Звенья золотой цепи

-Мы принимаем приглашение? - осведомился Саргатанас, когда трансляция завершилась. Тибурон отлепил руку от уже погасшей сферы управления и постучал по ней ногтями. Сам Аргирос Сангрэ, один из шести глав дома Сангрэ приглашал его на рандеву, скромно умолчав о причинах. Координаты, переданные вместе с сообщением, соответствовали миру, уже с десяток тысяч лет принадлежавшему древнему семейству, ведущему свою родословную из глубин веков, с самой Терры. -Разумеется — инквизитор вытер потную ладонь о штаны — Лорд Сангрэ не тот человек, которому можно отказать и при этом избежать последствий. Встреча с могущественным покровителем могла быть очень кстати в свете последних событий... а могла и наоборот. Сфера Итрарвис обладала кристальной чистотой. Впрочем что еще можно ожидать от мира, не изгаженного производствами и перенаселением. Наблюдая в иллюминатор за белыми массивами облаков, скрывавших все южное полушарие планеты, Тибурон размышлял о дальнейших действиях. На данный момент они в относительной безопасности под защитой боевых станций, готовых разнести на атомы всех, кто приблизится к планете без приглашения. Дом Сангрэ ревностно следил за сохранностью своих тайн. И из соображения сохранности тайн Тибурон отказался от места в ремонтном доке, отклонив предложение максимально вежливо, но его красноречия оказалось недостаточно, так как сам лорд Сангрэ решил уточнить, правда ли весь ремонт может быть выполнен собственными силами. -Корабль останется на орбите — бесцветно ответил Тибурон на заданный вопрос, поворачиваясь к гололиту. -Как пожелаешь — изображение, зависшее над столом пожало плечами — Что произошло? -Небольшой конфликт интересов. -Дай-ка угадаю, конфликт с неопознанным кораблем? Сангрэ знал многое, Тибурон не сомневался, что и за ним его покровитель пристально следит. Но между инцидентом на орбите Ронды и моментом выхода у Итрарвис прошло всего пара дней. Кто-то поторопился послать сообщение, и он готов был поставить полбутылки амасека на то, что фамилия этого кого-то — Траск. Уж очень парень выбивался из общего ряда чиновников Ронды, словно находился не на своем месте. -Тебе стоит подумать о том, кому ты так сильно навредил. Он не переставал думать об этом ни на минуту, с нулевым результатом. -Понятия не имею. Я человек мирный, и стараюсь решать все проблемы дипломатическим путем. -Так же, как ты решил их с инквизитором Хейдраном? От упоминания этого имени Тибурона передернуло. Он встречал предостаточно мерзких личностей, но если из них из всех собрать процессию, то Анатоль Хейдран мог по праву нести их знамя. -Инквизитор Хейдран получил даже меньше чем он того заслуживает. -Кстати это будет моей просьбой — загляни к нему. -В психушку? -Его забрала Лилия Хейдран, сестра. Возможно она в деле. Так сказать месть за брата. -Не знал, что у него есть семья. Думаешь у нее есть средства чтобы нанять целый корабль только с этой целью? -Маловероятно — ответил собеседник через несколько мгновений раздумья - И это наводит на мысль о более...- Сангрэ улыбнулся — влиятельных врагах. Ты знаком с Гиардом Виатором? -Нет. И ни с кем из этого клана. Мы, знаешь ли, существуем в разных мирах — дом Виатор, такой же древний как и Сангрэ, который, в отличие от последнего, мог похвастаться наличием в своих рядах целого выводка чиновников, сидевших на самом верху пищевой пирамиды. Так высоко Тибурон даже не мечтал забраться. -Любопытно. А у вас ведь есть общий друг. Очень близкий, я бы сказал. -Ты? -Я говорю о том, кто подарил тебе вон ту безделушку — Сангрэ указал на стоявшие на столе песочные часы. Тибурон вздернул бровь. Стоит убрать с рабочей поверхности все лишнее, то, что может ненароком выдать информацию, которую он предпочел бы скрыть от посторонних. -И? Каким образом это делает нас врагами? - догадаться можно было бы и сразу - Оу... Даже так? -Именно — улыбка Сангрэ напоминала акулью. Тибурон на мгновение задумался, откуда эти конические зубы? Аугметика? Или генетическая особенность? -Как бы то ни было — жду тебя как можно скорее. Кивнув, Тибурон выключил гололит, а затем потянулся к часам. На них не было ни дарственных надписей, ни вообще каких либо символов. Просто колба с кварцевым песком, заключенная в деревянный каркас, которую не составит труда приобрести в любом магазине, полном таких же забавных и бесполезных вещиц. Подарок, ценный лишь воспоминаниями. Прислонившись к борту катера, Тибурон закрыл глаза, медленно вдыхая и выдыхая перенасыщенный кислородом воздух и ощущая на языке горьковатый привкус морской соли. Внизу, под посадочной площадкой, о скалу разбивались волны океана, носившего романтическое название «Лазурный». -Отсюда запросто можно навернуться — сообщил Дитрих, подойдя к самому краю ничем не ограниченной платформы и заглянув через ее край. -Постарайся этого не делать — лениво отозвался инквизитор, собираясь с силами и открывая глаза. После искусственного освещения на корабле, даже рассеянный но естественный свет казался невыносимо ярким. -Здравствуй мой мальчик. Выглядишь уставшим. В ответ Тибурон пожал плечами. Ну что тут скажешь, он себя видел в зеркале, зрелище унылое. Они сидели в кабинете Сангрэ. Здесь приятно пахло кожей