Военный репортёр

Сжав на груди ключик, являвшийся по совместительству демоническим оружием и проворно заглянув в свой тайник, юная особа вытащила сумку с припрятанными световыми гранатами и упаковкой допинга. Пара таблеток или одна? —Коннонэко, помоги мне.—Тихо произнесла девушка, чувствуя внезапный и пьянящий прилив сил. Её глаза неистово заблистали при ночном небе и девчушка побежала в одной только пижаме вперёд, не было время на глупые переодевания. Заметив боковым зрением вражеский автомобиль, она поспешила к нему и забралась под него, уперевшись руками и ногами в стенки машины. Только бы не заметили! Услышав рядом шаги и хлопки дверей, рыжая прикусила губу, опасаясь издать лишний писк. Ключ в замке повернулся и транспорт тронулся, уносясь вперёд по дороге. Куда они ехали? Этого Накада не знала, да и не хотела знать, ей нужен был сам транспорт. Втянув посильнее живот и крепко впившись ногтями в ледяной металл, солдатка вытащила освободившейся рукой гранату, выдирая чеку. Резко бросив её в сторону, кровопийц озарил яркий свет и обзор застлал дым, заставив инстинктивно затормозить и зажмуриться, выскакивая наружу после глухого толчка снизу. —Черт! Что это за дерьмо?! Я нихрена не вижу! —Эй.. постой… а где машина?! Обернувшись, те услышали лишь глухой свист колёс в отдалении и ничего более. Не помня себя от страха, рыжеволосая зажмурилась и надавила на педаль сразу, сжав мертвой хваткой руль авто. Куда ехать? Вынырнув на дорогу от тумана пыли, девушка неслась вперёд, попутно думая, куда сворачивать. Кажется, эта развилка как раз и вела к аэропорту, только нужно поскорее уносить ноги. Ну, или колеса. Помня лишь единственный урок лейтенанта, малышка перепуганно жмурилась и косилась на спидометр, отметка которого достигала сотни километров в час. Дерьмо. Настоящее дерьмо! Солдаты могут и нагнать машину запросто, а как справиться с крутыми поворотами неумелому водителю?! Вывернув баранку в сторону и перепуганно закричав, Хи-чан сломала несколько ограждений и, кажется, чуть было не врезалась в дерево. Ошалевшие глазёнки рыжеволосой забегали из стороны в сторону, чувствуя, как сердце разрывает грудную клетку. Медлить было нельзя! Небрежно бросив машину, она побежала вперёд по лесу, все ещё сжимая в закоченевших пальчиках камеру. Какое имели значение раны и ссадины, если цель маячила на горизонте алым пламенем? Показался впереди вставший самолёт и чинно впускающийся трап. Вот они! Бездумно схватившись за упаковку, в рот отправились сразу две таблетки, заставляя Хи-чан ускориться. Не разбирая дороги, разрывая одежду в тряпки и прекратив ощущать все человеческие эмоции, малышка бежала дальше, словно это было самой важной задачей в короткой жизни Накады. Успеть, заснять, сбежать! Оттолкнувшись ногами от земли, разноглазая оказалась в гуще солдат, наводя прицел объектива на аристократов. Она смогла! —Улыбочку! Только и успела воскликнуть солдатка, обернувшись на несущихся вперёд солдат. Что говорить о шокированных кровопийцах, что стояли поодаль, наблюдая за безумной девицей. Будто бы потеряв остатки разума, девчонка нырнула в реку и пропала под толщей воды, едва успев упрятать камеру в чехол. —Немедленно! Поймать её!