Рэйвен

Рэй прищурился, пытаясь разглядеть в кромешной тьме хоть что-нибудь — тщетно. Он вытянул перед собой руку и даже собственных пальцев не увидел. От сырости свербило в носу, и Рэй громко чихнул: каменные стены башни стократ усилили звук. - Алад! - крикнула Фай, задирая голову. - Спускайся. Я тебе клиента привела. Рэй посмотрел наверх и тут же об этом пожалел: на балках под потолком шевелилась какая-то темная масса. Он вздрогнул и вновь опустил взгляд, предпочитая не думать о том, что именно он там увидел. Алад спустился в прямом смысле этого слова: через несколько мгновений откуда-то сверху слетела огромная шуршащая тень и опустилась прямо перед Рэем. Тот испуганно отшатнулся в сторону. В темноте замигало слабое голубое свечение. - Фай, кой черт принес тебя в такую рань?, - раздалось недовольное бухтение. Голос хозяина башни был скрипучий и неприятный. Он щелкнул пальцами, и в помещении вспыхнули факелы, осветив его заспанное лицо. Глубоко запавшие голубые глаза внимательно изучали стоящего перед ним мужчину. Губы сжались в тонкую ниточку. Девушка молчала. - Это тот, о ком я думаю? - поинтересовался Алад. - Очнулся наконец-то? Надо было послать мне весточку с мыш-шами, а не врываться, когда я сплю. Он перевел взгляд на колдунью и продолжил разговаривать с ней, словно Рэя тут и вовсе не было. - Что от меня требуется, свет очей моих? - Сообразишь ему усилитель? - Фай уселась на стоявшее у стены кресло на гнутых ножках. - Сию минуту, - с деланной услужливостью отозвался Алад. - Только клыки почищ-щу. Он явно не был расположен делать что-то для незнакомца. Рэй чувствовал себя некомфортно, ему хотелось поскорее покинуть эту сырую неуютную башню, и снова оказаться на залитой солнцем улице. Он искоса поглядывал то на девушку, то на хозяина дома, не зная, куда ему деваться. Та испытывающим взглядом буравила Алада, словно ожидая, что он сдастся. Алад был огромного роста худым мужчиной, на вид лет на десять постарше самого Рэя. Его короткие темные волосы уже слегка тронула благородная седина. Он стоял, слегка ссутулившись, и всё равно был выше Рэя на две головы. - И откуда он такой взялся на наш-шу голову? - цокнув языком, прошипел Алад. - Если у него до сих пор усилителя нет. Подозрительно. Рэя начинало раздражать то, что хозяин башни ведет себя так, будто тот отсутствует или глух на оба уха. Девушка усмехнулась, приблизившись к Аладу и повисая у него на рукаве. - Ну Аладушек, ну сделай. - попросила она, потеревшись щекой о его предплечье, - А я тебе бальзамчика сварю. Литра два. Услышав про бальзамчик, тот мгновенно смягчился. Ну или поведение Фай на него так подействовало. От серьезного выражения лица не осталось и следа — Алад по-отечески добро посмотрел на девушку, которая как котенок вилась у его руки. А Рэй отвернулся и тихонечко прыснул с «Аладушка», очень надеясь на то, что тот ничего не заметит. - Твой отец не одобрил бы.., - начал было отпираться Алад, но Фай мгновенно вспыхнула от негодования, пресекая его попытки отделаться от нее. - Откуда тебе знать, что сказал бы мой отец! - воскликнула она. - Его здесь нет! Сделай, что просят, я в долгу не останусь. В этот момент девушка была похожа на капризного маленького ребенка, которому не позволили слопать леденец перед обедом. Она надула губы и искоса глядела на Алада. Похоже, она знала, как добиться своего. Алад грустно покачал головой, складывая на груди длинные руки. - Дело твоё, - согласился он, - Что конкретно ты от меня хочешь? Фай перевела взгляд на своего спутника, ожидая, что тот сам объяснит