"Legacy of Heaven"

      — Ви, четвёртый столик.       Я спокойно кивнула, вытаскивая блокнот из кармана передника, и направилась принимать заказ. Время обеденного перерыва, как правило, добавляло нагрузки, но являлось, так сказать, репетицией перед вечерним наплывом клиентов. В какой-то момент выматывающая усталость от физического труда перестала давить на плечи. Быть может, по той только причине, что мозг начал подстраиваться к событиям более охотно. Одно время я ёжилась от мысли, что проведу в кафетерии лишнюю минуту свыше своей смены, поэтому появлялась впритык, а когда уходила — едва отпускали. Чуть позже стала заставлять себя помогать на мойке посуды, во время уборки зала, дезинфекции. Разумеется, только в те вечера, когда была уверена, что Геральд может посидеть с Гидеоном дольше.       Жизнь среди смертных длилась уже месяц. Периодические вспышки силы удавалось с трудом гасить, но я пока справлялась. Ещё дважды появлялись церберы, но на моё везение Геральд почти всегда оказывался рядом и псины лишь наслаждались вниманием «бастарда». Мне оставалось лишь осаживать свою панику, убеждать себя, что в данный момент всё более чем безопасно. Куда более, чем было бы, скрывайся я среди небожителей, что априори было бы невозможным. Попадая в мир смертных, крылатые утрачивали многие из своих способностей, позволявших бы на своей территории гонять меня с ребёнком бесконечно.       Здесь же…       Обилие энергий, пусть и слабых, куда более эмоциональные люди, мешающие определить «цель», огромный муравейник города, населённый гуще, чем любое поселение бессмертных. И, в отличие от них, я здесь ориентировалась куда лучше. Как и довольно быстро приноровился мой спутник. Гидеону сейчас было вовсе плевать где и как. Пока значение имела только оговорка «с кем». Я же радовалась таким бытовым приспособлениям, как молокоотсос, и возможности, хоть и не часто, периодически, заменять грудное вскармливание на полюбившуюся ребёнку смесь и прикорм. С появлением работы забывала есть, нередко сыну было мало, но капризы не следовали.       Пару раз меня доводили до нервного тика отлучки Геральда из дома с ребёнком. Не оставлял записку, ничего не говорил. Я просто приходила в обеденный перерыв в пустую квартиру и бегала из комнаты в комнату, проклиная всех, включая себя, вплоть до их возвращения с «прогулки». После одного срыва, правда, демон сподобился оставлять короткие послания на кофейном столике. Волнения стало немногим меньше: одно дело увести погоню, когда нас двое, или кому-то принять на себя удар, чтобы второй смог бежать, и совершенно другое, когда демон начинал в своей беззаботной манере демонстрировать маленькому полукровке мир.       Из мыслей вывело прикосновение к локтю. Я вздрогнула, но через силу улыбнулась бармену, забирая поднос с кофе и относя его клиентам. Ещё два пакета «на вынос», бумажные стаканчики с ароматными горячими напитками. Меня словно невзначай проверяли на терпимость к чужим прикосновениям. К коллегам была всё ещё насторожена. Геральд периодически касался спины, но быстро отступал, чувствуя напряжение. Всё ещё забитая уличная собака, которая никак не привыкнет к тому, что её не травят и не пытаются изуродовать.       «Хотя куда уж дальше…» — с горькой иронией поинтересовался внутренний голос.       Посетители всё прибывали, когда я нервно вздрогнула, чувствуя давление незнакомой энергии. Слишком явное. Взгляд обежал зал, пытаясь определить источник. Все выглядели абсолютно обычными, но воздействие не прекращалось. Нерешительно отдав очередной заказ, я перевела взгляд на витрину. Сердце ударилось в горло: пара бессмертных в человеческих телах. Стражи… Наблюдение велось за кафетерием уже явно не первые минуты с другой стороны улицы. Постепенно прощупывали посетителей, работников. Очередь, судя по всему, дошла и до меня.       Передав очередной заказ, я судорожно прикидывала, как можно сбежать с работы, чтобы не попасться. С учётом, что я не знала, не наблюдает ли кто-то за запасным выходом — всё было прескверно. Нарастающую панику подавить не удавалось. Прозвучал сигнал с кухни о готовности заказа, и я скрылась за дверью, внутренне надеясь, что успела смыться до того, как преследователи успели что-то выяснить.       