Кажется, это был не тот герой!

— Очень… своеобразное начинание. – оценил отец Клерентин после краткого размышления. – На самом деле Запретным кварталом давно следовало заняться, но не хватало сил и средств. Хорошо, что его снова заселяют.       — Я рассчитываю со временем очистить его полностью. – заверил Мэйс. – Печально, что часть города находится в запустении.       — Не устаю удивляться Вашему энтузиазму. – оценил Первосвященник Лиранский. – Но не переусердствуйте – Вам надо беречь силы. Подошло время для пятого деяния.       Герой взволнованно закусил губу: — Что же это?       — Катакомбы нежити в Скарумде. Огромный многоуровневый неупокоенный могильник – давно беспокоит местных жителей, так что им пришлось отселиться подальше, но нежить все равно добирается до человеческих поселений и причиняет беспокойство. Днем она не активна, ибо боится солнечного света. На домах благочестивых граждан висят святые амулеты. Так что число жертв невелико. Но ситуация в любом случае… неприятная.       — Хмм… нежить — это всякие умертвия и зомби? – уточнил Мэйс брезгливо.       — В том числе. – подтвердил отец Клерентин.       — Помнится, инквизиторы и палладины святого престола наведываются в Скарумду. Почему они до сих пор не решили проблему? – прищурился Святой.       Первосвященник немного смутился: — Они регулярно зачищают верхние уровни, установили защиту по периметру кургана – несколько сотен охранных амулетов – и регулярно обновляют их, чтобы нечисть не повалила наружу всем скопом в ближайшую же ночь. Кроме того, истребляют тех темных созданий, что все-таки сумели прорваться через барьер. Если бы не все эти меры, ситуация могла бы быть НАМНОГО хуже. Для окончательного решения проблемы необходимо дойти до самого нижнего уровня и…       — Победить короля-лича? – мрачно пошутил Герой.       — Откуда Вы знаете?! – ошарашенно спросил Первосвященник.       Мэйс издал нервный смешок. Ну, право слово, не объяснять же святому отцу про квест с зачисткой подземелья и босса локации.       — Догадался… — протянул Святой.       Этот ответ вполне устроил Клерентина.       Мэйс с печалью размышлял о том, что в Скарумдских катакомбах веками копилась всякая опасная дрянь. А ее просто огораживали флажочками и затыкали «пробками» святых артефактов, аккуратно подчищая то, что просочилось и ожидая, когда этот нарыв прорвется.       А окончательно решить проблему предстоит ему и его команде. Даже палладинов с инквизиторами на помощь не позовешь – запрещено правилами испытаний для Героя.       — Мне потребуются боевые иешунские артефакты. МНОГО. – сообщил Мэйс.       Святой отец кивнул: — Разумеется.              — Что? ЧТО?! – Мэйс не мог поверить своим ушам. Он активно занимался подготовкой к пятому деянию, когда на него, как цунами на берег, обрушились последние городские слухи.       — Боюсь, что все так… Люди от дворца до рыночной площади пересказывают это… безобразие. – вздохнул мастер Нола.       Чанси, навещавший лекаря вместе с Мэйсом, судорожно вцепился двумя руками в кружку с чаем. Гнев, обида и растерянность отразились на его лице – весьма живо и эмоционально.       — То есть обильно плодоносящие после моего благословения поля внезапно дали отравленный урожай? В Запретном квартале, с моего попустительства, проживает шайка неблагонадежных элементов? Один из исцеленных во время массовых сеансов дал рецидив и умер? А еще я – любовник принца Грэга?! – перечислил Святой.       — Не огорчайся, мой мальчик. Все это неправда и вскоре со всем разберутся. – заверил целитель. Голос его звучал не очень-то уверенно. Гнациус Нола хорошо знал цену репутации и помнил, насколько живучими бывают слухи.       Герой коснулся пальцами лба.       — Надо, чтобы Мирра поговорила с Катариной. А еще – выяснить все про этого умершего. У Кларенса должны быть записи. – перечислил Святой.              — Выясните, кто распространяет слухи… Их необходимо пресечь. Срочно. – Его величество Шэгдон был в гневе.       — Все будет сделано в лучшем виде. – заверил лорд Шамирро – глава внутренней разведки.              — Я и так не поверила. – нарочито бодро сообщила Катарина Лорн. – Как можно подумать нечто подобное про самого Лиранского чудотворца и про моего жениха? Глупости!       