Кажется, это был не тот герой!

Три года назад.       Джош рухнул на кровать. Его трясло, и он был совершенно измотан. Хотелось кричать и плакать от бессилия. Но он не мог себе этого позволить — даже в краткие моменты уединения.       — Как все могло внезапно стать ТАК плохо?! — пронеслось в голове юноши.       — Кто знал, что до женитьбы на матери и моего рождения отец долгое время жил в Сулмони и был женат на местной дворянке по тамошним варварским обычаям. Поганые иноверцы — последователи церкви Праведного гласа. Ну кто в здравом уме будет отрицать написанное в Житие Марфара Тагорского? Дикари эти сулмонийцы — не иначе! И брак по грязным иноземным законам — и не брак вовсе! Та женщина никогда не была настоящей женой отца, как моя мать! Моих родителей венчал настоящий святонебесный священник! — примерно так размышлял Джош, сотрясаясь всем телом.       В Сулмони случились военные беспорядки, разлучившие супругов. Беременная жена оказалась в осажденном городе. Вскоре отец посчитал и ее, и ребенка погибшими и покинул страну. Спустя пять лет унаследовал титул. Он до конца жизни так и не узнал, что его сулмонийская любовь прожила еще три года. Сына забрал к себе ее родич из Скарумды. Старший ребенок герцога Вальхорского вырос в святонебесной вере и занял довольно высокое положение на новой родине.       А после смерти отца каким-то образом узнал об этом прискорбном событии и явился в Лиран претендовать на герцогский титул и земли. Будь он просто язычником-иноземцем вес его притязаний был бы смехотворен. Но... связи и деньги в Скарумде, истинная вера, старшинство. Положение Джоша сильно усложнилось. Обращение к Его величеству ничего не дало – Шэгдон был поглощен очередной войной и распорядился «разобраться самостоятельно». Разве что поручил магам проверить подлинность происхождения новоявленного кандидата – оно полностью подтвердилось.       Даже сейчас Блейз — старший сын отца — в компании приехавших с ним знатных приятелей из Скарумды, вольготно устроился внизу — в малом зале... Они пили и обсуждали планы. Выставить их, пока дело о наследовании не решится, никак не получалось. Мать почти постоянно плакала — после смерти любимого она сильно сдала. А теперь еще и известие о ребенке герцога от другой женщины, опасность для родного сына потерять титул и земли...       — Эти гнусные варвары доведут матушку. Как есть доведут. — думал Джош. — Ох, как бы я хотел, чтобы Блейз умер! Это решило бы все проблемы.       Измотанный Юншин уснул. В его сумбурные тревожные видения снова пришел Сноходящий. Как и много раз до этого… А потом Джош узнал, с кем имеет дело и прогнал порождение Тьмы. Но, похоже, тревоги и сомнения снова открыли демону путь. Слишком многое их связывало, слишком много за спиной часов откровенного общения, много советов и помощи от необычного собеседника из сна. Юноша и сам себе никогда бы не признался, что скучал. У него редко находились достойные интересные собеседники, готовые выслушать и поддержать.       Так что сейчас Юншин был одновременно рад и не рад видеть Сноходящего. Какое-то время демон просто молча сидел поодаль, сочувственно глядя на юношу. Джош разозлился.       — Уходи, я не желаю тебя видеть! — завопил он.       Тот лишь усмехнулся: — Если я уйду, то ты останешься один со своими проблемами, Блейз получит титул, выставит тебя и твою мать из дома... Тебе нужна помощь.       — Если я приму твою помощь, то меня сожгут на костре инквизиторы... — уже куда менее гневно и уверенно произнес юноша. Формулировка понравилась Сноходящему – человека волновал не моральный аспект, а лишь возможное наказание.       — Никто ничего не узнает, если ты будешь осторожен. — заверил собеседник. Его голос мягко лился в уши. — Кроме того, Героя все нет. У нас неплохие шансы на победу. И тебе будет безопаснее иметь надежный... запасной вариант.       Джош нервно закусил губу.       — Ты можешь сделать так, чтобы Блейз умер? — тихо проговорил он, попутно думая: — Это только на один раз. Ничего не случится. Я решу свои проблемы и больше не выйду на связь...       — Ты сам все сделаешь. Я лишь подскажу как... — улыбнулся демон.       