Этот мальчик

Девушки-работницы слетелись в бар на зов Мадам Кристмас на удивление быстро. На самом деле самих работниц то было не так уж и много, но Крис вполне хватало. Девочки подтягивались в бар и через какое-то время все они уже наполняли родное место. Кто-то сидел за круглым столиком, подтащив как можно больше стульев, чтобы всем хватило места, кто-то стоял, вальяжно облокотившись кто на что смог. Отошла подальше, как серый кардинал и Анетта, наблюдая за всем из тени, сложив руки на груди. Девочки оживленно переговаривались друг с другом делая всевозможные предположения, зачем Мадам сегодня вызвала их всех. Некоторые предположения были вполне логичными и обоснованными, а некоторые откровенной чушью. Болтовню работниц прервала сама Крис, выйдя в центр зала и картинно кашлянув, привлекая к себе внимание. Блондинки и брюнетки, зеленые карие и голубые глаза уставились на нее с неподдельным интересом, ожидая, что же она скажет. Мадам вздохнула и заговорила: — Девочки, у меня для вас новости. Плохие или хорошие — решите сами, когда я все расскажу, но хочу вам сразу пояснить, что мое решение окончательно и я рассказываю все вам не потому что жду от вас совета, а потому, что происходящее затронет всех нас, — начала Крис, достаточно низким, грохочущим голосом. Когда она волновалась, ее голос повышался почти на октаву, но Мадам не хотела, чтобы кто-то узнал, что происходящее может заставить ее волноваться, поэтому старательно контролировала свой тон, придавая ему обычную властность и глубину. Девочки загалдели, переглядываясь и тихо шепча что-то друг другу. — Итак, — продолжила Крис ровным голосом, — если мне повезет, то через какое-то время — я пока точно не знаю какое — здесь появится маленький мальчик, — Мадам сделала паузу, давая своим работницам несколько секунд на осмысление сказанного. — Маленький мальчик? — недоверчиво переспросила блондинка с аккуратно завитым каре, по имени Лорен. — Вы думаете, что это разумно, Мадам? — подала голос шатенка с волосами до середины спины — Катрин. — Я уже сказала, что это не обсуждается, — спокойно осадила девушку Крис. Катрин нахмурилась, видимо, не особо довольная ответом, но дальше спорить не стала. — А на сколько маленький мальчик? — вдруг спросила девушка с волосами цвета выгоревший соломы, забранными в высокий хвост. — Четыре года, — ответила Мадам. Шепот девушек снова наполнил бар. — Откуда он вообще взялся? — снова спросила Лорен. Крис немного грустно вздохнула, но быстро взяла себя в руки. — Несколько дней назад в автокатастрофе погибли мой брат и его жена. Однако их сын, четырехлетний Рой, чудом выжил. Я — ближайший родственник мальчика, поэтому мне предложили взять над ним опеку. Как вы уже могли догадаться, я согласилась. Мадам обвела своих девочек взглядом. У каждой на лице было какое-то свое выражение, свои эмоции. — Сочувствуем, Мадам, — робко сказала молоденькая рыженькая девочка по имени Дженифер. — Мое горе сейчас не так важно, — резко отрезала Крис. — Мальчик остался без родителей и я просто не могу закрыть глаза и притвориться, что моего маленького племянника не существует. Кто-то из работниц согласно закивал, а кто-то все еще выглядел не совсем уверенным. — Но бар — не самое лучшее место для ребенка… — задумчиво проговорила Ирен — обворожительная брюнетка. — Особого выбора нет, — бросила Мадам. — Я считаю, что лучше уж здесь, чем в детском доме. При словосочетании «детский дом» все девочки притихли, а некоторые даже выглядели слегка пристыженными. — Это правда, — тихо сказала одна из девочек по имени Лили. Крис только кивнула, задержав на Лили взгляд. Девушка сама провела несколько лет в детском доме после того, как ее отца лишили родительских прав за жестокое обращение с ней и ее младшей сестрой. — Я тоже так думаю, — согласилась Крис. — Но эти чиновники из опеки не отдают мальчика так просто. — Как же так? — послышался высокий голос, но Мадам не успела понять, кому именно из девочек он принадлежал. — Они сказали, что должны проверить пару вещей: меня, мое место жительства и, соответственно, будущие условия проживания самого ребенка, работу, мой заработок и так далее и тому подобное, чтобы решить можно ли отдавать мне мальчика, — Крис вздохнула и немного поджала накрашенные губы. — И вот тут