Пять раз, когда Клинт был для Ванды братом

      Клинт слишком остро реагирует. Именно к такому выводу пришла Ванда, когда холодным осенним днём ноября выбежала на балкон, сердитая и растрёпанная, схватилась пальцами за перила и закрыла глаза. Она долго стояла так, глубоко дышала, позволяя сырому и промерзлому воздуху обжигать её внутренности. Стояла и думала. Думала о том, почему Клинт Бартон такой придурок. Почему-то даже мысленно обзывать Клинта было сложно, поэтому Ванда пообещала себе больше так не делать. Клинт — друг, он всегда помогает ей и желает только лучшего. Но иногда он просто отвратительный, невыносимый придурок. Ну вот, снова обозвала.       Ванда беспомощно вздохнула, открыла глаза. Руки уже покрылись мурашками от холода, а все внутренности сжались до размеров одной дрожащей точки, так что дверь за спиной приобрела особую привлекательность. Ванда заставила себя остаться на месте. Она обхватила себя руками за плечи и стала прохаживаться по балкону, чтобы согреться.       Нет, она не вернётся в общую комнату, не сейчас. Все будут пялиться или, не дай Бог, даже что-то говорить. Уж лучше стоять тут, пока они не разойдутся. Ванда пожалела, что не побежала в свою комнату, а выскочила на балкон, отрезав себе пути к отступлению. Это настолько глупо, что любые эпитеты излишни. А если Клинт вздумает зайти следом? При этой мысли Ванда рассердилась и приняла решение, что улетит с балкона прочь прямо по воздуху, если он вздумает это сделать. Но он не появлялся.       Вообще-то утро не предвещало ничего плохого. Погода стояла отвратная, но для осени даже неплохая, так что Ванда проснулась в хорошем расположении духа. А потом это сообщение о заложниках в банке. Мстители справились с проблемой очень быстро. Всего-то потребовалось одурманить умы грабителей. Но Ванда совершила ошибку. Она упустила одного из них, и тот едва не застрелил её. Пуля пролетела в сантиметре от её головы, Ванде даже показалось, что она почувствовала запах жжённых волос. В следующую секунду грабитель пал, поражённый парализующей стрелой в центр лба. За спиной Ванды возник Клинт. Его белое, как полотно, лицо, было мрачным и казалось, что он очень далеко отсюда, но он молчал до самого возвращения в Особняк Мстителей.       — О чём ты, чёрт возьми, думала, Ванда?! — закричал он, когда команда вошла в конференц-зал, чтобы обсудить миссию. Вопрос застал молодую женщину врасплох. Она уставилась на лучника круглыми глазами, искренне не понимая, о чем он говорит.       — Тебя едва не пристрелили, — Ванда поняла, что Клинт точно обращается к ней. Она даже смогла понять, о чем именно он говорит. Но она всё ещё была ошарашена его напором, поэтому не смогла вымолвить ни слова.       — Если бы я не оказался рядом, он бы…       — Я просто не увидела шестого, — попыталась оправдаться Ванда, всё ещё не понимая, почему он так взбешён.       — Не увидела? Ванда, ты могла погибнуть!       — Этот факт не добавляет мне глаз на затылке! — Ванда попыталась его перекричать, игнорируя закипающие в уголках глаз слезы. Клинт кричал на неё в присутствии команды, и это не добавляло ей очков репутации.       — Может быть, тебе стоит не участвовать в заданиях, пока не отрастишь себе глаза? — парировал Клинт, впрочем, начиная остывать.       Ванда раскрыла рот, собираясь ответить, но слова застряли в горле. Так Ванда оказалась на балконе конференц-зала. Она определенно собиралась замёрзнуть тут насмерть, но вернуться ко всем не было никакого желания. В какой-то момент рядом материализовалась Наташа. Иным словом появление Чёрной вдовы нельзя описать. Если бы она желала, она бы могла убить Ванду прямо сейчас, и Ванда не поняла бы, что произошло. Мысль показалась Ванде заманчивой, но Наташа развеяла все фантазии пушистым одеялом, немного неловко протягивая его ведьме.       — Вот, — в её голосе звучала улыбка, хотя лицо было невозмутимо. — Если ты решила провести здесь остаток своей жизни, возьми это. С завтрашнего дня, если не передумаешь, начнём переносить сюда твою мебель. Что это значит? — улыбка покинула голос Наташи, когда Ванда мягко оттолкнула от себя её руку с одеялом.       — Не нужно.       Наташа поджала губы.       — Середина ноября, Ванда, — вяло возразила она и вздохнула, когда девушка только пожала плечами. — Окей, скажу ему, что ты намерена тут умереть. Может он додумается прийти и извиниться.       И, не дожидаясь разгневанного взгляда ведьмы на себе, Наташа ретировалась с балкона так же беззвучно, как появилась. Одеяло осталось висеть на перилах. Ванда немного подумала и решила пока что согреваться с помощью магии.       