Комочек тьмы

— Темная магия, — лепечет высоким голоском крошка Чимми, — ты видел это? Видел? — Он тоже видел, — Чонгук стоит у окна комнаты студсовета и смотрит совсем не на задний двор академии, где сейчас захлебывается водой первокурсник, а чуть в бок, где отчетливо, за окнами другого кабинета, можно разглядеть парня, что довольно улыбается, впечатывая ладонь в стекло. — Ох, — щеночек дергает лапками и, не удерживая равновесия, падает. Благо глава студсовета вовремя подхватывает крошку ладонями. — Джин страшный, — дует щеки Чим и жмурит глазки-пуговки, на что Чон только хмыкает. — Клан Ким, — одними губами шепчет Гук, задумавшись, и хмурит брови, вновь переводя взгляд на парня в окне напротив. Однако там никого не оказывается и он смотрит на то, как первокурсник продолжает барахтаться в водяном шаре. — Эй, Гуки, — зовёт фамильяр своего хозяина, — ты подпустил его так близко к себе... — Чтобы не спускать с него глаз, — перебивает щеночка глава и поднимает ладони на уровень лица, закрывая себе обзор на улицу. — Я не потерплю бардака в академии. — Ох, — Чим хватается лапками за большой палец хозяина и перелезает с ладони на руку, карабкаясь к плечу, — если Джину сорвет крышу, даже ты не удержишь его на поводке. — Ты во мне так не уверен? — расслабляя лицо, улыбается Чон, потрепав кончиками пальцев кроху по голове. — Я просто волнуюсь, — дует щёчки, смущаясь. — Джин настоящий психопат. — Ха-ха, — смеётся Чонгук и задвигает стул, на котором до этого сидел во время собрания, — я будущий член совета, Чим, не недооценивай меня. Я с него глаз не спускаю. — Будь осторожен, — тихо бубнит фамильяр и хватается за чужую шею, мягко ударяя по ней крохотной лапкой, — ты всегда рвешься в бой, не думая о последствиях. — Все лучше, чем стоять и смотреть, как калечат тех, кто не в состоянии за себя постоять, — он накидывает на себя джинсовую куртку, усмехаясь на попытки Чимина ударить его. — А что с тем парнем? Тэхен, кажется, — вспоминает, цепляясь за джинсовку и забираясь в передний кармашек. — Ему помогут, ты разве не видел? — А Юнги? — не унимается кроха. — Тёмный маг... Теперь понятно, почему ты не смог почувствовать в нем магию. Своей магии у него просто нет. — Понаблюдаем, что будет дальше, — открывает дверь комнаты, выходя в коридор академии и закрывая её на ключ. — Я думал, ты расскажешь отцу. — Нет, — мотает головой из стороны в сторону и уголки его губ дергаются, растягиваясь в широкой улыбке, — упустить такое веселье? Ни за что.       Яркие лучи закатного солнца проникают под веки и Тэхен жмурится, поворачивая раскалывающуюся на части голову в бок. В носу и в горле неприятно щиплет и даже болит, когда он пытается сделать глубокий вдох. Что с ним вообще произошло? Ещё пару мгновений назад он задыхался в водяном пузыре, не имея никакого доступа к воздуху. Его грудь болезненно разрывало, словно наживую доставали очень важный орган, отвечающий в его теле за тепло. Сейчас же он чувствует только внутренний холод и до мурашек отвратительное опустошение, словно что-то очень важное покинуло его.       Он ещё пару секунд жмурится, мотая головой, слышит шуршание рядом и чувствует, как на его лицо опускается тень. Чувствует пушистое прикосновение к руке и только сейчас вспоминает, что в том пузыре вместе с ним был пушистый, находившийся без сознания. — Юнги! — вскрикивает он, резко открывая глаза и отрывая голову от подушки, садится на кровати. — Пришёл в себя, — тихо произносит Хосок, сидящий на краю кровати. Ким переводит взгляд на свою руку, где пару секунд назад чувствовал мягкие тёплые прикосновения. — Я мерил пульс, — убирает чёрную мордочку Джун и озадаченно смотрит в глаза парню. — Где Юнги? — еле проговаривает Тэхен, понимая, что горло просто раздирает от боли. Прилично, видимо, наглотался воды. — Где-то ещё болит? — улавливает в чужом взгляде староста и кладет ладонь поверх чужого колена. — Где он? — повторяет Ким, а ритм дыхания сбивается, как и его собственный голос повышает тональность.       