начинаются трудности. Потому что вы все в чем-то правы. Я работаю в баре, который половина города считает борделем, — послышались вздохи — оскорбленные, гневные, удивленные и шепот, но Мадам подняла вверх руку, призывая девочек молчать. — Живу я тут же, над своим баром. Бар не всегда приносит много дохода, так что мои финансы непостоянны. У меня нет и никогда не было мужа, что почему-то, считается минусом. А все, что я могу предложить маленькому Рою — это маленькая комнатка над баром, с сомнительной звукоизоляцией. Проговорив все это вслух и полностью осознав всю реальность, Крис совсем сникла. Внутренне, конечно, дать слабину перед девочками она не могла. Однако неприятное, противно-липкое чувство стало возиться с ее внутренностями. Дело казалось совершенно безнадежным. Добрую минуту в баре стояла гробовая тишина, никто из молодых работниц ничего не говорил, обдумывая сказанное. Но тут из своей тени вышла Анетта. Подойдя к Мадам, она встала рядом с ней и обратилась к замолчавшим девочкам: — Ситуация, мягко говоря, непростая, — начала девушка твердым голосом. — Ребенок? У нас? Это в крайней степени рискованно и, безусловно, очень трудно но, я считаю, что благополучие маленького мальчика, который уж точно не по своей воле оказался в такой ситуации, того стоит, — закончив, она обвела взглядом работниц. Секунда молчания, а затем Дженифер подала голос: — Чем мы можем помочь Вам, Мадам? — спросила она. В ее зеленых глазах горел огонь решимости. Узел в животе Крис немного ослаб, липкие щупальца отступили. Если с ней будут ее девочки то, возможно, она действительно сможет преодолеть это испытание. — Значит так, — начала Мадам, — во-первых, девочки, у которых нет вообще никакого образования и трудовой книжки, а насколько я знаю среди нас такие есть, прошу вас на время этих рейдов не появляться в баре. Надеюсь, вы понимаете, — последние слова прозвучали как извинение. Две девушки — Римма и Сара, как отметила Крис, почти синхронно встали со своих мест. Римма едва заметно кивнула и заговорила. — Не бойтесь, Мадам, мы все понимаем. — Мы очень благодарны, что Вы дали нам работу даже с учетом нашего положения и мы не хотим Вас подставлять, — добавила Сара. — Спасибо, девочки, — искренне сказала Крис. Римма и Сара улыбнулись и сели обратно, а Мадам продолжила: — Во-вторых, надо избавиться от репутации борделя, — Крис едва заметно скривилась при упоминании ненавистного слова. — Но как? — задала резонный вопрос Лили. — Мы не можем полностью остановить слухи, что уже расползлись по Централу, но люди ведь ведутся на обложку, так? Поэтому, возможно, нам удастся немного дезориентировать проверку. Девочки смотрели на свою работодательницу с нескрываемым непониманием и лишь одна Анетта едва заметно усмехнулась. — Девочки, прошу вас найти платья хотя бы с минимальным рукавом, ниже колена, без выреза на бедре и глубокого декольте, желательно сиреневого или фиолетового цвета, а также собрать волосы в прическу — хвост, пучок или косу. Работницы снова зашелестели, обсуждая новую информацию и периодически слегка кивая друг другу. — Хорошо, я думаю, у каждой из нас найдется что-то похожее, а уж прически мы вертеть умеем, — ответила за всех Лорен. Мадам удовлетворенно кивнула, а затем спохватилась, вспомнив еще один момент, касающийся внешности. — О, и поменьше макияжа. Я не говорю совсем от него избавляться, но накладывать его более незаметно. Девочки удивительно синхронно кивнули. — Так, с посетителями не заигрывать, даже в шутку, а с сотрудниками опеки вести себя вежливо, сдержанно и мило. Не спорьте с ними. Я знаю, у нас это обычно не в чести, но ведите себя так, будто клиент всегда прав. Ну, в данном случае, опека всегда права, — тяжело проговорила Крис. — Они будут приходить в течение недели где-то с трех да шести. Будьте готовы. Работницы недовольно вздохнули, но возражать не стали. — Хорошо, — выдохнула Катрин, — только ради Вас, Мадам. Девочки согласно загалдели, почти перекрывая голос Лили: — И мальчика, — тихо, но твердо сказала девушка. Несмотря на свою нелегкую судьбу, она любила детей и была на удивление сердобольной. Крис позволила себе легкую улыбку и незаметный облегченный вздох. Что ж, операция «усыновление» начинается и пути назад, как и права на ошибку, у нее нет.