—Скомандовал один из аристократов, инстинктивно схватившись за меч с прежним негодованием. Разве обычная гражданская может так высоко и далеко подпрыгивать? Нет, это уж точно. Нахмурившись, вампир подошёл к воде и всмотрелся в мутную гладь с расходящимися кругами. Глубина здесь солидная, наверняка глупышка пошла камнем ко дну и вскоре её раздутое тельце всплывёт на поверхность, проплывая по течению. Но тщетно пытались солдаты отыскать тело рыжей, рыская по берегу. Тишина. Куда же исчезла она? Пользуясь воцарившей суетой, девчушка уплыла к канализационной трубе, продолжая свой путь в полумраке и вони нечистот. —Благодарю, Коннонэко—Одними губами произнесла та, неторопливо шагая по чуть затопленному тоннелю практически босиком. На лице засияло счастье. Практически детское, до боли наивное, но вместе с тем и совершенно безумное счастье. Куда она шла по темноте? Этого Хи-чан не знала, насвистывая весёлую мелодию под нос и то и дело наступая ножкой в отвратительную жижу. Этот день вышел наредкость потрясающим! Вот только восторга девушки совсем не разделила команда. Возвратившись под вечер, искалеченная и израненная, Накада повстречала лишь глухую тишину. Пройдя по коридору и только сейчас ощутив жуткую боль в вывихнутой лодыжке, солдатка притормозила. Эйфория и адреналин перестали действовать, с каждой секундой припоминая и ссадину на колене, и больную лодыжку, и вывихнутое плечо. Долго же теперь сумасбродное создание не выпустят на поле битвы, в этом не приходилось сомневаться. Возвратившись в штаб поздним вечером с небольшого променада, оборванная и донельзя потрёпанная, Хикари только и успела принять душ, болезненно хромая от боли во всем тщедушном теле её. Надо бы объясниться за свою выходку перед командиром… Солгать, будто неосторожно упала в открытый люк или случайно забылась, выйдя из уборной? Однако планам девушки было суждено свершиться уж чересчур стремительно. Пройдя несколько шагов вперёд, она столкнулась в проходе с членом её команды. Кажется, его звали Акио. Высокий и стройный шатен смотрел сверху вниз на рыжую со страшным неодобрением, покачивая головой. —Тебя срочно вызывает командир Такахаси, это не обсуждается.—Процедил тот сквозь зубы, бросив едкий взгляд вслед уходящей фигурку. Крапивное сорное семя. Как только настолько легкомысленного солдата приняли в команду ? Не иначе, как из-за родственничков. Тяжко вздохнув, солдатка молча отправилась к кабинету Коити, уже понимая, как сильно ей достанется за все содеянное. Её опасения оказались более чем правдивы, когда Хикари зашла внутрь комнаты и увидела подле командира… Ёсиду? А она тут что делает? Задача принимала крайне неприятный оборот по скромному мнению разноглазой. —Хикари Накада,—Строго начал говорить мужчина, взмахом руки подзывая к себе Хи-чан, попутно поправляя стопку бумаг на столе,—Мне кажется, тебе нет надобности объяснять, по какой причине я вызвал тебя сюда. Она молча кивнула, опустив слегка смущенный взгляд на собственные разбитые колени, готовясь искать оправдания своему отвратительному поступку. —Так вот. Ты обманула меня, подставила отряд, выбралась на территорию врага, заставила команду подвергнуть себя большой опасности. Но ради чего? Пальцы девушки сильнее прежнего схватились за лямку фотоаппарата, словно опасаясь, будто самое последнее у неё заберут. И неспроста. Эта безделушка когда-то давно принадлежала отцу Хикари - Фудзимото, что погиб на горячей точке во время съёмок. Последнее, что осталось в воспоминаниях о семье. О семье, в которой рано погибла и мать, не выдержавшая страшной правды. —Хикари. Отдай фотоплёнку. Отдай её и никто не узнает больше о произошедшем. Слова командира заставили девушку резко выпрямиться и устремить скорбный взгляд на единственного родного ей человека - Ёсиду. Ёсида Минами. Лишь она знала, куда и когда отправится Накада. Лишь ей одной был ведом истинный мотив побега. —Я отдам вам фотографии завтра. Когда проявлю их,—Неожиданно громко произнесла рыжеволосая, поднявшись со стула и выставив вверх два пальца.