Скиталец

Мерцающий свет слепил глаза сквозь веки. Противный гудящий звук действовал на нервы! Астрид, ты выключи эту чертову лампу, дай мне поспать! Мерцание не прекратилось. Не выдержав, я раскрыл глаза и рывком сел на кровати, и огляделся, ища глазами девушку. Астрид лежала позади меня, отвернувшись к стене и поджав ноги к груди. Она опять забыла выключить свет. Который час? Я потер виски и посмотрел на часы. На место, где они должны быть. Но часов не было, как не было и любимого ковра на стене. Зато была печь, чужая кровать и стол. Откуда? Я постепенно возвращался в реальность - падение самолета, железная дорога, мертвое тело, администрация турбазы. Вернулось осознание того, где мы, но оставался один вопрос: как здесь может быть электричество? Я встал с кровати и живо спустился на первый этаж. Здесь было светло как днем. Светильники на потолке горели, издавая нервирующий звук и изредка мерцая. Но на этом мистика не заканчивалась: настольная лампа на стойке ресепшена тоже работала, работал и небольшой ноутбук, стоящий возле. Я осмотрел технику и обнаружил, что к ней не подключен ни один провод. Неприятный холодок пробежал по телу. Что за чертовщина здесь происходит? На экране ноутбука был открыт текстовый документ. Взяв с собой ноутбук, я уселся в кресло и принялся читать. Как же мне повезло работать здесь, Шари! Несмотря на суровые морозы и нетипичные всплески активности хищников вблизи озера, исследования Сияния идут в соответствии с планом - надеюсь, закончим уже на следующей неделе. Буду информировать вас о всех новостях. Что за Сияние? Какая-то аномалия? Только сейчас, привыкнув к звукам внутри дома, услышал гул метели снаружи. Я отодвинул занавеску у окна и ахнул: на небе двигались огромные полосы света. Это было похоже на северное сияние, только гораздо ярче. Вдалеке медленно плелся волк. Шерсть на нем блестела, словно была покрыта лаком, должно быть, тому виной свет от прожектора. Задрав голову, хищник открыл пасть и протяжно завыл так, что мне стало не по себе и захотелось закрыть окно занавеской, но что-то заставляло меня следить за ним дальше. Волк ткнувшись носом в снег, будто вынюхивая что-то, поскреб по нему лапой и повернулся в сторону дома. Могу поклясться, что в тот момент зеленые глаза смотрели прямо на меня. Волк словно обладал разумом, понимал, кто я и что сейчас до меня не добраться. Постояв так мгновение, он отвернулся и побрел прочь, будто бы нарочно обходя свет прожектора. Хотя, возможно, так только казалось. На всякий случай завесив окна и проверив засовы на дверях, я закрыл ноутбук и вернул его на прежнее место. Рассвет еще не скоро, значит, надо попробовать заснуть. Напоследок пощелкав стареньким выключателем без какого-то эффекта, я хмыкнул и вернулся к Астрид, освещаемый мерцающей лампой. *** — Уилл, просыпайся, весь день проспишь. — Что? Уже расцвело? — приподнявшись на локтях, я смотрел на Астрид. — Да давненько уже, — Астрид тихо зевнула, прикрыв рот и тряхнула головой. Освещаемая солнечными лучами, девушка выглядела безумно привлекательно, несмотря на растрепанные волосы, сползшую лямку лифа и немного припухшее ото сна лицо. Я решил не рассказывать жене о пережитом ночью - незачем наводить лишнюю панику в и без того жуткой ситуации. — У нас осталось что-нибудь поесть? — армейский ИРП всё же был рассчитан на одного, пусть и военного, человека. — Сейчас… Кажется, одна пачка галет, — Астрид сунула руку в упаковку и выудила оттуда лакомство. Грустно посмотрев на меня, супруга раскрыла целлофановую обертку и отдала мне половину крекеров. Быстро справившись с перекусом и запив всё ещё чуть теплой водой из чайника, мы забросили весь мусор в печь и снова раскрыли карту. — Ну что, куда? — я вопросительно взглянул на девушку. — Честно говоря, я совсем не наелась, поэтому давай попытаем счастья в домике в углу карты. Наверное там жил какой-нибудь лесник или