Академия Фридом

Четверг, 16 октября, 1986 год       Кучка парней сидели в коридоре на скамейке, стоящей у высокого окна, и что-то бурно обсуждали. Они сформировали круг и было непонятно, что творится в центре. Проходящие ученики не понимали, что это за громкоговорящая биомасса. Одним из таких непонимающих был Турпис. Он вместе с Виром направлялся к шкафчикам, пока какой-то первокурсник их не остановил и не начал задавать странные вопросы. Вир дал знак другу, чтобы тот шёл дальше, а сам продолжил беседу с приставучим учеником. Так вот, русоволосый думал о том, что могло понадобиться тому парню от Вира. Знаниями он не блещет, поступил сюда только благодаря спортивной стипендии, вернее так думают многие. Сам парень рассказывал, что его родители выбили место в престижной школе из-за его цвета кожи. Мол, чтобы показать, что школа никого не дискриминирует, ведь она позиционирует себя как многонациональную. Конечно, Турпис не понимал этой логики, ведь по его мнению Вир ничем не отличался от других учеников. Только своей огромной привлекательностью. Далеко ушла мысль парня, но вопрос оставался тот же. Вир ничего не мог дать тому первокурснику, разве что пару оплеух и пинков.       — Парни, парни, — первокурсник подбежал к той кучке студентов и она поглотила его.       — Ты узнал что-нибудь? — спросил кто-то из круга.       — Да-да, тот парень, — он махнул головой в сторону темнокожего парня, — Вир, он капитан нашей команды по регби.       — Ближе к делу, — торопился один из ребят, нагнувшись, чтобы услышать.       — Так вот, — он начал тараторить, — этот чел зависает с Хакстером.       Биомасса вдруг зашевелилась и начала шуметь ещё громче.       — Ты узнал у него, как попасть в эту тусовку? — спросил парень, потирая руки и облизывая губы.       — Он сказал, чтобы я пошёл нахуй, — первокурсник пожал плечами, — они не принимают таких, как мы.       Биомасса взбушевалась.       — Что значит таких, как мы? Это что такое вообще?! — один из парней встал на лавочку и стал ругаться. Эти ребята только поступили в колледж, а теперь хотят попасть в какую-то тусовку. Да, ничего не скажешь, но что поделать. По школе ходят слухи о загадочном "клубе Хакстера". Какой-то Хакстер и его клуб... Про него мало известно, но понятно одно – там только избранные. Будто попасть в него нереально или возможно только через одного из участников. Об участниках шепчутся многие, но заговорить с ними могут единицы. То есть самые отчаянные.       — Чего такого в том, что мы поступили сюда в этом году? Мы тоже хотим позависать, поку...       — Что это за собрание? Что вы там обсуждаете? — Профессор Раск начал разгонять толпу учеников. — А ну все разбежались по кабинетам, через пять минут лекция! А ты, да ты, слезь со скамейки! Не порть имущество Академии!

***

      Корбин шёл с подносом и ставил на него еду. Он успел положить какой-то непонятный салат с морковкой и сыром, суп со слоем масла в сантиметр и овощное рагу. На брошюрке этой Академии говорили о сбалансированном правильном питании, но этим здесь даже и не пахнет. Пахнет только тухлыми яйцами и испорченной рыбой. Кафетерия была забитой: все столы у окон были заняты большими компаниями, круглые столы, раскиданные по всему залу, тоже не пустовали. Парень заметил свободный столик и направился к нему. В левом кармане его брюк лежала кассета, а в правом – кассетник.       — Привет, ты – Корбин Бланш? — спросил первокурсник, подбежавший к только что севшему за стол курильщику.       — Да, — парень хотел съязвить, но на ум ничего не приходило.       — Я бы хотел кое о чем спросить, — отдышавшись после пробежки, он продолжил говорить, — ты ведь знаешь Хакстера?       — А что? — Корбину не нравилось, к чему клонит этот запыхавшийся сопляк. Куда он вообще сует свой мокрый нос?       — Я бы, — он огляделся по сторонам, проверяя, не подслушивают ли его однокурсники, — я бы хотел попасть в ваш клуб.       — Клуб? Нет у нас никакого клуба, — парень понял, что не поужинает сегодня, и понёс поднос с полными тарелками к сливу.       — Как? — первокурсника это ошарашило. — Но все говорят... Все говорят, что есть "Клуб Хакстера" в котором собираются крутые ребята и, — снова оглянувшись, сказал парень, — курят травку.       Корбин поперхнулся едой, которую не ел. Приставучий парень стоял рядом и ждал ответа, которого брюнет дать не мог. Какая ещё "травка" и откуда такие слухи? Они близко ничем таким не занимаются, хотя...       — Мне сказали, что можно попасть через участников... Ведь ты один из них, — он мялся, — я тоже хочу в клуб! Я готов сделать что угодно!       — Послушай, — вздохнул клубник и продолжил, — нет клуба и в него никак не попасть. Понимаешь? Я тебе не могу помочь. Так что дай мне пройти и перестань за мной ходить.       Корбин вышел из кафетерии и оставил молодого парня находиться в ступоре. Брюнет знал, что о Хакстере шепчутся, но не настолько же... Они ведь просто компанией друзей собираются и общаются. А что насчет "попасть через участников"? Звучит это как проход через постель.

