Больничный/Sick day

Плечи Энди сгорблены над компьютером; она знает, что ей нужно держать осанку, но сейчас у нее есть более важные вещи, о которых нужно беспокоиться. А именно, переписать статью о летних шарфах, которая была одобрена на прошлой неделе, но теперь не одобрена, потому что у Миранды появилось свободное время. Как обычно, Миранда по-тихому управляет всем, что есть в журнале, что немного сводит Энди с ума, но опять же, после того, как Энди прочитала статью, она поняла, что главный редактор была права. Несколько месяцев назад Миранда издала указ о расширении их редакционных статей, чтобы он обращался не только к очень богатым, но и к тем, кто стремится к богатству. Рекламный климат меняется в связи с финансовым кризисом, и Миранде было «предложено», чтобы «Подиум» увеличил свою готовность снимать для большего числа активных читателей, которые на самом деле покупают товары, размещенные на его страницах. Рекламодатели привыкли считать, что привлекательности появления на страницах «Подиума» было достаточно для увеличения продаж, но теперь все по-другому. Как и любой грамотный лидер, Миранда в частном порядке отказалась, но фактически согласилась. Через некоторое время она решила, что это был правильный выбор, особенно учитывая, где находятся рынки сейчас. Вместо того чтобы беспокоиться о будущем, Энди сосредотачивается на своей повседневной рутине и выслушивает опасения Миранды в конце дня. Сейчас она гораздо лучше понимает деловую сторону журнала, чем когда-либо предполагала; Миранда удивительно свободно ведет беседу, когда они находятся рядом друг с другом в постели. Она не раскрывает ничего секретного, но ей не стыдно признаться в своих опасениях и неуверенности. В каком-то смысле это обуза для Энди, но в основном это привилегия, которую она глубоко ценит. Миранда никому больше не рассказывает об этих вещах, Энди уверена в этом, поэтому она держит эту привелегию без сожаления. Эти ночные беседы также говорят Энди, что Миранда вкладывает в работу гораздо больше сил, чем кто-либо в «Подиуме» мог бы поверить. Иногда Энди думает, что Миранде следовало бы вести себя немного вежливее в офисе, но не ей об этом говорить, и она держит рот на замке. С другой стороны, Энди стала немного менее милой, чем была раньше. Она хуже переносит идиотизм и гораздо меньше терпит некомпетентность. Она по-прежнему внимательна, но теперь она легче останавливает кого-то в начале плохой идеи, не тратя свое время на выслушивание того, на что, как она уже знает, она не согласится. Сначала она даже не осознавала, что делает это, пока Люсьен не сказал ей об этом однажды за обедом в кафетерии. Он хвалит её за это, что заставляет Энди чувствовать себя хорошо, но также заставляет задуматься, не переняла ли она случайно черты Миранды. Хотя на самом деле это не имеет значения. У Энди меньше, чем когда-либо, времени терпеть придурков, так как они уже потеряли редактора. Она работает за двоих, пока Стелла болеет пневмонией, и сегодня она заканчивает с шарфами. Она вырезает и переписывает с ужасной точностью. Закончив второй абзац, она замечает, что обычные звуки офисной болтовни стихли, и поднимает глаза. Миранда смотрит на нее с пронзительным выражением, которое Энди не может расшифровать. Она не выглядит совсем сумасшедшей, но… Потом она вспоминает. Оу. Упс. Сегодня среда, а Миранды весь вторник не было в офисе. Они не виделись прошлой ночью, потому что у Миранды было два вечерних мероприятия, и Энди хотела убрать свою пыльную квартиру. Это первый раз, когда Миранда увидела новую стрижку Энди. Она прикасается к косой пряди волос, которые теперь