Военный репортёр

Проснувшись утром с ужасающей ломотой в руках и ногах, юная авантюристка с трудом слезла и привела себя в порядок. Нога пульсировала, как и необработанные раны. Идти к медсестре сейчас совершенно не хотелось, тем более, она не забыла прошлых сумасбродных выходок Хи-чан. Наверняка мадам Идо отнесётся с недоверием и неодобрением к бедному ребёнку, как и вся команда. Сейчас нечего было и надеяться на их благосклонность. Отряхнувшись и переодевшись в униформу, девушка поковыляла к лазарету. Может, там не будет злобной карги со шприцем в могучих руках? Робко постучавшись и заглянув внутрь, Накада вздохнула с облегчением. За столом сидела молодая девушка в халате, поднявшая взгляд на рыжеволосую. —Да-да? Что такое? —здравствуйте, Токо-сан. Простите пожалуйста, я вчера упала неудачно и… у меня немного болит нога и рука—Замялась разноглазая, шагнув в сторону. Сев на указанное место, она позволила осмотреть себя и наложить повязку. —Я предупрежу командира, тебе нужен покой и постельный режим. Заметно дрогнув, Накада судорожно замахала руками. —Не надо, пожалуйста! Он и так нанервничался, а у нас сегодня объединение с новобранцами на одну операцию, не могу я прохлаждаться. —Хи-чан, у тебя вывихи и сильные ушибы, возможно и… —Я сама ему скажу обо всем, спасибо. Поклонившись напоследок и посмотрев на бинты, солдатка нахмурилась. И как в таком виде идти на поле битвы или за плёнкой в укрытие? Нет уж! Придётся как-то перетерпеть. Натянув поверх перебинтованных ног гольфы и поправив темный китель с зелёными вставками, Хикари постаралась себе улыбнуться. Вот, уже не так больно. Если бы только не нужно было ходить, а уж без этого никак не обойтись. Приковыляв к туалету и скрывшись неуклюже в кустах, девица направилась по намеченной траектории к каморке среди обломков. Кто сказал, будто бы там она станет проявлять снимки? Не сейчас. Этот идиот не получит ни единой карточки! Пусть хоть отдаст под трибунал… А сейчас стоило поменять чёрную ленту на ту, где ещё не было отснятого материала. Поменяв то, что требовалось, малышка беззвучно выбралась наружу, придерживая в руках камеру. Ничего страшного. С болью можно примириться, правда? Вот только, чем дальше шла Хи-чан, тем сильнее ныла лодыжка. Стараясь дышать глубже, девушка возвратилась в штаб с самым спокойным видом. Как же отреагировал Такахаси на отсутствие фотографий? Мужчина был сердит, какое-то время продолжая кричать на солдатку, грозясь отдать ту под суд и исключить недотепу из рядов армии, но сама репортёрша оставалась непреклонной, из раза в раз повторяя, будто материал не уцелел до конца из-за перегрева камеры и придётся ещё долго возиться. Безуспешно. Дав срок в месяц, мужчина прекратил допрашивать рыжеволосую, позволяя покинуть кабинет. Сегодня бой не состоится. Некем было заменить в строю бойца с оружием ближнего боя, а будь на месте стрелок - погибли бы люди. По прошествии четырёх недель, раны и старые травмы наконец-то зажили, но вот отношения с коллегами сильно пострадали. За это время, солдатка прослыла человечком не благонадёжным и даже потенциально опасным, но много пути не было - придётся приживаться. Несмотря на публично принесённые извинения, Накаду так и не хотели просто прощать, желая сперва проверить, защитит ли их рыжая после раскаяния или же слова её окажутся пустым звуком? Что же, по прошествии этого времени, солдат отправили на очередное дело - устранение опасной группы вампиров к северу от Киото. Для безопасности, две команды вновь пришлось объединить. Помня прошлые ошибки, у солдатки отобрали фотоаппарат, дабы чьи-то шаловливые ручонки не потянулись к камере в неподходящий момент. Настроение девушки безудержно упало, но ещё сильнее разочаровало Хикари другие: среди солдат-коллег появилась Минами. Поравнявшись с бывшей подругой, рыжеволосая не обратила внимание на робкое приветствие, демонстративно фыркая и проходя мимо с поднятой головой. Ёси лишь оставалось виновато выдохнуть и отвести в сторону несколько пристыженный взгляд. Она не имела права сейчас повторно пристать к Хи-чан, помня, насколько важный секрет она разболтала командиру. —Солдаты! План вам ясен, помните теперь об одном - вы обязаны держать строй! Ведь если он будет нарушен - погибнут ваши товарищи и мы проиграем вампирам. Никого не щадить! Управлять операцией буду я. Помните, мы обязаны освободить район во что бы то ни стало и помочь пострадавшим гражданским. Скомандовал Такахаси, осмотрев лица солдат. Дети. Совсем молодые, многим не больше шестнадцати лет на вид, а их уже придётся отправлять на битву. Им ещё жить и жить. Гулять, учиться, мечтать о будущем, не бояться в конце концов. Увы, покуда война не окончена, покоя не будет. Остаётся лишь защитить гражданских. Гражданских. Стоило ли помогать им? Этот вопрос накрепко засел в голове репортёрши, когда она вспоминала испуг бедной девчушки, почти её ровесницы. Противное чавканье упавшего от вампирской клинка тела. Обрывок ткани одежды в руках. Мерзостное