Кажется, это был не тот герой!

      — Коварный и злобный богомерзкий еретик! – недовольно фыркнул Джессил, одарив оппонента самым уничижающим взглядом.       — Не обязан я верить в вашего бога. Он к эльфам отношения не имеет, болван ты дубиноголовый! – отозвался Ульри.       — Наш бог благостен, един и велик. И если ты живешь в Лиране, то должен быть святонебесной веры. – не сдавался палладин. Спор проходил в глубине дворцового сада. У мастера Мэйса только что завершился сеанс массового исцеления и теперь он общался с принцем Грэгом и королем Шегдоном, а палладин просто бродил по окрестностям, коротая время. В отдаленной беседке ему встретился лунный и между хумансом и эльфом завязался оживленный диспут на теософские темы. Правда, диспут выходил не особо интеллектуальным.       — А вот и не должен я ни в кого верить! – Ульри скорчил рожицу. – Иди сам молись, если тебе шибко охота, а ко мне не приставай. Мне еще в магии надо практиковаться, дубиноголовый, упрямый ты тип.       — Ах ты мелкий остроухий паршивец! – Джессил принялся грозно надвигаться на эльфенка. Тот приморозил его тяжелые сапоги к земле.       — А ну отпусти, так нечестно! – возопил палладин.       — А нападать на того, кто меньше – честно? – Ульри показал иешунцу язык. – Зато теперь твои ноги такие же замороженные, как мозги.       — Прекрати. Холодно же! – взвыл Джессил. Лунный благоразумно приморозил только толстые подошвы, не тронув живую плоть. Но стоять на льду было весьма сомнительным удовольствием. Белобрысый воин начинал дрожать.       — Отпущу, если пообещаешь больше не обзывать еретиком и требовать всякие глупости. – прищурился Ульри.       — Но… — начал было Джессил. Увы, через стопы достучаться до его разума удалось намного быстрее, чем через уши, а промерзшие пятки действовали доходчивее слов.       — Ну, хорошо… Не богомерзкий еретик, а придерживающийся иного мнения представитель редкого народа. – примирительно выдал воин веры.       — То-то же! – улыбнулся Ульри и разморозил сапоги.       Палладин содрогался от холода.       — Пойдем, надо согреть тебя чаем, бестолочь. – примирительно предложил эльфенок.       — А ловко ты колдуешь. – вынужден был признать Джессил.       Ульри просиял от гордости: — Я много тренируюсь с наставником Ундовиэлем. Могу даже сделать меч изо льда – вполне острый и прочный.       — Ты хорошо фехтуешь? – уточнил палладин с неподдельным интересом.       — Нет. – смутился лунный. – Я вообще пока не особо крепкий физически. Месяц назад я еще не мог ходить… Меня вылечил мастер Мэйс.       Джессил сочувственно посмотрел на эльфенка, но постеснялся выражать свое сочувствие вслух и лишь сообщил: — Мастер Мэйс – он может. Он замечательный.       — А то! Мы с ним вместе от моих сородичей сбегали… — увлечено начал Ульри.       Пол часа спустя парнишки уже устроились в покоях Ульри и пили горячий чай из пузатых расписных чашек.       — Горячее питье такое вкусное. До сих пор не могу привыкнуть! – радостно болтал лунный. – И эти… пирожные. Если бы я мог растолстеть – давно бы поправился – столько их сейчас ем.       — Раньше ты не ел пирожных? – ошарашенно уточнил палладин.       Ульри развел руками: — Там, откуда я родом их не было. Там много чего не было – например лета.       — Да. Хорошо, что ты теперь здесь. – заметил Джессил.       Эльфенок довольно кивнул и ухватил с подноса очередное пирожное.       Через час палладин засобирался – через десять минут ему надо было быть у Восточных ворот дворца – сопровождать Святого до дома вместе с иешунскими собратьями.              — Вы не можете так поступить! У нас договор – король Дамерры Цахейн схватился за сердце. Лаэрна неимоверно раздражало, как этот неуклюжий хуманс испуганно пучил глаза и хватал ртом воздух.       — Могу и поступаю! – усмехнулся лунный. – Следовало внимательнее читать то, что подписываете.       За спиной правителя лунных стояло не меньше трех дюжин закованных в броню воинов-дивных. И броня эта значительно превосходила по уровню ту, в которую облачалась гвардия Дамерры. Равно как и оружие намного превосходило оружие хумансов. Теперь обезоруженные гвардейцы толпились под замком в соседнем зале.       Дамеррийцы попробовали противостоять захватчикам при помощи полученных от них технологий, но те предательски выходили из строя в руках хумансов. Предусмотрительные лунные встроили в свои «подарки» защитный механизм, не позволявший своим достижениям уплыть в чужие руки.       — Негодяй! – с несколько истерическими нотками в голосе выдал человеческий правитель.       