Тайное не станет явью

Черепахи гнали на воздушных гидроциклах по канализации, выполняя различные трюки и кульбиты. Больше всех веселился Рафаэль, чье настроение, кажется, было приподнятым накануне возможных разборок. Микеланджело не отставал от гонщика и с удовольствием соревновался, утирая тому нос. Впереди поодаль летел над водой Донателло, внимательно отслеживая показатели датчиков и предупреждая по передатчику, если по пути ожидались гости, рабочие или бездомные, и изредка менял маршрут. Леонардо замыкал колонну, взывая младших соблюдать молчание в коллекторе, ведь на фоне бесшумного, тихоходного транспорта гремели эхом только голоса азартных игроков. — Мы на месте, – сообщил мастер бо, замедлив движение. Мутант слез с сиденья и вовремя отступил от волны слизкого зловонного потока, поднявшейся из-за промчавшегося мимо на высокой скорости Бесстрашного. Следом за ним в ту же секунду пролетели Майки и Раф, которые поздно спохватились о первенстве, увлеченные борьбой между собой на ходу, как малые дети. — Сколько раз вам говорить, поспешай медленно? – лидер изрек победоносную речь. Трое прибывших спешились и подходили по узкой кирпичной дорожке, где в ширину едва помещались две черепахи, к Дону, кто терпеливо наблюдал за привычной картиной и был готов рассудить в случае спора. Первый в колонне, разумеется, оказался лидер. — Так нечестно, бро! Надо было заявить о своем участии! – наградил возмущением младший. – Ты же просто чинно плелся за нами! Это мухлеж! — А мне показалось, что вы с Рафом занимались примерно этим же друг для друга за несколько секунд до того, как я хитро воспользовался ситуацией, – лился ровный мелодичный тон. — Отдай ему победу, Майки, – рыкнул горячеголовый. Незаметно для старшего подмигнул Рыжику. — Ладно, Лео, ты молодец, – согласился балагур. Оба хулигана за спиной старшего пригнулись, чтобы схватить мастера катан и скинуть в грязную воду, но их кисти были пойманы на полпути к намеченным лодыжкам. — Я слишком хорошо вас знаю, ребята, – между обратных сторон колен Синего появилась голова лидера с широкой улыбкой. — Ага, вон твой третий глаз, – заметил Рафаэль перед компанией приветственную жестикуляцию Донателло. — Шутки в сторону, собрались, – потребовал командир отряда, когда братья выровнялись и шагнули до умника, и мгновенно поменял выражение лица на хладнокровную суровую уверенность. Ниндзя протиснулись через канализационное отверстие в асфальте, убедившись в отсутствии посторонних глаз, и сиганули на нежилое здание. Проверили сверху обстановку в районе и поняли, что им маленькие оконные проемы не подвластны: нужно что-то придумать. Через несколько крыш домов и челночную пробежку вдоль полных мусорных контейнеров, бьющих в нос сильнее привычного родного запаха затхлых нечистот, они оказались на нужной кровле с тыльной стороны здания, рядом с которым не было соседних строений, откуда могли вылезти очевидцы. Черепашки услышали возню вандалов и бросились на шум. Увидели внизу, как окровавленного мужчину запихивают в ничем не примечательный синий «Понтиак Торрент» с тонированными стеклами, и побитый белый автомобиль неподалеку. — Не только мы с визитом к любителю городских загадок! – прошептал весельчак. Донателло к этому моменту уже вынул из наплечной сумки инструмент, похожий на пистолет, и нажал на курок — из дула с едва различимым свистом вылетел микрожучок, незаметно прицепившийся на рейлинг для багажа, когда машина похитителей тронулась с места. — Черт, опоздали на такую заварушку! – расстроился Рафаэль. — Все равно сначала проверим квартиру, – заключил Леонардо. – А потом займемся похищением. Может, паренек чуть и не насолил нам, но не думаю, что