Марахси

      Горо оставили его собственное имя, а всем остальным, не спрашивая, дали клички: Дикий, Саул, Валет, Альф, Ерхан. Бык подозревал, что Язмин тупо воспользовался справочником собаковода-любителя, но тот даже на прямой вопрос не признался и изобразил обиду. Понадобилось около часа тренировок, чтобы каждый из марахсийцев стал отзываться на свое прозвище. Туповатые кассины, даже заучив новое имя, путались и беспомощно озирались на соседей в поисках поддержки — меня, нет?       Врач осмотрел их, кивнул и, больше не сказав ни слова, занял кресло высоко и далеко от арены.       Все помещение для шоу было давно готово, от центрального круга до мягких кресел, делившихся на сектора и спускавшихся сверху к арене уступами. Рубка ведущего нависала над ареной, как стрела подъемного крана, комментаторская скрывалась за огромным обзорным стеклом, царапины на котором заполировали в целях экономии, а так оно осталось тем самым, сквозь которое директора не так давно следили за рабочим восстанием. За спинами комментаторов располагались вип-ложи — для комфортного наблюдения боя с высоты, без соседства с простыми людьми, купившими себе билеты в зрительный зал. Связки прожекторов и цветных подсветок включались с пульта ведущего. Диджея еще только пригласили, но аппаратура была уже на месте: колонки, расставленные за спинками последнего верхнего ряда, динамики на тросах в центре и дополнительная техника, назначение которой непосвященным не понять. Не хватало главного — самого шоу, и Ромул нещадно гонял весь персонал, чтобы открыться, как только Марахси окажется на стыке Мумбаев и Новой Виктории. До этого оставалось около двух недель.       Шестеро кассинов стояли вдоль ограждения полуголыми, водя лопатками от холода, и с затаенным любопытством поглядывали на клетку. Та находилась в середине площадки: куб из стальных труб сечением не меньше десяти сантиметров. Расстояние между зубьями решетки было довольно большим.       Язмин обошел ее со всех сторон и недоверчиво посмотрел на Ромула.       — В чем же заключается ее защитная функция? — спросил он, просовывая руки сквозь решетку и делая хватающие движения. — Искин просто задушит человека внутри без всяких уверток. Я проектировал прутья более частыми.       — Длины руки не хватит от стенки до стенки, — лениво ответил вместо Ромула Саммю. — Если увернуться и прижаться к дальней, то не достанет.       — Какой им тогда смысл сражаться? — не понял Язмин. — Будут бегать по клетке туда-сюда.       Он для наглядности даже изобразил бег на месте, подкидывая пятки к ягодицам.       — Она не одинаковая. — Саммю поводил рукой сначала горизонтально, потом вертикально. — По высоте она меньше, сверху достать очень даже можно, если искин сообразит залезть на крышку.       Объяснение несколько успокоило Язмина, переживавшего за зрелищность постановки. Он подтянулся на руках к верхнему краю клетки и немного подрыгал ногами, но влезть не смог и оставил эту идею.       — Может быть, сделать ее полипластовой? — вместо этого предложил он, оглядываясь на Ромула. — Железо слишком легко ломается.       — Клетка не защита, — громко сказал Ромул, поглядывая на безмолвных кассинов. — Ее назначение вовсе не в том, чтобы спасти их задницы от андроида, она может всего лишь задержать их встречу. Просто прятаться в клетке — верная смерть.       Горо переводил глаза с одного говорившего на другого, остальные бездумно крутили шеями, даже не вслушиваясь в слова, считая, что так и надо.       — Как тогда выглядит правильная стратегия? — не удержался Бык. — Так сказать, идеальный ход боя?       Ромул подошел к клетке и подергал ее рывками, проверяя устойчивость, потом гаркнул имя Горо и указал ему пальцем, чтоб лез внутрь. Горо медленно, как зачарованный, приблизился, высоко поднимая колени, переступил бортик арены, вошел в клетку и резко обернулся, когда дверца за его спиной лязгнула. С него точно сон слетел. Он вцепился в прутья с отчаянным лицом.       — Не трясись, — хладнокровно заявил ему Ромул. — Роботов сейчас не будет.       Бык засмеялся:       — С боевым духом по-прежнему проблемы.       — Это быстро не делается, — зевнул Саммю и неожиданно передернулся — утро было ранним и прохладным, его вытащили из кровати и он не успел позавтракать. — У местных придурков другая психология. Они по жизни боятся всего на свете, но только до тех пор, пока не удастся разок использовать пугающий предмет к своей выгоде. Тогда они исполняются к нему презрения и ходят петухами, напрочь забывая об инстинкте самосохранения.       — Последнее нам вроде на руку, — ответил Бык, пристально наблюдая, как оставшиеся на свободе пятеро бросают на клетку быстрые и любопытные взгляды, прислушиваясь к разговору. — А для чего они могут сейчас использовать чип?       — Для электронного замка. — Ромул показал небольшой блок с дужкой, который извлек из кармана, и защелкнул на двери клетки перед носом Горо. — Раньше такие продавались с каждым чемоданом. Четыре цифры в комбинации открывают замок и позволяют искину добраться до жертвы. Возможных комбинаций десять тысяч, каждый бой будет новая цифра. Задача жертвы — изменить ключевую комбинацию замка в тот момент, когда искин ее подбирает, чтобы выиграть время.       — Динамический код на ручном приводе, — гоготнул Саммю, толкнув Быка в бок.       — Это для затравки, — поспешил дополнить Язмин, приложивший руку к стратегии поединка. — Человек, скорее всего, уступит искину в скорости, и есть вероятность того, что пара цифр будет одинаковой, тогда от перемены значений результат не изменится и клетка вскроется. Это самый простой уровень защиты.       — А есть какой-то другой, более сложный? — Поединок все отчетливее представлялся Быку отсроченным убийством, но ведь не так прост Ромул, чтобы всерьез вложиться в аттракцион, который проработает меньше недели.       — Если кассин немного умнее табуретки и хочет жить долго, в его интересах забыть о замке с самого начала. Правильная тактика — дать искину возможность без помех вскрывать клетку, а самому в этот момент влезть в его меню. Чипы в основном предназначены для этого.       — А что в меню у искина?       — Отбивная из человечины, — шмыгнул носом Язмин, с утра уже хорошо вмазанный, но наивно думающий, что это никому не заметно.       Саммю заржал, одобрительно хлопнув петушиного специалиста по лопаткам.       — Как-то так, — тоже согласился Ромул. — На самом деле речь не о полном меню, а о главном. Оно небольшое, но в нем есть пункт «отключить движение андроида» — тот просто замрет, при сохранении всех прочих функций, и поединок закончится.       — Как он обозначен? — Бык не представлял себе, как неграмотный кассин воспользуется меню, если даже читать не умеет. — Что-то простое и наводящее? Символы?       — Меню выглядит как набор кнопок в воздухе, — ответил Ромул, делая неопределенный жест рукой перед собой. — Их немного, и если даже не уметь читать, простым перебором можно найти нужную. Правда, в это время тебе могут свернуть шею, но это уже судьба и личная удача. Значения кнопок при константном наборе рандомизируются при каждом доступе, то есть единожды обнаружить нужную и рассказать сокамерникам, где она расположена, не удастся. Коды, которые они учили, видны только при выборе пункта меню, всплывающая подсказка при наведении. Если значения в голове есть, то перебрать подсказки и выбрать нужную — не бог весть какая трудная задача.       — Сколько их всего?       — Для носителя чипа доступно около десяти.       Саммю издал звук глубокого разочарования.       — Не слишком просто?       — Нет, потому что кассин ограничен во времени — ведь он может управлять либо чипом, либо своим телом, но не одновременно тем и другим. Если застрянешь в меню, тебя достанут в клетке, если будешь бегать по клетке, не успеешь найти кнопку. Это начальный план. Он, разумеется, будет дорабатываться по результатам испытаний. Мы не предложим зрителям некачественный продукт.       — Давайте уже попробуем, — нетерпеливо встрял Язмин. — Мне хочется увидеть это в действии.       Ромул повернулся к Горо:       — Как включить чип? Код помнишь?       — Дэдва, — скороговоркой ответил Горо — и вдруг застыл на месте и даже руки оторвал от решетки, уставившись расширенными зрачками на замок, словно тот был какой-то фатой-морганой в пустыне.       Директорат затаил дыхание. Даже врач с дальнего ряда приподнялся, чтобы лучше видеть происходящее на арене. Свободные кассины просто вытянули шеи и не моргали.       — Измени цифры замка, — велел Ромул, встряхнув Горо за бороду. — Поменяй значки на другие.       Казалось, ничего не произошло, взгляд Горо как был отсутствующим, так и остался, но когда Ромул наклонился к замку и набрал код на дисплее, замок щелкнул — и не открылся. Все присутствующие зааплодировали, это была победа.       — Отключи чип. — Ромулу пришлось снова тряхнуть кассина, чтобы тот сфокусировался на нем. — Скажи код отключения.       — Авосемь, — пробормотал Горо.       После этой абракадабры его взгляд стал более осмысленным, очевидно, странное видение отпустило его сознание, и присутствие клетки в материальном воплощении его как будто поразило. Он ощупал прутья руками и даже попробовал открыть дверь, но ничего не вышло.       — Хорошо, — сказал ему Ромул. — Эти два кода нужно знать так, чтобы даже ночью уметь сказать. Они — твоя жизнь. Уразумел?       — Отож, — ответил Горо.       — Я больше не буду говорить тебе, когда включать, а когда выключать чип, — громко заявил Ромул. — Теперь это твоя проблема. Открой замок так же, как закрыл его. Верни на место прежние цифры.       Горо подумал, повторил код активации чипа и снова застыл с отсутствующим выражением лица. Ромул потыкал в дисплей, замок остался неподвижен. Через несколько минут результат оставался прежним.       Саммю плюнул себе под ноги.       — Не помнит, скотина. Придется теперь клетку разбирать.       — Ему же не сказали заучить номер, — заступился за Горо Бык. — Сказали только поменять.       — Набери два раза цифру пять, — теряя терпение, подсказал Ромул, — один раз цифру два и…       Ромул еще не договорил, как замок щелкнул и повис на дужке — Горо справился без подсказки.       — Ноль ущо, — солидно сказал он. — Циферь кругла с конца, я упомнил.       — Выходи давай, мыслитель. — Ромул подтолкнул его в спину, чтобы поторопился освободить клетку. — Следующий пошел.       Кассины все одновременно рванули к клетке, голося «дэдва», но поскольку замок не был активен, результат работы чипа им увидеть не удалось, правда, их пыл это не остудило. Из пятерых двое оказались проворнее остальных, достигли цели синхронно, но застряли на входе, пихая друг друга локтями. Ромул сунул в руки Горо замок.       — Объясняй им сам, — приказал он. — Чтобы все умели. В следующий раз будут уже ромульяне, долго учиться некогда, если жить захочешь.       Горо, не долго думая, раздал колотушки задницам двоих финалистов, выволок их из клетки и отсадил назад, к остальным.       — Чео орат? — грубо гаркнул он в их виноватые глаза. — Клеть никуды от вас не ублудится, всяк свой чиб спробат сеодня! Учинили сваль на глазах у хозяв, щас чибы у вас отберут, раз вы хужее эмбиронов, мозга войлочна. А ну, тишее давай!       Замок в его руках раздраженно клацал дужкой, будто хищно щелкала клювом большая лохматая и бородатая птица. Все вместе возымело действие, кассины уселись на пол арены, терпеливо ожидая, пока Горо своей властью решит, кому идти первым. Директорат переместился в зрительские кресла первого ряда, врач не стал присоединяться к ним, остался там, где был. Характерные движения и кривящееся лицо выдавали, что он периодически прикладывается к бутылке.       — Не такие уж они тупые, — заметил Бык, когда кассин по кличке Дикий с восторженным воплем выскочил из открывшейся клетки. — И память не совсем отсутствует. Есть вероятность, что кто-то из них даже переживет несколько боев.       — Надеюсь, — ответил Ромул. — Надо будет еще попробовать женщин. Чипу пол безразличен, а поголовье кассинов увеличим. Надолго их все равно не хватит. И зрелищней, опять же.       На арене марахсийцы одобрительно заверещали, когда очередной победитель вышел из клетки.       — Одни цифери, куды ни ходь! — восторженно проорал кассин Саул. — Прежнего ничо не видат!       — Это так для них выглядит замок? — полюбопытствовал Бык.       Ромул поморщился.       — Примитивный мозг. Что они видят — ясно только им самим. Цифры — да, они неизменны, а вот остальное…       — В дрифте ведь точно так же происходит: зрение меняется, мир воспринимается иначе, чем глазами. Так почему же это все-таки не дрифт?       — А вы знаете, как выглядит дрифт изнутри?       Голос Ромула был равнодушным, и Бык пожал плечами.       — Нет, конечно, но Хиотис говорил что-то в этом роде. Возможно, остальное я додумал.       — Все дело в среде взаимодействия. — Ромул поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее. — В дрифте встраиваются в реальную машину, а наши кассины попадают во что-то вроде виртуальной реальности, как в играх. Большая часть того, что они видят, — мусор, обманки.       — А что делает чип? — не удержался Язмин. — Как он работает? С виду такой маленький, и начинки всего ничего.       Ромул одарил его неприязненным взглядом.       — Делает своего носителя машиночитаемым и позволяет изнутри чипа передавать команды искину. И получать информацию обратно. Экспериментальная улучшенная партия чипов, вшитая грамотным специалистам, позволила им действовать через тело ромульянина, как через свое собственное. Если андроид встраивался в систему навигации или управления боеголовками, меню просто ветвилось, и ими можно было управлять, как если бы искин был вашим падом.       — До тех пор, пока ромульяне не встретятся с настоящими дрифтерами? — осторожно спросил Бык.       — Как оказалось, да. — Лицо Ромула стало каменным. — Дрифтеры не захватывают искина, а проходят по всей связке к конечной цели и атакуют чип. И противостоять их атаке нет возможности, по крайней мере у ромульян. Была надежда, что органика искина станет препятствием для дрифтеров, они же используют движение импульса в электрических цепях, но оказалось, что аксонная сеть для них то же самое. И даже хуже, потому что электрическую цепь можно обесточить, а вот передачу импульса по органическим нервам невозможно остановить никаким наркозом и даже смерть не прекращает эту передачу.       — Помню, помню со школы, бедные лягушачьи лапки, — драматически провозгласил Саммю, наклонившись в их сторону. — Мне всегда их было жалко: такие одинокие, такие беспомощные на этих распялках… Говоря откровенно, в школах полно живодеров.       — Потому проект свернули, и мы теперь занимаемся этим, — Ромул двинул тяжелым подбородком в сторону клетки. — Кассины — те же лягушачьи лапки, если говорить без обиняков. Будь кто-то из них поумнее и пограмотнее, разобрался бы в меню, прошел бы дальше и заставил искина петь или плясать. Но они кретины, и все, что могут в поединке — дергаться как можно забавнее для постороннего зрителя.       На арене обучение уже пошло по второму кругу. Игра с клеткой, простая и бесхитростная, увлекла марахсийцев до детского восторга. Горо не участвовал, лениво взирал на это безобразие, подпирая собой бортик ограждения. Длинные ноги он вытянул вперед, войлок, заменяющий ему ботинки, был размотан.       — Распихайте их потом по разным камерам, — распорядился Ромул в сторону Саммю, поднимаясь с кресла. — Пусть начинают передачу опыта остальным прямо сегодня. Следующий бой уже будет настоящим, без всяких поправок на незнание.       Он развернулся и зашагал по проходу между рядами к дверям, против обыкновения не позвав с собой Быка. Врач проводил его непонятным взглядом, а Саммю сочувственно присвистнул и похлопал Быка по плечу.       — Фортуна капризная дева, — шепнул он. — Почти как наш патрон.       Один Язмин был бодр и весел и потому ничего не заметил.