Аладу, чего ему надобно. Рэй с мгновение колебался, а затем выдал: - Татуировку. Подумал секунду и добавил: - Пожалуйста. Алад сощурился. - Точно? Рэй кивнул: он сам не ожидал от себя такой храбрости. Не помня и не понимая ровным счетом ничего, он уже был готов играть по правилам того мира, который ему открылся после потери памяти. Алад не дал ему времени на раздумья: схватил за руку и потянул к лестнице, ведущей вниз. Он волоком протащил мужчину по каменным ступенькам, тот даже и вякнуть не успел. Фай пошагала за ними следом, на удивление спокойная. Алад ослабил хватку только когда все трое оказались внизу, в тускло освещенном подвале. В углу стояла кушетка и столик с какими-то пузырьками, содержимое которых зловеще поблескивало в свете единственного факела. Рядом — высокий, до потолка, шкаф, в котором Рэй разглядел всевозможные кусочки древесины и еще массу всего непонятного. Алад плотнее запахнулся в плащ, бросил на Рэя холодный взгляд, полный неодобрения, и поплыл к кушетке. Фай дернула своего спутника за рукав. - Решился на тату? Рэй кивнул — отказываться было уже поздно. Он не хотел показаться трусом, да к тому же еще неизвестно было, обладает он магическим даром или нет. Глядишь, и в этом во всём отпадет всяческая надобность и он уберется отсюда подальше: будет жить у Фай, ухаживать за виноградниками и помогать ей по хозяйству. На это он, по крайней мере, очень сильно надеялся. Почему-то мужчине казалось, что без волшебной силы жизнь его будет на порядок спокойней. Единственное, что его смущало — ему никто ничего толком не объяснял. А спрашивать он побаивался, да и к тому же, не понимал, какие вопросы задавать. Алад сухо кашлянул и поманил его к себе длинным когтистым пальцем. Рэй подошел к кушетке, всё-таки держась на расстоянии от этого жуткого пальца и его хозяина: мало ли что. - Присаживайся. - пригласил Алад. Рэй опустился на самый край кушетки. Рука Алада потянулась к нему и, прежде чем Рэй успел отреагировать, выдрала с его макушки целый клок волос. Знакомый Фай явно не собирался с ним миндальничать. Рэй громко ойкнул и схватился за больное место. Девушка подошла поближе и осторожно погладила его по плечу. - Мог бы и поаккуратнее, - упрекнула она Алада. Тот схватил со столика какую-то склянку и молча повернулся к ним спиной, чтобы ничто не отвлекало его от работы. - Сейчас выпьешь зелье и станет ясно, маг ты или нет, - объяснила Фай. - Будет слегка неприятно, но оно того стоит. На этих словах Алад прервал девушку и вручил Рэю красивый стеклянный пузырек с ярко-зеленой жидкостью внутри. - Пей. - приказал он. Рэй взглянул на колдунью: может, не стоит? Но та кивнула, и мужчине ничего не оставалось, кроме как влить в себя сомнительное снадобье. Да и Алад стоял над душой, как каменная глыба. Рэй залпом проглотил содержимое пузырька: рот обожгло и он закашлялся, из ушей повалил зеленый дым, а в глазах потемнело, словно он вот-вот упадет в обморок. - Хор-рошо, - прошипел Алад. Голос его доносился до Рэя словно из-под толщи воды: неясно и приглушенно. То, что произошло дальше, Рэй предпочел бы забыть. Алад задрал рукав его рубашки и вонзил в плечо острый коготь. Рэй заорал от боли, но тот не останавливался: рассекал кожу когтем, словно ножом. А Рэй смотрел, как уродуют его собственную руку и не мог оторваться: из пореза текла не кровь, а исходило яркое зеленоватое свечение, как от того зелья, что он выпил. Спустя несколько мгновений всё его тело начало непроизвольно дергаться, словно в припадке. Он даже не почувствовал, что Фай вцепилась в другую его