охотник, наверняка в доме остались какие-нибудь запасы. Мясо, рыбка… - девушка мечтательно облизнулась и зажмурилась. — В твоих словах есть логика. Тогда не будем тянуть, давай собираться, — я поправил локон Астрид, выбившийся из прически, девушка ответила мне благодарным смущенным взглядом. Мы наскоро собрали все свои вещи. В рюкзак отправилась туго свернутая карта, две литровые бутылки кипяченой воды, и погнутый нож, книжка о рыбалке (остальные было решено оставить из-за тяжести), в нагрудном кармане лежал коробок с дюжиной спичек. Топор я решил нести в руке, для безопасности. Подойдя к окну, я осторожно отодвинул штору и внимательно осмотрелся, волков, как и следов их недавнего пребывания видно не было, значит можно было выходить. Погода была ветреная, благо что снега пока не было. Наст проминался под ногами, заставляя прилагать больше усилий с каждым шагом. Мы добрались до железной дороги, Астрид тяжело дышала и шмыгала носом, хотя пыталась не выдавать усталости. — Давай передохнём малость, Ас, заодно осмотримся, — я остановился и достал карту. Девушка забрала рюкзак с моего плеча, достала бутылку с водой припала к горлышку, жадно глотая. — Гляди, судя по карте, нам не обязательно идти напрямую к этому дому. Если мы дойдем по железной дороге до этого участка, — я активно водил пальцем по карте, вырисовывая невидимые стрелки и круги, — то до домика останется всего ничего. Не больше, чем мы уже прошли. Астрид наконец убрала бутылку от губ и вытерла их тыльной стороной ладони. — Хорошо. Наверное так будет проще, только давай отдохнем еще немного. Я вернул вещи на прежние места и огляделся. В нужной нам стороне виднелась скала, сквозь которую проходила железная дорога. По бокам ландшафт был схож, только слева было едва заметно озеро. Снова вспомнилась ночная встреча с хищником — ладонь на рукояти топора непроизвольно сжалась крепче. — Ас, нам пора, — я поцеловал её в щеку и протянул руку, девушка послушно ухватилась за нее и мы продолжили путь. Однообразная дорога тянулась вдаль, шпала за шпалой. По деревянным шпалам идти было заметно проще, чем по снегу, поэтому основную часть пути мы проделали не больше, чем за час и практически не чувствовали усталости. Астрид вертела головой, разглядывая макушки вечно зеленых елей, стоящих по бокам от дороги и каждый раз цеплялась взглядом за пролетающих над нами птиц. Словно ребенок, гуляющий по парку, с радостным вздохом провожала порхающих птах. Мне же приходилось следить за опасностью, которая могла поджидать нас. Пару раз среди деревьев чудились изогнутые волчьи спины, будто бы следующие за нами. Надеюсь, что это была лишь игра воображения. — Уилл, а что это? — Астрид указывала пальцем вперед, —на рельсах в сотне метров от нас стояла черно-желтая тележка. — Это дрезина называется. Такая штука, которой пользуются железнодорожники для осмотра пути. Неудивительно, что мы не заметили её раньше — тележка отлично сливалась с серой горой позади. — Зайдём внутрь? Отдохнем еще немного, — Астрид заглянула мне в глаза. — Конечно, может быть, внутри будет что-нибудь полезное. Дрезина представляла собой железную платформу о четырех колесах. На платформе стоял крошечный вагон с несколькими окнами по бокам и рубкой машиниста. Я отдал топор Астрид и раскрыл выдвигающуюся дверь. Внутри обнаружилась дюжина мест для сидения, встроенные неизвестные приборы и двигатель, закрытый железными листами. В помещении для машиниста стояли небольшое кресло, панель управления с несколькими экранчиками, зелёными и красными кнопками и чем-то, напоминающим руль. — Уилл, а зачем машинисту руль? — высунулась Астрид из-за моего плеча. — Это не руль, это аналог педалей газа в автомобиле. Эту штуку крутят и таким образом увеличивают обороты. — Ух ты, спасибо! — Астрид потрепала меня по голове и убежала в салон, усевшись на сидение и принявшись отогревать заледеневшие пальцы. На спинке кресла