Кажется, это был не тот герой!

      Героя и спутников разбудили за два часа до заката. Им выдали еды и питья. В качестве питья предлагалось странное травяное зелье, остро пахнущее чем-то горьким. Памятуя наставления, Мэйс героически запил неприятным отваром грубые лепешки.       — Если особо не задумываться и не принюхиваться, то вполне можно жить. — подумал Святой.       Сон в шатре из шкур на жестких лежанках тоже был приемлем, вопреки запахам и далеко не идеальной чистоте вокруг.       Тяжелее прочих пришлось Мирре. После ухода из родного поселения — еще более грязного, чем орочье, она крайне болезненно воспринимала любые проявления недостатка гигиены. Это напоминало о покинутом и далеко не благополучном доме... А вспоминать совсем не хотелось. Потому сама воительница была необычайно чистоплотна и болезненно реагировала на любые высказывания о "грязных неумытых вонючих ограх".       После ужина предстояло освоить езду на поллуках, чтобы вовремя поспеть к ритуальному кругу.       Герой действовал четко по инструкции. Внимательно посмотрел в глаза своему ездовому животному, положил ладонь на теплую мохнатую морду и немного подождал. Вскоре поллук и правда позволил накинуть на широкую спину седло и взобраться на себя. Стоявшие рядом орки произнесли нечто одобрительное на своем наречии.       Поллук оказался удобным и теплым. Удержаться на широкой спине при ровном беге было не особо сложно. А в холодный степной вечер густая шерсть грела словно плед. Следующий успех ждал Чанси. Пухленький русалид оказался ловким наездником.       — Почти как ездовые сомы. — пояснил он с улыбкой.       А вот Мирру ее поллук — крупный и выносливый — невзлюбил с первого взгляда. Возможно, унаследовал неприязнь к ограм от хозяев. Стоявшие рядом орки обидно перешучивались. Недовольная девушка решительно огрела животное промеж глаз. Поллук недовольно взревел, но подчинился, перестав фыркать и пытаться бодаться. Огресса гордо устроилась в седле.       Наблюдатели притихли. Троица пустилась в путь. Ехать было не особо долго. Товарищи оказались на месте за полчаса до заката — еще издали увидели круг из больших грубо обтесанных камней, которые темнели на фоне алого неба словно огромные колонны. В самом центре круга располагался поваленный отполированный дождями и ветрами камень -тот самый алтарь, на котором в конце третьей ночи испытания появится рубин.       Группа спешилась, привязала поллуков внутри круга, подальше от края, и завязала им глаза, дабы те не пугались духов.       Мэйс принялся готовиться. Прошелся по периметру святой водой, начертил защитные символы, подготовил заклинание, так что в него оставалось лишь влить энергию в момент возникновения опасности.       — Оркам хорошо — сидят себе спокойно в деревне — там и духи не так активны, и тотемных столбов с защитными амулетами несколько сотен, и шаман с помощниками много поколений барьер возводили. — пожаловался Чанси.       — У меня защита не хуже! — заверил Герой. — А может даже и лучше.       — Прости. — смутился русалид. — Твоя защита — самая лучшая. Просто мне обидно, что нас спровадили решать чужие проблемы, а сами остались спать.       — Это и правда обидно. — вздохнул Мэйс. — Но такая уж работа у Героя и спутников — решать проблемы всего мира.       — И не поспоришь. – улыбнулся Чанси.              — Мы готовы. – кивнула лунная, пробежавшись пальцами по клавиатуре и переместив несколько кристаллов.       — Отлично. – кивнул Лаэрн. – Наращиваем мощность сигнала постепенно, так чтобы лесные ничего не заподозрили.       — Принято, господин. Двадцать процентов мощности. – отозвалась инженерка по связи.       