—Честное слово Хикари—Добавила после она, покидая кабинет с крайне неспокойным чувством. Неужели Ёси и правда доложила о случившемся? Предательница. Гнусная крыса! Теперь ей стало ясно, подружка лишь хотела выслужиться и получить место под солнцем, подставив юную репортёршу. Как скверно и подло. Стиснув зубы от досады и рассерженно захлопнув за собой дверь, оскорбленная уткнулась носом в подушку, все ещё не желая расстаться с камерой. Ничего. Никто не получит и кусочка с этой проклятой пленки, это уж знала разноглазая наверняка. Ужель она не смеет нарушить данное ей слово? Рассержено ударив подушку кулаком, бестия стала погружаться в сон, где вновь повстречалась с Коннонэко. Кошка вновь неспешно обогнула свою хозяйку и позволила почесать себя за пушистым ухом. —Ты превзошла все мои ожидания, когда столь безрассудно бросилась с камерой в самую толпу, моя девочка. Рыжая несколько виновато улыбнулась и повела плечами, расслабленно прислонившись спиной к тёплому воздымающемуся боку. Как было рядом с ней хорошо и спокойно. Кто только мог бы подумать, что оставшись наедине со столь опасным созданием можно будет по-настоящему отдохнуть? Отпустить душу и прошлые переживания. Только покой. —Вы уж меня… —Нет-нет, не извиняйся. Ты предала команду, когда бросилась туда. Разве тебе их совсем не жаль? —А разве мне можно жалеть тех, кого я знаю чуть больше нескольких недель? —Как же твоя подруга?—На вопрос о Минами, Накада резко помрачнела отвернулась.—Отныне она мне больше не подруга. Она единственная, кому я ещё могла бы доверять. —Вот как. Но разве она бы позволила тебе погибнуть от клинков вампиров? Мне кажется, она лишь хотела позаботиться о тебе, о своём маленьком друге. —Позаботиться? Она это сделала исключительно ради места в армии, а не ради меня. Чего я ещё могла ожидать? Не став отвечать на вопрос, тёплый раздвоенный хвост нежно укрыл солдатку и позволил ей провалиться в небытие, ещё несколько часов. Но была ли неправа Минами? Сама брюнетка сильно волновалась из-за диалога с командиром, и даже пересдача не могла порадовать отличницу. Она хмуро разгуливала около входа в их общую комнату, беспрестанно думая, как будет лучше помириться. Подождать? Или… промолчать подольше? Или сразу сейчас? Тяжкие раздумья были прерваны стуком в окно. Обернувшись, к своему счастью и удивлению, Ёсида обнаружила белого голубя. Добрый вестник! —Йоши! Распахнув окно и пустив птицу внутрь, позволив ей сесть на своё предплечье, девушка поспешила снять с лапки привязанную записку и с трепетом развернула её. Долгожданное послание Кейко! Своим детским неровным почерком, малышка написала всего лишь несколько коротких слов, но и того было достаточно. Однако, радость недолго охватила будущего члена ЯИДА. Всего четыре слова. "Вик мёртв. Не писать". Поникнув головой, кареглазая потянулась за блокнотом а карман юбки и вырвала оттуда обрывок листа, написав ответ. Вик. Виктор Стокер. Кажется, так звали вампира, который по доброте душевной (или взамен на кровь?) был согласен направлять голубя с поверхности в Сангвинем. Теперь же помощника птицы не стало. Этого следовало ожидать, но кто же теперь поймает птицу? Понадеявшись на то, чтобы голубок Йоши смог найти подходящую трубу, Ёси вывела аккуратным почерком следующие слова: "все живы. Скучаю." Вот и все. Привязав записку к розовой лапке и потуже спрятав за нитью, студентка выпустила птаху и посмотрела ему вслед. В груди было неспокойно. Как она будет жить и работать дальше, не получая от Кейко ни единой вести? И ведь с Хикари об этом не поделиться, ведь помня пылкий нрав рыжей… Нет. Скорее бы она погибла, пытаясь пробраться на пробой в подземный город для спасения младшей сестры. Может и к лучшему, ибо девочки уже начали терять былую связь.