Если бы не следы недавних слез на лице, огресса, наверное, не сомневалась бы в том, что подруга бодра, весела и не думает сомневаться. Вот только шепотки при дворе, то, что мать обсуждала с подругами, думая, что дочь не слышит. Пережить все это было не столь просто…       — Вот и правильно, что не веришь. – улыбнулась воительница. – Я хорошо знаю Мэйса. Он бы не стал… Ни за что!       — Оставим эти пустые сплетни всяким скучающим кумушкам. – предложила дочь графа. – Лучше поговорим о книгах.              — Лично мне ничего не известно о том, что я любовник принца Грэга. Как и про остальные мои «прегрешения». – ворчливо бросил Святой, отвечая на вопрос кардинала Виллара. Он порталом прибыл в Иешуну для подбора артефактов для предстоящей миссии, но его пригласили для беседы.       Его преосвященство с пол минуты внимательно смотрел юноше в глаза, явно проверяя его слова на правдивость, а потом кивнул.       — Значит, кто-то намеренно порочит честь святонебесного чудотворца, дискредитируя его имя и деяния перед народом. А это дело Святого престола. Я всенепременно разберусь с этим. – возвестил он.       — Буду благодарен. – согласился Герой. После рассказа Джессила он недолюбливал местную братию, но идея натравить на сплетника инквизиторов ему нравилась.              — Я… — Грэг запнулся. – Я совершенно не причастен к возникновению этих слухов. Они вредят и мне… Не так, как тебе, разумеется, но все же.       Принц был очень расстроен. И в этом не приходилось сомневаться.       — Ох, я знаю. – заверил Мэйс. Его высочество организовал их беседу так, чтобы их было видно, но не слышно – в дворцовом саду, достаточно далеко от прочих гуляющих, чтобы посторонние не различали отдельные слова, но могли засвидетельствовать, что Мэйс и Грэг просто общаются и не более.       — Тот, кто распускает все эти слухи явно не обладает всей полнотой информации и бьет наугад, просто опираясь на Вашу репутацию. – продолжил Герой. – Вы уже говорили с Катариной?       — Разумеется. – закивал Грэг. – Она мне поверила, хоть и выразила недовольство по поводу… моих предшествующих помолвке похождений, из-за которых сейчас в подобные слухи все так охотно верят.       — Бедная девушка… — вздохнул Мэйс и выразительно добавил. – И ОЧЕНЬ ХОРОШАЯ.       Его высочество кивнул: — Отец в восторге от моего выбора.       — А Вы сами?       — Я… Катарина очень приятна в общении и умна. С ней весело. А еще – она очень благодарна за любое проявление заботы. Похоже, ей это в новинку. – на лице Грэга появилась теплая улыбка. – Но она – не ты…       — И… последняя фраза все испортила! – мысленно огорчился Герой. Вслух же сообщил: — И хорошо, что не я. Она – для Вас гораздо лучше. Потому что любит Вас, нуждается в Вас. Вам ведь этого хочется – быть НУЖНЫМ, ЦЕННЫМ. Хочется, чтобы кто-то восхищался, видел в Вас храброго защитника и благородного рыцаря. И сейчас рядом с Вами идеальная кандидатка. Но все это очень легко потерять – она не простит предательства и измены. Может и не сможет расторгнуть помолвку, но изменит отношение. Одна крупная ошибка – не в прошлом, а в настоящем — и все уже не будет, как раньше. Она не знает истинного положения дел, не знает про Ваши признания, про ту русалидку… И я надеюсь, что никогда не узнает. Нынешние слухи поверхностны и неумелы. К счастью, Катарина достаточно умна и не поверила в них. А если бы поверила? Вы потеряли бы ее доверие.       — Правда может открыться… со временем. – вздохнул Грэг. Он выглядел очень подавленным.       — Думаю, если к тому времени Вы изменитесь – станете… лучшей версией себя, то это будет уже не так важно для нее. – тихо произнес Мэйс       Герой коснулся пальцами лба и нервно усмехнулся: — Ну вот – я читаю проповеди. Постоянное общение со святыми отцами плохо на меня влияет.       Грэг выдохнул и рассмеялся: — Ты же Святой – тебе по статусу положено.       Герой и принц переглянулись. Мэйс подумал о том, что по-своему привязался к этому бестолковому, но старающемуся исправиться типу.       — Удачи с завтрашним деянием. За твоей «опасной шайкой» в Запретном квартале я пригляжу. – пообещал Грэг.       — Спасибо. – поблагодарил Мэйс. Со стороны эта беседа за неспешной прогулкой выглядела, как наставление непутевого сына монарха мудрым чудотворцем. В целом, это способствовало утиханию слуха о совсем иных отношениях между юношами.              Катакомбы выглядели точно так, как и положено – полуразрушенное большое каменное строение на холме, несколько входов в виде арок, облупившиеся колонны, плющ на стенах, туман вокруг, мрачная гнетущая аура… И святые иешунские артефакты по периметру.       — А что здесь было раньше? Ну, до того, как это место стало обителью нежити? – уточнил Мэйс.       — Гномы жили… — пояснил Чанси задумчиво. — Хорошо строили. Добротно. Потом они в горы перебрались – к собратьям. А люди приспособили знатных покойников хоронить. А позже забрел какой-то некромант, да и пробудил захоронение. Говорят, в первое время много окрестного народу полегло – и все нежитью стали. Только это все давно было – пара столетий назад.       В последнее время именно Чанси отвечал за теоретическую подготовку отряда – собирал все необходимые сведения.       Сам Мэйс знал только основные технические данные – что подземных уровней пятнадцать, кроме того – основные типы местных обитателей и их слабые места. Этой же информацией обладала и Мирра. В этот раз огресса притихла и опасливо озиралась по сторонам. Похоже, она, как и Святой, не любила нежить.       Мэйс наложил на отряд Ауру святости – магический щит от порождений Тьмы. Как раз вовремя – из-за ближайшей колонны появилась целая толпа зомби.       От вида расхаживающих мертвых людей в лохмотьях и с частично сгнившей плотью, горящими злым огнем глазами, тянущих к группе алчные когтистые руки, Герой завопил от ужаса.       Аура святости расширилась и стала мощнее. Зомби мигом обратились в кучки пепла.       — Как ты их ловко! – оценил русалид. – Похоже твоя магия усиливается от эмоций.       — Ох, сейчас будет СТОЛЬКО эмоций! – мрачно пообещал Мэйс.       В центральном зале обнаружилась лестница вниз. Святой и его спутники начали спуск. Мирра держала в руках секиру, на шее девушки висел охранный амулет, на поясе – боевые артефакты. У Чанси, кроме обережного знака на цепочке, имелись освященный посох и артефакты святой магии в поясной сумке. На Мэйсе была особая роба иешунской работы – годится только для представителей церковных классов уровнем выше Старшего и обеспечивает невероятный уровень защиты.       Полутьма, пыль, паутина, копошащиеся в углах мыши. Героя едва не стошнило. Его чувство брезгливости вопило, что есть сил, но юноша старался сдерживаться. Не устраивать же истерику в боевой обстановке.       Из темных ниш на троицу полезли умертвия – нечто бледное, с синеватой кожей с проступающими венами и в длинных саванах. За укутанными в белую ткань существами оставались мокрые следы... Мэйс, никогда не любивший фильмы ужасов, тихо ругался сквозь стиснутые зубы.       Умертвий тоже задавило Аурой святости. Похоже, на младшую нежить она действовала не только, как защита, но и как атака.       Первые несколько уровней Герой и его спутники так и прошли – Мэйс поддерживал активным заклинание, друзья следовали по обе стороны от него, держа на готове боеприпасы – на всякий случай. Святой старался не особо смотреть под ноги, где что-то вязко хлюпало и на выползающих и выпрыгивающих из темноты противников. Он поддерживал сферу света вокруг отряда, но не более того, большая часть пространства вокруг оставалась погруженной во мрак.       Впервые вступить в бой спутникам довелось примерно на пятом уровне, когда выползли костяные змеи. О них предупреждал отец Клерентин. Атаковать святой магией точно в глаза и их вполне получится уничтожить. Запас артефактов оставался изрядным, так что отряд не сдерживался. Шелест костяных боков, странное потрескивание, мощные броски длинных бронированных тел. Но Чанси и Мирра били без промаха. Мэйс просто лупил по площади – особо не целясь. Вскоре от змей ничего не осталось.       Потом появились стаи странной хищной слизи.       И снова Герой завопил от отвращения, на эмоциях испепелив всех подступающих врагов.       — У тебя достаточно энергии? – взволнованно уточнил русалид.       — Пока есть. – заверил Мэйс. Он помнил, что впереди ждет битва с королем-личем. И для этой битвы потребуется много сил.       Уровнем ниже отряд встретили низшие вампиры. Удлиненные пальцы с ядовитыми когтями, длинные клыки, безумные алые глаза, растрепанные волосы, бледная кожа, искаженные лица с заостренными чертами. Эти существа когда-то были людьми, а потом встретились со старшим вампиром и получили инициацию.       Мэйс старался не вглядываться. Просто бил магией Света – мощно и уверенно. Пусть немного дрожат руки и подступает тошнота – он знал, что должен справиться. Ради себя, ради друзей, ради тех, кто в него верит и на него рассчитывает.