Чистый поднос, два чизкейка, тост с жаренным сыром и яйцом, чайник чая, три чашки. Поднос был тяжёлым, и я с трудом подняла его обеими руками, опасаясь уронить. Сердце гулко колотилось оттого, что сейчас придётся вернуться в зал. Внутри прикидывался какой-то бредовый план действий. Поменяться с кем-то из персонала кафетерия на смену в зале, мыть посуду… Что угодно, только бы не попасться.       Толкнув дверь локтем, я неловко вышла в зал, чувствуя, как руки подрагивают. Поднос чуть не выпал. Стражи уже были в заведении. Заняли угловой столик, ожидая, когда я подойду. Вместо меня заказ решил принять Оливер. Обаятельная улыбка, бойкий голос. «Провал… Просто провал… Что делать?!» — я натянуто подняла уголки губ, выставляя на стол перед девушками заказ со своего подноса, и едва ли не бегом рванула в кухню, когда всё отдала. Небольшой предбанник перед поворотом в кухни позволял сквозь окошко в двери отметить, как стражи вернулись к сканированию.       «Видимо, новенькие. Лица не знают. Только энергию… Впрочем, нет никакой уверенности. Быть может, сейчас они просто не хотят схватить меня при таком обилии народа. Взгляд скользнул по наручным часам: до конца смены было ещё около полутора часов.       Показался один из поваров с парой мешков мусора. Я вздохнула, понимая, что это единственный шанс прорваться к подъезду со стороны запасного выхода.       — Давай помогу, — я улыбнулась, пытаясь забрать его ношу.       — Тяжёлые же! Виктория, не выдумывай!.. — парень попытался увернуться, но я вцепилась в ношу как клещ. — Дьявол, тебя что, опять кто-то в зале обидел?.. Так скажи бармену, пусть…       — Нет. Всё нормально, честно… — я улыбнулась максимально спокойно, — Просто стараюсь быть полезной. Ну, хочешь, я их по очереди отнесу. За одно воздухом подышу!..       Повар вздохнул, оставив объёмистые мешки около выхода:       — Чёрт с тобой. Куртку хотя бы надень. А то простынешь.       Я радостно покивала, рванув к шкафу с верхней одеждой сотрудников. Мельком взглянув в зеркало, натянула капюшон до самого носа, выскочила обратно в предбанник, хватая всё же оба мешка. Внутренне помолившись собственной удаче, плечом толкнула дверь, проведя ключ-картой по считывающему устройству. Короткий писк, опущенная голова — я вышла из здания, скрывая лицо и едва не волоча два действительно тяжёлых мешка с мусором и объедками.       Маршрут до контейнера преодолеть удалось без приключений. Я откинула крышку, с трудом поднимая первый мешок и отправляя его к уже накопившемуся мусору. Боковое зрение скользило по проулку в поисках угроз. Пусто и тихо. Я успела расслабиться, к собственному сожалению. Второй мешок едва оторвался от асфальта…       В шею, чуть потревожив искусственный мех на капюшоне, упёрся холодный клинок.       — Медленно опустите мешок, Виктория…       Я нервно сглотнула:       — П-простите… Вы ошиблись.       — Не думаю, — клинок осторожно отвёл с моей головы капюшон, и я чуть повернула голову, рассматривая стража, который не так давно помог мне спасти Гидеона во время покушения. — Не заставляйте меня делать хуже, чем…       — Так не делай хуже, — я поджала губы. — Отпусти меня и…       Страж сморщился, рука с оружием дрогнула:       — Рад бы, но приказ отличается от ваших пожеланий.       Мозг судорожно прикидывал возможности спастись. Из оружия только шариковая ручка в кармане передника и собственные, едва ли не покрытые мхом навыки самообороны. Уповать на то, что сейчас в проулок выйдет кто-то из персонала кафетерия?.. Всё возможно, но я не так уж долго отсутствую, едва ли так быстро хватятся. Тем более сложно будет объяснить психа с полуторным мечом. Крылья едва ли кто-то увидит… А вот оружие, которое уже направлено — запросто.       Я прикрыла глаза, не опуская мешок.       — Просто оставь меня. Я уйду. Исчезну… Мне нужно спасти сына. Ты ведь сам помогал мне когда-то сохранить его жизнь, — прозвучало умоляюще, и мне действительно было страшно. — Чтобы сейчас забрать его и позволить Мальбонте завершить начатое повстанческой ячейкой.       Страж сглотнул:       — Госпожа, повелитель не терпит промашек… Наследника велено не убить, а доставить в…       — Эй, мистер! — пролетело по проулку голосом Грегори Джеферсона. — Отойдите от девушки немедленно!       