и деревом, а из приоткрытого окна едва долетал шум волн. Аргирос не имел активного присутствия в варпе, но тем не менее его аура воздействовала на все близлежащие объекты, причем довольно агрессивно, стремясь подчинить своей воле. -Используй слова, ты же знаешь, мои способности к чтению мыслей стремятся к нулю. -Ты меня пригласил за тем, чтобы услышать о моих проблемах? Убрав лежавший перед ним конверт в ящик стола, Аргирос взглянул на сидевшего напротив мужчину — Почему нет? Мне кажется мы достаточно близки, и ты можешь рассказать мне о том, что тебя беспокоит. Иногда это помогает. -Возможно. Но для начала я хочу узнать цель приглашения. И не начинай песню о бескорыстном желании мне помочь. Я слишком устал игры в дипломатию. Просто скажи, что тебе нужно. -Твое недоверие меня убивает. Я бы никогда не стал использовать тебя в личных интересах. Тибурон несколько секунд созерцал улыбку, резко контрастировавшую с холодным взглядом, а затем уточнил — Не тебе лично, а твоему дому. Сангрэ лишь усмехнулся, не отрицая очевидного — Я прошу тебя наведаться к Анатолю Хейдрану, и забрать у него пару вещей. Список я составил. -Я не заинтересован в работе курьера. Сангрэ обнажил свои акульи зубы в очередной раз — У меня и в мыслях не было предлагать тебе подобное. Но раз уж ты лишил меня одного из друзей, думаю будет справедливо восполнить нанесенный ущерб. К тому же путешествие не займет много времени. А я предоставлю в твое распоряжение самый быстрый корабль из имеющихся в моем распоряжении. -Подожди, что? Хейдран тоже? -поистине щупальца древнего семейства простирались гораздо дальше, чем можно было себе представить — никогда бы не подумал. Услышанное несколько меняло ситуацию. Ему необходим союзник, и вдвойне необходим такой союзник, как Аргирос Сангрэ. А обещание разорвать все, столь тщательно выстраиваемые отношения, хоть и не прозвучало вслух, но Тибурон умел «читать между строк». -Давай свой список. На листке, сложенном вчетверо, значилось всего лишь три позиции. -Это шифр? Что значит «Восхождение» ? - поинтересовался Тибурон, надеясь на более подробное объяснение, с чем конкретно ему придется иметь дело. -Картина. Два других — это скульптуры. Наш общий друг, после того, как ты перемешал его мозги, стал абсолютно никчемным как инквизитор, но зато открыл в себе поразительный талант к творению. Его работы в скором времени обещают обрести немалую популярность. Вот значит как. Ответственное задание по приобретению актива? Сангрэ выбрал странного исполнителя, но почему бы и нет? Все равно альтернатива — это безделье, пока идет ремонт Фольгора. -Отлично. В таком случае я отправляюсь немедленно, если твой корабль готов к вылету — засунув листок во внутренний карман куртки, Тибурон поднялся с кресла. -Так скоро? -Ты сказал, что эти работы в скором времени обретут популярность. Не хотелось бы упустить такой шанс. Уверен, не ты один следишь за модными тенденциями. Сангрэ оскалился в ответ и нажал руну коммуникатора, предавая приказ на ожидающий на корабль. Корабль, предоставленный Сангрэ, доверия не вызывал, скорее похожий на яхту, годную только разве что крутиться на орбите. -У него хотя бы варп-двигатель имеется? - скептически поинтересовался Дитрих, ступив на палубу, сверкающую как рыбья чешуя на солнце. -Уверяю, это полноценный боевой корабль, не смотря на свою внешность — от пестрой, ало-золотой стены отделился человек в костюме той же расцветки с татуировкой чаши, наполненной кровью, во все лицо. Алые камни по ободу чаши выполнены были из самых настоящих камней, делавших его еще больше похожим на часть интерьера. -Абелар Ветрай, капитан «Скользящей» — представился он с легким поклоном. -Тибурон Мортез — ответил инквизитор, кивая в ответ — и я практически не сомневался в способностях этого корабля совершать межпланетные переходы. -Не стоит извиняться, Скользящая многих вводит в заблуждение — капитан Ветрай улыбнулся. В каждый из видимых зубов был инкрустирован камень, повторявший украшение на его лице. Переход занял несколько дней, которые Тибурон посвятил работе над своим отчетом. В целом работу можно было считать завершенной, кроме кое-каких несостыковок, на которые он предпочел закрыть глаза, так как ни одна из них не вела прямиком к чему либо серьезному. Оставалось еще покушение на его жизнь, но судя по всему это не имело никакого отношения к урожаям псевдопшеницы. Сложив все документы в папку, Тибурон постарался проигнорировать появившегося на пороге небольшого кабинета, Дитриха. Точнее не его самого, а фонтан мыслей, который яркими красками растекался по и без того яркой обстановке помещения. А вот игнорировать легкое прикосновение пальцев к затылку он уже не мог. -Прекрати — прикосновение не было неприятным, но он не сомневался, что и в кабинете и в спальне, и вообще по всему кораблю распиханы «жучки». Сангрэ не упустит возможности заполучить информацию, которая может оказаться ценной. В ответ пальцы переместились на виски. -Какие мы колючие. Тебя беспокоит визит к Хейдрану? Хочешь, я все сделаю сам? Там же просто надо забрать эти штуки. Притащить на корабль и все. Дело пары часов. Забота комиссара грела душу, а его пальцы, легкими круговыми движениями, словно