Лаэ насмешливо покачал головой: — Вот только не надо строить из себя святую невинность и утверждать, что вы не планировали нечто похожее, только немного позже – после того, как мы поможем вам завоевать соседей?       Цахейн нервно закусил полные губы. Не далее, как вчера на тайном совещании он с советниками обсуждал варианты избавления от опасных союзников. Теоретически, в случае необходимости… Но переубеждать Лаэрна было бессмысленно.       — Общество не потерпит правителя-эльфа! – выпалил король нервно.       Лунный кивнул: — Пока – да. С этой мыслью им еще предстоит смириться. Именно поэтому мне нужен ты – в качестве марионетки. Так что можешь не дрожать – и ты, и твои люди уцелеют.       Цахейн нервно сглотнул.       Лаэрн прошел мимо него и занял место на троне. За пределами дворца о смене власти пока не должен был знать никто.              Бириэль прошлась по комнате, шурша длинным платьем. Ей нравилась местная мода – изысканная и утонченная. А еще красавица обожала местный климат и фрукты.       — Мы достаточно прочно обосновались здесь. – заметила она. – И наши технологии позволят расширить границы.       — Я бы не стал с этим спешить. – бросил Лаэ, делая глоток вина.       Бириэль нахмурилась: — Этот предатель Ульри наверняка разбалтывает наши секреты. Чем дольше мы ждем, тем менее значительным становится наше преимущество.       — Я сам решу, как следует поступать. А «этот предатель» – мой брат. – мрачно напомнил правитель лунных. В первое время он и правда злился на младшего, но сейчас успел многое переосмыслить.       — Он должен быть казнен за измену родине! – напомнила лунная.       Лаэ поднялся с кресла.       — И думать забудь! – зло гаркнул он.       Бириэль притихла. Она понимала, в какие моменты с Лаэрном лучше не спорить.              — Ты уверен? – Лаэ приподнял брови.       — Боюсь, что да, повелитель. Дела в Румерне обстоят весьма плохо. А это опасно и для нас. – заверил Душа города.       — Я понял. Необходимо все обдумать. – кивнул правитель. – Спасибо, Даниэль.              Слежку за чужаками взяли на себя эльфы общины Запретного квартала. Они незаметно наблюдали за входящими в странный дом и выходящими из него людьми, записывая и запоминая. Дозорный пост на крыше соседнего здания позволял оставаться незамеченными.       Несколько дней спустя дивные и орки не сомневались – по соседству разместилась или очень могущественная банда, способная раздобыть и подпитывать защитные амулеты от местных недружелюбных обитателей или же… кто-то пострашнее.       Магов среди чужаков было мало. А те, кто и был – не слишком высокого уровня. Это все, что удалось вызнать, не подвергая себя лишнему риску и действуя только в дневные часы, когда нечисть Запретного квартала была наименее активна.       Но и эти данные заставляли насторожиться и задуматься. Информация была передана господину Мэйсу. А тот сообщил ее Аттани и принцу Грэгу, так как сам готовился к выполнению Восьмого деяния.              — Все в порядке, господин? – обеспокоенно поинтересовался Тха-Лу. Инкуба немного пугало, когда Его темнейшество вот так проваливался в свои мысли и сидел, подолгу уставившись в одну точку.       — Что? Да, Лу. Все хорошо… — не сразу отозвался глава Темных. У него был весьма отстраненный вид и печальный взгляд. Впрочем, фаворит знал – именно так обычно выглядел Князь вне официальных приемов и военных советов.       — Такой одинокий и потерянный… — невольно подумал Тха-Лу, смущенно осознавая, что жалеет владыку демонов. Впрочем, Князь никогда не был груб или жесток с ним. Единственным случаем, когда он отказал инкубу в просьбе была ситуация с Сай-Мирро.       Нынешний правитель Темных крайне мало напоминал предшественников – как внешне, так и внутренне. На советах порой казалось, что он не слушает, погруженный в свои мысли. А потом одним точным замечанием Его темнейшество давал знать, что в курсе всех событий – и разбирается в происходящем куда лучше прочих присутствующих.       Дюжину раз Князя пытались свергнуть. Никто из тех, кто принимал участие в этих попытках не уцелел. И потому Князя боялись и уважали. Даже вопреки не слишком крупному для демона росту и не особо мощному телосложению. Глава демонов был необычайно силен магически.       Тха-Лу подвинулся ближе, вглядываясь в тонкие заостренные черты бледного лица, обрамленного черными, как вороново крыло, волосами.       — Размять плечи? – предложил фаворит, касаясь тонкими пальцами кожи у основания шеи. – Это снимет напряжение…       — Да, Лу. – Князь сначала накрыл руку инкуба своей, а затем притянул ближе и поцеловал пальцы, после чего отпустил.       