свисают только до подбородка, длиннее спереди и короче сзади. Они идеально прямые, что, вероятно, ненадолго, но все сказали ей, что она очень стильно выглядит. У Энди были кое-какие мысли о реакции Миранды на ее новый образ. На самом деле, некоторые из этих мыслей были не очень… приятными, вот почему она настояла на том, чтобы пойти вчера вечером в свою квартиру, а не в таунхаус. Миранде всегда нравились длинные волосы Энди. Она никогда прямо не говорила, что Энди не следует стричь ее волосы, но, с другой стороны, Энди даже не заикнулась о том, что она думала о смене своего стиля. Но какое-то время она думала. Она считает этот поступок своеобразным заявлением. «Я сама принимаю решения». «Ты мне не начальница. Кроме как на работе.» И: «Я знаю, тебе нравятся мои волосы, но я подстригу их просто для того, чтобы посмотреть, что произойдет». И это, стыдно признаться, является самой веской причиной перемен. Это игра власти. Она хочет проверить Миранду и в то же время проверить себя. Энди никогда не думала, что новая прическа будет таким важным решением. Но это так, по крайней мере, когда твоя возлюбленная-Миранда Пристли. Проходит десять секунд, плюс-минус, и никто не двигается. Миранда моргает, приподняв бровь. «Хм», — говорит она и направляется в том направлении, в котором она изначально шла, к главному конференц-залу. Джослин глубоко вздыхает со своего места на пустом столе Стеллы. «Что все это значит?» Энди пожимает плечами. «Может быть, ей не понравились мои волосы». Джослин хихикает. «Не знаю, почему. Я думаю, выглядит потрясающе». «Спасибо», — отвечает Энди. «Я тоже», — добавляет Гэвин, стоя за своим столом в нескольких футах от них. «Я хотел сказать тебе раньше. Очень утончённо». Энди знает, что он подлизывается, потому что он новичок на этой работе и пытается произвести хорошее впечатление. Но он довольно милый, и если Энди правильно разыграет свои карты, она сможет переложить на него большую часть своей нынешней рабочей нагрузки. Она пробыла на своем нынешнем посту всего восемь месяцев, но давний помощник редактора по имени Саша только что ушла работать в Elle. Это был хороший ход; после ее ухода Люсьен прямо сказал Энди, что Сашу не повысили бы внутри компании, если бы она осталась. «У некоторых людей нет того, что для этого нужно», — сказал Люсьен. «Саша не потратила ни времени, ни усилий. Elle, возможно, подходит ей больше, но никогда не знаешь, — Люсьен задумчиво посмотрел на нее. «Тебя интересует ее место?» Энди кивнула. «Это немного быстро, но я свяжусь с тобой по этому поводу через несколько недель». Энди рассчитывала проработать по крайней мере год в качестве сотрудника редакции, прежде чем подумывать о повышении до помощника редактора. Но позиция в пределах досягаемости, и она этого хочет. Очень сильно. Это полная противоположность всему, чего Энди ожидала от карьеры, но что-то случилось, как только она отошла от стола Миранды. Она обнаружила, что хорошо справляется с этой работой, и ей нравится эта работа. Немного неловко, что тебе нравится изучать моду, но теперь у Энди есть вкус к этому, и это увлекает. Конечно, Миранда тоже увлечена. Она находит очень привлекательным, когда Энди внезапно раскрывает свой опыт в эволюции производства шелка на протяжении веков или когда она поэтично рассуждает о фракталах, используемых в компьютерном дизайне одежды. Еще так много нужно узнать и изучить, и Энди жаждет этого, как для себя, так и для Миранды. Ее родители в замешательстве, и Энди не знает, что им сказать. Она все еще хочет работать в «Нью-Йоркере», или в «Нэшнл ревью», или в «Таймс». Но теперь это ее жизнь. Работа