Он прослеживает за взглядом Хосока, который смотрит правее от Тэхена, и сглатывает вязкую слюну.       Совсем рядом, на подушке, не удосужившись свернуться калачиком, лежит Юнги. Он размеренно дышит, однако довольно медленно для кота, и парень тянется к нему рукой, запуская длинные пальцы в мягкую пушистую шерсть. Гладит, начиная с чёрной головушки до самого хвоста, понимая, что чертеныш совсем это не любит, но, наверное, сейчас это успокаивает самого Тэхена. — Ты проспал четыре часа, — шепчет Хосок. — Я подлечил вас немного. Если что-то ещё болит, говори, — очень мягкий голос, совсем не свойственный старосте. Обычно у него он громкий с лёгкой, еле заметной, хрипотцой.       Шатен поджимает губы, но ладонь с мягкой тёплой тушки не убирает, словно боится потерять Юнги. Думает, что тот исчезнет. Ким оглядывается по сторонам: смотрит на белоснежный незнакомый потолок; на голубые стены, оклеенные плакатами разных исполнителей; на мебель, очень уютно расставленную в небольшой комнатке. Замечает, что одежда на нем уже вполне сухая. — Где мы? — хватаясь за горло ладонью, шепчет Тэхен, а Хосок, быстро сориентировавшись, использует магию исцеления и избавляет парня от неприятной боли, прикасаясь к чужой шее, тёплой рукой, источающей приятный свет. — У меня дома, — отзывается староста, немного улыбаясь, и, закончив с исцелением, опускает взгляд на своего фамильяра. — Что произошло? Тот парень... — Мы вытащили вас оттуда, — мнется неловко, зажимая свои ладони между коленей. — Джун хорошенько покусал того придурка. Собрание закончилось вовремя. — Вот как, — пусто отзывается Тэхен, в который раз поджимая губы. Он смотрит на свои ладони, на их мягкую кожу и резко сжимает их в кулаки.       Ничего не происходит. Он совершенно ничего не чувствует. Ни потока энергии в его теле, ни тепло в груди, сопровождающееся магией. Пусто.       Всю жизнь, с самого детства, он мечтает стать очень сильным магом. Мечтал... К чему теперь все это? Он был награждён магией щита, но теперь не осталось даже её, а все из-за того, что он оказался гораздо глупее, чем предполагал. Гнался за тем, что ему недоступно вместо того, чтобы совершенствовать уже имеющееся. Людям всегда будет мало... Ему тоже было мало, в итоге он остался ни с чем.       Глаза щиплет от наворачивающихся на них слез, и Тэхен, прикусывая нижнюю губу, шмыгает носом, накрывая ладонями лицо. Он не просто проиграл Роберту, он в целом проиграл. Даже самому себе. Что теперь делать? К кому обращаться? — Тэхен, — раздается голос в тишине комнаты, — ты лишился магии, я прав? — подмечает Джун, и рядом сидящий Хосок дёргается, испуганно смотря на сжавшегося парня. — Как так? — выпаливает он и с испугом, смешанным с волнением, смотрит на Кима. — Так вот, — раздраженно шепчет шатен, сжимая ладони в кулаки, хватаясь ими за свои длинноватые волосы. — Магия просто так не исчезает, — взмахивает рукой староста и начинает быстро тараторить, перебирая все возможные варианты. — Может быть, упадок сил или Ли что-то сделал? А что насчёт блокировки чувствами? Я читал, что такое часто встречается, когда человек долгое время прибывает в депрессии или его эмоциональное состояние нестабильно, тогда магия... — Её нет, Хосок, — тихо перебивает целителя Тэхен и убирает ладони от лица. Те дрожат, мизинцы подергиваются, словно в нервном тике.       