После пробуждения Колодца Луны подпространство стало куда теснее связано с миром. Раз сам Колодец заблокирован – без посторонней помощи лунным не выбраться. Но вот если им помогут извне – это более, чем реально. Чтобы послать сигнал достаточно крохотной щелочки в броне изоляции, наложенной союзниками – Иешуной, Лираном и Вековечным лесом. Почти во всех хоть сколько-нибудь крупных королевствах есть сферы для дистанционной связи, которые смогут принять послание. Особую надежду глава лунных возлагал на Дамерру – небольшое, но крепкое королевство у подножия Гряды Дракона. Расположено не слишком далеко от Вековечного леса, приятный климат, природные богатства, большое население, немного отстает от соседей в экономическом развитии. Но магия на достаточном уровне, чтобы по инструкции открыть портал. Не связана с Лираном никакими договорами. Церковь Святых Небес не чтит, ибо поклоняется Богам-близнецам. В дополнение к плюсам – амбициозный, но не слишком умный и опытный правитель. Всю эту информацию Лаэ успел получить до того, как портал в мир запечатали.       — Есть отклик. Дамерра отзывается. – сообщила оператор.       — Увеличить мощность на пятнадцать процентов. Устранить помехи. – распорядился Лаэрн.              — Лунные эльфы?! – Цахейн Лорко Третий – правитель Дамерры был крупным молодым мужчиной под тридцать – с аккуратной бородкой, полными губами и курчавыми темно-русыми волосами. В настоящее время он изумленно смотрел в шар связи, не веря своим глазам.       — Да, уважаемый. – улыбнулся Лаэ. – Сегодня у Дамерры счастливый день. Мы намерены покинуть подпространство, где провели последние пятьсот лет и ищем союзников. Нам нужна территория, где мы сможем разместиться. В обмен мы предлагаем магию и технологии, которые недоступны вашим соседям. Дамерра опередит в развитии Касарм, Иешуну и Лиран.       Далее последовала небольшая демонстрация возможностей зимнего города. Она явно произвела огромное впечатление на правителя людей. Откровенно говоря, Цахейн был простоват и не особо умел скрывать эмоции – все, что он думал и чувствовал было крупными буквами написано у него на лице – по крайней мере для хитрого эльфа.       — Это… интересное предложение. – дамеррец нервно сглотнул. – Как много воинов вы планируете переместить в мир?       — Для начала тысячу – не больше. – поспешил успокоить его Лаэ. – Плюс боевая техника. Но вам нечего опасаться – мы подпишем магический договор о военном союзе.       — Я и мои советники должны тщательно изучить его. – Цахейн все еще пытался осторожничать, хотя, судя по алчно горящим глазам – заглотил наживку целиком. Чудеса зимнего города манили его.       — Всенепременно, уважаемый союзник, всенепременно. – мягко улыбнулся эльф.              — Этот Цахейн — наивный идиот. – проговорил Лаэ.       — Примитивен даже по невысоким меркам хумансов. – кивнул его собеседник – Даниэль.       — Шансы, что он выдаст наши намерения крайне низки. Но… не стоит терять бдительность. – предупредил правитель.       — После того, как он подпишет магический договор нам нечего будет опасаться. Едва ли глава Дамерры или его советники заметят в документе ловушку. – заверил Душа города.       — Кстати, уже завтра у тебя появится напарник. – улыбнулся Лаэ.       Даниэль довольно кивнул: — Отлично. Одному справляться непросто.       Правитель поморщился. Эти слова напомнили ему о сбежавшем брате. Почти весь город счел Ульри коварным предателем. Лунные упоминали его исключительно в негативном ключе.              Мэйс почувствовал их приближение заранее. По коже пробежал странный потусторонний холодок, а сердце сжалось в тревожном предчувствии. Он активировал защиту и дал знак друзьям приготовиться.       А потом пришли они — просто выплыли из подступающей темноты ночи — сияющие, прозрачные, размытые силуэты, похожие одновременно и на людей, и на орков. Но на орков в большей степени.       