машиниста лежали кожаные водительские перчатки. Внутри прощупывалось что-то, похожее на мех. — Ас, померь-ка. Всяко лучше, чем с обнаженными руками, — я протянул девушке перчатки. — Сразу стало теплее, спасибо, — ответила девушка, поправляя ткань на кисти. — Слушай, я пойду проверю туннель, будь готова скоро выходить. Девушка кивнула, спрятала подбородок под куртку и принялась растирать ноги ладонями. Я задвинул дверь снаружи и осмотрелся. На безоблачном небе слепило солнце, кроны деревьев клонились от сильного ветра. Папа в такой ситуации обязательно бы сказал что-то в духе: "К вечеру что-нибудь да принесёт". Ох, как я жалею, что не слушал отца, когда он делился своим опытом сельской жизни. Уж он точно бы с легкостью с такой ситуацией, в которую попали мы… Ладно, хватит рассуждать о прошлом, нужно жить сейчас. Главное, что есть ради кого жить. Ради этой чудесной девушки, сидящей сейчас в вагончике и с серьезным лицом отогревающей замёрзшие ноги. Отмахнувшись от ненужных мыслей, я быстрым шагом направился к туннелю. Длиной он был метров пятьдесят. Недалеко от входа я обнаружил кострище из сложенных камней с кучкой золы сверху. Рядом валялась обгоревшая консервная банка. Кострище было старым, тепла совсем не чувствовалось, хотя при такой погоде крайне трудно судить о том, сколько времени назад здесь горел костер. Но вывод был очевиден — здесь кто-то есть, и нам нужно его найти! Возбуждённый своей находкой, я развернулся и собрался было броситься обратно к Астрид, но замер на месте, словно ноги прилипли к снегу. В трёх десятках метров от меня стоял волк. Он принюхивался к моим следам и оценивающе смотрел на меня. Хищник выглядел меньше, чем его собратья, которых я встречал раньше. Шерсть местами была выдрана, на морде виднелись глубокие следы когтей. Как можно медленнее я опустился на корточки и взял ближайший камень. Волк оскалился и зарычал. Рубашка прилипла к спине. Пот, казалось, тёк ручьём везде, где только можно было. Я вдохнул, прицелился и швырнул камень в животное. Булыжник пролетел над головой моего противника и с громким звоном упал на рельс. Волк, прижав уши в голове, побежал в мою сторону, скуля и клацая зубами. — Извини меня, Астрид. Я тебя люблю… — я рефлекторно выставил руки, и приготовился отбиваться, сильно ни на что не надеясь. Волк пробежал в полуметре от меня и спустя секунду скрылся с другой стороны тоннеля. Я со стоном прижался к стене и выдохнул. — Астрид! — я кинулся навстречу к выбежавшей девушке. Она бросила топор и обняла меня дрожащими руками. — Уилл! Я так… испугалась… — Я тоже, малышка, сейчас нам нужно уходить, быстро. Девушка кивнула, я поднял топор и, едва сдерживая желание броситься со всех ног, повел Астрид в сторону предполагаемого домика. Не представляю, сколько мы шли, но когда за очередным холмом показалась небольшая изба, Астрид упала на колени, а затем полностью растянулась на снегу. Адреналин постепенно уходил, а вместо него тело заполнялось безумной усталостью, а голова — мыслями. Я обернулся. Позади нас была вытоптана тропа глубиной по щиколотку, тут же в ботинках начали ощущаться комья снега. — Ас, родная, последний рывок, нам нужно идти, — я сел на колени рядом с женой и тронул ее за плечо. — Я… Не мо… Не могу, — сквозь хрипы произнесла девушка. — Всё получится, малышка, мы должны поторопиться, — я осторожно взял ее под мышки и помог подняться. Девушка закашлялась и сплюнула на снег. Астрид взяла меня за руку и начала медленно спускаться к дому. Позади избы виднелись ряды высаженных берёз, в ста метрах правее - какая-то крохотная постройка. Если опустить все пережитые ужасы, вид здесь был по-настоящему сказочный. Дверь дома была обита шкурой какого-то животного — неспроста на карте это место значилось как дом зверолова. Астрид неуверенно обхватила дверную ручку и потянула на себя. Конструкция тихо открылась, мы вошли внутрь и потеряли дар речи.