предсмертное выражение свиного рыла, не успевшего протянуть свои жирные руки слишком далеко. Взгляд. Снова покосилась на преисполненные гордости и надежды лица убийц. Лица пыточников, лица пушечного мяса, стекающиеся в одну уродливую физиономию войны. Она припомнила того миролюбивого кровососа, просившего лишь показать снимки. Ничего дурного, но отчего тогда блондину вырывали клыки её же сослуживцы? Пальцы крепко стискивают оружие. Пора. По команде заняв место в строю, девушка молча шла вперёд, замечая мелькающие белоснежные плащи. Команда… допинг! Механически проглотив таблетку, рыжая побежала вперёд, при этом вид её был совершенно безучастен. Она уставилась на очередного упыря, чьё тело за мгновение испарилось под ударом меча. Миг! Смерть. Хикари круто развернулась и, нарушив порядок, подлетела к лейтенанту, выхватив висящий сбоку фотик. —Что ты?!… Крик мужчины оборвался от взмаха красного платка и заставил повалиться бездыханным телом на асфальт. Раздался щелчок. —Хикари! Акио падает замертво. —Помоги! Слышится хрип солдата. Щелчок. Ещё, ещё один! Третий, четвёртый. Она лишь успевала нажимать на кнопку, ловко отскакивая от вражеских ударов. Раз, два, три, смерть закружила в вальсе свою верную художницу. Пять, шесть, семь! Снова трупы! Восемь, девять. Ёсида. Брюнетка падает с перерезанной глоткой, хрипит, тянет руку к единственно уловимому черно-рыжему пятну. Щелчок. В ногах девушки остаётся лежать тело её милой подруги. Вампиры убиты. Но какой ценой? Убрав камеру и осмотрев побоище, юная особа тихо рассмеялась. Оказывается, жизнь и правда хрупкая штука даже для бессмертного. Теперь им уже не проснуться. Переступив через тело Ёсиды и подняв вверх глаза, Хи-чан взглянула на парящего голубя. Вроде бы, она уже видела эту птицу ранее, но вот где? Как и когда? Этого, увы, Накаде не удавалось вспомнить. Она молча рассматривала парящего в вышине Йоши, заметившего тело хозяйки и опустившегося на её хладный труп с привязанной запаской от сестры. Жаль, Кейко не суждено будет получить ответ от сестрицы, ибо голубь тот возвратился со старым посланием, не сумев проникнуть в подземный город. Оставаться здесь было нельзя. Грубо толкнув ногой обмякшую руку Коити, единственная выжившая накинула на себя капюшон и отправилась к своему тайному месту. Теперь все кончено. Прощай, Японская имперская демоническая армия. Прощай оружие. Даже не удосужившись забрать вещи, Хикари приняла решение залечь на дно, откинув в сторону оружие. Впредь оно ей не потребуется. Прощай, Коннонэко, прощай Ёсида, прощайте Коити, Акио, Сакамото, Сацуки. Прощайте, и навек забудьте о собственных несбывшихся мечтах, вашу славную гибель навсегда запомнит плёнка. —Кагоме, кагоме… птичка в клетке, когда же она её покинет? Сгинул аист с черепахой… кто же за моей спиной? Тихо напевала под нос девушка, перескакивая через обломки, глядя с высоты на битвы, простирающие далеко-далеко, за самый горизонт. Люди, вампиры, демоны. Все они едины в своей алчности, имея единое порочное начало. Так отчего-то им нужно было воевать. Каждый из них когда-то был смертен. Каждый… Жесток и порочен, эгоистичен своей гнусной породой. От этой мысли стало даже весело. Одни мнят себя пушистыми овечками, иные же - злобными хищниками. Опустившись на колени и вновь приготовившись снимать, рыжая сорвалась с места. Ей более не нужен демон, ни к чему ей советчики. Ни к чему ей искушать себя, ни к чему мечтать о силе. Она выше! Выше каждой мерзкой твари, что жаждет забраться на чужую голову, втолковав свои гнусные замыслы. Она здесь не демон и не ангел, она и не человек. Репортёр. Фотокамера. Пригнувшись и озарив на миг поле вспышкой, Хикари облизнулась. Что-то настойчиво манило её в самую гущу событий, подначивая попросить ещё больше снимков и моментов уходящей жизни. Больше! Подпрыгнув, солдатка понеслась вперёд, мастерски уворачиваясь от звонких орудий. Её не остановить! Вспышка за вспышкой, топот ног, былой азарт! Какое имеет значение глупое существование, если им нельзя пожертвовать ради прекрасного? Ради того, чего ещё не видел никто, кроме самой рыжей. Может, ради нового слова в искусстве? Каждого, так или иначе, влечёт запретное и даже аморальное, так почему бы не погрузиться в эту сладостную пучину порочной страсти? Время сделать это. Пригнувшись сильнее, она подняла объектив на умирающего вампира. Снова щелчок. Что-то наверху громко застонало и накренилось, но сейчас ничто не интересовало солдатку больше, чем кадр. Ещё и ещё! Человек, вампир, человек… —Осторожно! Наверху! Крикнул кто-то в стороне. Рука мужчины, из которого сейчас пили кровь, взметнулась высоко вверх, указывая на область над головой фотографа. Мгновение. Тяжелый блок рушится под собственным весом, несясь вниз. —Беги! Снова голос. Она не пошевелилась. Ещё миг. В сторону отлетает фотоаппарат, желая последнюю фотографию. Из-под завала видна тонкая рука девушки, ещё несколько минут дёргающаяся в предсмертных конвульсиях. Тишина. Более нет ничего.