руку, чтобы удержать. Алад всё выводил когтем извилистые узоры на его коже, медленно и долго. А когда закончил и резко выдернул коготь из его указательного пальца, глаза Рэя закатились и он потерял сознание. Рэй проваливался в темноту, словно в бездонный тоннель. Он ничего не ощущал, даже собственного тела, как будто его и вовсе не существовало. Все чувства куда-то делись, и не было ничего, только плотная густая чернота. Мужчина даже успел к ней привыкнуть, как вдруг его ноги коснулись чего-то твердого и в тот же миг чувства нахлынули на него огромной волной. Рэй упал на колени, пытаясь отдышаться: в ушах шумело, а сердце колотилось с такой силой, что казалось: оно вот-вот проломит хрупкие ребра и выпрыгнет из груди. Его охватила такая паника, какой он, возможно, никогда еще не испытывал. Он жадно хватал ртом воздух, как рыба, которую вышвырнуло на берег. Когда он наконец-то пришел в себя и поднялся на ноги, то обнаружил, что находится в каменистой пустыне и на мили вокруг есть только песок, валуны и он: потерянный и одинокий. Над головой простиралось чистое ночное небо, и звезды на нем были такие яркие, словно их специально кто-то зажег, чтобы осветить ему путь. Рэй сделал несколько робких шагов вперед: не ровен час, пески окажутся зыбучими и его ждет еще один полет неизвестно куда. Но он твердо держался на ногах и вскоре перестал осторожничать: где бы он ни был, надо выбираться. Рэй шел по песчаным барханам и обходил гигантские камни, выщербленные ветром. Останавливался, чтобы отдышаться и оглядеться по сторонам: пейзаж не менялся. Было такое ощущение, что Рэй ни на сколько не продвинулся. Даже как будто начинало светать: песок, в ночи казавшийся фиолетовым, оказался красным. Выбившись из сил, мужчина присел на один из валунов, чтобы перевести дух. Но отдыхать ему не пришлось: что-то холодное и гладкое скользнуло по его лодыжке. Рэй от неожиданности вскочил. Огромная змея свернулась кольцами у его ног, поднялась на дыбы и смотрела на мужчину в упор. Ее треугольная голова была размером с небольшой арбуз и такая же зеленая в темную полоску. Рэй испуганно попятился назад, пока не уперся спиной во что-то твердое и прохладное. Отступать было некуда, но и змея не спешила нападать: только распахнула огромную клыкастую пасть, и Рэю показалось, что она говорит ему что-то. - Ему здесь не место, - вырвалось из змеиной пасти. Рэй не успел удивиться или вообще как-то отреагировать на эти слова, потому что в следующую секунду гигантская рептилия вдруг резко дернулась и сомкнула челюсти на его шее. Пустыня с ее красными песками завертелась у мужчины перед глазами, он вскрикнул и проснулся. У распахнутого окна на фоне ночного неба виднелись две неясные тени. Та, что была побольше, склонилась над другой: они о чем-то беседовали. Затем одна из них с громким шелестом слетела с подоконника и исчезла в ночи. Рэй резко поднялся в постели: может, ему это только показалось? Красная пустыня и огромная змея всё еще стояли перед его взором. Кто-то осторожно опустился на край его кровати. - И снова привет, - по голосу он узнал Фай. Рэй указал дрожащим пальцем в направлении окна, ошарашенно взглянув на девушку, но та лишь улыбнулась. Как оказалось, после процедуры он провалялся в отключке до самого позднего вечера, и тогда Фай с Аладом притащили его обратно. Им сыграло на руку то, что все жители деревни к тому времени уже сидели каждый в своем доме, и абсолютно никто их не видел. Иначе бы уже на следующее утро по Монт-Альбе поползли новые слухи. Правая рука, к слову, у Рэя болела адски: от