Счастье нужно заслужить

—Милый! – не успев добежать, девушка была остановлена за шиворот, только что вошедшей Цукиёми. —Прыгнешь на него – шею сверну, для чего я тут с операциями мучалась? И вообще, сюда заходят по одному. На выход. – вытолкнув шатенку за дверь, беловолосая повернулась к ошеломлённым парням. – Кто она? – вопрос прозвучал слишком резко, однако даже так крикам из коридора неплохо удавалось заглушить его. —Бывшая этого придурка, только то и делала, что требовала от него денег. – хмыкнул Нагиса, бросив оценивающий взгляд на Цукиёми. Только сейчас он мог рассмотреть её вблизи, однако и без того проникся к врачу уважением. —Да, ужасный у него вкус на девушек. – подведя итог, сказала Харуми, попутно поставив на прикроватную тумбочку оставшиеся сладости. —Я вообще-то тут, не мешаю? Имели бы совесть не обсуждать человека, когда он находится рядом. – впервые за присутствие голубоглазой Акабане что-то сказал, при это повернув голову к окну, делая якобы обиженное лицо. —Я свою потерял, когда обсуждал с твоими родителями, через сколько лет ты найдёшь себе нормальную пассию. – подняв правую руку вверх, а левую кладя на сердце, голубоглазый будто сознавался в ужасном грехе. Красноволосый, услышав слова друга, чуть не упал с койки, в попытках безболезненно (для себя) дать ему подзатыльник. Однако ничего не вышло, даже от малейшего движения тело пронизывала боль. —Моя разбилась о скалы собственного равнодушия. – пожав плечами, ответила девушка. Сейчас она наблюдала за раскатами грома, смотря в окно. Сезон дождей в Токио - явление ежегодное, которое приходит на смену палящему солнцу. Обычно, идя по улице, в окнах домов либо у дверей зачастую видны тэру-тэру-бодзу*, которые навевают воспоминания о школе, где не играло роли старшеклассница ты или младшеклассница. В любом случае, куклу всегда делала. (Тэру-тэру-бодзу* - традиционная японская кукла-амулет ручной работы, изготавливаемая из простой белой бумаги или белой ткани. По своей форме такие куклы напоминают кукол-«призраков» и отгоняют дождь.) —Спелись, значит. – по палате пронёсся тяжёлый вздох янтарноглазого. —Благодари, что не спились. – уверенно прозвучало в ответ. *** —Не все сотрудники справляются с работой, думаю, стоит уже набрать новый рабочий состав. Пепельноволосый стоял у деревянного стола, покрытого лаком и украшенного резьбой. Он ни разу не отвёл взгляд, его голос ни разу не дрогнул, что само по себе означало – дело серьёзное и пока парень не получит того, что желает – не уйдёт. —С чего выводы, Какеру? Явиться ко мне в кабинет с таким заявлением…Работы лишиться не боишься? – взгляд мужчины буравил сероглазого, лёгкая усмешка придавала его морщинистому лицу высокомерия. Миура понимал, что это...своего рода манипуляция, хищник ждёт пока напугает добычу. Её вкус, рвущейся к жизни в последние же минуты, куда слаще. —Чего же я должен бояться? Неужели высококвалифицированный хирург не сможет найти работу? Вряд ли, если не Япония, то Англия ,Франция... – не дав себе закончить перечисление, хирург широко улыбнулся. “Все зубы пересчитать можно”, - заявила однажды смущённая Харуми, пытаясь сказать комплимент, однако все её попытки были обречены на провал. —Всё ещё слепо верите в то, что это место – ваши владения? Верите, что здесь царит порядок? Ошибаетесь. Это место, где каждый готов глотку пергрызть друг другу. Где каждый помнит лишь ошибки, а не заслуги…и вы в их числе. —К чему этот цирк? – брови директора приблизились к переносице, морщин стало больше. —К тому, что если вы снова будете винить во всех чёртовых грехах Харуми… —То что? —По судам затаскаю. – процедив сквозь зубы последнее предложение, парень ушёл, громко хлопнув дверью. Об его присутствии теперь напоминало лишь раздражение, парящее в воздухе. —Чёрт! - эхом разнеслось по совсем пустому кабинету. *** —Акабане, тебе делали ранее операции? – рассматривая результаты обследования, спросила девушка. —Да, была парочка и тоже из-за аварии. —После какой из у тебя начались, боль в бедре, хромота, изменение походки? —Операции на почки. – устало ответил красноволосый, он ужасно вымотался. Нагиса давно ушёл, оставив друга на попечение Цукиёми, и всё бы ничего, только вот эти двое быстро нашли общий язык, что не могло не пугать. Сейчас Харуми сидела на стуле для посетителей рядом с кроватью и в попытках рассмотреть рентген, как можно точнее, поднимала его ближе к свету. Её брови сводились к переносице, а нос зачастую дёргался, что вызывало смех, однако девушку такой жест не порадовал бы, поэтому парню приходилось сдерживать даже малейшие его порывы. —Невропатия бедренного нерва*…- подведя заключение, врач закусила губу. (Невропатия бедренного нерва* – состояние, при котором постоянно болят бёдра и присутствуют чувства кожного жжения и онемения. Всё это усиливается при каждом движении.) —Что это значит? Вопрос прозвучал слишком спокойно. “Не говори, что готов был умереть…” – мелькнуло в сознании беловолосой, она ненавидела таких людей. В первое время даже лечить отказывалась, единственное, что голубоглазая отвечала на вопрос: “Почему?” было: “Люди, чьё желание умереть затмило разум, будут желать её даже после спасения. Каков смысл их спасения, если душа полностью погрязла в отчаянии?”. После чего на неё начинали наезжать о том, к чему вообще тогда становится хирургом. Однако ответом на недовольство был лишь грозный взгляд в котором снова плясали черти. —Есть два предположения: 1) операция на почки была выполнена не совсем качественно, в последствии чего развилась невропатия бедренного нерва. 2) причиной могла стать травма от первой аварии. Тебе стоило обратиться в больницу сразу, в любом случае. —Будет ещё одна операция? – взгляд янтарноглазого померкнул. Чудо, что после всего, что ему пришлось пережить ( в том числе и операций), он остался жив. —Да. К слову, есть и неплохие новости, кровотечение было вызвано не какими-либо заболеваниями в стадии обострения, а именно тем, что ты не обращался в больницу с проблемой. Так подтвердилось бы моё второе предположение, однако кровотечение появилось бы раньше…где-то…два месяца после с обычной нагрузкой. Первое предположение, всё же, подходит больше. При длительной нагрузке оно вызывает повреждение мягких тканей…ты будешь учиться заново ходить если всё пройдёт удачно…– положив свою ладонь поверх руки Кармы, бывшая студентка попробовала улыбнуться, пытаясь подбодрить пациента, но вышло не очень хорошо. Каждый знал - шанс встать на ноги мал. - Ты молодец, что боролся за свою жизнь до последнего. Теперь моя очередь доказать, что я чего-то стою…я обязательно поставлю тебя на ноги, ты будешь ходить, слышишь? —Пообещай… - его голос стал совсем тихим. —Обещаю. После тяжёлого диалога Карма уснул, всё это время ладонь Цукиёми покоилась в руке парня, потому что тот сжал её во сне. Голова становилась тяжёлой, но план действий вырисовывался. Она сдержит своё второе и точно уж последнее обещание.