он заслуживает бандитской расправы. Скорее уж он жалок в своем увлечении. — Если верить полицейским сводкам, то Хорас Вудс чист. Характеристики с учебных заведений и мест работы положительные, как и у подруги, – подтвердил ученый. – Или же он еще не попадался. — Вот и разберемся, кто он на самом деле. Донни, спустишься со мной, – раздавал задачи глава. – Осмотрим, что в квартире. Запустишь внутрь дрона. Вдруг оставили раненого, и ему нужна помощь. Раф и Майки, постойте на стреме. Полил не то ледяной дождь, не то посыпал мокрый снег. Задул морозный ветер, и стало зябко, как в конце осени. Леонардо с мозгом отряда спустились по пожарной лестнице на несколько этажей ниже к верному окну. Темперамент в задумчивости закурил, отстраненно всматриваясь в темноту закоулков и дальние редкие огни окон, скрываясь в клубах едкого плотного дыма. Микеланджело, услышав подозрительный всхлип за воздуховодом, отошел проверить, что там. Когда парень заглянул за угол, он опешил, увидев уже знакомую рыдающую женщину без обуви и верхней одежды. Она прижимала локтями голову, между ступней лежала сумка для ноутбука. Удручающую картину освещал дальний фонарь, доходящий лучами только на часть крыши. — Дамочка, вам помочь? – с участием справился Майки. Девушка, плохо различая чужой голос, звучавший для нее, словно из трубы, приоткрыла распухшие красные глаза в размазанной туши вокруг. Изображение плыло от влаги, головокружения и потрясения. — Что случилось? – сочувствовал Рыжик чужой беде, не смотря на причастность к раскрытию их тайны. Посторонняя речь прозвучала отчетливее. Зрение постепенно возвращалось, картинка начала проявляться: яркие голубые глаза в прорези оранжевой ткани, широкий нос, зеленая кожа, три пальца на открытой ладони, готовой схватить за горло, что подсказывало воображение. Девушка смутно сообразила, кто предстал перед ней, но не попыталась убежать, ведь силы покинули ее окончательно. Она не сдержала нахлынувшее отвращение, и ее вывернуло. — И это я еще самый симпатичный в семье, – пошутил мутант, хихикнув. – Ты, главное, крепись, когда будешь знакомиться с ворчуном, – Майки протянул салфетку из подсумка. – Он страшный, но добрый. — Прости, – дрожа, тихо сказала женщина, отчего-то стыдясь столь бурной реакции на урода, могущего в раз проломить ей череп. Машинально вытирала губы, щеки и волосы. Откашливаясь, отхаркнула желчь: в горле зажгло и пересохло. Удары сердца отзывались ноющей болью. – Я догадалась, кто ты. И готова к любому наказанию. Только не лишай меня жизни, пожалуйста! – срывая голос, девушка тряслась от страха и холода. Кинулась на колени, в мольбе вскинула скрещенные ладони. — Да что ты, перестань! Я не собираюсь тебя убивать! – испугался истерики младший. — Вечно ты подбираешь ободранных убогих животных, – прозвучал бархатный бас с недовольством. Девушка подняла глаза на могучую черепаху-гору со скрещенным руками на желтой груди и, завидев два пальца на ноге с криво обрезанными ногтями, вновь едва не поперхнулась содержимым желудка. Перед глазами мельтешили черные и белые пятна, от мороза руки и щеки покрылись красными пятнами, кожа горела, посиневшие губы треснули, ступни сводило. Но она смогла обратно самостоятельно прислониться к воздуховоду, и проскрипеть связками: — Есть попить? Микеланджело подорвался и вручил девушке маленькую стеклянную бутылочку с тремястами миллилитрами чистой воды. Женщина жадно проглотила все содержимое. — Эрин Фостер, полагаю? – на свет вышел еще один представитель панцирных в синей маске. Следом проявилась тень очередной рептилии в фиолетовой ткани на лице. — Сколько же вас? – вяло ужаснулась ученая, не попадая зуб на зуб. Теперь ей