***

Мадам Кристмас никогда еще так не радовалась небольшому количеству клиентов днем, как сегодня. Она не знала точно, когда эти стервятники из опеки прилетят в ее обитель, но просто благодарила высшие силы за то, что сама контора работает только до семи, из-за чего работники не могут заявиться к ней позже шести. Потому что шесть вечера — это опасная граница, это предел, который отделяет нормальный мир от мира порочности и пьянства. Крис вздохнула. Все будет хорошо. Она подготовила все, что могла и сможет это выдержать. В конце концов, она пережила в своей жизни вещи и похуже. Мадам бросила взгляд на своих работниц. Как она и просила вчера, девочки пришли в достаточно «целомудренных» платьях и даже те, чьи волосы были подстрижены под каре, изгалялись, чтобы забрать их в какую-никакую прическу. Как же Крис была им благодарна. Да, она могла сказать, что остались недовольные ее решением, но никакого бунта они устраивать не собирались и прогнулись под новые правила, как и все остальные. Мадам сильно прикусила внутреннюю сторону щеки и судорожно сжала-разжала пальцы с длинными ногтями. На всякий случай, Крис решила, что от вредных привычек также стоит на время избавиться и с самого утра не выкурила ни одной сигареты. Не курить только при сотрудниках опеки — не вариант. Мадам на собственном опыте знала, что запах сигарет держится достаточно долго. Крис прикрыла глаза. Ну, пока вроде держится… Колокольчик над входом двери приветственно звякнул и Мадам резко распахнула глаза. А вдруг?.. В бар зашли двое — высокая, под два метра, худощавая женщина лет сорока, с туго затянутом почти на самой макушке пучком светло-русых волос и карими глазами. На ней был костюм достаточно унылого серого цвета — юбка карандаш ниже колена, белая блузка и идеально сидящий пиджак. На ногах были туфли с на удивление высоким каблуком. В руках женщина держала пластиковый планшет с прикрепленными к нему несколькими листами. В общем, выглядела она явно не как посетительница бара. Рядом с женщиной шел мужчина, на вид он был примерно ровесником своей спутницы. На фоне женщины он казался карликом, хотя на самом деле был вполне нормального для мужчины роста. Его волосы были аккуратно зачесаны назад — ни одна прядка не выпала на широкий лоб. Глаза были серыми, но удивительно выразительными. Мужчина был также одет в костюм — пиджак, белая рубашка, идеально отутюженные брюки со стрелками и атласный галстук, к удивлению Крис, красного цвета. Хотя она вынуждена была признать, что с черным костюмом и белой рубашкой он смотрелся достаточно эффектно. Мужчины выглядел гораздо приветливее своей спутницы. В руках у него был такой же пластиковый планшет. Женщина немного брезгливо и явно недовольно огляделась. Ее взгляд скользил как по убранству зала, так и по самим работницам, замершим поняв, кто к ним явился. Мужчина казался добрее. Он также бесстыдно осматривал все вокруг себя, но не выказывал негативных эмоций. Сердце громко забилось у Крис где-то в горле, во рту пересохло, а ладони, наоборот, вспотели. Из испуганного ступора ее вывел острый локоть под ребром. Повернувшись она увидела Анетту, взглядом широко раскрытых глаз указывающую на явившийся тандем. Мадам кое-как сглотнула и кивнув, словно у нее заржавела шея, будто в замедленной съемке направилась к представителям опеки. Женщина уже явно хотела поймать кого-то из испуганных девочек и попросить позвать их начальницу, как упомянутая начальница подплыла к сотрудникам, приклеив к лицу самую дружелюбную улыбку, на которую только была способна. — Здравствуйте, — мило поздоровалась она, пытаясь контролировать свой голос. Вот же, она за всю свою жизнь так не нервничала! — Меня зовут Крис Мустанг. Полагаю, вы ищите меня. Крис протянула руку для приветственного рукопожатия. Сначала женщине. Она казалась более опасной и непоколебимой. Женщина перевела взгляд карих глаз на руку Мадам. Крис уже показалось, что она ее