1473

      На утро Катерина с удивлением обнаружила себя лежащей на заправленной кровати. Ночью она настолько погрузилась в свои думы, что не заметила как уснула. Поднявшись с кровати, девушка начала мерить шагами свою комнатку, не зная чем себя занять.       Спустя пару минут со стороны окна донёсся недовольный возглас. Катерина взглянула на двор, сквозь щели между рассохшимися старыми досками было плохо видно, но всё-таки она увидела двух коренастых мужчин. Тот, что был старше, прокуренным голосом распекал молодого, и в конце гневной тирады дал затрещину и отправил в дом. В этой странной паре Катерина узнала Дидье, хозяина дома, и Жозефа, младшего сына мельника.       Сын был практически копией отца, коренастый, хоть и немного выше родителя, темноволосый. Широкий нос с горбинкой и пухлые губы, также достались от отца. От матери же юный Жозеф унаследовал практически черные глаза и удивительно добрый нрав.       Спустившись на первый этаж, девушка застала следующую картину: юный Жозеф держась за ухо, гневно мерил шагами комнату, его мать, сидевшая на самом краю старого кресла, грустным взглядом следила за сыном. Дидье нигде не было видно.       – Что здесь происходит? – нарушила тишину Катерина.       – Было бы о чём рассказывать, мадам… Катерина. – ответил Жозеф, не взглянув на девушку. – На обратном пути слегка повздорили с отцом, ничего такого.       Не желая отвечать на дальнейшие вопросы, юноша спешно направился к лестнице, едва не сбив Катерину с ног.       – Что это с ним? – спросила девушка, потирая ушибленное плечо.       – Да ничего особенного. – женщина небрежно махнула рукой. – Малыш Жозеф хочет уехать учиться к моему брату в Юзес. Жиль весьма известный лекарь, держит небольшую лавку.       – Почему же ваш муж против? – Катерина удивленно вскинула бровь. – Лекарь, на мой взгляд, прибыльное дело. Мой папа тоже был лекарем, да и меня многому научил.       – Всё дело в моём брате. Давняя это история... – Жаннет грустно улыбнулась и посмотрела на свою собеседницу. В её глазах она прочла неподдельный интерес.