плеча до самых кончиков пальцев. И эта боль заставила мужчину вспомнить о том, что произошло до того, как он потерял сознание. Он попытался разглядеть пострадавшую конечность, но в спальне было слишком темно: к этому времени Фай уже успела задернуть шторы и снова усесться на краешек его постели. Тогда он стал осторожно, дюйм за дюймом, ощупывать кожу. Что-то бугристое змеилось по руке, и даже как будто слегка шевелилось под пальцами. - Ч-что это? - тихо спросил Рэй. - Твоя татуировка. - голос девушки звучал слегка напряженно. - Болит. - До утра пройдет. Эту боль, увы, ни одно снадобье не в силах облегчить. Ты бы поспал. Ложись обратно в постель. - посоветовала она. Рэй послушно улегся на мягкие подушки и даже натянул одеяло до подбородка, но спать ему сейчас хотелось меньше всего. Колдунья уже стояла у двери, когда мужчина окликнул ее: - Фай... Ты можешь... не уходить? Ему было безумно стыдно и неловко, но он боялся снова заснуть. И даже жгучая боль была привлекательнее, чем жуткие сны. Девушка сладко зевнула, снова опускаясь рядом с ним. - Двигайся тогда. - скомандовала она. - Я устала тебя на себе таскать. Спина у меня не железная. Рэй перекатился на другую сторону кровати, укладываясь на живот, а Фай скользнула к нему под одеяло. - Какой ты теплы-ый, - промурлыкала она, обхватывая его здоровую руку и прижимаясь к ней пухлой щекой. Рэй повернул к девушке голову: в темноте влажно сверкали ее зеленые глаза. Он хотел было расспросить Фай про Алада, но вопросов в голове было так много, что он никак не мог решить, с какого начать. - Расскажи мне что-нибудь, - попросил он шепотом. Ему самому ведь поведать было не о чем, а узнать хотелось так много. Колдунья улыбнулась. - Даже и не знаю, с чего начать, — задумчиво протянула она. — Ну, вот к примеру, за нашей деревней, на западе, есть горное озеро. Вода в нем розовая, как клубничный компот. Говорят, что в нем водятся русалки. У них зеленые густые волосы и молочно-белая кожа. Засмотришься — утащат тебя на глубину, - тут она сжала пальцами Рэеву руку, - сделают своим слугой и ни за что не отпустят. Рассказывают, что иногда рядом с озером слышен жалобный плач: это плененные юноши скучают по дому и умоляют русалок позволить им вернуться на сушу. Рэй рассмеялся, представляя, как русалки волокут на дно незадачливого паренька, а он рыдает и пытается вырваться. Девушка фыркнула. - Смешно ему, - обиженно пробормотала она. - Вот сцапают тебя и утащат на самую глубину, а я помогать не стану. - Думаю, я для них несколько староват, - усмехнувшись, ответил ей мужчина. - Ну всё равно, - голос колдуньи становился тише, и она всё чаще перемежала слова зевками, - Пусть даже и старый... Рэй больше не мог разглядеть в темноте ее глаз: девушка зевнула напоследок, уткнулась носом в его руку и уснула. Мужчина тоже смежил веки, правая рука по-прежнему сильно болела, но он старался не обращать на это внимания. Рэй лежал и слушал мерное посапывание у себя под боком, а затем и сам не заметил, как его окутала сладкая дрёма. Во сне он видел русалок, чьи лица скрывались за длинными зелеными волосами: девушки с серебристыми рыбьими хвостами звонко смеялись и тянули его на дно. Он захлёбывался и пытался вырваться, но русалки крепко держали его, вонзая в руки длинные острые когти. Сладкая клубничная вода заливала нос и уши. Еще мгновение и подводные красавицы, к ужасу Рэя, все до единой превратились в злобно хохочущих Аладов. Мужчина последний раз вгляделся в светлую гладь озера: сквозь толщу воды на него смотрела колдунья и махала ему на прощание.