Относительные

            Pov Майки Я снова могу целовать его. Это действительно важно для меня. Я не понимал, насколько сильно боялся его отказа, пока этот страх не исчез. Он развеял его всего парой слов и одним поцелуем. Поцелуем, от которого, как и раньше, по всему телу пробегает табун мурашек. Успокаивает. В палату входит полицейский. Думаете, это совпадение, что он заглянул сегодня к Дракену? Ни разу, я позвонил в полицию и сказал, что готов дать показания. Да, я немного соврал, не хотел, как-то само получилось. Эта ложь абсолютно ни на что не повлияет, чуть позже я расскажу ему, что сам позвал сюда полицию. Я выхожу вместе с полицейским сюда, чтобы дать подробное описание преступника, рассказать, что случилось и так далее. Здесь также присутствует лечащий врач Дракена, который в подробностях рассказывает о причиненном физическом вреде его телу. Я же передаю слова о том, что этот долбанутый хотел нас похитить. И, нет, я не говорю «долбанутый», я называю его точное имя, Оливер Тернэр, говорю, откуда он, чем занимался в своей подпольной лаборатории и все прочее. Например, что он сумасшедший и должен быть заперт где-нибудь подальше от цивилизованного общества. Меня не увозят в участок. Во-первых, я из принципа не хочу там появляться. Зачем, если все можно сделать и здесь? Во-вторых, тут Дракен, меня и без того не было сутки, теперь я точно не уйду. По крайней мере еще ближайшие пару дней. Я должен быть здесь. Портрет преступника готов, имя записано, произошедшие события тоже. Это совершенно неинтересно — давать показания полиции, я запомнил это еще с прошлого раза. Насколько я понимаю, как только они его поймают (а они его поймают, я сделаю все возможное для этого) его экстрадируют в США и будут судить уже там. Надеюсь, эту жуткую лабораторию и их ужасные эксперименты прикроют, а этого человека упекут в какую-нибудь психушку. Да, я не хочу, чтобы он оказался в тюрьме, хочу, чтобы на нем проверяли новые психотропные препараты, чтобы он стал таким же подопытным кроликом, какими становились похищенные им люди. Я возвращаюсь в палату. Прошло где-то три часа. Давать показания еще и пиздецки долго. Дракен спит. Хорошо, ему нужно отдыхать и восстанавливать силы. Сажусь в кресло, да, то самое, больше некуда. Есть, конечно, возможность лечь к Дракену, но я так его разбужу и буду зазря дразнить нас обоих. Он только после операции, все еще лежит в больнице, я еще не разобрался с этим чокнутым ученым, ни о каком сексе и речи быть не может. Ближайший месяц только целомудренные поцелуи, не больше. Хотя, если так подумать, то наши поцелуи редко были полностью целомудренными… С этими мыслями я тоже проваливаюсь в царство Морфея.