Все, что говорит Чон — бессмысленно. Он никогда не был депрессии, его эмоциональное состояние как ни у кого стабильно. Хоть и бывали частые разногласия с Юнги, травля со стороны одноклассников, но он никогда не чувствовал себя несчастным. Злился иногда немного, был чем-то недоволен и да... он очень не любил свою магию. Вот и причина, простая до нельзя.       Уголки его губ дергаются и Тэхен улыбается, закрывая глаза и чувствуя, как по одной щеке скатывается слезинка. Холодная, неприятно обжигает кожу. Толку-то теперь думать о причинах? Самое время думать о том, что он скажет родителям, когда вернётся домой и что будет делать дальше, а ещё...       Он поворачивает голову и вновь смотрит на лежащего рядом Юнги. Чертеныш словно и не живой, просто мягкая плюшевая игрушка, сделанная очень искусным мастером. Тэхен вздыхает и ложится обратно на кровать, поворачиваясь на бок и тыкая кончиком указательного пальца в маленький розовый носик. Фамильяр никак не реагирует. — Ты понимаешь, что как только совет прознает, что ты лишился силы, они тут же придут за Юнги, — хмурится Джун. — А если учесть, что вас наверняка видел Чонгук, ждать недолго осталось. — Чонгук видел? — переспрашивает Ким и краем глаза улавливает лёгкий кивок Хосока. — Он всегда за всем наблюдает, — подтверждает староста и в комнате раздается горький смешок Тэ. — Значит он наверняка видел, как Юнги воспользовался тёмной магией, — подливает масло в костер бедствия шатен. — Да что вы вообще там делали? — хватается за голову целитель, подскакивая с места и начиная наматывать круги по маленькой комнатушке, пока лежащий парень медленно перебирает в пальцах чёрную шерстку.       Ему уже все равно, по сути. Вот только сердце болезненно сжимается, когда он думает о том, что его ручного демона заберут. Он мечтал, конечно, об этом, но только сейчас, в полной мере осознав, понимает, что не может. Это будет чертовски больно. Это будет настолько невыносимо больно... наверное, именно поэтому фамильяры стараются не привязываться к своим хозяевам. — Чонгук ещё не беда, но если Джин унюхал тёмную магию на твоём Юнги, то у него уже крышу снесло, — поджимая губы, тараторит Хосок, останавливаясь около кровати и смотрит на Тэхена, с режущим до костей сочувствием. — Он, вроде, неплохой малый, — глухо отзывается Ким, думая, что «твой Юнги» в принципе звучит очень странно, но совсем не плохо. — Блеф! — прикрикивает Чон и тут же закрывает ладонью себе рот, испуганно озираясь по сторонам и устало оседая на кровать. Он выдыхает, — все это ложь. Наигранность, — качает головой, — Джин из клана Ким, у них там нет понятия о морали. Они там все на голову чокнутые. — О чем ты? — Я уже ни один раз говорил: держись от этого парня как можно дальше, — он кидает виноватый взгляд на Джуна, на что пёс только качает головой, а целитель сглатывает застрявшую в горле панику. — Я не понимаю, — также шепчет Тэхен и уже с интересом смотрит на старосту. — Тут нечего понимать, — он ловит чужой взгляд своим, — тут бежать сломя голову надо. Просто надейся, что совет заберет Юнги раньше, чем до него доберётся Джин.       