Страж сделал всего одно телодвижение, выдёргивая из-за пазухи короткий метательный клинок, мгновенно разворачиваясь и выпрямляя руку. Блестящее лезвие сорвалось с разогнувшихся пальцев, метко и без какой-то надежды на то, что мой наниматель успеет среагировать. Хватило всего пары секунд, чтобы страж отвернулся… Одновременно с попаданием ножа в грудь Джеферсона я подняла мешок с мусором, ударила им по руке стража с мечом и отпустила его на голову шатнувшегося архангела. Лязгнули бутылки в пакете, и парень просто не удержал равновесие, оседая под массой мешка.       Удар ногой в запястье, и меч вылетел из его ладони, ударившись о стену дома. Я совершила всего один прыжок, резко наклонившись и подхватывая меч, чтобы укрыться за контейнером. Не напрасно. Ещё один молниеносный бросок метательного ножа высек искры из борта металлического контейнера. «Две секунды, пока вытащит очередной, если в крепежах осталось что-то… Крепежи есть на три и пять снарядов. Была не была!». Я выскочила из укрытия, занося меч над головой и опуская его на затылок стража.       «Желать убить… Желать убить… Желать убить…» — мельтешило в сознании. Не хотела, но страх был сильнее. Отрубленная голова не успела коснуться асфальта, когда тело архангела растворилось в белёсой вспышке, как месяцем ранее это произошло с Гавриилом. Следом из моей ладони пропал клинок архангела. Руки подрагивали, и я стояла, глядя в пустоту, где секунду назад был…       За спиной раздался надсадный кашель, выводя из ступора. Я чертыхнулась, выпадая из прострации и срываясь с места, чтобы помочь Джеферсону. Хозяин кафетерия лежал на асфальте, пытаясь зажать рану в середине груди. Метательный нож тоже растворился бесследно. Блёклые глаза Грегори с удивлением и уже почти бессмысленно метались по проулку… Я опустилась на колени рядом с ним, пытаясь понять, как могу помочь. Скорая здесь уже явно не успеет. Если даже вызовут сию секунду. «Я не смогу себя простить, если он умрёт…» — мелькнуло где-то поверх поднимающейся заново паники.       Как бы меня не раздражал Джеферсон, но он спас мою жизнь сегодня и упростил её ещё месяц назад. Я мотнула головой, пытаясь понять, что стоило бы сделать и как. Единственным вариантом было попытаться выдернуть те крупицы силы, что во мне оставались. «Я стану опасна для сына… Дьявол, нас ведь уже нашли! Терять нечего!..» — судорожно метнулось в подсознании. Зажмурившись, я приложила пальцы к ране на груди мужчины, выдёргивая хоть что-нибудь.       Пустота, словно свист ветра в стеклянной бутылке…       Перед глазами встал образ Мальбонте. Ночи, когда я была под воздействием зелья, неустанное движение в собственном теле. Без жалости, без какой-то попытки остановиться и задуматься о происходящем. Удары… Казнь Дино. Образ Лилу… Противозачаточный порошок. «Я хочу, чтобы ты страдала. Хочу, чтобы ты снова и снова теряла. И когда от тебя не останется ничего…». Линден, притягивающий меня за грудки к решётке камеры: «Попробуй позвать стражу теперь, маленькая пустоголовая шлюха полукровки!».       Вдоль позвоночника прошла волна жара. Пальцы засветились так, что я едва не ослепла, даже зажмурившись. Запоздало пришло понимание, что может быть выдернута тёмная материя, но нет… Свет, бьющий в смеженные веки. Я не обучалась целительству. Могла лишь попытаться закрепить жизнь. Попытаться остановить кровь, отчётливо понимая, что…       «Шепфа был благословляющей силой. Сейчас ты — его смена, если до сих пор не поняла…» — голосом тирана и насильника в собственной голове. И внутреннее напоминание: я смертная, уже не королева небожителей. Я не имею права даже пытаться, но обязана. Сейчас — обязана. Пришлось открыть глаза, чтобы убедиться в том, что хотя бы кровь остановилась… Грудь Джеферсона медленно вздымалась, и рана исчезла. Без единого повреждения. Целая ткань, белая рубашка… Он, кажется, спал.       Голова закружилась, и я с трудом устояла даже на коленях. Пришлось снова зажмуриться, давая себе поблажку на пару секунд… Всего на пару.       «Бежать… Пора бежать. Теперь действительно пора…» — резко поднявшись на ноги, я едва удержала равновесие. В ушах шумело, и проулок плыл перед глазами. Шаг, второй, третий… Шатаясь, мне удалось дойти до подъезда, толкнув тяжёлую дверь. По лестнице взобралась с трудом, с не меньшим трудом преодолев длинный коридор, несколько раз ударила дрожащей рукой по двери, прислонившись к стене, понимая, что ключом в скважину сейчас не попаду. Подкатывала дурнота, и я всеми силами старалась дотерпеть до перманентной безопасности квартиры.       