стирали мерзко ноющую боль в черепе, неизменную спутницу каждого погружения в варп. -Где ты этому научился? - наконец спросил он, когда пальцы сделали несколько движений вверх и по кругу, где то у края волос, даря явное облегчение и оставляя после себя легкое покалывание на коже. -Абелар — просто ответил Дитрих, не останавливаясь. -Хмм... - думать о том, каким образом Хейдвальд заполучил эти знания не хотелось. Да и какая разница, они ведь взрослые люди. -Ничего не было. Капитан Ветрай предпочитает собственный корабль, что не мешает ему длиться маленькими секретами. -Хмм... - «маленький секрет» оказался как нельзя кстати, потому как упиться до полубессознательного состояния Тибурон не мог себе позволить хотя бы потому, что «Скользящая» вот-вот должна была выйти в реальное пространство. А затем ему действительно предстоит малоприятная встреча, от которой он ни за что не откажется. Хотелось взглянуть на эту мразь собственными глазами. Но стоило закрыть глаза, и перед мысленным взглядом возникла вовсе не физиономия Хейдрана а бесконечные графы со вписанными в них числами. -Вернись ко мне — позвал Дитрих, взьерошивая волосы на затылке — если не хочешь доверить мне визит к Хейдрану, то давай хотя бы развлечемся, пока есть время. -Исключено — лениво сняв руку с подлокотника кресла, Тибурон потянулся и перевернул стоявшую на столе пирамидку-украшение из зеленого камня с белыми прожилками, открывая гнилое нутро со встроенным вокс-передатчиком. Наверняка такие сюрпризы имелись в каждом углу «Скользящей», а он не планировал давать Сангрэ дополнительные рычаги воздействия. Комиссара это смутило, но ненадолго. Забрав пирамидку, он выковырнул вокс из гнезда и сунул его в карман, вернув украшение на законное место. К чему это было сделано Тибурон не стал интересоваться. Иногда Дитриха посещало озарение, суть и польза которого проявлялись гораздо позже. Обнаружить место обитания Анатоля Хейдрана не составило труда. Единственный материк, с единственным городом, за пределами которого находилось такое количество поместий, которое можно было пересчитать по пальцам немутанта. «Тот псих с картинами», на которого указал первый встретившийся рядом с единственной площадкой, предназначенной для пассажирских катеров, оказался искомой целью. -Неплохо устроился — прокомментировал Дитрих зеленую ограду, за которой виднелся особняк из белого камня. Не согласиться с этим было сложно. Мир производил всего три вида сельхозпродукции, и не успел загадиться до необитаемого состояния. Свежий соленый воздух и три четверти солнечных дней создавали приятную атмосферу, которую нарушал лишь отдаленный шум механизмов, работавших в обширных заводях мелкого океана, и периодически поднимающиеся от грузовых площадок пузатые транспорты. У ворот, которых по сути не было, а вместо них края зеленой изгороди завершали цветущие кусты жасмина, их встретил сервитор, и проводил на веранду дома. Лилия Хейдран, хозяйка дома и примерно двенадцатой части всех производственных площадей этого мира уже ожидала их на веранде. -Я не ждала вас так скоро, господин Мортез. Рабочие, ответственные за перемещение груза, на пути сюда. Если вам что-нибудь понадобится — обратитесь к одному из слуг или отправьте запрос через сервитора. Анатоль проводит все свободное время в мастерской. Это левое крыло. А теперь прошу извинить, дела семьи требуют моего присутствия в другом месте — госпожа Хейдран милостиво кивнула гостям и удалилась. В ее сознании Тибурон не обнаружил ненависти к себе, больше неприязнь. Заглянув в ту часть, что касалась Анатоля, он с удивлением обнаружили удовлетворение и спокойствие. Вне всяких сомнений эта женщина не была причастна к покушению на его жизнь, да и вообще все ее мысли были заняты лишь заботами о производстве. -А я думал ты хочешь его увидеть — сказал Дитрих, когда вместо мастерской они вышли в сад. -Передумал. Здесь слишком хорошо, чтобы портить себе настроение — подставив лицо солнечным лучам Тибурон зажмурился. Это такая редкость, что тратить отведенное время на болтовню с гнусным идиотом казалось непростительной ошибкой. Они побродили немного по дорожкам, отсыпанным белоснежным камнем, а затем Тибурон выбрал для себя небольшую беседку с ажурной крышей, тогда как Дитрих изъявил желание посмотреть «каких еще уродцев лепит этот дурак». Что ж, скульптуры, и надо отдать должное Хейдрану, выполнены хорошо, но каждая несла в себе едва уловимую неправильность. То слишком большая голова у собаки в колючем ошейнике, то цветок, внутри которого находилась зубастая пасть. Решив использовать ожидание с пользой, Тибурон поудобнее устроился в таком же ажурном как и крыша беседки, кресле. Очистив разум от ненужных мыслей он сконцентрировался на моменте «здесь и сейчас», проводя ритуал псайканы. Но человеческое любопытство через некоторое время все же взяло верх, и разум отправился путешествовать по дому в поисках нужного ему человека. Присутствия Хейдрана он не обнаружил ни в мастерской, ни в жилых помещениях, ни в небольшом ангаре пристроенном сзади дома подальше от глаз гостей. Вернувшись в свое тело Тибурон открыл глаза и с удивлением обнаружил что не один. Напротив, в таком же кресле, сидел мужчина. Длинные светлые