***

Из сна меня вытягивают чьи-то голоса. В полудреме я не могу разобрать, кому они принадлежат. Уже инстинктивно проверяю красную нить, Дракен не спит, эмоции стабильны, ничего сильного. Значит, все в порядке. Набираю воздуха в легкие и медленно выдыхаю, вытягиваясь настолько, настолько возможно в этом кресле. Открываю глаза, в палате пара докторов, берущих кровь Дракена на какие-то новые анализы. После рассказа этого ученого об экспериментах на крови мне становится страшно, когда я вижу эту картину. Зачем его кровь понадобилась? Разве все анализы уже не завершены? — Что происходит? — Голос, слегка осевший после сна, звучит глухо. На лице явное возмущение. — Обычные ежедневные анализы: сахар, общий анализ, холестерин, производные крови, вирусы и далее по списку. — Медсестра, стоящая рядом с тем, кто берет кровь, отвечает очень буднично. Ничего необычного. — Стандартная процедура. Только сейчас до меня доходит, что для экспериментов над связанными нужна кровь обоих, иначе эта хрень не сработает. Ладно, главное, чтобы у меня никто кровь не брал, чтобы она вообще никуда не попала. Учитывая наши стычки с другими бандами и постоянные драки, провернуть такое будет сложно. Хорошо, что этого Оливера скоро поймают… После слова «сахар» понимаю, что на дворе утро. Я что, проспал больше двенадцати часов в этом кресле? Я думал, что высыпался до этого, но как выяснилось, нет. Я расслабился после того, как дал показания, и мы оказались в безопасности. Черт, теперь все тело ломит от неудобной позы. Врачи уходят из палаты, больше не проронив ни слова. Дракен тоже молчит, я пытаюсь размять затекшую шею. Так, нужно включить телек, посмотреть, есть ли объявление о преступнике в новостях. Пролистываю несколько новостных каналов, ничего о нем. Плохо. Интересно, сколько вообще нужно ждать перед тем, как иностранного ученого из Гарварда объявят в розыск на территории Японии? Наверняка немало. — Смотришь, не объявили ли его в розыск официально? — Он сидит на кровати в больничной одежде. Наверное, жутко неудобно, на прикроватном столике завтрак, который полагается в больнице. — Да, жду момента, когда его можно будет выпускать с нашей базы. — Продолжаю держать в руках пульт и перелистывать каналы. Чувствую на себе его взгляд. — Что такое? — Думаю о том, что ты здесь не поешь нормально. — Дракен же уже приступил к своему завтраку, пока я был сосредоточен на телевизоре. — Только не говори, что снова выгоняешь меня домой? — Смотрю на него с небольшим осуждение, ибо не надо гнать меня от себя, когда я пытаюсь проявлять максимальную заботу. — Домой нет, но может в магазин хоть сходишь? — Чувство предательства накатывает на меня неожиданно и резко. И это мое чувство, оно передается по связи. — Вот только не надо этого, пожалуйста, я не пытаюсь от тебя избавиться. Просто хочу, чтобы ты тоже нормально ел, особенно учитывая, как ты спал сегодня. — В его словах есть смысл. И я чувствую, что он говорит правду. — Хорошо, я схожу в магазин. — Выкидываю пульт ему на кровать, может, он чего-нибудь узнает или услышит по телеку. — Хочешь чего-нибудь? — Встаю с кресла и тянусь вверх руками, вздыхая. Смотрю на него, задумавшегося о чем-то своем и пристально следящего за моими движениями. Понимаю, что мне передается его желание. Блять. — Окей, я понял, ты хочешь меня, но я имею в виду что-то из магазина. — После моих слов его лицо озаряет улыбка. — Нет, из магазина ничего не нужно. — Он вздыхает, когда говорит это. По-прежнему улыбается. Не стану спорить, мне льстит тот факт, что он меня хочет. Это означает, что между нами ничего не изменилось. Просто сейчас вообще не до этого. Ему нельзя, а я слегка занят. Да, я тоже этого хочу, но давайте вспомним, что все было сложно еще до этого ужасающего похищения и избиения. Пока что схожу в магазин, как и сказал Дракен, все остальное потом, тем более секс.             Pov Дракен Майки выходит из палаты, направляясь в магазин. Секс в больнице, после операции, когда я все еще на капельницах и уколах. О чем я только думаю? Классно, но не надо мне такого удовольствия. Я это понимаю, но ничего не могу с собой поделать, только ждать и терпеть. Скоро все это закончится, меня выпишут из больницы, а Оливер Тернэр будет экстрадирован в США. Мы с Майки будем в порядке, наедине в каком-нибудь отеле…или даже в съемной квартире. Идея жить вместе кажется сейчас дико заманчивой, но неосуществимой. По крайней мере пока что. Все эти мысли, что крутятся в моей голове, не дают мне сойти с ума, только они и Майки держат меня в реальности. Потому что все остальное кажется максимально абсурдным. Всего месяц назад мы были лучшими друзьями, всегда поддерживающими друг друга. А что сейчас? Как мы докатились до жизни такой? Почему весь этот пиздец свалился именно на нас? В моих руках пульт, я беру его, когда Майки кидает его на кровать, и листаю новостные каналы. Натыкаюсь на основные новости Японии, нет, это не канал и не телевизионная программа, просто тут в данный момент рассказывают про основную ситуацию в Японии, вот и все. Мне кажется логичным, что новости о возможном международном преступнике покажут здесь. Просто сижу и слушаю. Майки нет уже минут пятнадцать, скоро должен вернуться. В палату стучат. После стука тишина и никто не входит, но кто это может быть? Врачи стучат и сразу заходят, Майки залетает вообще без стука, полиция здесь была вчера, больше ко мне никто не приходит. Да, мог бы зайти кто-то из Тосвы, но зачем создавать тут толпу, одного Майки вполне достаточно. Отвечаю, что можно войти. Человек, которого я вижу в дверном проеме, точно отличается от моих представлений.