***

      Маленький городок готовился к празднику. Многоуважаемый судья собрался жениться. За пять лет его работы ни разу не был наказан невиновный, а другие горожане уважали общительного, молодого законника. Каким-то образом мсье Фурнье всегда знал - являлся ли обвиняемый преступником. Новость о помолвке быстро разнеслась по маленькому Юзесу.       Однако, утро дома Денатьё не задалось. Алис Денатьё - невысокая хрупкая женщина, приблизившаяся к закату жизни, спорила с дочерью. Вернее, скандалила юная Жаннет, её матушка позвала на праздник своего кузена из Лиона.       – Я не хочу чтобы Пьер опять говорил о моём замужестве. Он суёт нос не в свои дела, и даже не думает об этом. – гневно расхаживая по комнате, ворчала девушка.       – Ты не королева, чтоб все говорили только о тебе. – спокойно заметила Алис. – У Пьера и без тебя будет хватать забот, поверь.       – Но и по язвить время найдёт. Матушка, можно я уйду к Жилю на ночь? – Жаннет умоляюще посмотрела на мать.       – Я не думаю, что Жиль этому обрадуется. В праздники у лекарей всегда много работы.       За этой милой семейной сценкой из коридора наблюдал молодой человек. Не замеченный до этого гость прокашлялся, привлекая внимание. Лучезарно улыбаясь, юноша прошел в комнату и снял шляпу.       – День добрый, матушка. – он учтиво склонил седую голову.       – Жиль... что... что у тебя с волосами? – вместо приветствия произнесла Жаннет.       – И тебе привет, сестрёнка. – всё также улыбаясь сказал Жиль, поправив чёлку. – Небольшой не самый удачный эксперимент. Мэтр Жак позволил мне отдыхать в праздник, я решил, что хочу провести это время со своей любимой сестрой. Разумеется, если не нарушу ваши планы. – развел руками юноша.       – Эти эксперименты до добра не доведут, я же говорила. – нахмурилась Алис. – Ты ведь мог серьёзно пострадать. А если твои волосы такими и останутся, что будешь делать?       – Матушка, не переживайте, ведь я был не один, мэтр Жак не позволил был более интересные опыты. Да и волосы скоро будут в порядке, бровям хватило двух недель, чтобы вернуть цвет. – беспечно улыбаясь, ответил Жиль.       Алис никогда не нравились проделки сына, близкие к алхимии и прочей ереси. Она считала это – опасными глупостями, и, надо сказать, небезосновательно. Как-то раз, будучи ещё школяром, Жиль в своих изысканиях едва не спалил их дом. Мадам Денатьё надеялась, что общество рассудительно метра Жака сможет остудить пыл сына к различного рода опасным экспериментам. Напрасные надежды, кажется его не исправит даже женитьба.       Завтрак проходил в неловком молчании. Продолжать бессмысленный спор женщины не хотели. Разговоры о работе тоже были ни к месту, и теперь родственники решительно не знали, о чём вести разговор. Отставив бокал разбавленного вина, Жиль наконец решил нарушить гнетущую тишину:       – Матушка, разрешите ли вы Жаннет составить мне компанию на этот день? Часть города украшена к предстоящему празднику, и вам мешать не будем. – улыбаясь, говорил юноша.       – Я думаю, Жаннет сама может решить, что для неё будет лучше. Я не буду против.       Жаннет была рада такому вмешательству брата. Девушка едва не кинулась на шею дорогому брату. Душевный порыв был мигом остановлен, ведь матушка всегда говорила: бурное проявление чувств - показатель невоспитанности. Девушка лишь улыбнулась, показывая своё вовлечение в разговор. Теперь она не только сможет избежать общества злослова Пьера, но и побывает на празднике, а там может удастся увидится с Дидье.       – Я буду рада провести этот день с тобой, дорогой брат. – учтиво ответила Жаннет.       Городская площадь преображалась на глазах. Кто-то украсил лавку разноцветными флагами, а кто-то решил затеять небольшой ремонт. Так, хозяин лавочки смешанных товаров отправил помощника окрасить фасад здания. Бедняга к концу дня был весь перемазан изумрудно-зелёной краской, и ходил так несколько недель, пока хозяин не посоветовал, и, весьма настоятельно, пройтись юноше до городских бань.              Молодые люди неспешно шли по залитой весенним солнцем площади. Разговоры ни о чём и обо всём текли рекой. Без строгих взглядов матери, Жаннет была общительно и крайне смешливой девушкой. Жиль лишь улыбался, с интересом слушая рассказы сестры. К сожалению её полузатворническая жизнь не способствовала появлению интересных историй, поэтому вскоре Жиль смог начать свой разговор:       – Жаннет, я знаю что этот простак, Дидье Латуш, проявляет интерес к твоей персоне. – нахмурившись, серьёзно произнёс юноша. – И даже знаю что ты это приветствуешь. Молодость и первая влюблённость часто идут рука об руку, и ещё чаще к ним приходят разбитые мечты..       – И ты решил меня поучать?! – проявляя своё недовольство, девушка стукнула брата по плечу. – Ты старше меня всего на два года! Мало мне было Пьера, который хочет сосватать мне своего ученика..       – Не поучать, а понять почему именно Дидье? Ведь он не может контролировать свой бурный характер. Не далее как на прошлой неделе, к нам приходил школяр с расквашенным носом. Глупая шутка стоила ему очень дорого. Он потом ещё несколько раз приходил за обезболивающими притираниями.       – Нечего было говорить всякие глупости. Все знают - Дидье не терпит оскорблений своего имени.       – Одно неосторожное слово - и ты можешь получить оплеух. Этот человек не нашего мира. Он груб, как самый грязный простолюдин, а о его образовании и говорить нечего..       – Вот значит какого мнения обо мне Жиль Денатьё - болван и непутёвый ученик моего дражайшего дяди! – раздался за их спинами крайне возмущённый возглас. Дидье был на голову ниже Жиля, но это не помешало ему ввязаться в драку.       – Жиль тогда отделался парой синяков, и после этого они избегали всякого общения. – глубоко вздохнув закончила рассказ женщина. – Ох и давно это было, да и вряд ли такого исхода можно было избежать.       Катерина была настолько поглощена историей, что просьбу позвать Жозефа восприняла не сразу. Опомнившись, девушка поднялась, уже будучи на лестнице, она сказала:       – Он ведь расстроен, вряд ли захочет меня слушать.       – Нам нужна его помощь, даже если он не выйдет к тебе, он придёт.