волосы собранные в хвост, серые глаза, острые скулы, тонкие губы, ворот белой хлопковой рубашки расстегнутой на три верхних пуговицы, открывающий серебряную цепочку, такие же белые хлопковые штаны и босые ноги со следами желтой и синей краски на пальцах. Вновь встретившись взглядом с серыми глазами Тибурон спросил — Анатоль? Бывший инквизитор Анатоль Хейдран расплылся в счастливой улыбке. -Ты меня узнал? А я не поверил, когда Лилия сказала, что это ты. Кто угодно, но ты... - Анатоль поерзал в кресле — Почему ты здесь? Тибурон не успел ответить. На лице Хейдрана отразилась не просто печаль а самое настоящее горе. -»Восхождение», да? - он вздохнул и опустил голову — я надеялся ты все же простил и захотел меня увидеть. -Я планировал встречу, но увлекся осмотром твоих работ — быстро солгал Тибурон. Анатоль упомянул о прощении, и он осознал, что перестал думать о грехах инквизитора Хейдрана ровно в тот момент, как отвернулся от него, тогда, много лет назад и где-то в другой жизни. Ни ненависти ни даже неприязни он больше не испытывал к этому человеку, который сейчас транслировал вовне настолько сильные эмоции, что чувствительному псайкеру пришлось «поднять щиты» чтобы и самому не втянуться в поток отчаяния смешанного со счастьем. -О! Тебе они нравятся?! - Хейдран вскочил с кресла и протянул Тибурону руку — Идем! Я кое-что тебе покажу! Защититься от резкой перемены эмоционального фона Тибурон не успел и машинально вложил свою руку в протянутую ладонь, поднимаясь. Анатоль отвел его в дом. Миновав гостиную они прошли по коридору и оказались в комнате, содержавшей лишь один обьект — огромный стеклянный куб, составленный из многочисленных разноцветных вертикальных слоев. Обойдя куб вокруг, Тибурон постарался придумать хвалебный отзыв этому «шедевру», но Анатоль лишь рассмеялся. -Встань вот здесь — он потянул Тибурона за рукав и положив руки на плечи сориентировал на одной, ему известной точке — вот так. А теперь смотри. -На что? - перед ним находилась просто стеклянная стена из слоев, переливавшихся в неярком освещении. -Внутрь — Хейдран положил ладонь Тибурону на затылок и чуть наклонил его голову — расфокусируй взгляд. На то, чтобы настроить свое зрение понадобилось несколько секунд, но оно однозначно того стоило. Разноцветная стеклянная стена раздвинулась, открывая то, что скрывалось внутри куба. Ослепительно голубое небо, белые облака, плывущие сквозь них крылатые существа, похожие на скатов. Это первое, что увидел Тибурон. Затем, догадавшись как это работает, он перевел взгляд вниз, туда где раскинулась водная поверхность с ползущими по ней судами. Он словно находился внутри объемной картины. -Не представляю, как ты это создал. Анатоль вновь рассмеялся — Ты не видел и сотой доли того, что заложено в нем. Каждый слой — это такая же картина, как та, что ты сейчас видишь. И каждое пересечение слоев. Если ты взглянешь на тот же самый слой но с противоположной стороны — картина изменится. Действительно, стоило перейти к соседнему слою, и картина изменилась. Разные миры, пейзажи, города, целые планеты. Закрыв глаза Тибурон потер переносицу. С его паршивым зрением эти упражнения на пользу не шли, но у Анатоля оказались иные соображения. -Здесь есть один маленький секрет — он заговорщицки прошептал инквизитору на ухо — о котором знаю только я и его невозможно обнаружить случайно. Идем, покажу. Позволив увести себя на новую точку перед кубом, Тибурон уставился на цветную стену. -Тебе надо смотреть точно вот сюда — Анатоль провел сверху вниз вдоль одного из слоев — только смотри между ними, там, где бесцветно стекло. Не став спорить, Тибурон выполнил уже знакомое действие, найдя между широкими слоями тот самый, толщиной в половину мизинца. Это был он сам, в полный рост, одетый в синий с золотом костюм. И здесь Хейдран ему безбожно льстил, создав идеальную версию без лишнего веса и седых волос на висках. -Тебе нравится? -Необычно. Я бы предпочел, чтобы кроме нас двоих об этом секрете не узнал никто. -Все в твоих руках, так как это подарок для тебя. Названия я ему пока что не придумал. Увы, моя фантазия крайне ограничена — Анатоль отошел к окну и медленно сдвинул занавеску, пуская в помещение солнечный свет. -По-моему с фантазией у тебя более чем в порядке. Я видел твои цветы с зубами. -Ах! «Хищная красота» или «Свирепая орхидея»? Тибурон пожал плечами. Табличек к скульптурам не прилагалось, а зубастых цветов он насчитал как минимум штук шесть. Тем временем Анатоль взял его под руку и повел куда-то дальше, по пути сообщив одному из слуг, что скульптуру следует упаковать и присоединить к остальным. Они вышли на маленький полукруглый балкон, нависавший над цветущими кустами, из которых торчала длинношеяя каменная птица. -Знаешь... упаковка и перемещение займет много времени... - он поскреб локоть Тибурона, от чего тот непроизвольно вздрогнул. Уж слишком интимным показался и интонация и это простое действие. -Что ты хочешь сказать? -Ну...