***

      Парень приоткрыл дверь в комнату, в которой было шумно. Группа парней сидела кто где: двое парней сидело на кровати, облокотившись на стену, один лежал на другой кровати, следующий парень сидел на стуле, как на коне, остальные расположились на полу. Клубы дыма заполонили всю комнату, да так, что глаза щипали. Корбин зашёл, закрыв за собой дверь. Он перешагивал через чужие ноги, кому-то кивал и пожимал руку, иногда хлопал по плечу.       — Простите, я задержался, — брюнет сел на пол, жестом попросив закурить у парня, сидящего рядом.       — Я вам про него говорил, — Хакстер указал рукой, в которой был косяк или сигарета, на зашедшего парня, — тот ещё малый. Вы бы видели, что он вытворяет своими пальцами, — кто-то захихикал, выдыхая дым.       — А вы, я так погляжу, ведёте половую жизнь? — Корбин старался перевести тему.       — О да, — Хакстер похлопал по полу. — Ты принёс, что я просил?       — Обижаешь, — брюнет протянул кассету своему богемному другу, — надо же вас окультуривать.       — Половина из присутствующих даже не знают значения этого слова, — сказал Вир, вставая с кровати. Так это он лежал.       — Не думал, что ты здесь.       — Готов удивлять, — размахнул руками парень, — ты бы не налегал, — он кивнул в сторону сигареты в зубах Корбина, — ты один из лучших игроков.       — А толку-то? Всё равно не хожу на тренировки, — курильщик ковырял ногтем деревянный пол. Гул немного затих, за дверью послышались шаги. Все сжались и ждали.       — Ишь, как испугались, — засмеялся Вир, — просто ученик прошёл.       В парня тут же что-то полетело.       — Мы же тут истории рассказываем? - задал риторический вопрос Корбин. — Я вам расскажу, что со мной сегодня произошло.       Все закивали и приготовились слушать.       — Я, значит, иду в кафетерии с подносом, никого не трогаю. Еда, как всегда, отвратительна. Академия держит планку! Ко мне подбегает ненормальный первокурсник, — брюнет изображал этого паренька, делая смешные гримасы и сильно жестикулируя, — и говорит "О Боже, ты такой классный! Я хочу в "клуб Хакстера" к крутому Хакстеру, пожалуйста", — тут брюнет вздохнул, как какая-нибудь дама, и взял за плечо друга. — "Умоляю, я сделаю, что угодно, только примите меня к вам!!"       Все громко засмеялись от постановки брюнета, тот же встал и начал кланяться, как в театре.       — Спасибо, спасибо! Не надо оваций! Это мне? Спасибо, — он продолжал кланяться, отправлял воздушные поцелуи в зал и ловил невидимые букеты цветов. Наконец он уселся, все передохнули от беспрерывного смеха. Иногда Хакстер посмеивался с грустными глазами, будто его смешило что-то внутри него, а не концерт друга. Все знали, что Хакстер тот ещё тусовщик, просто умело скрывал это от чужих глаз: всегда спокоен, голос не повышает и ищет со всеми компромиссы – противоположность какому-нибудь кутиле. Он тот самый парень, у которого всегда что-то с собой есть: будь это травка или сигареты, вода или водка.       Да, этот заядлый курильщик был знаменит своими походами. Тот ещё Хрен, в какие передряги только он не попадал: то на школьной дискотеке разбил диско-шар, то выпрыгнул с балкона на втором этаже и сломал руку. Он часто что-то ломал себе после похождений, поэтому увидеть его в своей комнате – настоящее чудо. Чаще он лежал в колледжской палате для больных. Он всегда находил какую-нибудь историю из своего арсенала и рассказывал группе заинтересованных слушателей. Ему было что рассказать.       Корбин бы охарактеризовал его как "хиппаря" или что-вроде того. Поведение то же, любовь это любовь, понимаете? А когда у него спрашивают, какие девушки ему нравятся, он отвечает, что является "человеколюбом", прям как Моррисси. Правда только в этом они схожи. Что бы это не означало, никто не понимал, а объяснять он и не пытался. Волосы у него каштановые, длинные, заплетённые в множество тонких косичек; он всегда был загорелым – не красным, а с приятным шоколадным оттенком; сам он финн, но по нему не скажешь; нос острый и длинный, немного кривой, из-за старых приключений. Брови густые и иногда прерываются на шрамы.       Из музыки он слушал всех Бобов и Бобби, всех обкуренных. Такую кассету и принёс Корбин, даже с бонусными треками. На ребре была приклеена бумажка "Bobby Charles". Укурок Хакстер обожал этого парня, так заслушивал эту кассету, что когда Корбину её забирал, она пахла травами. Почему вообще брюнет общался с этим парнем? Несмотря на всю напыщенность вокруг, тот находил нужные слова и давал наставления. И ещё, вы думаете, что пару пачек хватит на год? Нет, естественно. А вот у Хакстера этого было навалом, серьезно. Он был барыгой – торговал сигаретами и чем покрепче, оттуда и кличка "Хакстер". Настоящее имя у него очень сложное, означает какого-то финского чародея-ловеласа.       — Мое настоящее имя – Лемминкэйнен, но как вы это запомните? — сказал как-то Хакстер.       Более рассудительного и умного человека Корбин не встречал. Жаль, что парень тратит свое время на всякую шелуху, когда мог бы уже стать каким-нибудь учёным и полететь в космос.       — Так что ты ответил?       — А? —очнулся брюнет.       — Что ты тому первокурснику ответил? — переспросил Вир. — Он ко мне сегодня тоже приставал, но я его послал.       — Я отказал.       — Они напридумывали себе всякого... — размышлял Хакстер. — Ведь могут просто со мной познакомиться и придти, я же ни от кого не прячусь.       — Почему тогда к нам лезут, а к тебе подойти не хотят? Странные они, — сказал кто-то из ребят.       Корбин подумал и решил, что можно будет воспользоваться мольбами того первокурсника и с его помощью что-то провернуть. Кретину не поздоровится.