Лу избавился от привычных браслетов, чтобы было удобнее, стянул с господина рубашку и принялся массировать плечи. Глава Темных довольно зажмурился. Боль и напряжение и правда уходили. Спустя какое-то время он притянул инкуба к себе.       — У тебя очень нежные руки. – прошептал Князь, возясь с завязками шелковой одежды фаворита.              — Какая полезная информация… — протянул кардинал Эрнесто. – Так значит Ваш сканер определил это.       — Да, Ваше преосвященство. – кивнул Юншин. – Я склонен доверять ему. И совершенно уверен, что этот еретик – Каллеб вовсе не встал на путь исправления. Более того – Он Темный. Ему каким-то образом – не иначе как при помощи амулета – удалось обвести вокруг пальца всех в Лиране и в Иешуне, скрыть свою злокозненную богомерзкую грешную ауру.       Кардинал прищурился: — Возможно ли, что Святой знал обо всем и целенаправленно прикрывал Темного?       — Еще как возможно, Ваше преосвященство. – заверил герцог.       Собеседники обменялись понимающими взглядами.              Румерн встретил Героя и спутников дождем. Вода падала с низкого сизого неба тяжелыми каплями. Чанси блаженно подставлял влаге лицо и довольно щурился. Русалиду нравилась такая погода.       — Примерно через час покажется город. – сообщила Мирра.       Мэйс задумчиво кивнул. Румеррийцы не позволили открыть портал прямо в своей столице, что логично – это было бы нарушением правил безопасности королевства. Да и телепортироваться в город намного опаснее, чем на открытое пространство.       Так что Святой и его товарищи уверенно шли по дороге в сторону Румерской столицы под накрапывающим дождем. Чанси наложил на друзей защиту от промокания, а сам с удовольствием впитывал влагу. Чешуйки на его коже ярко поблескивали.              — Рад вас приветствовать. Большая честь! Отдохните с дороги. – уверял полноватый распорядитель дворца. Что-то в его манерах – суетливых и излишне вежливых – не нравилось Мэйсу.       — Хорошо. Спасибо. – отозвался Святой, не забывая сканировать все вокруг. Чувство смутной тревоги не утихало. Хотя внешних поводов для него, кажется, не было. Даже город, через который троица добиралась до дворца, производил впечатление чистого и благополучного – простенькие крепкие дома, уютные дворики…       — Когда мы сможем поприветствовать Его величество? – уточнил Герой, имея в виду Себастьяна Вингосси Третьего – правителя местных земель.       — После выполнения задания. – заверил распорядитель. – Он пока очень занят.       Это было немного необычно. Как правило главный предпочитал лично знакомиться с Героем ДО деяния. Чанси нахмурился. Мирра насторожилась больше обычного.                     Сытная горячая простая еда, чистые комнаты – с учетом того, что Румерн был не очень большим и не богатым королевством встретили троицу вполне прилично.       — Надо поскорее сделать все необходимое и бегом обратно! – вздохнул русалид. – У меня мурашки от этого места.       — Поддерживаю. – живо согласилась огресса.              — Прошу, следуйте за мной. Вас отвезут к полям, которые надлежит благословить. — вещал распорядитель. Троица отправилась за ним к карете. Сам господин распорядитель решил добираться до места верхом. Что было странно при его телосложении и явной любви к комфорту.       Чанси с тревогой созерцал темную карету с закрытыми плотными шторами, в которой троица ехала без посторонних. Снаружи — приглушенные голоса и ржание коней "почетного эскорта", цокот копыт сначала по булыжной мостовой, а потом по земле — карета выехала за городские ворота.       — Кому кажется, что нас похищают — поднимите руки... — тихо проговорил Мэйс.       Мирра и Чанси явно придерживались того же мнения. Герой порылся в сумке, активируя припасенные на всякий случай артефакты.       И именно поэтому, когда карета содрогнулась от взрыва, Святой и его товарищи не пострадали, а оказались в эпицентре воронки в защитной сфере.       Рядом валялись обломки кареты и трупы лошадей.       Мирра, уже получившая благословение Святого на силу и ловкость, поудобнее перехватила секиру. Чанси, также не оставшийся без усиливающих чар, сформировал водяной хлыст. Дождь все еще не унимался, так что воды вокруг было в избытке.       А недавний "почетный эскорт", изрядно выросший в числе за счет незнакомцев в черных балахонах, и очень разочарованный в том, что троица уцелела, надвигался на Героя и спутников с крайне кровожадными намерениями.       Чуть в стороне начали волшбу демоны. Помня специфику магии Святого, они благоразумно не лезли в ближний бой.       — Ну хоть теперь понятно – власть в Румерне захватили культисты. – сделал логичный, хоть и печальный вывод Мэйс.