не примет, но тут тонкая рука все же коснулась ее потной ладони. — Очень приятно, — безэмоционально сказала женщина. — Меня зовут мисс Брот, — она выпустила руку Крис и бросила взгляд на своего спутника. — А это — мистер Стрэмс. Мадам перевела свою протянутую руку в сторону мужчины и он охотно принял ее. — Очень приятно, — сказал он и улыбнулся. — Мне тоже, — ради приличия ответила Крис. — Что ж, давайте перейдем прямо к делу, мисс Мустанг, — проговорила мисс Брот. — Конечно, — кивнула Мадам, пожалуй, слишком уж резво. — С чего начнем? Женщина опустила взгляд на листы в своем планшете, но почти сразу оторвалась от них. На самом деле, Крис была уверена, что мисс Брот знает содержимое этих листов наизусть. — Что ж, сначала, пожалуй, хотелось бы узнать немного о Вас, мисс Мустанг, — холодно сказала женщина, — нам нужно просмотреть несколько документов, среди которых: Ваше свидетельство о рождении, трудовая книжка, отчет о доходах, справка об отсутствии судимости. Крис немного напряглась, а затем снова натянула на лицо улыбку. — Тогда пройдемте на второй этаж, в мой кабинет. Мадам повернулась и начала свой путь через зал к лестнице. Люди из опеки последовали за ней. Крис чувствовала на себе взгляды девочек-работниц, из-за чего кожу неприятно покалывало. — Это работницы Вашего бара? — спросил мистер Стрэмс. — Да, — только и ответила Мадам, для верности слегка кивнув. — Можно ли говорить с Вами открыто, мисс Мустанг? — снова заговорила мисс Брот. — Конечно, — вопрос слегка сбил Крис с толку. — Это место многие считают борделем, — достаточно резко сказала женщина. — Как Вы можете это прокомментировать? Мадам поджала губы, сдерживая ярость. Конечно, она ждала этого вопроса, но все равно неприятно. Крис громко поставила одну ногу на первую ступеньку деревянной лестницы и слегка повернулась к сотрудникам опеки. — Я знаю об этих слухах, — признала она ровным голосом. — Однако считаю, что они безосновательны. Да, в моем баре работают молодые девушки, но извините меня, это не значит, что они будут ложиться под каждого кто им заплатит, — в конце голос Крис грозил подняться на опасно высокие нотки, но Мадам сумела себя сдержать. Однако свое мнение Крис до сотрудников явно донесла. Женщина слегка сузила глаза, а мужчина, наоборот, кажется, немного расслабился. — Мисс Мустанг мы ни в чем ни Вас, ни Ваших работниц не обвиняем, но поймите и нас тоже, раз ходят слухи, мы не можем не проверить их правдивость или ложность, — сказал мистер Стрэмс, видимо, как он думал, успокаивающим голосом. Крис сжала челюсти и как можно незаметнее выдохнула. Будь с ними мила. Не спорь. Мадам слегка наклонила голову и улыбнулась — получилось на удивление правдоподобно. — Да, конечно, я понимаю. Прошу прощения за мою вспышку. — Ничего страшного, — отозвался мужчина. Поднявшись вверх по скрипучей лестнице процессия завернула в одну из комнат, которую Крис громко называла своим кабинетом. Мысленно она похвалила себя за то, что додумалась провести здесь генеральную уборку. Мадам указала на пару стульев, которые представители опеки не повременили занять. Правда на лице мисс Брот снова отразилось то брезгливое выражение, но Кис решила игнорировать его, чтобы сэкономить себе нервы. — Итак, какие еще раз вам нужны документы? — переспросила Мадам. — Свидетельство о рождении, трудовая книжка, Ваш диплом, отчет о доходах и справка об отсутствии судимости, — сухо перечислила женщина. Крис как можно более уверенно кивнула и пошла разыскивать нужные документы по разным ящикам и полкам. Свидетельство о рождении легло на стол раньше всех, так как было самым «безопасным» из всего списка. Затем справка об отсутствии судимости. В молодые годы Мадам чуть не попалась несколько раз властям, но каждый раз все обходилось, поэтому сейчас документ спокойно лег рядом со свидетельством о рождении. Трудовая книжка тоже вскоре присоединилась к документам на столе. Хоть Крис и работала