Дверь открылась, и Геральд собирался уже поинтересоваться причиной лишнего шума. Я резко проскочила в квартиру, метнувшись к уборной. Желчь и кровь… Голова продолжала кружиться, но уже не так. Меня полоскало минут пять. Демон едва ли не бегом принёс стакан воды, придержал волосы, терпеливо ожидая пояснений происходящему.       Я утёрла губы салфеткой, разогнувшись и чувствуя, как липнет к телу форма работника кафетерия.       — Нас нашли. Одного я только что убила в проулке. Ещё двое сидят в кафе. Надо… Надо уходить, — глоток воды, — теперь нет выхода…       Геральд поджал губы, оглянувшись на открытую дверь, ведущую в гостиную. Короткий кивок:       — Приходи в себя и собирай ребёнка. Берём только самое необходимое. Остальное достанем на месте…       «Если доживём…» — пессимистично отозвался внутренний голос. Сделав ещё глоток воды, я вылила остатки и побежала в сторону нашей с сыном спальни. Очередной виток напряжения — настороженность Гидеона. Напряжённый, послушный, не вертелся всё время, пока одевала. В выдернутый из шкафа рюкзак полетели медикаменты и средства гигиены. Несколько подгузников, один комплект сменной одежды для каждого. Стремительный бег в сторону кухни, сдёрнутые с подноса детские бутылочки и упаковка смеси на случай, если кормление будет невозможно.       Торопливо переодевшись, я оглядела комнату. Из рабочего фартука был выдернут блокнот. Кривым почерком набросала послание для Джеферсона, что мы вынуждены уехать, извинения, что оставляем жильё в бардаке. Бумажка легла на кофейный столик. Я натянула поверх куртки систему «кенгуру» и устроила Гидеона спереди, чтобы освободить руки. Сын тихо уткнулся носом в мою шею, стараясь не мешать и не отвлекать.       С Геральдом в гостиную выскочили почти синхронно.       — Нож возьми на всякий случай. Длина в пару пальцев, чтобы рукоять максимально удобно устроилась в ладони. Заправь в ботинок с внешней стороны ближе к пятке и прикрой джинсами, — я бегом выполнила рекомендацию, но застопорилась, не имея возможности наклониться с ребёнком. — Давай сюда…       Если бы не обстоятельства, я бы удивилась, что Геральд совершенно спокойно опустился на колени, спрятав нож в моём ботинке.       — Какой план? — нервно уточнила я, когда он выпрямился.       Демон мотнул головой, несколько секунд стояла тишина.       — Поднимаемся на крышу, делаем несколько холостых перелётов зигзагом, потом спуск где-нибудь на окраине парка. Автобус и… Чёрт. Ты думала, куда стоило бы направиться?..       — Нет, — виновато пробормотала я. — Но сейчас это и неважно. Нужно просто унести ноги, а куда — уже второстепенно.       Вздохнув, Геральд подхватил с дивана рюкзак, навешивая его на своё плечо. Мы направились к двери, и я уже почти протянула руку, чтобы тронуть ручку, как была остановлена за плечо. Взгляд переместился на демона, отрицательно качнувшего головой. Кивок на его спальню. «Нашли и квартиру. Счёт на минуты, если не на секунды…» — подумала я, бесшумно пробегая гостиную и ныряя в распахнутую дверь.       Войдя следом, мой спутник закрыл дверь и придвинул к ней комод. Бесшумно скользнув к окну, он оглядел улицу, освещённую фонарями, сдвинул занавеску и поднял раму. Снова оценка обстановки. Молча махнул рукой, подзывая. Всё жестами: подняться наверх и спрятаться за техническим коробом. Мне помогли выбраться наружу. С ребёнком, болтающимся на уровне груди было сложно, но справилась, торопливо пробегая по ступенькам наверх. Уже почти на самой крыше я услышала грохот очередной ломающейся мебели, ругань и лязг стали.       Брошенный взгляд вниз уловил, как Геральд выскочил в окно, ткнув мечом за свою спину не глядя. Послышался вскрик, грохот упавшего тела, едва различимый. Убедившись, что мой спутник уже бежит по лестнице, я опомнилась, добежала до вентиляционного короба и опустилась на корточки, успокаивающе поглаживая притихшего ребёнка, встревоженно сопящего мне в шею. Снова лязг стали.       — Просто отдай женщину с ребёнком, и тебя не тронут! — рявкнул один из стражей.       Крыша коротко озарилась от высеченных о кровлю искр. Геральд выматерился, судя по звуку, едва увернувшись от удара.       — Если для вас, белокрылых, «отдать» просто, то я уже сомневаюсь, где на самом деле расположился ад.       