и Миранда. Ей нравится, кем она стала, и особенно нравится знать, что она отлично работает и это ценят умные, интересные люди. Это хороший опыт. Все те вакансии, которые должны были открыться после того, как она провела год в качестве ассистентки Миранды, все еще открыты для нее, когда она будет готова двигаться дальше. Единственным недостатком является невозможность совершить «камин-аут» в качестве возлюбленной Миранды. Они счастливы друг с другом, по крайней мере, Энди так считает. Они мало говорили о том, чтобы стать публичной парой по тысяче причин, но становится все труднее держать ее чувства в секрете. Не на работе; эту стену там легко поддерживать, потому что Миранда очень хорошо держит профессиональное лицо. Но для Энди это все равно что жить двумя жизнями. Она точно никому не рассказывала о Миранде, и грустно, что она не может поделиться историями о причудах Миранды, или о вещах, которые сводят ее с ума, или о вещах, которые заставляют ее улыбаться. Но это все равно того стоит. Это всегда будет стоить того. Но время от времени она хотела бы пообедать с Мирандой в ее офисе или в хорошем ресторане. Это маловероятно; ей придется покинуть «Подиум», чтобы произошло что-то подобное. Забавно—так долго она мечтала уйти из этого офиса и жить своей жизнью, а теперь жалеет, что не может остаться навсегда. Опустив голову, она продолжает работать, пока на ее столе не вибрирует телефон. Это Миранда. «BR» Энди закатывает глаза. «Не могу», отвечает Энди. «слишком много работы». «Нам нужно поговорить.» Энди чувствует тошноту в животе. Они бы не расстались из-за стрижки, не так ли? Миранда не настолько чокнутая. «Переделываю статью про шарфы, которую ты просила. Сегодня вечером я вся твоя. Если ты все еще хочешь меня.» Энди нажимает «Отправить» и смотрит на Найджела, который смотрит на нее сверху вниз, приподняв бровь. «Отдай», — говорит он, протягивая руку. Энди хихикает и засовывает телефон в карман. «Извини, босс. Я почти закончила.» «Обычно, когда детей ловят за игрушками в течение учебного дня, они должны передать их учителю». «Ха-ха. Все, больше не буду, обещаю». «Хорошо, хорошо», — говорит Найджел, и Энди расслабляется. «Я все равно не могу поверить, что у тебя есть время для парня. Что он думает о новой прическе?» Энди смущается, чувствуя, как ее лицо заливает густой румянец. “ Эм, я… я, ну… " Она никогда раньше не лгала Найджелу о том, что у нее есть парень. Она намекала, что в отношениях, но больше ничего не сказала. «Не могу пока сказать», — наконец отвечает она. Как только слова слетают с ее губ, она задается вопросом, почему она просто не сказала, что переписывалась с подругой. Он бы не заметил разницы. Найджел смотрит на нее, склонив голову набок. «Хм. Я… — Он моргает, глядя на нее, явно желая узнать больше. Но в последние несколько месяцев он стал менее любопытным, возможно, почувствовав нежелание Энди делиться. «Ну, мне она нравится. Весьма смело. И Миранде тоже понравилось. Это определенно привлекло ее внимание сегодня». Энди сглатывает пересохшее горло. «Это хорошо. Хотя я не уверена, что это так. Не то чтобы это имело значение, но… «Нет, ей явно понравилось. Я знаю её». Энди слабо улыбается и надеется, что он прав. -- В ту ночь Энди остается позже обычного; уже почти девять, когда она выключает свой компьютер. Ей стыдно, она так волнуется, но это не убеждает ее отправиться к Миранде раньше. Но когда она направляется к выходу, она видит, что у Миранды горит свет, а Алексис сидит за вторым столом помощника и читает журнал. Энди подумывает о том, чтобы пройти мимо, как будто она не замечает молодую, хорошо