- отпустив его руку, Анатоль подошел к перилам балкона и повернулся — Я подумал, раз ты меня простил, то, может быть, мы могли бы...? Эмоции, которые сейчас излучал Хейдран, говорили лучше всяких слов. Тибурон сделал вдох глубже обычного и досчитал до семи. -Ты хочешь чтобы я тебя трахнул? - из головы этого восторженного придурка нескончаемым потоком лились образы его фантазий, в которых он, Тибурон, был главным героем. А он-то думал, что у Дитриха развращенная фантазия. Куда там... -Я бы предпочел «занять любовью» - Анатоль поморщился. Видимо термины из низкого готика резали слух. -Я не в настроении на развлечения такого характера. -Может быть я могу помочь тебе изменить это твое настроение? - Анатоль сделал два шага вперед и встал прямо перед Тибуроном, а затем, покачнувшись и привстав на носки, приблизился на опасное расстояние. Считать его намерения не составило труда. -Если ты попытаешься поцеловать меня я сломаю тебе челюсть — пообещал Тибурон, глядя в серые глаза. -А если попытаюсь сделать что-нибудь другое? - не сдавался Анатоль, но образ соприкасающихся теплых губ исчез из его головы, сменившись другими, более приемлемыми. Зажав подбородок мужчины пальцами, Тибурон заставил его запрокинуть голову, изучая одновременно и черты лица, все еще не вязавшиеся с тем привычным образом Хейдрана, и его мысли. -Тогда я сломаю тебе что-нибудь еще — пообещал Тибурон не предполагая всерьез такое развитие событий. Поцелуи в любой форме категорически неприемлемы, а вот все остальное... Сейчас Анатоль Хейдран выглядел гораздо моложе и привлекательнее, и не источал ту злобу и мерзость, которая и привела его в руки Тибурона. Так что... почему бы и нет? -Тибурон...прошу... - почти прошептал Анатоль, хватая его за запястье и пытаясь освободиться, так как пальцы, державшие его подбородок, причиняли ощутимую боль — пожалуйста... Все эти годы я думал только о тебе, видел сны о тебе, жил мыслью о том, что возможно Император смилостивится, и ты вновь обратишь на меня свое внимание. И вот ты здесь. Я знаю, что больше мы никогда не встретимся, и поэтому умоляю, подари мне хотя бы немного своей нежности. Ты ведь можешь... Несколько секунд Тибурон тщательно обдумывал свой ответ. Он мог еще сильнее ранить Хейдрана, произнеся всего несколько слов. Довести его боль до высшей точки кипения, отомстив за грехи прошлой жизни. Это было бы легко. Легко и бессмысленно, так как сам Тибурон более не чувствовал неприязни. Все произошло слишком давно. Отпустив Хейдрана, который тут же принялся тереть больное место, он пожал плечами — Хорошо. Но не здесь. Я не любитель заниматься любовью там, где шмыгают любопытные глаза. Всплеск оглушительной радости кое-как сгладила психическая защита. Анатоль утащил его на второй этаж, и судя по личным предметам, это и была его обитель. Скинув с неприлично широкой постели то, что ей вовсе не принадлежало, книги, коробки, кипу изрисованных и исписанных листков, Анатоль встал у края и смущенно улыбнулся — Ты дашь мне время подготовиться? Я попрошу слугу принести чай, или кофе, или что тебе захочется. -Амасек вполне подойдет случаю — терять особо было нечего, так как рабочие, призванные на упаковку и переноску шедевров руки мастера, судя по тому, что он видел на первом этаже, едва едва закончили упаковку первого из них, и не похоже что торопились приступать ко второму. Его будущий любовник упорхнул, оставив за собой, словно шлейф аромата, ощущение влюбленности. Затем на пороге появилась девушка с подносом, который молча поставила на столик и также молча удалилась, после чего Тибурон повернул рычажок замка, запирая дверь. Придвинув кресло так, чтобы видеть постель, он открыл бутылку и понюхал, а затем перелил часть жидкости в бокал и занял удобную позицию в кресле. В спальню Анатоль вернулся мокрый, пахнущий жасмином и одетый в непристойный халат из черного шелка с золотыми павлинчиками. Сожрав едкий комментарий, Тибурон просто налил себе еще выпивки, оказавшейся вполне достойной на вкус, и взял из вазочки на подносе еще одну мармеладку. -Мои условия таковы. Никаких поцелуев, никаких видимых следов на теле выше воротника. Ты будешь делать все, что я скажу и точно так, как я скажу. Если что-то непонятно то ты можешь спросить. И если здесь есть следящие или записывающие устройства я хочу об этом знать. -Нету. В коридоре есть, но в комнатах точно нет — Анатоль поправил сползающий с плеча халат — Хочешь, я опущу ставни на окна и выключу свет? Мельком глянув в окно, Тибурон оценил высоту и отсутствие напротив каких либо строений или деревьев. -Ставни я еще могу понять, а свет-то зачем выключать. Я люблю видеть того с кем... - он качнул бокалом иллюстрируя мысль. -Я...не очень хорошо выгляжу там — Анатоль кивнул вниз. Сожрав комментарий про хвост, копыта и три члена, Тибурон ответил — Сними халат. Я хочу видеть, с чем придется работать. Увиденное не повергло его в шок. Избыточный вес, которым страдал Хейдран в прошлом, уйдя, оставил после себя достаточно следов. Обведя взглядом провисшую кожу на груди и животе, отметив наличие растяжек, пятна от сведенной татуировки и полное отсутствие волос, Тибурон поманил Анатоля к себе. -Подойди. Сядь — он расставил ноги, освобождая для мужчины место на полу. Анатоль немедленно выполнил его приказ, за что был награжден надкушенной мармеладкой. -У тебя есть условия? Что-то, что я не могу делать. -Ты можешь делать со мной все, что пожелаешь. -На твоем месте я был бы поосторожнее с такими заявлениями. Их могут воспринять буквально — Тибурон погладил Анатоля по голове и даже, совершенно машинально, почесал за ухом как домашнего питомца. -Но это правда — Анатоль положил руку на его колено — я согласен, заранее. Ты можешь делать все, что хочешь. -Хорошо. Это твой выбор. Амасек? - Анатоль кивнул. Наполнив бокал и протянув его мужчине, Тибурон предложил — Расскажи о том, чего ты хочешь. -Хочу? Ну..