Снова звуки схватки. Я рискнула высунуться из своего укрытия, оценивая расстановку сил. Геральд теснил архангела, сбросившего человеческий образ. Белокрылый отчаянно размахивал сталью, стараясь задеть и вывести из строя. Я осторожно завела руку под бедро, нащупывая в ботинке рукоять ножа. Меткость мне несвойственна, но если окажется на линии атаки…       Удар наискось — и заточенный клинок белокрылого вспорол куртку Геральда. Демон снова выругался, уходя от очередной атаки. Силы были на исходе, адреналин зашкаливал. В очередной раз скрестив пальцы на удачу, я обогнула короб, осторожно придерживая одной рукой ребёнка. Увлечённый схваткой архангел даже внимания не обратил. Зато Геральд, уловив манёвр, начал биться активнее, тесня ко мне противника.       «Только бы удалось…».       Короткий удар ножом по правой ноге архангела перерезал сухожилия, лишая возможности двигаться. Он навалился на здоровую ногу, пытаясь устоять, но завопил от боли и всё же рухнул. Едва успев отскочить, я отвернулась, прикрыв голову ребёнка. Вспышка света позади — и тяжёлый вздох демона, рукавом куртки смахивающего пот со лба.       — Умничка… — знакомое резюме, — А теперь уносим ноги.       — Ты не ранен? — я нервно осмотрела его, ища травмы.       Он помотал головой, торопливо убрав меч в ножны. Рюкзак привычно оказался на сгибе моего локтя. Демон отстегнул амулет, скрывающий крылья, и убрал его в карман куртки. Поднял нож, с размаху бросив его на следующую крышу. Подхват под спину и колени. Очевидно, сын уже на столько привык к такого рода перемещениям, что даже не пискнул. Раскрывшиеся чёрные крылья натужным взмахом позволили взлететь. Геральд устремился на юго-восток прямо над крышами в сторону парка.       Я упорно смотрела за его плечо, стараясь обнаружить преследователей, но горизонт позади был чист. И всё же предчувствие подсказывало, что за тот час, что ушёл на схватку в проулке и сборы подкрепление, скорее всего, вызвать успели. Погоня будет, как только сориентируются. Мозг судорожно пытался сгенерировать, в каком направлении уносить ноги. Юго-восточный вокзал отправлял поезда в Чикаго и Сент-Луис, пусть и с пересадками. Города меньше выбирать было глупо. Я старательно гнала от себя мысли, что уходить надо было сразу, как только моя спина зажила достаточно…       «Мы ждали Миндера… Это было необходимо. Бегать постоянно — глупо. Если сейчас правильно подобрать маршрут, будет шанс запутать следы и выиграть время. Всё остальное — переживём…» — пронеслось в голове. Впереди показались верхушки деревьев парка, и Геральд плавно снизился, опускаясь ногами в очередном проулке, уходящем в тупик. Снова щелчок застёжки амулета на шее — и крылья исчезли.       — Идём… — он отобрал у меня рюкзак и потянул за руку, — Не стой столбом.       Подавив изумление от жеста, я послушно побрела следом. Без приключений добрались до остановки. Я сверилась с информационным табло, выбирая нужный автобус. На наше везение он прибыл почти сразу. Геральд оплатил проезд и кивнул в конец салона. На моих коленях расположился рюкзак, почти скрыв ребёнка. Расположившийся между сидениями меч с отстёгнутым фиксатором. Я нервно сглотнула, извлекая карту, чтобы свериться с маршрутом.       Демон внимательно смотрел на каждого входящего в салон автобуса. Чувствовалась самшитовая энергия, прощупывающая вечерних пассажиров. Предпочитал обнаружить прежде, чем обнаружат нас.       — Лучше Чикаго… — пробормотала я.       — Город большой?       Я кивнула:       — В отличие от Миннеаполиса город и пригород разделены. Я там… Жила когда-то… До… своей смерти. И ещё там есть несколько религиозных поселений, мне кажется…       — Нет, — отрезал Геральд. — Все эти микрорелигии курировались прежде цитаделью. Соваться туда — сразу заявить о себе. Лучше, как здесь, но более густонаселённый район.       Ещё раз кивнув, я убрала карту в рюкзак, взглянув на задремавшего в поездке сына. Опасности уже не чувствовал. Позволил себе расслабиться. Невольно улыбнувшись, я погладила его плечи.       Демон хмыкнул:       — Если очень сильно повезёт запутать следы, будет куда больше времени, чтобы восстановиться. Миннеаполис, конечно, приветливый, и Маргарита помогла… Но он всё же был слишком близко к точке выхода, — он вздохнул, потерев пальцами глаза. — Мне любопытно, где представители сопротивления. Неужели за месяц никого не смогли отрядить для того, чтобы нас найти?..       Нервно поёжившись, я покосилась на него:       — Может, их всех казнили?..       — Не думаю. Но то, что отслеживают все порталы без исключения — вполне возможно. Пройти, не вызывая подозрений, сложно. С учётом, что не так давно ты собственноручно один из порталов разнесла… — Геральд хмыкнул, — Словом, сейчас контроль повышен. Подпольное сопротивление под руководством Миндера весьма сильное. Их сложно поймать…       Нервно заёрзав, я приблизилась к его уху:       — Почему ты решил к ним присоединиться, с учётом наших… — я запнулась и задумалась, как правильно назвать, и подсознание подсказало. «Ссор? Это уже не просто ссоры были…» — встревоженно подумала я, но продолжила: — Если хотел забыть весь этот кошмар…       Геральд сморщился, стараясь подавить раздражение. Я умолкла, виновато опустив голову. Неожиданно поднявшаяся рука прошлась по спинке сидения за моей спиной. Уговорив себя не дёргаться, я замерла, чувствуя, как ударился в горло пульс. Очередной скачок паники, иррациональный страх того, что в очередной раз последует удар. Гневный вздох демона заставил скукожиться на сидении, обняв сына. Злился из-за моих реакций…       Лёгкий наклон к моему виску.       — Понимаю, что это не проходит так просто и легко, но постарайся меньше дёргаться. Привлекаешь внимание… — тихо проговорил он, — А что касается моего участия в сопротивлении… Я не солгал, когда сказал, что мне совершенно плевать на то, как и отчего я могу погибнуть. И, если ещё учесть тот факт, что выпивка для меня перестала быть панацеей, было глупо потратить остаток собственного бессмертия на уничтожение себя, если есть более… Достойная цель.       Удивлённо приподняв брови, я покосилась на своего спутника. Он посмеивался, всё так же цепко следя за пассажирами. Взведённый механизм, готовый встать на защиту ценой своей жизни. Взгляд сместился на ребёнка, лениво следящего за проплывающими домами и улицами через окно автобуса. «Надежда для бессмертного мира и стимул жить как минимум для двоих, которые волей случая оказались рядом… Для меня и для демона…» — немного озадачено подумала я.       Неожиданно дрогнули руки. Видимо, загруженный событиями разум очнулся и неожиданно подкинул кадры расправы над стражем в проулке. Я опустила голову, стараясь вытравить это из своей головы. Выходило скверно. Такой же подневольный, как и все прочие, опасающийся отступиться, чтобы не утратить жизнь на плахе из-за неудачной охоты. Следом итоговый кадр с исцелением Джеферсона. Взгляд пробежался по обычным рукам. Совершенно обычным. Никакой магии Небес. Ничего, что отличало бы меня сейчас от любого смертного.       «Ночь будет полной кошмаров, судя по всему. Стоит выпустить силу, и Маль может проникать в мою голову во сне…» — подумалось мне, и следом собственная, чуть ядовитая усмешка: «Пусть полюбуется на незнакомую местность из окна поезда или автобуса…».       — Железнодорожный вокзал «Сент-Пол, Миннеаполис», — оповестил механический голос об очередной остановке.       У меня снова забрали рюкзак. Геральд покинул тёплый салон автобуса первым, внимательно оглядевшись по сторонам. Коротко кивнув, он остановился на тротуаре, позволяя мне сориентироваться. Определив направление, я потянула его за рукав куртки в сторону подземного перехода. Вокзал располагался на противоположной стороне автострады. Демон недовольно сморщился, снова взяв меня за руку, пробормотав что-то из серии: «Я не провинившийся ребёнок, чтобы меня так тащили!». Прозвучало забавно, и я невольно улыбнулась.       Преодолев неуютную подземку, мы наконец оказались зале вокзала. Шум, гам, грохот, яркий свет, разнообразие запахов из закусочных, сувенирные лавки. Гидеон что-то недовольно проворчал, уткнувшись носом в воротник моей куртки. Я подняла глаза на огромные часы над выходом к платформам. Время уже перевалило за отметку, когда он привык засыпать. И всё же, словно понимая опасность, осознавая последствия, не капризничал.       Я сверилась с расписанием и повернулась к Геральду:       — Ближайший состав отправится через двадцать минут, и там будет пара пересадок. Есть ли смысл ждать ещё час и подставляться, если можно добраться до транспортной развязки в Мадисоне и пересесть на рейсовый автобус?..       — На ближайший, — не раздумывая ответил он. — У меня паршивое предчувствие. Лучше перестраховаться и как можно скорее оказаться в поезде.       Молча кивнув, я побрела к кассам. Пораздумав, попросила самый заполненный вагон. Им оказался вагон с купе. Поезд был ночной и многие предпочитали доплатить за комфорт. Мой спутник согласно хмыкнул: опять же, проще затеряться среди чужих энергий. «И, если будет вторжение в сознание, отдельное купе будет предпочтительнее, чем общий вагон…» — я оплатила билеты и сверилась с номером поезда и вагоном.       