***

— А вот и я! — Как я и говорил раньше, Майки влетает в дверь палаты без стука, прерывая начавшийся десять минут назад разговор. Он останавливается, держа в руках ручку приоткрытой двери, осматривает сложившуюся картину. — Что происходит? Скажем так, все выглядит странно. Я сижу в своей постели, а на кресле, где обычно обитает Майки, расположился сотрудник ФБР, Мэйсон Рид. Комично, знаете ли. Он пришел по делу Оливера Тернэра, чтобы забрать его в посольство США на территории Японии, а оттуда уже отправить на родину. Утверждает, что от местной полиции узнал об этом деле и по приказу начальства из США приперся за ним сюда, чтобы не раздувать международный скандал. Я объясняю все это Майки. Он проходит в палату и закрывает за собой дверь. Стоит с другой стороны кровати. Сказать, что мы с ним в шоке — ничего не сказать, потому что такой поворот событий мы не обдумывали. — Так значит, Вы ответственный за то, чтобы Оливера Тернэра вывезли из Японии, верно? — Майки спрашивает это обычным тоном, но внутри него мини-буря, ведь он планировал все немного иначе.             Pov Майки Что, блять, происходит? Почему весь этот мир такой непредсказуемый, блин? Вот как мне теперь отпустить этого чудика с нашей базы? Если его ищет всего один человек из посольства, то шансы, что он может сбежать возрастают. И сильно. Пытаюсь придумать план, как бы мне подкинуть этого долбанного ученого под двери посольства, но ничего не приходит в голову. У меня попросту не выйдет. Это же, блять, посольство США, туда нельзя гражданам Японии без визы. И что мне теперь делать? — Да, я ответственный за это дело. — Он смотрит на меня, изучая, пока в моей голове творится хаос. — Это Вы давали показания в деле Тернэра? — Да, это был я, а еще я тот, кто держит его привязанным к столбу одного заброшенного склада. Блядство, что делать? — Да, это был я. Манджиро Сано, здравствуйте. — Дико непривычно называть кому-то свое полное имя, и я делаю это второй день подряд. Второй день уже меня называют по этому имени, бррр. — Могу я обращаться к Вам «мистер Сано»? — Он протягивает мне руку, спрашивая это. Я киваю и пожимаю его руку в знак нашего знакомства. — Можете звать меня «детектив Рид». Мне нужно избавиться и от Тернэра, и от Рида. Нужно, чтобы они навсегда исчезли из нашей жизни, но как это сделать, не сознаваясь в том, что я похитил ученого? Я продолжаю прокручивать в голове возможные варианты развития событий, но прихожу к одному и тому же — Тернэр может сбежать, если я не передам его лично в руки Риду. Желательно так, чтобы я видел, как его в наручниках запихивают в самолет до США, поэтому решаюсь на безумство. — Извините, детектив Рид, могу я рассказать кое-что, что Вам не понравится? — Да, я хочу рассказать ему о том, что держу его у себя в плену в надежде, что мои действия расценят как помощь следствию. — Майки, ты уверен в этом? — Я оборачиваюсь в сторону Дракена. Он смотрит на меня с неуверенностью во взгляде, по связи мне передается легкий страх. Киваю. — Да, я уверен. — Думаю, этому детективу можно доверять. Мое шестое чувство редко меня обманывает, когда это касается людей.

***

Как я и предполагал, мой рассказ детективу не понравился, но я преподнес это как действия в помощь следствию и согласился отдать его без сопротивления с чьей-либо стороны. Детектив смотрел на меня очень осуждающе в тот момент, вздыхая, но все равно кивая в знак капитуляции. Сейчас мы едем в его служебной машине в назначенное место. Я, как глава банды, не могу допустить, чтобы коп вдруг появился на нашей базе, поэтому звоню Мицуе и говорю перевезти куда-нибудь этого ебанутого. Я уверен, что внутренне Мицуя меня материт, но какое это имеет значение, если скоро всего этого не будет в наших жизнях? Спустя полчаса езды мы оказываемся в подземной парковке одного не очень благоприятного района. Если здесь передать что-то кому-то, никто не обратит никакого внимания. Здесь всем похуй, кто чем нелегальным занимается, потому здесь нелегал — каждый первый. Никто не хочет излишнего внимания. Мицуя полусидит на своем байке, рядом с ним на полу Оливер. Теперь он точно выглядит как собачка, к нему даже поводок привязан, чтобы не убежал. Связывали мы его мягкими тряпками, чтобы оставить минимум следов на коже, если будет рыпаться. Мы с детективом выходим из машины. — Здравствуй, Мицуя. Прости, что так неожиданно. — Выхожу из машины и слету говорю ему это. Закрываю дверь и подхожу вместе с детективом Ридом. — Оливер Тернэр, полагаю. — Детектив достает из пиджака удостоверение и показывает его безумцу. Они говорят на английском, но я их понимаю. Английский, по сравнению с японским, очень легкий язык. — Меня зовут Мэйсон Рид, я сотрудник ФБР. Вы обвиняетесь в ряде преступлений, связанных с причинением тяжкого вреда многим людям. Вы знаете свои права или мне их озвучить? — Тернэр кивает, полагаю, это значит, что он в курсе своих прав, поэтому молчит. Детектив достает наручники и теребит их в руках. Похоже на рабочую привычку, просто сейчас Тернэр уже связан. — Развяжите его, пожалуйста. Последняя фраза была сказана на японском. Они оба говорят с американским акцентом, но да похуй. Лишь бы они уже съебались отсюда. Я подхожу к Тернэру и за шкирку поднимаю на ноги, поворачиваю к себе спиной, чтобы развязать его руки. — Наденьте на него сначала наручники, потом развяжем. — Это совершенно стратегически ненужная просьба, я просто успокаиваю свою паранойю, перестраховываясь там, где это совершенно не нужно. Но детектив меня слушает и делает так, как я прошу, надевая наручники. Следующие пять минут происходят будто вовсе не со мной. Я настолько привык к пиздецу, что что-то хорошее в моей жизни кажется нереальным. Я развязываю руки Тернэра, который уже в наручниках. Детектив Рид уводит его и сажает на заднее сиденье машины, дверь которой невозможно открыть изнутри. Детектив со мной прощается и спрашивает, доберусь ли я сам. Я отвечаю, что все в порядке, меня может подбросить Мицуя. Тот глубоко вздыхает, но соглашается. Машина с двумя американцами уезжает в сторону посольства, оставляя нас вдвоем в тишине парковки. Все, конец истории. Правосудие восторжествовало.