Их было много — сотни и даже тысячи. Духи попробовали приблизиться к троице, но барьер остановил их. Мэйс ощутил мощное давление — будто он оказался в толпе и его со всех сторон активно пихает множество чужих рук, спин и плеч. Это пугало. Вдох-выдох. Успокоиться и сосредоточиться — как учил Аттани.       Духи почти не двигались, лишь изредка отдельные переплывали с места на место. Но большую часть времени просто стояли и давили, что есть сил.       — Они ведь здесь? — уточнил Чанси, положив руку на плечо товарища для поддержки.       — Да, здесь. — кивнул Герой, подивившись, что водный шаман не способен видеть духов. От ладони русалида по телу растекалось блаженное тепло — очень родное и успокаивающее.       Прошло около часа. Мэйс все отчетливее видел духов. На их лицах сияли знаки из точек и линий, каждый был немного схож с какими-то степным животным — у кого-то рога оленя, у кого-то клыки, уши и хвост степного кота, у кого-то — рога поллука и волосы густые и извитые, как его шерсть. Это было по-своему красиво.       — Теперь и я вижу. — тихо сообщил Чанси. — Это так прекрасно! Странно, разве степные шаманы не должны любить и почитать своих духов? Я общаюсь с духами воды и те помогают. Ну, если водоем СВОЙ.       — Вот и мне это странно. Они не похожи на врагов. — кивнул Мэйс.       Мирра насупилась — она — единственная из всех — не могла видеть прозрачных визитеров. Теплый плед, разогретое магией травяное тонизирующее питье, зелье маны. Так прошел еще один час. И ещё...       — Расход энергии больше, чем ожидалось. — забеспокоился Святой. – Давление начинает нарастать.       — Кажется, духов все больше… — нахмурился Чанси. – Так не должно было быть.       — Похоже, они против того, чтобы мы забрали рубин. – заметила Мирра.       Святой влил еще больше энергии в защиту и закусил губу. Летние ночи коротки, но до рассвета еще много времени. А значит надо выстоять.       Поллуки издавали жалобные звуки и пытались сорваться с привязи. К счастью, им это не удалось.              — Потрясающе! Создать столько льда совсем без воды! – Ундовиэль, взявшийся проверить магические способности Ульри. Все пространство на дюжину метров вокруг было покрыто сияющими прозрачными глыбами. Острые, переливающиеся, немного разных оттенков – они играли бликами в свете солнца. И даже не спешили таять, источая столь необходимую в жаркий летний день прохладу.       — Я давно не практиковался, но все еще кое-что помню. – признался эльфенок. – Раньше мне очень нравилось возиться со льдом, создавать фигуры из него, разные предметы…       — Покажете, насколько велико Ваше искусство? – попросил дворцовый маг.       Ульри кивнул и сосредоточился. Спустя минуту перед ним возникла его точная копия в полный рост, но из прозрачного льда. Еще одно усилие и поляну украсила ледяная статуя Ундовиэля.       Маг прищурился, разглядывая итог колдовства.       — Весьма похоже. – изрек он после краткого раздумья.       Ульри присел на камень.       — Немного устал. – пояснил он.       Маг понимающе кивнул.       — Я опасался, что забыл магию льда пока был Душой города… — признался эльфенок.       — У Вас отлично получается. – заверил Ундовиэль. – Неплохой запас маны и достаточно филигранная техника. Надо бы выяснить – сколько может продержаться этот лед и насколько он прочен.       — Обычно достаточно прочен. Прочнее обычного. – задумался парнишка.       Проверка показала, что творения Ульри намного прочнее обычного льда – приближаются по стойкости к металлу. От огня тают достаточно быстро, но опять-таки не так быстро, как природный лед, ибо холоднее его. Без рассеивания магии ледяные изделия способны существовать до пары дней – даже в летнюю жару.       — Впечатляет. – заметил маг, успев насмотреться на ключи из льда, мечи из него же. А также метательные ножики и многое другое.       — И все лунные могут подобное? – обеспокоенно уточнил колдун.       