сложенную женщину, но в конце концов решает, что ей лучше что-нибудь сказать. «Привет, Алексис», — говорит Энди. «Спокойной ночи». Она оглядывается через плечо на кресло Миранды. «Думаешь, ты задержишься здесь допоздна?» «О, я… " — начинает Алексис, но ее прерывает мягкий голос, доносящийся из внутреннего святилища. «Андреа», — говорит Миранда, и у Энди возникает забавное воспоминание о прошлом, когда она была в ужасе от своего босса. Она усмехается и пожимает плечами, глядя на Алексис. В офисе Энди несколько минут ждет перед столом Миранды, и ей хочется в нетерпении насвистеть какую-нибудь мелодию. К счастью, она этого не делает. Когда она наконец садится, Миранда поднимает взгляд. «Хм», — говорит она. У Энди внутри все переворачивается. «Привет». Миранда смотрит через плечо Энди на открытую дверь, которая на самом деле не отделяет их от Алексис. «Я скоро заканчиваю. Ты ела сегодня?» Ее голос звучит так тихо, что Энди приходится напрячься, чтобы расслышать ее. Энди не знает, чего она ожидала от Миранды, но что бы ни приходило ей в голову, речь шла не об ужине. «Эм, нет. Я недавно перекусила.» «Джеймс готовит для нас ужин. Сегодня баранина.» Как по команде у Энди урчит в животе. Она прикрывает рот, стараясь не рассмеяться, но улыбка Миранды согревает её. «Звучит хорошо», — выдыхает она. «Очень». При этих словах Миранда наклоняется вперед и прямо спрашивает Энди: «Ты согласишься на повышение, когда Люсьен предложит тебе его?» Энди делает глубокий вдох. Конечно, Миранда должна была знать, что Люсьен рассматривал ее, но Энди изо всех сил старалась не думать об этом. Теперь этого не избежать. «Я не уверена. Этого еще не произошло». Кивнув, Миранда откидывается назад. «Я думаю… мы должны, или, скорее… “ Миранда раздраженно фыркает. «Алексис», — зовет Миранда, повысив голос. Каблуки девушки шаркают по мрамору, прежде чем она появляется в дверном проеме. «Да?» «Принеси мне латте. Без кофеина.» Она добавляет, приподняв бровь: «Горячий». «Конечно, Миранда. Просто… — она бросает взгляд на Энди. Что бы она ни собиралась спросить—Энди уверена, что она хочет знать, не хочет ли и Энди тоже, — но фраза умирает у нее на губах, и она уходит, громко цокая шпильками по длинному коридору. Энди немного расслабляется в кресле и позволяет своим глазам смягчиться, когда смотрит на Миранду. «Удобно». «Ну, я хотела подождать до более позднего времени, чтобы обсудить это, так как ты так лаконично оттолкнула меня раньше… “ «Я работала!» — заявляет Энди. «Я только сегодня утром получила проект!» Миранда закатывает глаза: «Да, да, я знаю. Несмотря ни на что, это важно. Конечно, это твое решение, которое ты должна принять сама». Энди наблюдает за Мирандой и гадает, о чем она думает. Шестерёнки вращаются у нее перед глазами. «Как ты думаешь, что мне следует делать?» Губы Миранды сжаты, но ее глаза не отрываются от Энди. «Возьми эту работу. Люсьен заверил меня, что ты готова.» Она облизывает губы. «Это действительно вносит свои коррективы в… Во все остальное». Энди по привычке оглядывается через плечо. Она надеется, что никто не смотрит и не слушает. «Ты имеешь в виду в нас." Миранда кивает в знак согласия. «Я тоже об этом думала. Но я могу выполнить эту работу, Миранда. Мы обе знаем, что я могу. Независимо от того, с кем я иду домой в конце дня, я хорошо работаю в «Подиуме». Я могу предложить больше, чем кто—либо другой на моем уровне, и хотя я не ходячая энциклопедия… «Андреа, тебе не нужно продавать себя мне, чтобы получить повышение. Люсьен только и ждет, когда Стелла вернется на работу, чтобы сделать предложение о работе» Глядя в потолок, Миранда