Кажется, это был не тот герой!

      Чанси и Мэйс пригубили по еще одному зелью. Иешунских артефактов осталось не так много. Моральных сил — и того меньше... Героя потряхивало. Он уже еле стоял на ногах.       — Немного отдохнем? — предложила Мирра.       Святой отрицательно мотнул головой: — Нет. Надо идти. Если он выйдет сам будет только хуже.       Троица приблизилась к дверям. Огресса надавила на створки могучим плечом. Те не поддавались.       — Заперто на засов. — пояснила она.       Чанси только собирался спросить — что же делать, но воительница просто усилила напор. Скрип, скрежет. Дверь рухнула вместе с петлями, подняв клубы пыли.       Темный зал. Фактически ничего не видно. Даже заклинание света озаряет лишь лица спутников. На троицу обрушилась Аура гниения — особое заклинание из арсенала некромантии. Но барьер, заранее выставленный Мэйсом, справился.       — Еще немного и мы бы превратились в кучку пепла. — успел подумать юноша. Адское пламя было встречено Святой водой.       На Зов смерти, нацеленный персонально на Героя, Мэйс ответил Праведной молитвой. Почти у каждого заклинания некромантии был антагонист среди Святой магии. Но если только обороняться — не победить. Отряд медленно продвигался вперед, вглубь зала...       Лич, все еще невидимый во мраке, применил Костяную траву, так что из пола полезли острые и ядовитые куски костей, и Костяные кинжалы — рой острых костей в воздухе. Святой ответил усиленной Святой аурой и впервые атаковал сам.       Это были Стрелы света. Они не только били по площади, но и освещали территорию. Зал пронзили сотни золотых вспышек — искристые нематериальные стрелы из энергии устремились от потолка к полу, озаряя все вокруг. Именно тогда Герой и спутники впервые увидели своего врага.       Король-лич замер на каменном балконе. Огромный — почти трехметровый — скелет в длиннополом ало-черном одеянии. Он надежно скрыл свою ауру, так что до этого момента лишь Мэйс мог ощутить его точное местоположение. Поблизости явно находился кто-то еще — сотни мелких слабых, но вредоносных существ, пока что невидимых глазу из-за темноты.       Стрелы не нанесли личу особого урона, он сумел закрыться энергощитом. Следующим ходом некроманта стали Ядовитые испарения — зеленоватый туман начал сочиться из всех щелей меж камнями кладки. Мэйс ответил на это с помощью Чанси — Святым туманом — взвесью святой воды в воздухе.       Прежде, чем лич атаковал снова, Святой коснулся пальцами пола, создав вокруг себя и товарищей Защитный круг — стационарную защиту уровнем выше Святой ауры. Благодаря этому он рассчитывал более не придумывать уловки против каждого хода скелета, а начать атаковать самому.       Чанси и Мирра в основном применяли оставшиеся артефакты, стараясь не мешать Мэйсу и уцелеть.       Увы — Герой был измотан — после долгих часов блужданий по подземелью, он еле стоял на ногах. А вот лич находился в своем месте силы — в центре некрополя.       — Да сколько же можно?! — мысленно вопил юноша. — Я заколебался! Гадские катакомбы. Гадский лич! Ненавижу всяких скелетов! Гадость... Я хочу домой!       Как и ранее, эмоции подстегнули силу — заклинание Золотой свет веры получилось необычайно мощным. Очередной каст лича сбился, зал наполнили сияющие искры. Запах благовоний вместо гнилостной вони, ощущение неземной благодати от которой отступила даже усталость, звуки далекой церковной музыки вместо шелеста, писка и шороха. Спутники взирали на все это с восхищением и надеждой. Стоило золотому сиянию коснуться некроманта, он неистово завопил.       Ткань богато расшитой ало-черной робы задымилась. По черепу пошли трещины. Лич воздел костлявую руку и сотни замерших в ожидании тварей бросились на троицу приключенцев. Большие острые клыки, выпученные желтые глаза, длинные хвосты. Твари напоминали огромных крыс без шерсти. Они были куда слабее тех же адских кабанов, но намного проворнее и ядовиты... А еще — сумели пробиться через защиту благодаря общему натиску.       — Слишком быстрые, не успеваю... — с толикой паники в голосе выдала воительница. Адские крысы наседали со всех сторон. Они вот-вот должны были сломить оборону и повиснуть на Герое и спутниках, впившись ядовитыми зубами...       