Билеты пробивались валидатором на станции и при входе в поезд. Проводник только проверял вагоны на безбилетников перед отправлением, и на этом эпопея заканчивалась. Пройдя первую проверку, мы наконец прошли по тоннелю, ведущему к платформам. Геральд через моё плечо посмотрел на информацию в билетах и торопливо побрёл вперёд.       — Вокзал уже проверяют. Чувствуется, что не меньше десятка бессмертных. Нужно поторапливаться.       — А если почувствовали?.. — он неожиданно свернул в сторону платформы, на которой стоял другой поезд. — Нам не сюда!..       — Уокер, потом выскажешь своё «фи». За нами уже следят, — он побежал по лестнице, чуть громче проговорив. — Милая, быстрее. Поезд вот-вот отправится…       Позади слышались шаги, и я прижала к себе сына, побежав следом. Не знала, что он задумал, но бег с ребёнком, который уже готовился выказать всё скопившееся недовольство от тряски, был довольно сложным. Лестница закончилась небольшим стеклянным павильоном с раздвижными дверьми. Индикатор мигнул, и мы оказались на улице. Геральд огляделся за секунду и побежал вперёд, снова утягивая меня за руку.       Я успела обратить внимание, что отправление «не нашего» состава должно было вот-вот произойти, но демон продолжал бежать в сторону начала поезда. Ноги отваливались, появилась отдышка, Гидеон начал хныкать. Всё стремительно выходило из-под контроля. В голове пронеслась бредовая мысль, что мы собираемся запрыгнуть в отправляющийся поезд и выпрыгивать чуть позже на ходу. Стало страшно, даже не взирая на то, что у Геральда были крылья. Одно неверное движение — и…       Резкий рывок за запястье заставил почти завалиться за киоск с прессой, закрытый на ночное время. Следом грохот тронувшегося железнодорожного состава, хлопок двери. Геральд дёрнул цепочку с амулетом на своей шее, материализуя крылья. Меня подхватили под подмышки, словно не имела веса. Один взмах — и мы оказались на крыше киоска. Ещё рывок, заставивший опуститься на колени. Ладонь Геральда зажала губы Гидеона, над головой сомкнулись тёмные крылья.       Поняв, что следует сохранять тишину, насколько это возможно, я погладила запаниковавшего сына, пытаясь успокоить. Сквозь шум стука колёс слышалась ругань на древнем языке Небес. Пара стражей костерила на все лады уходящий поезд. Послышался шелест крыльев: образы смертных были сброшены, и они бросились в погоню за быстро набирающим скорость поездом.       — Отлично… — тихо проговорил Геральд, вкладывая в мою свободную ладонь амулет, — Попробуй как-нибудь закрепить цепочку. Как получится, перелетим на соседнюю платформу и сразу в поезд…       Я кивнула, дрожащими руками впотьмах пытаясь восстановить разогнувшуюся застёжку-карабин. Получилось не с первого раза, но всё же замок держался. Главное, чтобы хватило до тех пор, пока не окажемся в своём купе. Снова подхват под подмышки, чтобы не придавить между телами Гидеона. Стремительный взлёт, изящная дуга. На наше везение платформа была почти пуста. Миновав фонари, демон приземлился за аналогичным киоском, торопливо выдернул из моих рук амулет и застегнул его на своей шее.       Меня подтолкнули в спину к открытой двери вагона. Шмыгнув внутрь, я торопливо выхватила из кармана билеты, прикладывая их к считывающему устройству. Мигнули зелёные индикаторы, и открылась стеклянная дверь, пропуская нас в основную часть железнодорожного состава. Руки подрагивали на нервной почве, но расслабляться было рано. Сверившись с внутренним номером вагона, я побрела в начало, утягивая Геральда следом.       Состав тронулся. Несколько переходов — и мы оказались почти в самом начале поезда. Купе со стеклянными стенками и занавесками на случай, если кому-то будет необходимо отдохнуть. Своё мы чуть не пропустили. Я нервно хохотнула, вернувшись на пару дверей назад, вошла в небольшое светлое купе и устало рухнула на сидение, откинувшись затылком на спинку. Геральд забросил рюкзак на багажную полку, расправил шторки и с усмешкой рухнул на сидение напротив меня.       По купе пролетел смешок:       — Пожалуй, по накалу острых ощущений среди бессмертных мне было бы невероятно скучно. Зато сейчас — неделя спокойствия, которая компенсируется четырьмя часами, за которые мы успели встрять в схватку, скрыться от белокрылых и успеть на поезд, — демон потёр глаза пальцами. — Захочешь заскучать — не выйдет.       