на себя, ее бар был вполне официально зарегистрирован, так что проблем с законом не возникало. Так, а теперь самое сложное… Отчет о доходах был, мягко говоря, кривоват, но делать было нечего и Мадам протянула работникам опеки и его. А вот диплом… У Крис было только образование на базе девяти классов и незаконченное среднее профессиональное. По-хорошему, с таким набором она не могла управлять баром. Мадам нервно сглотнула. А вдруг все-таки прокатит?.. Как только диплом об образовании оказался в руках мисс Брот, кабинет погрузился в гнетущую, неуютную тишину. Крис села на еще один стул, стоящий в комнате и не сводила глаз с мужчины и женщины перед ней, перебирающих ее документы, следя за каждым изменением в лице обоих. Но что мисс Брот, что мистер Стрэмс, оба были настоящими бюрократами и на их лица не просочилась ни одна эмоция. Наконец, после, казалось бы, вечности, они отложили документы и посмотрели на Мадам. — Что ж, — начала женщина, — не могу сказать, что все идеально гладко, — Крис напряглась и, кажется, забыла, как дышать, — вопросы вызывает Ваше образование, а также нестабильность Ваших доходов. — Но, тем не менее, доходы от Вашего бизнеса колеблятся в допустимых приделах и, если посчитать, то Вы вполне сможете содержать двоих. Особенно, учитывая выплаты за мальчика, — заговорил мужчина. Мадам нахмурилась. — Простите, я не совсем поняла, — аккуратно начала она, — что за выплаты? Оба работника посмотрели на нее с эмоцией максимально близкой к удивлению. — За сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, родители которых неизвестны или не в состоянии лично осуществлять их воспитание в связи с рядом причин, в данном случае их смерти, положены выплаты и определенные льготы, — чопорно ответила мисс Брот. Мадам удивленно захлопала глазами. Вот это поворот. — Однако, денежные средства, выплачиваемые на подопечного ребенка, расходуются опекуном или попечителем исключительно на нужды ребенка. Это его содержание, приобретение одежды, обуви, получение достойного образования и тому подобное, — добавил мистер Стрэмс. Воздух вырвался из легких Крис чуть громче, чем ей хотелось бы. — Эм, ну, что ж, это достаточно неожиданно, — выдавила она. Мисс Брот подняла вверх бровь, а мистер Стрэмс откровенно улыбнулся. — Ну, зато теперь мы точно знаем, что Вы усыновляете мальчика не ради денег, — сказал мужчина с усмешкой. Мадам не знала, как воспринимать эту реплику — как комплимент или же как насмешку, поэтому решила не отвечать, ограничившись просто небольшой улыбкой. — Кхем, — картинно кашлянула мисс Брот, привлекая к себе внимание. — Итак, вернемся к теме нашего разговора. Действительно, как и сказал мой коллега, финансы хоть и непостоянны, но за черту допустимого никогда не выходили, так что денежный вопрос можно закрыть. А что насчет образования? Почему Вы так и не окончили хотя бы колледж? — глаза женщины впились в Крис. Ей хотелось заерзать на месте, как какой-то школьнице, под влиянием этого взгляда, но она сдержалась. Все-таки она была Крис Мустанг! Вместо этого Мадам, наоборот, расправила плечи и выпрямилась. — С вашего позволения, я не буду вдаваться в ненужные подробности, — начала Крис. — Причина была для меня довольно весомой и это была смесь семейных обстоятельств и плохого состояния здоровья, — она остановилась, обдумывая следующие слова. — В этот период я не могла совмещать учебу со своими делами и мне пришлось уйти из колледжа. Далее в моей жизни происходило много всего и времени, да и денег на обучение просто не было. А затем я решила, что вместо полного образования, которое неизвестно еще пригодится или нет, я открою свой собственный бизнес. Я до сих пор считаю, что сделала правильный выбор и ни о чем не жалею, — когда Мадам закончила, она обвела взглядом работников опеки, ожидая их реакцию на ее, на самом деле, довольно спорные слова. Несколько секунд мужчина и женщина напротив нее молчали, но затем