Мэйс вложил и без того почти истощенные силы в Святое копье... В руках юноши материализовалось оружие с длинным древком и острым наконечником и то, и то из чистого света, способного поражать лишь порождений Тьмы.       — Только бы попасть... — мысленно взмолился Герой. Но копье само искало цель. Да и промахнуться по трехметровому скелету было довольно трудно... Замах, свист рассекаемого воздуха. Король-лич был пронзен насквозь, словно насаженная на булавку бабочка. Он пошатнулся и с грохотом упал, рассыпавшись в прах. Но... с гибелью лича все должно было закончиться. Подземелье должно было очистится. Этого не произошло. Вывод мог быть лишь один...       — Огромный скелет был обманкой. Настоящий король-лич где-то рядом, под личиной одной из тварей. — сообщил Мэйс, тяжело дыша. — Больше вокруг никого нет.       Но как же их много... И правда, если в начале речь шла о сотнях, то сейчас словно бы о тысячах... И где-то среди них притаился враг. Если он сбежит, недобитый, то восстановит силы, катакомбы снова заполнялся нежитью и деяние не будет засчитано...       Чанси отогнал потоком воды очередную толпу крыс и осмотрелся по сторонам.       — Там за стеной — труба. Много воды! — выдал он рубленными фразами.       — Где именно?! — тотчас уточнила Мирра.       Русалид указал нужное место. Троица ринулась туда. Огресса под прикрытием товарищей обрушила на стену мощную секиру. Удар, еще один. Секира сломалась и в ход пошли кулаки. По камням зазмеились трещины. Твари с писком усилили натиск, несколько повисли на руках и ногах... Мэйс завопил от боли и отвращения, но не забыл применить Исцеление на себя и товарищей. Какое-то количество противников, предчувствуя недоброе, бросилось прочь.       — Нельзя дать им уйти! — закричал Чанси. В этот момент Мирра добилась своего — в зал хлынул поток воды. Она едва не сбила с ног, моментально став по колено людям и по горло крысюкам... Герой влил в мутный холодный поток остаток энергии, тем самым освятив.       Ни одна из демонических крыс не спаслась... Даже те, что бросились бежать первыми, были настигнуты магией света...              Обессиленный лич трансформировался, став полуразложившимся трупом в черной робе, но энергии для защиты у него уже не было. Он исчез, истаяв в Святом потоке и до последнего момента тщетно пытаясь ухватиться костлявой рукой за выступ и выбраться из прожигавшей насквозь воды.       Подземелье содрогнулось. По нему прошла волна чистой яркой силы. Место было очищено. Раз и навсегда. Мэйс, осознав, что все позади, просто рухнул в воду... Он был без сознания.              Герой пришел в себя. Он лежал в тепле, на чем-то мягком, уютно укрытый и чистый.       — Я умер... — решил Мэйс, помнивший, что ранее находился в подземелье — уставший, мокрый, грязный, еле живой. Мысль о смерти сначала принесла успокоение, а потом панику.       — Как — умер?! Мне еще мир спасать. – в ужасе выдал мозг. Юноша распахнул глаза.       Над головой обнаружился белый высокий потолок. Чуть ниже — задрапированные стены, знакомая богатая мебель. Это определенно был королевский дворец в Лиране. Рядом с Мэйсом, сидя в кресле и одновременно уткнувшись лицом в мягкие перины кровати, мирно спал Чанси. Если сам Герой был в ночнушке, то русалид — одет в повседневное.       Почувствовав, что Мэйс пошевелился, Чанси проснулся, потянулся и принял полностью сидячее положение.       — Ты очнулся! — радостно выдал зеленоволосый.       — Да. — растерянно кивнул Мэйс. — Мирра в порядке?! Как мы здесь очутились? Русалид улыбнулся: — Мирра в порядке. После того, как некрополь был очищен, ты потерял сознание, и она отнесла тебя до портала. Ты два дня не приходил в себя от переутомления. Все очень волновались. Мастер Нола несколько раз в день проводил сеансы исцеления. Принц Грэг то и дело наведывался. Его величество и Катарина заглянули. Мирра только недавно ушла.       — А ты все время провел здесь? — опешил Мэйс.       — Не всё... — смутился Чанси, явно отходивший от Святого только вымыться, поесть и по нужде.       — Так. А кто меня вымыл и переодел?! — насторожился Герой. Тут русалид сравнялся алым цветом с драпировками на стенах.       — Эмм...Ну... — протянул он.       — ЧАНСИ!!! – Мэйса переполняли самые разные чувства – от стыда до ужаса. Его уже давно никто не видел без одежды. Да он даже к врачам опасался ходить именно из-за необходимости раздеваться.       — Ты был грязный и мокрый, мог заболеть. Лучше, чтобы это сделал кто-то другой? – обиженно насупился русалид.       — Эмм… Нет. Прости пожалуйста. И спасибо за все. – моментально поутих Герой. – Из всех возможных вариантов я бы предпочел, чтобы это был именно ты…       Произнеся последнюю фразу, Мэйс отчаянно покраснел. Прозвучало настолько многозначительно, что почти однозначно.       — Ну… не за что. – неловко отозвался Чанси, пряча взгляд.       — Ты, наверное, голодный! Я сбегаю за едой и заодно сообщу остальным, что ты пришел в себя. – выдал он с явным облегчением и ретировался из комнаты со всей возможной скоростью.              — Это было поистине грандиозное деяние. – заверил отец Клерентин. – А уж как доволен Святой престол.       Первосвященник Лиранский едва не светился от счастья.       — Без сомнений, у Вас появились новые способности. Надо будет разобраться с ними. И… — священник сделал многозначительную паузу, прежде, чем продолжить. – Мне стало доподлинно известно, что после двенадцатого деяния у Вас появится откроется особый навык – Вы сможете единожды даровать невероятную магическую силу лидеру одного народа и, через него, самому народу. Магический потенциал каждого возрастет пропорционально имеющемуся, а у лидера – и того больше. Есть пара условий – тот, кому достанется этот Дар Небес должен был истинным правителем по сути и по духу, с хоть одним навыком не ниже Великого. Вы понимаете, Мэйс – это подарит нам победу над демонами!       — Звучит впечатляюще! – оценил Святой. – Но до двенадцатого деяния еще надо дожить.       — Я уверен – все будет хорошо. – заверил отец Клерентин.              — Ты в порядке? — поинтересовался Мэйс у Каллеба. Они не так часто беседовали, как следовало бы и Святой чувствовал по этому поводу угрызения совести. Большая часть забот о госте-пленнике оказалась взвалена на плечи и без того загруженного Чанси. И вот сейчас, заглянув в поселение русалидов, Герой решил немного исправить ситуацию. Раз уж Аттани просил не мучить Каллеба церковными темами — можно и просто поговорить.        — Да. Здесь вполне хорошо живется. Русалиды очень гостеприимные. — улыбнулся юноша. У него была добрая лучистая улыбка, глаза с озорной искоркой и весьма правильные черты лица.       Каллеб отчего-то опасался Мэйса. Но Герой никак не мог взять в толк — почему. И решил спросить прямо: — Почему ты боишься меня?       — Я?! Вовсе нет. — соврал юноша. — С чего бы мне Вас бояться?       — Ну вот и не надо. И можно перейти на "ты". — предложил Мэйс.       — Можно? — не поверил своим ушам Каллеб. — Хорошо.       — Хочешь сходить со мной на рынок? — предложил Мэйс.       — Конечно хочу! — оживился Каллеб.       Он редко куда-то выбирался. Разве что в Башню драконьего клыка раз в неделю. И потому возможность посмотреть город была для него в радость.       Святого как всегда сопровождали приставленные для охраны гвардейцы. Каллеб по дороге оживленно рассказывал о жизни среди русалидов. Похоже, он успел перезнакомиться со всеми в квартале Жемчужного озера. Мэйс с умилением наблюдал за этим веселым, открытым и жизнерадостным созданием, явно хранившим некую тайну.       — Ох, это же куминна! Очень вкусная приправа. Господин Чанси добавляет ее во многие блюда. — деятельно вещал юноша. — А вот с этими плодами можно заваривать чай. Вы... ты только взгляни!       — Да. Давай купим немного. — улыбнулся Мэйс.              — Я так за тебя волновалась, Миррочка! — Катарина не повисла на шее у подруги только лишь по той причине, что не доставала до этой самой шеи. Но это не помешало ей бурно проявить эмоции всеми прочими способами.       — Все хорошо. Я жива, остальные — тоже. — заверила огресса. — У тебя были удивительные приключения... — с ноткой легкой зависти сообщила дочь графа.       — Это были страшные приключения. Много грязи, мерзких зомби, крыс, затхлой воды и прочего. — вздохнула Мирра. Энтузиазм Катарины немного поутих. Грязь, крыс и вид гниющей плоти она не любила.       — Ты невероятная молодец. Герою повезло с такой спутницей. — отозвалась девушка.       Воительница улыбнулась: — У нас отличная команда!       — А как твои тренировки? — уточнила огресса.       — Замечательно. Когда у Грэга есть время он меня учит. А как там Жерар?       Мирра и сама не заметила, как едва заметно нахмурилась. Но вслух с воодушевлением сообщила: — Он очень мил. Мы гуляли целый вечер. Я подарила ему те зелья, о которых он столько говорил. Ну, те самые — исцеляющие высшие. Он был необычайно рад. Еще он записался в дозор до Унчарды. Там хорошо платят.       — А не ты ли помогла ему туда устроиться? — настороженно прищурилась Катарина.       — Да... — протянула Мирра. Ей отчего-то стало неловко. — Что-то не так?       — Нет, я просто уточнила. — заверила дочь графа. Происходящее нравилось ей все меньше. Подаренные Миррой зелья были ОЧЕНЬ дорогими. Да и устроиться в тот дозор — явно дело непростое. Слишком много выгоды для Жерара от этих необычных отношений.       Но пока это только ощущения и говорить Мирре явно не стоит.              Джош снова наведался в свое тайное убежище. Это место одновременно притягивало и пугало его. В магии, тем более столь непривычной, необходимо было постоянно тренироваться.        Свечи, благовония, чаши с зельями, магическая фигура, кристаллы... После пары простых заклинаний вроде укрепления собственного тела и сокрытия Темной ауры, герцог сделал то, что изначально и собирался.              А именно — уснул. Прямо в магической фигуре. Именно во сне Джош Юншин два года назад впервые увидел того, кто научил его магии Тьмы.       Тот сам явился к нему, говорил мягко и убедительно. В самом начале — на нейтральные темы. Джош полагал, что это просто сон и не более. Но все становилось все реальнее... Советы, которые давал новый знакомый основательно помогали в жизни. Юноша полагал это собственной интуицией.       Когда молодой аристократ осознал, что собеседник из сна реален и он ДЕМОН было уже поздно. Птичка попалась на крючок. Юншин, которому тогда было девятнадцать, в начале испугался и сжег все магические атрибуты, приобретенные по совету незнакомца из сна. Неделю он трясся, опасаясь, что за ним придут Инквизиторы...       Потом думал сам пойти и покаяться. Но мигом понял, что его сожгут, как еретика. А потом умер отец. На юношу навалилось враз столько неприятностей, что нервы просто не выдерживали... Он так долго жил в тени грозного родителя и был... несколько избалован. Не привык сам решать возникшие сложности. И вот — навалившиеся проблемы подкосили решимость Джоша.       Он чуть не лишился права наследовать титул из-за вредного братца — старшего сына отца от любовницы. Именно тогда Джош снова обратился к демону. К тому времени человек слишком устал. Ему было почти все равно...       Покровитель — столь же уверенный и властный, как недавно почивший отец, но куда сильнее и умнее, убедил его, что демоны в этот раз победят. Но убивать всех людей им совершенно не нужно и не выгодно. Изначально лояльные хумансы сохранят власть и положение в новой империи.       Это вполне устраивало Джоша. Стать наместником при новом режиме. С герцогским титулом демон не обманул. Братец-бастард отправился к предкам... Жизнь стала налаживаться. Инквизиторы так и не явились — ни на следующий день, ни через месяц, ни через год... Всего-то и надо было аккуратно следовать инструкциям и иногда выполнять поручения. А взамен — сила... Упоительная и чарующая. За нее человеческий организм несет расплату. Но это потом... Цена высока, но оно того стоит.       — Я сумею отказаться в любой момент. Если пойму, что тело сдает. Или — что демоны проигрывают. — убеждал себя Джош. — Уничтожу все предметы в тайнике, выпью целительное зелье посильнее, почищу ауру, и никто ничего не узнает... Кто бы ни победил — я в выигрыше. А пока... мне нужна сила. Я так близок к цели.              Покровитель, который представился Джошу Сноходящим, явился почти сразу же, стоило герцогу уснуть.        Как и всегда, он вышел из тумана — высокий, статный, широкоплечий, весьма сходный с человеком, если не обращать внимание на рога, проступающие из гривы густых пепельно-серых волос, и алые глаза с вертикальными зрачками. А также хвост и когти. Раньше Сноходящий прятал свою суть, но после того, как подопечный узнал правду — перестал.       — Здравствуй, Джош. Тебя долго не было... — зазвучал в пространстве сновидения мягкий чарующий бархатный голос.