добавляет: «И если бы ты пробовалась на должность в другом журнале, я бы посоветовала вести переговоры в соответствии с тем, чего ты стоишь». Она качает головой. «Боже, это не то, что я представляла для нас обоих. Мне давно следовало отправить тебя «Vanity Fair». Энди уставилась на нее с открытым ртом. «Я могла пойти в «Vanity Fair», а ты мне даже не сказала?» Миранда, кажется, просыпается от слов Энди, как будто она удивлена, что высказала свои мысли вслух. “ Мне пришлось бы попросить об услуге, чего я не хочу делать, и это была бы еще одна должность помощника для кого-то ниже главного редактора. На шаг ниже как в оплате, так и в ответственности». Это немного успокаивает Энди. «Ну, хорошо. Просто жалко, что не знала об этом.» «Не было никакого " этого’, дорогая. Я просто сказала, для удобства. Без тебя здесь было бы гораздо меньше сложностей. С другой стороны, я бы потеряла твой талант и огромный потенциал». Губы Миранды приподнимаются вверх. «Не говоря уже о твоем хорошеньком личике. Которое хорошо обрамлено той прекрасной прической, о которой ты забыла упомянуть вчера вечером, когда мы разговаривали.» Энди хихикает и смотрит на свои руки. «Я нервничала». Миранда хмурится. «Почему?» Энди изумленно смотрит на неё. «Ты шутишь, да? Ты, после всех этих уроков по ремням, шляпам, обуви и тому, чего не следует носить, говоришь мне, что я не должна нервничать, когда делаю новую стрижку, и не спрашиваю совета заранее?» «Это твоя голова. Мне все равно, даже если ты побреешься налысо, ты все равно будешь такой же захватывающей дух, какой была в тот день, когда мы встретились». Миранда смотрит на свои ногти, когда говорит это; она всегда избегает взгляда Энди, когда делает душераздирающе милые комплименты. «В любом случае, ты сделала хороший выбор. Но настоящий вопрос в том, как ты к этому относишься?» Энди пожимает плечами. «Мне это нравится. Это заставляет меня выглядеть… “ Старше. Она едва это не сказала, хотя это правда. «Более серьезной. И умной.» «Ты уже такая, так что мы можем предположить, что это просто новая стрижка сделала свою работу. Если тебе это нравится, мне это нравится.» Она вздыхает и встает, что означает, что Энди пора уходить. «И «Vanity Fair «никуда не денется. Я только хотела бы…» Она замолчала. «Ты думаешь, что у нас ничего не получится, пока мы обе здесь?» Энди разочарована, потому что она не хочет уходить. «Я не… Я не знаю. Но я признаю, что это довольно утомительно-притворяться. Это никого не касается. Но это бизнес, а это значит, что я не должна указывать тебе, как вести переговоры о согласии на работу». Энди видит настоящее сожаление на ее лице, отчего она чувствует себя отвратительно. «Брось, Миранда, весь мир знает, что ты всегда должен просить больше, чем тебе предлагают. Это не похоже на то, что ты раскрываешь совершенно секретную информацию.» Она подмигивает. «Но я ценю совет». «Хорошо, хорошо. А теперь исчезни. Я уйду через пятнадцать минут. Скажешь Джеймсу за меня?» «Замечательно. Я открою вино до того, как ты вернешься домой, чтобы убедиться, что оно в порядке.» «Вино уже дышит, и если ты сделаешь хоть один глоток до того, как я войду в дверь, ты будешь очень, очень сожалеть». Энди хочет обойти стол и обнять ее и поцеловать перед уходом. Вместо этого она встает и неловко машет рукой. «Тогда до скорой встречи». «Очень скорой», — отвечает Миранда. Она не улыбается, но ее глаза теплеют так, что сердце Энди колотится настолько сильно, что разрывается в груди. Это было сложно, но Энди удается уйти, не целуя Миранду на прощание. По крайней мере, сейчас. Сегодня вечером это будет более осуществимо.