чтобы мы...- замялся Анатоль, отведя взгляд и явно не зная, какими словами описать те непотребства, которых он так жаждал. -Расскажи мне не словами а образами. Просто думай о том, как бы ты хотел провести время со мной. Не стесняйся. Выбери самую желанную фантазию, а я постараюсь ее исполнить. Анатоль зажмурился, видимо стараясь сделать верный выбор, но в итоге Тибурон получил лишь смесь из обрывков, в которых даже не было ясно, какая часть тела кому принадлежит. -Не пересиливай себя, позволь мыслям течь свободно и не пытайся скрывать те, что считаешь недостойными моего внимания — он опустил руку и погладил Анатоля по голове, а затем зацепил шнурок, стягивавший его все еще влажные волосы. Дело пошло чуть лучше, стоило начать массировать затылок мужчины. Первые образы были совсем невинными. Анатоль явно жульничал, стараясь думать только «правильные вещи». Захватив волосы на затылке Тибурон резко запрокинул его голову и всмотрелся в расширенные зрачки — Я сказал не пытайся что-либо скрывать. -Прости. Я.. вдруг тебе не понравится? -Тогда я скажу тебе об этом. Продолжай — отпустив волосы Анатоля Тибурон вернулся к массажу его скальпа. Это явно настраивало мужчину на нужный лад, так как образы стали смелее, гораздо смелее, пока не превратились в нечто уж и вовсе невозможное и фантастическое. Отметив на будущее несколько весьма любопытных идей, Тибурон наконец поставил недопитый бокал на столик. -На постель — скомандовал он, поднимаясь. Пока Анатоль вил себе гнездо, в надежде скрыть мнимые физические недостатки и выглядеть максимально привлекательно, Тибурон избавился от большей части одежды, оставив штаны, рубашку и сапоги. -Смазка? В ответ Анатоль похлопал белесыми ресницами — Мы бы могли без нее... Вот это новость. -Ты же не всухую себя балуешь, верно? Смазка, что-нибудь достаточно скользкое. Нет, шампунь не подойдет — он уловил слишком яркую мысль, за которой его любовничек явно пытался припрятать нечто, что он полагал еще более постыдным, чем рука в заднице, засунутая туда по самое запястье. -Т-там... в ванной — пролепетал Хейдран, придушивая край одеяла. Переступая порог помещения, пахнущего жасмином и антисептиком, Тибурон осмотрелся в поисках того, что так смущало Анатоля. Что он тут может прятать? Открыв один из шкафчиков он фыркнул. Видимо нескромный по количеству и формам набор игрушек и было тем самым, постыдным, что заставляло рисковать собственным здоровьем. Порывшись в довольно таки широком ассортименте смазок и прочих средств для развлечений, Тибурон наконец нашел знакомую этикетку, гласившую о полном отсутствии вкуса, запаха и пятен на одежде. Вернувшись в спальню он сел на край постели а затем повернулся к Анатолю, критически осматривая скрытое до самой шеи одеялом, тело. -Я не помню в твоих фантазиях той, где я проделываю в одеяле дырочку и имею тебя через нее. Но мы можем попробовать. Ножницы есть? - вопреки своим словам он потянул одеяло прочь. -Если хочешь, я найду — улыбнулся Анатоль, и уже было собрался переползти к другому краю постели, но Тибурон поймал его за щиколотку. -Прекрати. Я хочу тебя видеть, иначе не согласился бы на все это. Если тебя настолько беспокоит мысль о нанесенном моему разуму вреде, так и быть, сегодня я буду сзади. Со спины ты выглядишь соблазнительно — это была ложь, но ложь необходимая. Тибурон буквально питался эмоциями людей в моменты близости. Поганая привычка, сродни пристрастию к наркотикам, но отказать себе еще и в этом он не находил сил. Так что уж если трахаться то с парнем, у которого в голове нет мыслей о том, как паршиво он выглядит. Ложь сработала, и Анатоль заискрился радостью и даже, забывшись на мгновение, обнял Тибурона и коснулся губами его щеки. -Прости. Я не хотел — вспышка страха затмила радость, а Тибурон лишь стер оставшийся след. -Когда я говорил о поцелуях, то имел ввиду губы, так что не извиняйся — он продемонстрировал Анатолю флакон со смазкой — Эта тебя устроит? -Конечно. Но там были с запахом... если хочешь. -Император сохрани. Я иногда не знаю, куда их применить, то ли на член то ли в коктейль — рассмеялся Тибурон. -Я тебе не верю — прижавшись к его спине плотнее промурлыкал Анатоль, потираясь щекой о плечо, скрытое черной тканью рубашки — и почему ты не разделся? -Потому, что такова была твоя фантазия. А теперь ложись на живот и подсунь под себя это — Тибурон взял валик, лежавший у изголовья постели и передал его Анатолю. Заняв позицию между широко раздвинутых ног, Тибурон оценивающе осмотрел приподнятый вверх зад. В принципе бывало и хуже. Вылив прозрачный и ничем не пахнущий гель на пальцы, он коснулся тревожно сжавшегося входа и попробовал проникнуть внутрь. Разработанные мышцы легко впустили сразу три пальца. -А ты подготовился к моему визиту. Хороший мальчик — похлопав свободной рукой по бледному заду, Тибурон добавил еще смазки, так уж, чтобы вернее, а затем расстегнул свои штаны. Решать проблему отсутствия стояка пришлось самым простым способом. Он вызвал в своей памяти образ Дитриха. Почему то вместо него появился Рау, но этого оказалось вполне достаточно. Анатоль дернулся, когда Тибурон вошел в его тело сразу на всю длину. Пришлось придержать не слишком спокойного любовника. Прижав его за загривок к постели, инквизитор все же дал время на то, чтобы привыкнуть к новым ощущениям. Разум Хейдрана читался даже легче, чем раскрытая книга. И сейчас этот разум с восторгом сравнивал ощущения от холодных синтетических игрушек с живой, горячей плотью. -Первый раз, да? - хмыкнул Тибурон, начиная не быстрые движения. Анатоль что то жалобно промяукал, но больше не сопротивлялся, видимо получив желаемое. Сам Тибурон, постепенно входя во вкус, перестал сдерживаться, вколачиваясь в податливое тело, источавшее великолепный коктейль из любви, радости и сексуального удовольствия. -Даже не вздумай — заметив движение руки, Тибурон перехватил запястье — подрочить себе ты сможешь и в другой раз. Сейчас же ты полностью принадлежишь мне. Это понятно? -Да... -Вот и хорошо — отпустив Хейдрана на волю, Тибурон подхватил его одной рукой, выпрямляя и прижимая к своей груди, чтобы иметь доступ к его члену. -Как думаешь, продержишься еще десять секунд? - поинтересовался он, сжимая скользкую от смазки плоть — Один... два... Его любовник задрыгался, как выловленная из воды рыбина и как то очень жалобно заскулил, хотя Тибурон был уверен, что точно рассчитал и амплитуду движения и силу нажатия. Все стало понятно, когда по его пальцам потекло что-то горячее. -Слабак — сделав еще пару финальных движений, Тибурон выпустил его и вытер руку об одеяло. Потрахав еще немного обмякшее от кайфа тело, он отпустил Анатоля, позволив ему осесть в самой похабной позе на валик, а сам перебрался на свободную половину постели, предварительно спихнув грязное одеяло на пол. Сознание отправилось блуждать по дому, оставив тело восстанавливать силы. Рабочие внизу заканчивали с упаковкой третьего обьекта. Оставался еще здоровенный стеклянный куб, который мог запросто не поместиться в грузовой отсек катера. Где-то на горизонте мелькнуло сознание Дитриха, но чтобы дотянуться до него требовалось слишком много усилий. В любом случае комиссар в полном порядке и занят чем-то очень интересным. -Тебе не понравилось? Звук голоса, проникший сквозь разрыв между сознанием и телом, заставил Тибурона вернуться из своих исследований. Анатоль сидел рядом, и судя по всему успел даже сгонять в душ, чтобы привести себя в порядок и накинуть на плечи халат... с павлинчиками. -Почему ты так решил? - ответить честно Тибурон сейчас бы не смог. Понравилось? Нет, не на все сто. Могло бы быть и лучше, но этому препятствовали воспоминания об их прошлой встрече, от которых он все же не мог полностью абстрагироваться. Не понравилось? Тоже нет. Анатоль щедро поделился с ним своими эмоциями, и это принесло гораздо больше удовольствия чем физический контакт. -Ты не кончил — Анатоль кивнул на его не желающий опадать член. В ответ Тибурон лишь пожал печами. Достижение оргазма в этой ситуации требовало от него больше, чем образ Рау. -Можно я...? -Благословляю — что бы там ни задумал Анатоль, это все равно лучше, чем слоняться по саду в ожидании когда работы будут завершены. Хейдран сразу взял «быка за рога», точнее, обхватив все еще твердый ствол, умудрился раскрыть свою пасть так, что заглотал буквально под корень, в итоге, что вполне логично, сработал рвотный рефлекс помноженный на резкое сокращение поступления кислорода в легкие. -И здесь первый раз? - прошипел Тибурон, наматывая длинные волосы на кулак и поднимая испуганное лицо к свету — Дыши. Дав Анатолю время придти в себя, он приступил к инструктажу — Ты когда-нибудь делал минет? Тренировка на плойнах не в счет. Ответ был предсказуем. -Тебе когда-нибудь делали минет? В этот раз ответ удивил. Тибурон также ставил на «нет» и проиграл. -Вспомни как это было, где и как тебе было приятно. В этом месте я не сильно отличаюсь от тебя. И следи за зубами — он разжал руку. Анатоль оказался дисциплинированным и прилежным учеником. Он больше не торопился и не пытался взять больше, чем предназначено природой. Разместившись между ног Тибурона, он взялся рукой за толстый ствол. -Ты не против. Если я буду говорить в процессе? Тибурон вновь пожал плечами. Почему нет? Брехал во время секса обычно Дитрих, а он лишь принимал это как должное. У неспособных общаться ментально только один путь разделить свои мысли. Анатоль неторопливо дрочил ему, явно сдерживая порывы повторить свою ошибку. Но запихать в свой рот внушительное достоинство и при этом не подавиться мог только человек, обладавший поразительно удобной для такой ситуации мутацией, и его не было в этой комнате. -Так о чем ты хотел поговорить? - закинув руку под голову и разнежившись от ленивой дрочки, Тибурон согласился даже на душеспасительную беседу. Он знал Хейдрана. Нет, он его создал...