Через пятнадцать минут на балконе появился заламывающий руки Человек паук. Питер был в полном своём паучьем облачении, только без маски.       — Эй, Ванда, — позвал он нерешительно, потом хмыкнул, почесал кончик носа и неловко сложил руки на груди. — Ты как?       Ванда только вздохнула, показывая, что не имеет ни малейшего желания разговаривать.       — Ну, я просто, то есть, я хотел сказать, что там внизу мисс Поттс приготовила огромный клубничный пирог.       Он улыбнулся, вспоминая что-то.       — И мистер Старк уронил его, когда нёс к столу, так что мы просто заказали две огромные пиццы, и на этот раз только одна из них вегетарианская, Кэп смог ничего не напутать в заказе.       Не встретив ожидаемой реакции, Питер заметно сник.       — Ну, а потом Кэп испортил одну из пицц, поставив её разогреваться в духовку, а не в микроволновку, так что теперь у нас всего одна пицца, и она вегетарианская. Да, всё это случилось за те полтора часа, что ты здесь, я тоже удивлён.       Ванда слышала по его голосу, что он начинает паниковать.       — Я не хочу, Пит, спасибо, — великодушно отозвалась она, бросая на Паука благодарный взгляд. Питер расслабился, хотя было видно, что его настроение упало.       — Эм, ну ладно, я ему так и сказал. Но ты просто знай, что… В общем, он был неправ. Ты молодец, ты выложилась на сто процентов. Я на твоей стороне. Эй, герои ведь всегда рискуют.       Ванда не ответила, но почувствовала, что слова Питера действительно немного успокоили обиду.       — Но я и сам за тебя испугался. Это было так близко.       Ванда повернулась, чтобы возразить, но на балконе Питера уже не было. Она поёжилась, взглянула на одеяло с философским вопросом и вернулась к контролю над своими силами.       — Ванда.       Вижн появился откуда-то снизу, вынуждая Ванду отскочить от перил с бешено бьющимся сердцем.       — Чёрт тебя дери, Вижн! — закричала она, хватаясь ладонью за грудь.       Вижн приземлился на балкон и нахмурился.       — Что ты имеешь ввиду?       Она сжала зубы, яростно топнула ногой и снова сосредоточилась на создании тепловых волн.       — Забудь.       — Я мог бы делать вид, что забыл, если это будет уместно. Чтобы забыть полностью, следовало бы произвести некоторые изменения в моей…       — Вижн! — прикрикнула Ванда, и он умолк.       — Прости, — пробормотал он, совершенно растерявшись. — Я пришёл узнать, не нужно ли тебе что-нибудь.       Ванда облокотилась о перила.       — Не нужно. Спасибо.       Вижн смерил её оценивающим взглядом.       — Ванда, он очень сожалеет о своих словах.       — Мне не нужны его сожаления, — проворчала она. Вижн неодобрительно поджал губы.       — Осмелюсь заметить, что ты ведёшь себя, как маленький ребёнок.       Ванда повернулась к нему так быстро, будто сорвалась натянутая пружина.       — Убирайся вон, Вижн! — закричала она, и тот послушался.       Она снова осталась одна.       Через несколько минут на балконе раздался учтивый голос Пятницы.       — Мисс Максимофф, мистер Старк просил выяснить, не нужно ли вам что-то. Он передаёт свои сожаления по поводу сложившейся ситуации и просит не принимать её близко к сердцу.       Ванда почувствовала, что уже не в силах злиться. Слова Пятницы даже вызвали у неё стыд. Вижн прав, она ведёт себя по-детски, обижаясь на Клинта таким совершенно глупым образом. Но вслух в этом признаваться не обязательно.       — Хорошо, Пятница. Спасибо, что передала. Мне ничего не нужно. Я сейчас уже вернусь к себе в комнату.       Пятница не ответила. Ванде померещилось, что ИИ недоверчиво хмыкнула. Немного подумав, Ванда взяла с перил одеяло, накинула его на плечи и отправилась в свою комнату. К счастью, по пути она никого не встретила. Меньше всего хотелось бы пересечься с Клинтом. Ванда не смогла бы кому-то в этом признаться, но ей было обидно, что Бартон прислал за ней на балкон Наташу, Питера, Вижна и Тони, но сам и не попытался заглянуть. Это значило, что он сердится. Или разочарован. И одно, и другое расстраивало Ванду, она понятия не имела, что из этого лучше. Клинт — единственный человек, разговаривая с которым, она может быть собой. Как когда-то с Пьетро. Это сложно объяснить, просто его поведение, слова, всё его существо располагали к себе. Остальные члены команды тоже хорошие люди, Ванда даже могла бы назвать их своими друзьями, но с любым из них она всегда была вынуждена следить за собой, контролировать себя, чтобы не испортить впечатление, чтобы соответствовать. Она всегда сдерживала себя, чтобы не оказаться слишком близко, потому что привыкла в своей жизни ни к кому не подбираться слишком близко. Пьетро всегда был её ближайшим пунктом связи, первой и единственной остановкой, главным портом. Теперь, она чувствовала, Клинт упорно пытался стать для неё всем этим. И ему удавалось. Лишь его попытки не раздражали Ванду, и она дорожила этим фактом. По крайней мере, ей казалось, что она дорожит. Но теперь Клинт сердится на неё, возможно, даже разочарован, а она не знает, как это исправить. С такими печальными мыслями Ванда открыла дверь в свою комнату. И застыла. Клинт сидел на краю её кровати, вертя в руках что-то. Увидев Ванду, он вскинул голову, его лицо приобрело выражение смеси стыда и радости.       — Ой, я, — Ванда попыталась сделать шаг назад, но Клинт поднялся ей навстречу. — Ванда, пожалуйста.       Он указал на кровать за своей спиной. Немного подумав, Ванда подошла к кровати и села. Клинт остался стоять. В руке он держал небольшой цветастый браслет, наверное, принадлежащий его дочери.       — Ванда, прости, что накричал на тебя при всех, это было грубо, — проговорил он ровным голосом, глядя ей прямо в глаза. Ванда дёрнула плечом.       — Не важно.       — Нет, важно. — Клинт нахмурился, разглядывая браслет в своих руках, его лицо исказила злоба, но Ванда не чувствовала, чтобы она была обращена в её адрес. — Ванда, я не знаю, я просто испугался наверное. Это было глупо с моей стороны. Ты ошиблась, попала в смертельную опасность, а я ещё и накричал на тебя, будто мало тебе было оказаться на волосок от гибели. Это глупо. В ту секунду я почувствовал себя очень мерзко, — признался он, сжимая браслет в кулаке. Ванда сжалась от стыда, вызванного его словами.       — Я вёл себя, как придурок.       Ванда не нашла в себе сил и желания возражать. Клинт слабо вздохнул и сделал несколько бесцельных шагов.       — Я был глуп. Но и ты, Ванда, должна понять. Мы мстители, но это не значит, что мы должны идти на бессмысленные риски. Я готов отдать свою жизнь ради дела, но только если потребуется. В противном случае моя обязанность делать всё. Слышишь? Всё, что в моих силах, и даже большее, чтобы выжить. Потому что есть люди, которым без меня будет несладко. И ты должна это понимать. Если бы ты умерла сегодня, это была бы смерть по неосторожности, а не ради дела, Ванда. И я бы никогда не смог простить себе это. Никто из нас. — он осёкся, сжал пальцами переносицу и шумно выдохнул.       — Господи, забудь, что я сказал. Мы ни при чём. Не думай об этом. Думай о себе. Понимаешь, о чём я? Не ради меня или команды, а ради себя ты должна жить. Задействовать каждую клеточку своего тела, чтобы выживать изо дня в день.       Ванда, поражённая речью Клинта, не знала, что ответить. Клинт же, скривившись, как от физической боли, подошёл и сел рядом с ней. Он моргнул, опустил голову, надавил пальцами на уголки глаз. Ванда ощутила невероятный стыд за то, что заставила этого человека волноваться.        — Клинт…       — Нет, не перебивай. — оборвал он, не поднимая головы. Его голос звучал иначе, чем обычно. — Я на тебя накричал, потому что, как какой-то эгоист, испугался, что не выполнил свой долг. Это было глупо.       Ванда дёрнулась, как от пощёчины. Долг перед твоим братом.       — Прости, Клинт, мне очень жаль, — выдавила она, не глядя на него. — Я не хотела… я понятия не имела, что ты чувствуешь. Я думала, это просто твои командирские замашки.       Клинт вздохнул так, будто не собирался возражать.       — Ладно, я не привык распинаться о чувствах, так что… — он вытянул перед собой кулак. — Так что я позвонил Лайле и спросил, как правильно просить прощения, если наговорил глупостей близкому человеку. И она сказала, что, если бы я обидел её, она бы простила меня только за новый браслет с эмблемой Наташи, так что я сбегал в один магазин и, в общем, вот.       Он разжал кулак. На его ладони лежал ярко-красный браслет.       — Я нашёл с эмблемой Алой ведьмы, так что это тебе.       Ванда не удержалась и рассмеялась, принимая подарок.       — Если бы ты отказалась, я бы разрыдался, как ребёнок, так что спасибо.       Клинт улыбнулся, наблюдая, как Ванда надевает браслет на руку.       — Я не буду носить его.       — Я знал заранее. Просто сохрани у себя где-нибудь.       Ванда повернула голову и увидела, наверное впервые за всё время знакомства, как явно возраст Клинта написан на его лице. Поддавшись порыву, она крепко обняла старшего товарища за шею.       — Прости, Клинт. Я буду стараться. Ради себя и Пьетро.       И ради тебя.       — Спасибо, Ванда.       Ванда мысленно пообещала себе никогда больше не обзывать Клинта придурком. Клинт мягко отстранился и улыбнулся уголком губ.       — И ты можешь участвовать в миссиях. Я подумал и понял, что двух глаз достаточно для начала. Отращивать дополнительные не обязательно. Это было бы пугающе.       Придурок. Но такой замечательный.