Через пару дней Блейз погиб на охоте и Джош стал герцогом Вальхорским... Джош так и не узнал, что все это время Его величество пристально следил за происходящим. Аристократия никогда не приняла бы в свои ряды – тем более в качестве герцога – иноземца, пусть даже из дружественной страны. Блейз был воспитан иначе, его связи, родные, друзья – все были скарумдскими. Но когда Блейз внезапно погиб, и король, и его начальник разведки решили, что Джош ловко подстроил несчастный случай. И ничего не имели против. Всего лишь подтверждение самостоятельности.              Наши дни.       — Я рад тебя видеть. — Сноходящий положил руку на плечо Джоша. — Ты добился неплохих успехов, пошатнув веру в Героя. Несмотря на все опровержения — осадок в сердцах останется.              Герцог вздрогнул. Демон знал многое из происходящего в Лиране. Слишком многое.       — У него наверняка много агентов. — в который раз отметил Юншин. — И они конечно же, в числе прочего, шпионят и за мной...       — Спасибо за похвалу. Я тоже рад встрече. Не хотел выходить на связь из соображений безопасности. — отозвался Джош. Он лукавил лишь отчасти. Присутствие демона странно будоражило. Это было скорее приятно, чем нет. Так что да – юноша скучал…       Сноходящий давно не мог сниться ему по собственной прихоти — лишь когда герцог засыпал в специальной пентаграмме. Но видеться часто было опасно.        — Разумно, Джош. — рука скользнула к шее. — У меня к тебе... небольшая просьба.        — Слушаю... – с готовностью отозвался тот.       — Я разыскиваю одного юношу. Лет двадцать, очень красивый, сейчас находится где-то в Лиране. Из примечательного — не святонебесной веры, даже знак не носит и не может молиться. На спине — шрамы. Очень заметные. На левой руке браслет — впивается в кожу, не снимается, виден только Темным зрением.       — А цвет глаз или волос? Иноземец? – деловито уточнил Джош.       — Это мне неизвестно... — протянул Сноходящий. — Выяснишь сам.       — Вы представляете сколько в Лиране красивых юношей? — Юншин едва только за голову не схватился. — Сдирать со всех рубашки, чтобы посмотреть спины? Шрамы есть у многих простолюдинов...       — А вот в церковь не ходят очень немногие. Наведи справки, ты же умный. Гораздо умнее прочих... — фраза сопровождалась клыкастой усмешкой. Сноходящий дразнил собеседника, намекая, что парнишку будет искать не только Джош.       — Я его найду... — пообещал юноша.       — Вот и хорошо. Не сомневался в тебе. — весело отозвался демон, вливая в подопечного силу. Это было невероятно приятно. Каждая частичка тела упивалась энергией. Джош даже немного подался назад, чтобы плотнее прильнуть к теплой крупной руке с когтями и закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях.       — Жаль, что Грэга, Шэгдона, Первосвященника, Героя со спутниками ритуалами не достать. — размышлял Джош после того, как Сноходящий ушел. На всех перечисленных стояла защита. Дистанционной магией их было не достать. Но... оставались иные методы.       За этими размышлениями колдун проснулся. Привычно прибраться в убежище и незаметно покинуть его, тщательно заперев за собой. Аура чиста и не фонит Тьмой, вид самый что ни есть благообразный.              — За все время я так ни разу и не видел господина Шинду. – заметил Мэйс во время очередной беседы. – Он точно не возражает против моих визитов?       Аттани лишь отмахнулся: — Разумеется – нет. Господин почти все время занят у себя в лаборатории и предпочитает поддерживать связь с внешним миром в основном через меня. В вопросе выбора гостей он мне также полностью доверяет. Лишь бы его самого не беспокоили.       — Понимаю. – кивнул Герой.       — Фардо и Марко день деньской так шумят, что на их фоне ты точно не заметен. Так что не волнуйся. – заверил дриад с улыбкой.       Святой тоже улыбнулся. Ему нравились непоседливые шкодные горгульи.       — Хмм… Это, наверное, нескромный вопрос, но… у господина Шинду в городе очень суровая репутация… — осторожно начал Мэйс.       Рыжий кивнул: — Господин очень гордится своей репутацией и долго ее создавал, распуская нужные слухи. Благодаря этому к башне не лезут всякие проходимцы. Настоящего «очень темного злого колдуна» церковь бы не потерпела. Уважаемый – просто сильный иноземный маг с немного неуживчивым характером. У господина Шинду контракт с городскими властями – так что все совершенно законно.       — Примерно так я и думал. – кивнул Мэйс, чьи догадки только что подтвердились.       — Извини за расспросы. Просто… Я столько раз бывал здесь и толком ничего не знаю о хозяине этого обиталища. Даже не видел ни разу. – продолжил юноша. – Как-то неловко.       — Господин Шинду немного ворчлив, но он довольно добрый. – добавил дриад. – Но идти к нему знакомиться точно не следует – он видел тебя в магических зеркалах в коридоре и просканировал ауру – этого для него достаточно. Если уважаемый захочет поговорить – он даст знать.       — Хорошо. – понятливо отозвался Святой. Он и сам не особо жаждал личного знакомства с таинственным магом-интровертом.              Карета слегка покачивалась. Зашторенные окна. Никаких гербов на дверцах. Подкованные копыта четверки породистых черных коней выбивали мерное цок-цок по булыжной мостовой. По крыше накрапывал дождь. Аттани поплотнее закутался в теплый плащ. Расположившийся напротив спутник молчал. Грубоватые черты лица, серые прямые волосы, пристальный взгляд, камзол, скорее напоминавший кроем военный мундир. Николя Лоулен – помощник графа Герцолли – пристально наблюдал за рыжим. Ему было велено доставить менестреля в загородную резиденцию господина.       Булыжная мостовая сменилась проселочной дорогой. Карету стало трясти чуть больше… Аттани прислушивался к происходящему снаружи и размышлял. Тяжелый взгляд сопровождающего немного раздражал. Особенно в сочетании с напряженной тишиной.       Так что, когда карета замедлила ход и остановилась во дворе особняка, рыжеволосый вздохнул с облегчением.              — Рад тебя видеть, сокровище мое. Дорога была приятной? Не промок? – в отличие от помощника граф Гуго Герцолли говорил без умолку. – Будет печально, если ты простынешь и пострадает дивный голосок.       — Ах, благодарю. Дорога была вполне приятной. В карете было очень тепло. – заверил Аттани. Интонациями он сейчас мало походил на мудрого советчика, с которым привык общаться Мэйс.       — Отлично-отлично. Можешь немного отдохнуть. Апартаменты подготовлены. – щебетал воодушевленный хозяин особняка. Он был низкого роста, с наметившимися залысинами и уже заметным брюшком, скрыть которое не мог даже широкий расшитый пояс. Зато одеяние графа поражало воображение вычурным богатством – все по последним требованиям лиранской моды.       Апартаменты также оказались роскошными – от тяжелых штор из иноземной ткани, до шелковых расписных ширм и резных столиков. Аттани усмехнулся и попробовал оставленные для него фрукты, проигнорировав вино в инкрустированной полудрагоценными камнями кубке. Дверь ожидаемо оказалась надежно запертой.       Легким движением отведя край шторы в сторону, менестрель созерцал двор богатого дома. Гости съезжались. Одна карета следовала за другой.       Примерно через час Аттани отвели в большой шумный зал. Смех, вино, звон бокалов, пышность нарядов и убранства. Закрытый прием в особняке сильно отличался по атмосфере от недавно прошедшего во дворце весеннего бала.       Высокородных матрон и девиц-аристократок здесь видно не было. На мероприятиях, подобных этому, благородные лорды предпочитали отдыхать вдали от глаз благоверных супруг, сестер и дочерей. Зато в зале присутствовало много юных симпатичных низкородных, призванных скрасить вечер и ночь гостям. Они сновали меж приглашенными, беседовали с ними, усаживались рядом – все ближе и фривольнее с наступлением темноты, пили вино и смеялись. Если не заглядывать в тусклые, полные тоски и отчаяния глаза – можно было бы решить, что им тоже весело.       Аттани исполнил несколько песен. Их содержание также становилось все игривее. Спустя несколько часов шумных развлечений, аристократы и их спутники и спутницы разошлись по более уединенным местам, чтобы продолжить праздник несколько иным образом.       Менестреля ждал у себя граф. Он покинул зал чуть раньше и юношу проводили к нему – а правильнее сказать – конвоировали – слуги… Звезду вечера хозяин приберег для себя.       — Наконец-то. Я уже в нетерпении. – Гуго Герцолли сделал шаг к дриаду. Нетерпение и похотливый блеск в глазах. Аттани едва заметно поморщился…