мисс Брот подала голос: — Все ясно, — сказала она и Крис не понравилось то, как расплывчато это звучало. — Тогда что касается Вашей работы, — начал мистер Стрэмс, — все ли у Вас соответствует стандарту? Обустройство самого бара и его работницы. Мадам кивнула. Ну, к этому вопросу она была готова. — Что касается моих работниц, то у всех, безусловно, разное образование, но я считаю, что чтобы быть официанткой в баре нужен опыт и сноровка, а не специальное образование. Однако, предупреждая ваши вопросы, я могу показать документы всех девочек, которые у меня работают. Среди них есть также есть и повар и медик. — Будьте так добры, — сказала женщина в ответ на объяснение Крис. Мадам спокойно встала и пошла к небольшому секретеру, где у нее хранилось все, что связано с работой. Выудив оттуда довольно увесистую папку она почти грохнула ее на стол. — Вот. Тут все девочки в алфавитном порядке, — пояснила Крис с ноткой уверенности и даже какого-то превосходства в голосе. Работники опеки открыли папку углубились в чтение. Мадам же снова села напротив, закинув ногу на ногу и сложив руки на груди. Мужчина и женщина, как показалось Крис, очень долго изучали личные дела девочек, но, наконец, лист последней работницы был отложен в сторону и работники снова вернули свое внимание к Мадам. — Что ж, тут все в порядке, — сказал мистер Стрэмс. «Еще бы, — хмыкнула про себя Крис, — мои девочки тебя легко на колени поставят». — Тогда остался последний интересующий нас вопрос, — быстро вывела Мадам из мыслей мисс Брот. — Да? — невинно спросила Крис. Наконец-то финишная прямая! — Нам нужно проверить, в каких условиях будет содержаться мальчик, — ответила женщина. — Скажу сразу, мисс Мустанг, то, что Вы живете прямо над баром является большим минусом, — ее голос был ужасно холодным. Мадам немного сузила глаза. — Конечно же, после определенного времени мальчику будет запрещено спускаться в зал, — начала Крис, как можно мягче. — А так же комната, которую я бы хотела отвести под детскую, имеет хорошую звукоизоляцию. По крайней мере, самую лучшую на этом этаже. Мистер Стрэмс кивнул, а вот мисс Брот выглядела не до конца убежденной, но затем, все же, вздохнула, будто признавая поражение. — Хорошо. Тогда мы бы хотели увидеть комнату мальчика, а потом и весь этаж. Крис кивнула и быстро поднялась со стула. Выйдя из комнаты, Мадам повела своих гостей чуть дальше по коридору, а затем остановилась у одной из дверей. Положив ладонь на ручку, она открыла дверь. Перед ними предстала маленькая, но на удивление светлая комнатка. У окна стояла кровать, у правой стены высокий шкаф, а у левой — стол и стул. На полу простенький, но не рваный и чистый ковер. Мисс Брот зашла в комнату первой, за ней, на шаг позади был ее коллега и последней, почти затаив дыхание, шла сама Крис. Женщина оглядела комнату самым цепким взглядом на который только способен был человек. Подойдя к кровати она зачем-то села на нее, потом буквально просканировала стол и шкаф. Весь осмотр занял не больше десяти минут, но проходил он в такой давящей тишине, что Мадам казалось, что прошла вечность. Наконец, мисс Брот кивнула Стрэмсу и что-то записала на листок в своем планшете. — Что ж, — начала она, повернувшись к Крис, — все в порядке. По крайней мере, соответствует норме. Что насчет вещей мальчика? Мадам слегка опешила, но быстро собралась и ответила так уверенно, как только смогла: — Они все еще в доме моего брата, однако, на сколько я поняла, я могу официально запросить их для Роя. Мисс Брот снова кивнула. — Пойдемте в Ваш кабинет, — только и сказала она. В кабинете все трое снова заняли свои места, Крис чуть не подпрыгивала на месте, ожидая, что же скажут сотрудники опеки. Внешне она, конечно же, ничем себя не выдала. — Итак, давайте подведем итоги, — заговорила женщина, — честно признаюсь, я не в восторге от того, что маленький мальчик будет воспитываться в таком месте, — последние слова