Ким смотрит на мирно спящего кота и поджимает губы. Последние дни все было не так, как раньше, когда неприязнь чертеныша ощущалась физически. Тот даже доверился и поведал совсем немного о себе и сколько бы еще он мог рассказать, если бы не Тэхен. Если бы не его глупые капризы и не любовь к собственной магии. За мягким черным комочком чистой злобы прячется что-то очень белое и пушистое, парень в этом уверен, вот только он уже никогда не узнает что. Или же шанс все-таки есть?       Тэхен вновь садится на кровати и хмурится: — Не отдам, — смотрит твёрдо, уверенно, — плевал я на твоего Джина! Будь он хоть в сотню раз психопатом! — Ты глупец! — подаётся вперёд Хосок. — Ты не понимаешь, какой опасности подвергаешь себя и Юнги! Выходцы из клана Ким не щадят никого! — Тогда я просто найду способ вернуть свою силу! — также не уступает Тэхен, и староста подаётся назад, смотря на парня перед собой словно на умалишенного. — Просто? — коротко смеется он. — Ну ты и чудак. Хотя нет... Идиот! — прикрикивает солнечный парнишка. — Если бы это было сложно, то ещё ладно, но это невозможно! — Вот увидишь, — довольно растягивается в улыбке шатен, — я найду способ. — Он сам себе не верит, не понимает, что говорит, но эта мысль возникла в голове сама собой и продолжает расти. — Верну себе свои силы, если же нет, то овладею другой. Сделаю все возможное, да хоть в жерло вулкана прыгну или кану в пучину самой тьмы, но этого пушистого придурка я им не отдам. Кто ещё о нем позаботится, если не я? Кто вытерпит его характер? Поэтому мне плевать, что ты там думаешь!       Хосок слушает ошалело, хлопает глазами и тихо выдыхает. Лёгкая улыбка ложится на его губы. Все это звучит как бред, как несбыточный сон утописта. Как то, на что он сам ни за что бы в мире не пошёл. — Да вы стоите друг друга, — насмешливо произносит он и видит, как лицо одногруппника кривится в непонимании. — Смеёшься надо мной? — хмурит брови, а Хосок в свою очередь поднимает перед собой ладони в жесте «сдаюсь». — Не до смеха уже, — жмет плечами, резко становясь серьезным, — от глупости лекарств нет, — выдыхает Чон и переводит взгляд на своего фамильяра. Джун как всегда спокоен. Он с легкостью выслушивает чужую ругань, не встревая в неё и только сейчас фыркает. — Тогда я кое-что расскажу тебе о клане Ким и откуда столько знаю, например, о твоём фамильяре, — тычет он пальцем в Юнги. — Да? — улыбка быстро расцветает на пухлых губах, а Тэхен подаётся вперёд так резко, что едва не стукается своим лбом о лоб старосты, от чего последний ойкает и наклоняется в сторону. — Но только при условии наличии у тебя хоть каких-то сил, — складывает руки на груди Чон, обрывая мгновенно родившуюся надежду в парне. — А вдруг ничего не выйдет? — выгибает одну бровь Ким. — Это уже твои проблемы, — поднимается Хосок с кровати. — Соберёшь вещички, отдашь Юнги в совет и поедешь домой, — кивает он сам себе, улыбаясь и зовёт Джуна на выход. — Можешь сегодня отдыхать здесь и строить дальнейшие планы, хоть это и нереально в принципе. — Я даже не подозревал, что ты такой коварный, — фыркает шатен и бухается на кровать, укладывая голову на мягкую подушку. — Ну да, могу сказать только одно: вернуть магию нереально, твой сосуд опустошен, но есть ведь ещё один способ, не так ли? — заговорчески улыбается солнечный паренек, стоя у двери. — Смертельно опасный , но у тебя под боком тот, кто может помочь с этим.       Тэхен смотрит на Юнги и не может уловить мысль старосты. Этот пушистый черт и правда может чем-то помочь? — Я верю в тебя, Ким Тэхен, — шепчет Хосок и закрывает за собой дверь комнаты, давая парню отдохнуть, восстановить силы и начать все с чистого листа.       Вот только пока что он даже не представляет как.