно, то ли отпросился, то ли опять сбежал — но решить эту проблему удачно так и не вышло, ну как всегда.