создал эту личность, обожающую его, и тем не менее способную творить. Ну так почему бы не услышать, что у нее на уме. -О тебе! - встрепенулся Анатоль, и тут же рассмеялся — Все мои мысли только о тебе. -И когда ты создавал свою «орхидею», ты тоже думал обо мне? -В особенности тогда. Тибурон мельком коснулся руки Анатоля. Призывая не забывать о главном задании, так как тот, отвлекшись, остановил столь приятные движения. -Не могу понять, как я ассоциируюсь у тебя с цветком с зубами? -Цветок с зубами!? - Анатоль от возмущения разжал руку и приподнялся. Его аура отразила целую бурю эмоций. Разочарование, грусть, отчаяние. - Сам цветок, это орхидея. Орхидея Атлантис! Этому сорту уже более пятидесяти тысяч лет! На это Тибурон не нашелся что возразить. Он видел не так много цветов, и различал их разве что по цвету и иногда по запаху. И никогда не интересовался их происхождением. -А то, что ты назвал зубами, я воспроизвел с голограммы джейринкса из официального каталога ксенобиотов. Но я думал о тебе. -Хорошо, хорошо...прости. Я все понял — он ничего не понял, но хитросплетения ума Хейдрана видимо теперь видели мир в таких формах. И Анатоль явно переживал за то, что он не оценил шедевр. А Анатоль тем временем вернулся к дрочке, добавив к ней тягучие полизывания сначала всего ствола а затем только головки, собирая выступающие капли смазки. Движения стали чаще, острее, и уже между ног собралось в тугой комок напряжение, как этот идиот вновь остановился решив спросить — А ты видел «Стража»? -Стража? -Это дог из маланассийского белого мрамора, с ошейником. Пожелав всем догам империума плохих снов а Маланасси Секунда обрушения шахт, Тибурон кивнул — Конечно видел. -И? Анатоль явно ожидал правильного ответа. И это было слишком. -Фраг..не знаю. Для меня это просто наследник древнейшего волка. Они все на одно лицо. У твоего еще шипы золотые на ошейнике — в этот раз он озвучил чистейшую правду. -Ты заметил? - просиял Анатоль — Это атрудий, атрудиевые шипы. Мне показалось они идеально сочетаются по цвету с белым мрамором. Успокоившись он вновь занял свою позицию, а Тибурон судорожно вдохнул, когда опадающей плоти вновь коснулся горячий и ощутимо шершавый язык. В этот раз Анатоль старался искренне, облизывая, посасывая и даже похабно причмокивая в процессе, что в тишине комнаты звучало особенно непристойно. -Анатоль...стоп -Я сделал что-то не так? -Я хочу кончить в тебя. - Тибурон похлопал по валику, все еще лежавшему рядом, и Анатоль без возражений занял позицию, раздвинув ноги пошире и давая ему место. Он больше не пытался коснуться чужого сознания. Все свелось к животному инстинкту получить разрядку. Кончив в слишком податливое тело, Тибурон вновь отвалился на «свою» половину постели. Вот сейчас получилось неплохо, но лишь потому, что он отпустил себя, забыл то, что их связывало. Похоже и Анатоль также наслаждался моментом покоя, выпихнув валик в сторону, растянувшись на постели и не задавая глупых вопросов. Тем временем работы подходили к концу, так же как и амасек, а мармеладки закончились гораздо раньше. Сделав последний глоток Тибурон наконец поднялся, разминая затекшее от долгого сидения в кресле, тело. На постели в позе морской звезды лежал Анатоль, пребывавший в глубоком трансе. Приблизившись Тибурон окинул взглядом стройное, если не изможденное тело. Что он может оставить этому человеку на прощание? Взгляд соскользнул на разлетевшиеся по ковру листки с рисунками. Идея пришла незамедлительно, и Тибурон склонился над мужчиной, касаясь пальцами его висков. Процесс изменения кое-каких установок в сознании Хейдрана не занял много времени. У двери его внимание привлек один листок. Подняв его и изучив, Тибурон сложил бумажку и сунул в карман. -Ты выглядишь уставшим — Дитрих нарисовался среди цветущих кустов, растрепанный и счастливый. -А ты — помятым — парировал Тибурон. Он не планировал влезать в мысли Дитриха, но после сеанса с разумом Хейдрана его собственный не успел полностью восстановиться и обновить защитные контуры, так что все произошло само по себе. В этой голове творилось невообразимое, и на главном месте, на сверкающем пьедестале находилась идея о том, что было бы, будь «Свирепая орхидея» живым организмом. -К счастью это всего лишь скульптура -Только не говори, что тебе не интересно — озорно улыбнулся комиссар. -Мне такое даже в дурном сне не привидится — увы, от яркого образа живого, облизывающего свои клыки, цветка, он отделается не так скоро. Уже в пассажирском отсеке катера Тибурон извлек и развернул похищенный рисунок. -Что думаешь? - спросил он, передавая бумагу Дитриху. -Воняет чем-то... -Жасмин и амбра. Я про рисунок. -Похоже на силовую броню... нагрудник — Дитрих повертел листок по часовой стрелке, затем против — деталей ненужных много. А символ на грудной пластине я где-то видел. -Виноградная лоза, оплетающая веретено. -Чего? -Растение. Из него делают вино. Не говори что не знаешь. -Я знаю из чего делается вино — Дитрих прихлопнул рисунок к столешнице между их креслами — что такое веретено? -Катушка для наматывания чего-нибудь. -Какому придурку пришло в голову добавлять в свой герб катушку? Вопрос был вполне логичный, и Тибурон знал на него ответ. -Дому Виатор. А вот ответ на вопрос как связана информация, которой поделился Аргирос, с этим рисунком — он пока что не знал.