Три недели спустя

            Pov Дракен Я честно был напуган, когда Майки решил все выложить этому детективу. Но я верю ему, поэтому оставил все как было. Знаете, как давно это было? Три недели назад. Сегодня меня выписывают. Все раны зажили, глаз пришел в норму, теперь я как огурчик. Все как раньше. За этот месяц Майки притащил неплохую гору моих вещей в больницу, чтобы я не шатался тут в больничной хрени, которую они называют одеждой. Сейчас я собираю все свое барахло в сумку. Он ждет меня в коридоре, чтобы забрать куда-то. А вот куда — сюрприз, чтобы отметить мою очередную выписку. Я как-то равнодушно отношусь к сюрпризам, но в этом конкретном случае мне интересно, что он задумал. Мы выходим из больницы и садимся в такси, разговаривая о чем-то, что не несет в себе смысловой нагрузки, потому что я этот разговор не запоминаю. Такси направляется куда-то в неизвестность. Это не дом Майки или мой, не база Тосвы, это что-то совершенно другое. Стоп, минуточку. Если мы не едем отмечать мою выписку вместе со всеми членами банды, то как? Он планирует отметить где-то в другом месте огромной толпой? Или он хочет, чтобы мы остались только вдвоем? За все это время ко мне так и не вернулись воспоминания, но я об этом не жалею, пусть будет так. Я планировал создать с Майки новые воспоминания, в том числе те горячие, которые я также умудрился забыть. Неужели он хочет начать прямо с этого? Внутри меня небольшая буря, которую Майки конечно же чувствует. — Да не волнуйся ты так. — Он смотрит, сидит сбоку на заднем сиденье. — Все будет хорошо. — Это я понимаю, меня интересует немного другое, но я просто киваю, продолжая размышлять. Не успеваю прийти к какому-то логичному умозаключению, потому что такси останавливается в жилом дворе, возле многоэтажного дома. Майки расплачивается за проезд, и мы выходим. И что мы тут делаем? На моем лице явное негодование, поэтому Майки решает все объяснить. Честно, его слова вводят меня в тупик. — Я арендовал квартиру. — Он не смотрит на меня, отводя взгляд в сторону и в пол. Охренеть не встать. Шок — слишком мягкая эмоция сейчас. — Могу я узнать зачем? — Мы просто стоим рядом перед входом в дом, разговариваем и не смотрим друг на друга. — Чтобы мы могли пожить тут какое-то время. — Я чувствую, что ему сложно выдавить из себя эти слова, но почему? Мы очень много раз устраивали совместные ночевки и обсуждали, как удобно было бы жить вместе. Но это было, когда мы были еще друзьями… Я пытаюсь найти какую-нибудь причину, по которой эта затея окажется плохой, но таких просто нет. Причин не жить вместе у нас нет. Мы уже намного ближе, чем женатые люди, потому что связаны красной нитью. Я действительно сомневаюсь в том, что есть кто-то ближе, чем пара, связанная этой магической хренью. Поэтому просто иду ко входу, с сумкой в руке. Майки же стоит на месте. — Ты идешь или нет? — Оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него, он поднимает взгляд, который мгновенно наполняется радостью от сказанных мною слов. Майки достает из кармана ключи, подходит к двери и открывает ее.