Ульри отрицательно мотнул головой: — Есть около пары сотен тех, кто сильнее меня, но большинство моих бывших сородичей – слабее в магии. У меня довольно тонкая техника работы и высокая скорость. Но есть те, у кого запас энергии и выносливость в колдовстве много больше. Я видел тех, кто создавал поля льда на сотню метров. Например – мой брат…       После упоминания Лаэрна Ульри невольно сник.       Ундовиэль ободряюще потрепал его по плечу, не забыв отметить про себя, что мальчик назвал лунных «бывшие сородичи». Это не могло не радовать.              Самое страшное началось ближе к рассвету, когда Мэйс был уже до предела измотан и исчерпал весь запас зелий маны. Нечто приближалось сквозь толпу духов – нечто весьма крупное и сильное.       — Дух медведя! – испуганно сообщил Чанси, вливая в товарища свою энергию.       Медведь-орк был по крайней на две головы выше любого из присутствующих (за исключением разве что Мирры) и необычайно широк в плечах. Он издал громогласный рык, от которого сотряслись камни заклинательного круга и впился острыми когтями в созданный Святым барьер. Юноша истошно завопил. Поллуки блеяли и били копытами, не помня себя от ужаса. Но хоть не пытались убежать, а жались друг к другу в центре круга.       Мэйс держался, что было сил. Глаза застилал туман, кровь бешено стучала в висках, то и дело подкатывала тошнота. На Героя то и дело накатывало отчаяние.       — Это только первая ночь седьмого деяния! Что будет дальше?! Я не справлюсь! Подведу весь мир – погибну сам, погибнут Чанси, Мирра, Аттани и прочие! – в панике думал Мэйс. Но продолжал держаться. Голоса друзей, доносившиеся словно откуда-то издалека, вели и поддерживали его. А еще – прикосновение теплой руки русалида к плечу. Оно было словно теплый луч среди мороза или солнечный зайчик на темной стене.       — Солнце! – возопил Чанси, что есть силы, когда горизонт окрасился алым – лишь немного, по самому краю, но этого было достаточно. Давление ослабло. Духи начали отступать. Первым ушел медведь. За ним последовали остальные. Наступало время живых и материальных.       Мэйса аккуратно опустили на траву. Мирра влила ему в рот целебное снадобье.       Святой не знал точно, сколько прошло времени, но едва ли больше часа. Он пришел в себя от звона оружия и громких криков на орочьем. Сражение шло в паре сотен метров от каменного круга.       Чанси уже отвязывал поллуков, а Мирра подхватила Героя на руки и устраивала перед собой в седле.       — В чем дело?! – поинтересовался окончательно очнувшийся иномирец.       — Ох, ты очнулся! Как хорошо! Другой клан пытается отбить тебя и заполучить с твоей помощью рубин для СВОЕГО вождя. – пояснил русалид, запрыгивая на спину второму поллуку.       В троице неслось несколько зеленокожих воинов с незнакомыми клановыми знаками, а им наперерез мчались орки клана Гул-Док, где правил Хиззам – отец Брока.       Троица пустила поллуков в галоп. Того, на котором приехал Мэйс пришлось оставить – пересаживать Святого не было времени. Мощный поллук Мирры легко нес двух всадников. Стрелять чужаки опасались – целясь в поллука легко можно задеть ценного иномирца.       Преследователи гнали Героя и спутников почти до самой деревни, но там подоспело подкрепление, и чужаки поспешили ретироваться, чуть не словив стрелы.              — Тут такое часто. – пояснил военачальник Лурма. Он только что вернулся со своими воинами после боя с кланом Хат-Чи, в котором гул-дорцы одержали решительную победу.       — Какой-то клан иметь что-то ценное – прочие пытаться отнять. Потому и нужен рубин – всех объединять. – продолжил он.       — В качестве ценного сейчас Мэйс… — тихо вздохнул Чанси. Русалид даже не знал, что ему нравится меньше – то, что их чуть не убили духи или то, что троицу чуть не захватили представители чужого клана.       — Задание предстоит непростое. – заметил Святой. И с этим сложно было поспорить.