уже хотелось просто умереть, а не разбираться со всем хаосом. Разум отключался, послышался неразборчивый гул и настала тишина. — Похоже, у нее сильное переохлаждение, – поразмыслил Донателло, осматривая человека. Парень накрыл потенциального недруга термоодеялом из своей волшебной бездонной сумки и поднес к носу нашатырь. Незнакомку словно острым крюком выдернули из черноты забытья. Мгновенно подскочил адреналин, сознание быстро прояснилось, хотя действительность мало походила на реальность. Фостер подумала, что терять, находясь в галлюцинации, нечего. Стоило немного успокоиться. — Хорошо видишь? – узнавал умник, показывая темный флакон с хлоридом аммония. Эрин утвердительно кивнула, рассматривая с любопытством исследователя, наплевав на здравый смысл. Совсем человеческие на вид темные глаза, отдаленно схожие по оттенку с ее собственными, оливковую чешуйчатую кожу, изрезанную шрамами, яркую ткань приятного цвета, длинный рот и тонкие губы, массивную шею, широкий рельеф объемных мышц местами в рубцах, жесткий на вид исцарапанный пластрон. Из-за переизбытка эмоций, чувств и впечатлений за короткий период подрывало засмеяться в голос, но удалось лишь нервно растянуть кривую улыбку. Смех вышел беззвучным — плечи затряслись. — У нее шок, – заключил очевидное Донни и выпрямился. Леонардо напротив опустился рядом с незнакомкой, чтобы проще расположить к себе, прицельно смотря на одном уровне. — Эрин, ты понимаешь? – как можно мягче выяснял Бесстрашный. Положительный кивок сподвиг продолжать: — Я Леонардо. Моих братьев зовут Донателло, он в фиолетовой маске, Рафаэль в красной и Микеланджело в оранжевой. Мы отведем тебя домой, где ты согреешься и все нам расскажешь. Идет? Фостер испуганно подумала о том, что имел в виду мутант, о чьем доме он говорил. Их обиталище, что даже представить было страшно, ведь, очевидно, что монстры вынужденно не жили в приличных условиях, или ее квартире, где вполне вероятна засада. Схватившись за горло, ученая не сумела вымолвить ни слова опасения. Она жестом около губ пояснила, что буквально потеряла дар речи. Действительно не ожидала такой подлянки от своей психики. — Это пройдет, – убедительно сказал Донателло. — Мы тебя разговорим, – пообещал Майки, чей тон располагал к доверию. — Поверь, этот заводной волчок мертвого петь и плясать заставит, – прогремел амбал с явно сдержанным раздражением. — Можешь идти? – спросил лидер. Эрин, пошатываясь, поднялась с одеялом на плечах. Сделала несмелый шаг, придерживая уголок покрывала, словно он был ее опорой. Голова снова закружилась, и девушка интуитивно попятилась назад. Ее подхватил Донателло, не спрашивая разрешения, на руки. Фостер из-за неприятных влажных холодных прикосновений и едва ощутимого как будто подвального запаха опять замутило, но тошнить уже было нечем. Безуспешно попробовала вырваться, однако уже отдала последнюю энергию на ногах и совсем ослабла. Даже крикнуть не представлялось возможным. Майки, опомнившись, подобрал с крыши ноутбук и лямку сумки взгромоздил себе на плечо. — Мы не причиним тебе вреда, – успокаивал рассудительный приятный голос. «Вот и конец, – смирилась с судьбой девушка, не воспринимая окружающую действительность. Она посчитала, что все происходящее после кухни Хораса воспаленная от холода фантазия, откуда она никогда не вернется к относительно нормальной реальности. – Они привезут меня в заброшку или коллектор и убьют или вовсе сожрут заживо. Только бы не издевались или насиловали! Даже если это просто кошмар, от которого я не могу проснуться, ощущения боли и страха слишком реальны!» – Эрин, того не понимая, только сильнее вжалась к кровожадному чудищу, устало сомкнув веки.