Комочек тьмы

— Я какой-то не такой? — Тэхен уже битый час смотрит в зеркало.       Прогулка до дома с Хосоком удалась на славу. Парень веселый и до ужаса интересный. Он без устали все время что-то рассказывал, при этом жестикулируя руками. Говорил о себе, о школе, в которой учился, о том, что его всю жизнь окружали интересные люди, чем Тэхен в свою очередь похвастаться не мог. У него и друзей-то никогда не было. — Ну, скажем так, — деловито мурчит Юнги, — даже среди ботанов и зануд тебя считали бы ботаном и занудой. — Подбодрил, — устало закатывает глаза парень и тяжело вздыхает.       С той стороны зеркала на него смотрит замученный, невыспавшийся заморыш с огромными синяками под глазами. Удлиненные светлые волосы, которые он осветлил полтора года назад в надежде изменить хоть что-то в своей жизни, отросли у корней, а на кончиках были до отвратительного сухими и ломкими. А еще очки: круглые с толстым стеклом. Тэхен их любит так же сильно, как и потрепанный белый свитер. Эти две вещи достались ему от любимой бабушки, души не чаявшей в младшем внуке. Свитер она связала собственноручно, а вот очки купила на день рождения. И с этими двумя вещами сложнее всего расставаться. — Я хочу позвать его на свидание, — неожиданно выдает парень, чем привлекает заинтересованный взгляд котяры, который после плотного ужина даже не думает шевелиться. — Понимаю, — тянет Юнги, — молодость, гормоны шалят, но не слишком ли быстро? Ты даже не уверен нравятся ли ему парни.       Тэхен подозрительно косится на своего фамильяра, щуря глаза, и издает смешок: — Ты что, советы мне в любовных делишках даешь?       На что котяра фыркает и кладет свою голову на лапки, делая вид, что не при делах и вообще ему все равно, что там у этого парня на уме. — Тебя из-за твоей гейской задницы травили в школе, здесь хочешь повторения? —тихонько бурчит кот и наивно надеется, что Ким его не услышит. Только вот тот подходит еще ближе, хитро улыбаясь. — Твоя забота — это что-то по-особенному милое, — смеется Тэ, а Юнги вскидывает голову и упирается одной лапой в кончик чужого носа. Знает он эту западню Тэхена, сейчас еще щекотать начнет. — Но должен сказать тебе, что я тот, кто смотрит на гейские задницы, а не наоборот. — Да нет, — недоверчиво морщится котяра, обводя скептическим взглядом хозяина. Чтобы Тэхен, да сверху, быть не может. Смешок сам вырывается наружу и пушистый насмешливо выдает: — Ты-то? — А что не так? — скрещивает руки на груди, отстраняясь, и хмурит густые брови. — Ну знаешь, — фыркает Юнги, собирая свое, растянувшееся на стиральной машине, тельце в одну пушистую кучку, — на альфа-самца ты явно не тянешь. Если тело под твоими тряпками еще ничего, то все остальное оставляет желать лучшего. Вплоть до ауры размазни. — У меня не аура размазни! — недовольно восклицает парень. — Со стороны-то виднее, — котяра указывает лапкой на Тэхена, и тот поджимает губы, вновь оборачиваясь и смотря в зеркало.       Юнги прав. Он совсем не выглядит таким, каким хочет быть. Удивительно, как он вообще привлек внимание Хосока с такой-то внешностью. Абсолютно ничего выдающегося. Всё, чем он может похвастаться, скрыто за уродливой одеждой и белым, до ужаса любимым свитером. Даже его лицо, с вечно огромными синяками под глазами, нельзя назвать красивым. — Все, что имеет значение — это внешний вид? — тихо выдает Тэхен, но это доносится до острого слуха Юнги. Он дергает черными ушками, настораживаясь, и не сводит взгляда с хозяина. — Для тебя тоже в любви внешность играет главную роль?       И пушистый чуть не чертыхается со стиральной машины. И как только глупому мальчишке пришло в голову спросить у него такое? — Я, блин, человек, запертый в шкуре кота, — недовольно шипит он, отвечая слишком резко и взъерошивая шерсть. — О какой любви может идти речь? Все, о чем я мечтаю — это вернуть себе прежнее состояние. — И ты никогда не влюблялся, даже будучи человеком? — искренне удивляется парень. — Когда я родился, миром правили войны, — огрызается Юнги и отфыркивается, раздраженно стуча хвостом по машинке. — Сложно любить в кровавую эпоху, где каждый второй желает тебе смерти.       Тэхен окидывает пушистого внимательным взглядом, словно вникая в каждое его слово. Если так подумать, за все девятнадцать лет совместной жизни, они еще ни разу не разговаривали о прошлом Юнги. Парень даже не знает, какой магией наделен его фамильяр, ибо тот ни разу в присутствии хозяина ее не использовал. А сейчас, спустя столько времени, узнает о нем очень важную вещь. Оказывается этот пушистый черт жил еще сотни лет назад, ведь именно тогда по всему миру расцветали бесконечные войны. В то время люди были до ужаса жадными и ненасытными. Ким проходил это в школе. По истине ужасающая эпоха.       Юнги смотрит на парня выжидающим взглядом, в надежде, что тот выдаст нечто невероятно умное, оправдывая статус зануды, но вместо этого прилетает: — Да ты тот еще старикашка, оказывается, — и выходит из ванной комнаты, будто бы никакой шокирующей новости о прошлом его фамильяра не было.       Впереди два выходных и Тэхен не собирается проводить их дома. Может быть, и правда пора что-то менять? Покрасить волосы, например. Для него это невероятно ответственный шаг. В прошлый раз, когда он вернулся домой с выбеленными волосами, маму чуть инфаркт не схватил, отец посмеялся, а брат назвал пуделем, так как волосы Тэхена после мытья смешно закудрявились.