она специально выделила и Мадам слегка сжала челюсти, — однако, я должна быть лицом не предвзятым и чисто по критериям оценивания, которые мы используем, у Вас все ну, скажем так, в пределах нормы, — мисс Брот замолчала на несколько секунд, а затем вдруг добавила: — К тому же мой коллега не видит ничего плохого в том, чтобы Вам отдали опеку над мальчиком. Крис бросила быстрый взгляд на мистера Стрэмса. Он как-то странно улыбнулся ей самыми уголками губ. — Итааак, — протянула Мадам, — я правильно Вас поняла, что опекунство все-таки будет одобрено? Женщина кивнула. — Для оформления опекунства нет никаких препятствий, — просто сказала она. — А ваши рейды, — как-то само собой вырвалось у Крис. — Какие рейды? — удивленно спросил на этот раз уже мистер Стрэмс. Мадам тупо моргнула. — Ну, насколько я поняла из данных мне объяснений, вы будете приходить несколько раз на этой неделе. Из мужчины вырвался странный смешок, окончательно дезориентирующий Крис. — Такое иногда случается, но в редких и самых запущенных случаях, — пояснил он. — С Вами, я думаю, у нас проблем не возникнет. У Мадам с плеч будто свалилась гора. Она попыталась выдохнуть как можно более незаметно. Значит, вся ее конспирация и приготовления не прошли напрасно! Не зря она собирала своих девочек, не зря вчера вместе с ними тоскала мебель, чуть не сорвав спину. — Ясно, — вместо радостной тирады сказала Крис. — В таком случае, через сколько времени я смогу забрать племянника? Мадам не была наивна и понимала, что бюрократам нужно свое время, чтобы все подготовить. Возможно, дня два-три… — От пятнадцати до двадцати рабочих дней, — резко сказала мисс Брот. Крис не скрываясь вытаращилась на нее. — Сколько-сколько? — переспросила она немного севшим голосом. К такому повороту событий жизнь ее не готовила… — Ну, Вы же сами понимаете, документы, договоренности и все в таком духе, — легко сказал мистер Стрэмс. — Ну не двадцать же дней! — вырвалось у Мадам. — Это же почти месяц! — Не драматизируйте, мисс Мустанг, — немного раздраженно осадила ее мисс Брот. — Это вполне нормальное, регламентированное время. Крис открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Она хотела забрать Роя когда его выпишут из больницы, чтобы мальчик не столкнулся с холодной реальностью государственных учреждений, но, видимо, в этом вопросе удача была не на ее стороне. Мадам вздохнула, пытаясь успокоиться и посмотрела на работников опеки как можно более понимающим и дружелюбным взглядом. — Что ж, — немного наигранно начала она, — я не могу спорить с законом. Если так принято, значит и мне придется подождать. Мисс Брот удовлетворенно кивнула. — Посмотрите на это и с хорошей стороны, — начал вдруг мистер Стрэмс, — у Вас будет больше времени подготовиться к приезду мальчика. Крис улыбнулась про себя скривившись от отвращения. — Вы правы. Мисс Брот поднялась, явно давая понять, что разговор окончен и больше положенного она здесь находиться не собирается. К выходу из бара они шли молча. К большой радости и благодарности Мадам, клиенты вели себя достаточно тихо, а девочки будто были совсем прозрачными и незаметными. Дойдя до двери, Крис задала представителям опеки интересующий ее организационный вопрос: — Когда все будет готово, мне ведь сообщат об этом? Мисс Брот кивнула. — Вам позвонят и все расскажут. — Хорошо, спасибо, — поблагодарила Мадам, а затем, как-то само собой у нее вырвалось: — А могу я снова навестить мальчика? — Конечно, — уверенно сказал мистер Стрэмс. — Вы ведь уже навещали ребенка, и знаете, что нужно делать. — То есть, все как и в первый раз? — переспросила Крис. — Да, — кивнул мужчина. — Спасибо, — пробормотала Мадам себе под нос, хмуря брови. Опять проходить все эти круги ада! Работники опеки кивнули Крис и вышли из бара один за другим под веселый звон колокольчика. Мадам повернулась спиной к двери и чуть не сползла по ней вниз. Тяжелый вздох сорвался с ее накрашенных губ.