***

Изнутри изба выглядела так, словно из неё только несколько минут назад вышел человек. Напротив двери на вешалке висели бушлат с меховой подкладкой внутри, зимний маскхалат и большая зимняя шуба с несколькими заплатками на спине и рукавах. Под одеждой стояли пара сапог и пара зимних берц с меховыми вставками на носах. Сбоку на импровизированной полке из дубовой доски под занавешенным окном находились банные принадлежности: мыло, туго свернутое полотенце и пара небольших флаконов с шампунем. Удивительно, что за такой короткий срок пребывания в диких условиях мы так отвыкли от цивилизации, что с восторгом реагировали на такую обыденность, как шампунь для головы. На полу лежал мягкий на вид длинный ковер. Он создавал столько уюта, что мы не решились наступать на него в обуви. Наскоро разувшись, и поставив обувь под вешалкой, мы продолжили осмотр этого, казалось, нереального места. Ковер оказался невероятно мягким и теплым. В помещении в целом было прохладно, хотя и несколько теплее, чем на улице. Этому способствовали утепленные войлоком бревна и обшитая мехом снаружи и изнутри дверь — должно быть, тепло отсюда уходило медленно. В дальнем углу стояла идеально заправленная широкая дубовая кровать. Астрид, едва поднимая ноги, добралась до нее и повалилась на живот с вздохом удовольствия. Возле двери стояли два металлических шкафчика, вероятно, с личными вещами. Я не решился проверять свою догадку и сел на табурет у верстака, стоящего рядом с кроватью. На верстаке лежал разобранный капкан для мелкой дичи, рядом лежал моток веревки и охотничий нож. Справа от верстака напротив шкафчиков располагалась широкая полка, заполненная книгами и аккуратно сложенной одеждой. В противоположном углу от кровати стояла массивная отопительная печь с двумя конфорками для готовки еды. На одной из конфорок стоял небольшой котелок. Я приоткрыл крышку и почувствовал запах мясного бульона. Похоже сегодня у нас будет что поесть! Я обернулся и взглянул на Астрид. Девушка, отдышавшись после стремительного побега, следила за моими движениями. — Здесь какая-то похлебка, милая, сейчас я разведу огонь и мы сможем поесть. — Не спеши, я ещё не голодна. Возле печи стояла лавка с кучкой дров под ней. По всей стене над лавкой и печью на разной высоте были прибиты разнообразные крючки и небольшие полочки. На одном из крючков висела туго перетянутая веревкой пачка газет, полка чуть левее была заставлена различными баночками и бутылками. Я поднялся с табурета и решил осмотреть предметы более подробно. Каждая банка была подписана: соль, укроп, паприка, чеснок, перец, и много чего ещё. Я представил, какой была на вкус похлебка в котелке, от чего мурашки побежали по коже. На другой полке обнаружилась посуда: сложенные друг в друга миски, пара железных кружек и две деревянные ложки. Фантастика какая-то! Насколько умен человек, живущий здесь, раз он смог сохранить такой уют в настолько апокалиптических условиях. Интересно, где он сейчас? Я нахмурился, представляя возможную встречу с ним. Главное, чтобы человек спокойно отреагировал на наше присутствие, но это всё позже, сейчас нужно побеспокоиться о себе и Астрид. Я отодвинул штору и взглянул на улицу. За окном бушевал ветер. Солнце неспешно подползало к горизонту. Наверное, через час будет темнеть. Вернувшись к печи, я достал газетный лист из стопки и порвал на несколько фрагментов, затем скомкал их и раскрыл печную заслонку. Сложив бумагу, я накрыл её несколькими небольшими щепками, достал спички и поджег. Языки пламени охватили бумагу и потянулись к дереву. Спустя несколько мгновений занялась огнем и щепа. Убедившись, что огонь уже не потухнет, я сложил сверху несколько березовых поленьев и затворил дверцу. Через небольшую щель сверху можно было наблюдать за огнем. Его танцы завораживали и притягивали взгляд. С трудом оторвавшись, я поднялся и снова взглянул на стену. Над печью между стенами была натянута веревка, ниже по обеим сторонам было прибито несколько крючков. Похоже сделано это было для сушки одежды. Я потрогал насквозь промокшие куртку и джинсы Астрид. Разбудил девушку и заставил её переодеться в вещи, обнаруженные в доме.

***

Печь покраснела от жара. Я перемешал угли и поставил на конфорку котелок. Для Астрид найденная здесь одежда оказалась великовата, и девушка смотрелась в ней немного потешно. — Чего ухмыляешься? — девушка сердито ткнула меня кулаком в плечо. — Здорово выглядишь, — с улыбкой ответил я Астрид высунула язык и ткнула меня в колено кулаком. — Накладывай кушать, похлебка уже нагрелась. Девушка закатала рукава и достала две миски с полки. На одном из крючков также нашелся небольшой половник. Девушка наполнила посуду ароматным блюдом и протянула мне миску с ложкой. Пожелав друг другу приятного аппетита, мы принялись кушать. На улице было тихо. Изредка слышались редкие и слабые порывы ветра. Астрид, подогнув ноги, сидела на ковре, увлеченно наполняя желудок вкусным ужином. Спустя мгновения тарелки опустели. Девушка, отложив посуду на лавку, растянулась на ковре и сладко зевнула. — Ужасно хочу спать. — Согласен. Идём в кровать, здесь хватит места для обоих. Наконец-то ужасно волнительный день подошёл к концу. Мы снова находились в относительной безопасности, а наши желудки были полны. В этом месте вряд ли можно мечтать о большем.