***

— Ну давай, Юнги, не время разлеживаться, обед скоро, — суетится парень. С самого утра погода выдалась крайне пасмурной, но сейчас, к обеду, на небе во всю играет яркое солнышко. Однако тепла это ничуть не прибавляет.       Котяра и не думает подниматься с належенного места, продолжая давить своей тушкой подушку. Это чёртов выходной, который он так сильно ждал, маясь от безделья на твёрдой и неудобной парте в кабинете почти целую неделю. Поэтому, даже если сам Дьявол решит прийти по его душу, Юнги фыркнет и перевернётся на другой бок, посылая того куда подальше.       А Тэхен тем временем шныряет по маленькой квартирке в поисках того, что можно было бы надеть. Любимый свитер, скрипя зубами, он откладывает в сторону и достает давно забытый балахон чёрного цвета. Так же из недр шкафа выуживает голубые джинсы, которые ему уж очень не нравятся, но, кажется, сейчас такое в моде. — Ты уже поднял свою ленивую задницу или мне писать заявление в совет? — заглядывает парень в комнату и хмурит брови, когда замечает, что наглый пушистый чертеныш и ухом не ведет. — Ну, в принципе, совет не Дьявол, — проносится раздражающая мысль в головушке Юнги, которую он отрывает от подушки. Хотя, он бы с этим поспорил. — Совет-совет, — бубнит, — чуть что, сразу совет. Хоть бы раз по доброте душевной дал спокойно выспаться. Угрозами закидываешь… — Ты и так целыми днями дрыхнешь, — восклицает парень, натягивая выбранный балахон. — На десять жизней вперёд уже можно выспаться. — А ты молча завидуй, — мурчит пушистый, потягиваясь и выгибая спинку. — Ты посмотри на себя, чудовище мохнатое, чему завидовать-то? — натягивает на ноги кроссовки, единственные, к слову, которые ещё не познали гнев и обиды Юнги. — А вот не надо обзываться! — недовольно шипит фамильяр, спрыгивая с подушки и направляясь в прихожую к хозяину. Смотрит на парня деловито. — От тебя никакого уважения к старшим. — К старшим? — выгибает бровь Ким. — Да не будь ты в теле фамильяра, у тебя бы одни кости в земле гнили.       Тэхен подхватывает кота на руки, не дожидаясь ответа, и выходит за дверь, закрывая её за собой.       Погода на улице замечательная. Не жарко, не холодно, в лёгкой кофте самое то. Парень сидит в кресле, ожидая пока его парикмахер подберёт нужную краску и приготовится к работе, а Юнги внимательно осматривает приборы и баночки, выставленные на столике перед зеркалом, пока взгляд не натыкается на машинку для стрижки волос. — А давай тебя налысо? — тыкая в явно дорогостоящую вещь лапкой, довольно мурчит котяра. — Потом наколку тебе на лысине набьем. Будешь брутальным самцом. — Я тебя под пуделя подстригу, — шепчет с явным недовольством, — и колпак клоунский на голову надену. — Ох уж эти твои фантазии, — возводит взгляд к потолку, но со столика всё-таки спрыгивает.       Есть у Тэхена одна особенность: он по большей части всегда только угрожает, но угрозы оставляет не выполненными. Мол такой весь из себя злобный тигр, но на деле плюшевая мишка.       В итоге он перекрашивается в свой родной цвет: темно-каштановый. Волосы, пропитанные краской, не выглядят ломкими и при должной укладке, в целом, лежат очень даже ничего. Ещё бы очки сменить на линзы и будет вообще отлично, но с этим парень не спешит. Натягивает на голову капюшон, выходя из парикмахерской. — И смысл вообще был краситься? — не понимает Юнги, смотря, как его хозяин скрыл всю наведенную красоту. — Мне неловко, отстань, — отмахивается парень. — Неловко с соломкой на голове ходить, а тут… — он вцепляется когтями в капюшон, пытаясь его стянуть. — Оставь меня в покое! — хватается за ткань и не даёт сделать кошаку задуманное. — Ты кучу денег на это потратил, хвастайся перед всеми новой причёской, — настаивает Юнги, не переставая стягивать злосчастный капюшон. — Да всем плевать! — Вот именно! — фырчит котяра и, делая очередной рывок, натягивает ткань прямо на лицо парня. Слышится треск и Тэхен обречённо вздыхает. Этот балахон был почти новый, а теперь ему место на помойке. Вредный комок шерсти вырвал с корнем капюшон. — Ну, кофта твоя тоже не очень, — вместо извинений выдает Юнги. — Когда-нибудь ты расплатишься за все испорченные вещи, — сквозь зубы произносит Ким и щёлкает двумя пальцами по чёрному ушку негодника.       