Я поджала губы, не оценив остроту и проворчав:       — Боюсь, такую беготню придётся пережить ещё не один раз за предстоящие семнадцать лет. Впрочем, ты всегда можешь вернуться… — Геральд прикусил язык, и я с усмешкой продолжила. — Мне кажется, это не самое приятное развлечение…       Он со вздохом протянул руку, помогая мне подняться и разворачивая к себе спиной. Я придержала ребёнка, чувствуя, как на пояснице и лопатках расстегнулись ремни фиксаторов «кенгуру». Так освободить Гидеона было куда проще, чем если бы я попыталась его вытащить так же, как посадила. Ещё через несколько минут я расстегнула его комбинезон, постелила на сидение свою куртку и уложила уже полусонного ребёнка на сидение. Словно кто-то щелкнул пальцами, и он блаженно засопел, даже не капризничая, что не материализовали крылья.       Геральд задумчиво взглянул в окно с проплывающими за ним ночными пейзажами.       — Думаю, тебе стоит отдохнуть. Я пока посмотрю за Гидеоном.       — Едва ли я смогу уснуть сейчас…       — Уокер, стоит постараться. Завтра предстоит чуть более безопасный, но куда более долгий забег. Пересадки, снова поиск жилья, пищи и многого другого. Мальчик не оценит, если вместо молока ты его начнёшь кормить кофеином из-за недосыпа, — Демон поднялся на ноги, двинув подбородком на своё сидение. — Постарайся уснуть.       Я вздохнула, понимая, что он прав, и всё же перебралась на его место, с хрустом вытянувшись на спине во весь рост. Поезд мерно покачивался. Гул колёс навевал дрёму. В купе заглянул проводник, проверив наши билеты, пусть и с запозданием. Дверь снова закрылась, но я не могла уснуть, какую бы усталость не испытывала по итогу.       — Сегодня я использовала силу… Один из стражей… Хотел меня поймать, но его отвлёк Джеферсон. Страж бросил в него нож… — я нервно сглотнула. — Он умирал. Мне почему-то вспомнились слова Мальбонте, что в данный момент я — эквивалент Шепфа. Светлая часть из двух, составляющих Равновесие. Мне удалось его исцелить, и…       — И сейчас ты боишься, что полукровка снова попытается проникнуть в твоё сознание… — понятливо кивнул Геральд, после чего тихо усмехнулся: — Мне кажется, тебе пора немного изменить ситуацию и заставить его играть по твоим правилам…       Я заинтересованно приподнялась на локте.       — Что ты имеешь в виду?       — Все видения, которые ты улавливаешь невзначай, когда он в гневе показывает тебе только те места цитадели и столицы, где ты бывала. Всё остальное время ты чувствуешь лишь вспышки. Соответственно, и он, когда проникает в твоё сознание, блокирует его в знакомом помещении, — Геральд поджал губы, прикидывая в уме варианты. — Что, если ты попытаешься погрузиться загодя в то место, которое он не знает? В котором никогда не бывал… Наверняка есть такие. Комната, дом, хоть твоя спальня в школе…       Снова опустившись затылком на рюкзак, я прикрыла глаза.       — Спасибо. Попробую… Но не факт, что получится.       — Не попробуешь — не узнаешь, — хмыкнул демон в ответ. — А теперь спи. В любом случае я буду рядом и смогу разбудить.       Последние слова прозвучали успокаивающе и отрезвляюще. Я послушно зажмурилась, выравнивая дыхание и стараясь представить себе… Детскую в доме, где я жила с Дино. Там Мальбонте не бывал никогда. Туда даже мы старались не заходить, чтобы не тревожить воспоминания, которые могли уничтожить.       Сознание провалилось в прошлое, кажется. Неуловимо быстро…       Длинный коридор второго этажа в доме покойного учителя, бывшего Престола. Запертая дверь, весь путь до которой я преодолеваю едва ли не бегом, стремясь оказаться в безопасности. Невольно вспоминается сон перед рождением Гидеона. Там я впервые видела своего сына. Пустая колыбель, получившая с третьей попытки маленького голубоглазого обитателя. Я проскочила в комнату, захлопнув за собой дверь и задвинув щеколду, которую Дино приколотил, чтобы сквозняком не открывало, и устало прислонилась к ней изнутри.       В преграду кто-то ударил так, что деревянный короб дрогнул. Многоголосый скрежещущий вой за дверью, ставшей плоской и неразличимой со стеной, защищавшей от того, кто мог пробиться в сознание, снова уродуя мою душу:       — Виктория!..       Я улыбнулась, пробормотав то ли во сне, то ли наяву:       — Не сегодня… Катись к дьяволу, Маль…