Тот отцепляется от балахона и, прижимая уши к голове, а хвост поджимая под себя, поворачивается к лицу хозяина задницей. Обиделся он, видите ли. Как будто его кофту только что испортили. И откуда в одном существе столько вредности?       Тэхен еще что-то хочет сказать. Обозвать Юнги наглым и бессовестным. Пристыдить в конце-то концом, но едва он размыкает губы, как грохот, больше похожий на небольшой взрыв, идущий откуда-то со дворов, привлекает его внимание и он быстро забывает об оторванном капюшоне. — А твою задницу прямо тянет туда, где проблемы, — высказывается котяра, но вцепляется сильнее в плечо хозяина, чтобы удержаться, когда тот срывается с места и бежит на звук.       Между домами на огромной площадке, напоминающей баскетбольную и огражденной высоким сетчатым забором, стоит толпа. Небольшие трибуны заполнены зрителями, а по середине всего этого балагана находятся всего два человека: маг, как уже смог понять Тэхен, поскольку один явно серьёзно ранен, а у другого на ладони появляется магическая печать, высвобождающая волшебную силу применяющего. — Я же тебе сразу сказал, не стоит и пытаться, — усмехается тот, что в порядке. Его фамильяр хитро посмеивается, тогда как спутник другого мага, того, что обессиленно падает на колени, обеспокоенно наматывает вокруг своего хозяина круги, видимо пытаясь защитить, но все бесполезно. У паренька совсем не осталось сил. — Целитель против боевого мага, — на публику громко произносит первый и вся толпа зевак смеётся, обсуждая, какой же второй паренек глупец. — На что ты только рассчитывал? — Стереть наглую ухмылку с твоего лица, — хрипит, видимо от сильного удара, что пришёлся под дых ранее. — Стёр? — скалится в широкой улыбке боевой маг и громко смеётся, да так, что у Тэхена мурашки табуном по коже проходятся. Он делает шаг назад, но Юнги ощутимо впивается когтями в его плечо, заставляя смотреть.       Пламя загорается в чужой массивной ладони, вырываясь из магической печати, а фамильяр пострадавшего паренька закрывает собой хозяина, зажмуривая глазки-бусинки. Маг-целитель проиграл, значит должен сполна понести ответственность за свой проигрыш.       Уличные бои магов не редкость. Мало того, законом и советом они не запрещены, поэтому наткнуться на них вечером, ночью или даже посреди дня не редкость. Очень много бывает любителей, которые не против навариться на чьей-то победе или поражении. Только делай ставки и плати денежки.       Огненный шар летит прямо в парнишку. Тэхен зажмуривается от испуга и рефлекторно перехватывает Юнги со своего плеча, сжимая его в крепких объятиях, где пушистому сразу же перестаёт хватать воздуха, с чем он пытается бороться. Хватка Кима ослабевает тогда, когда толпа замолкает. Не слышно выкриков, оваций и свистов, так же, как и удара не происходит. Котяра беспомощно стучит лапками по руке Тэхена и шипит: — Отпусти, придурок, — и парень выполняет просьбу, отпуская того на асфальт. — Совсем уже двинулся, — ворчит, пытаясь надышаться.       Как объяснить глупому пушистому комку шерсти, что больше всего на свете Тэхен боится за его жизнь. Страшно смотреть, как другой фамильяр отчаянно пытается защитить своего хозяина, имея при этом минимальный процент сил. Просто его хозяин слишком слаб.       В голове мелькает ядовитая мысль: «Сможет ли Юнги так же, из последних сил, не имея при этом ничего, защищать Тэхена?», но парень резко мотает головой из стороны в сторону и надеется, что нет. — Вот это да, — отзывается пушистый, смотря на площадку слишком заинтересованно. — И подумать бы не мог, что кто-то вроде него участвует в уличных боях.       Ким поджимает губы и смотрит туда же, куда и Юнги. — Парень-то погеройствовать любит, — смеется чертеныш, а Тэхен спокойно выдыхает. С пареньком-целителем все в порядке. Его защитил другой боевой маг, поглощая направленную на него атаку.       Кто же знал, что председатель студенческого совета любит покрасоваться в уличных боях.