Шалость не удалась

«Страх…» Чья-то рука упорно выводила надпись, букву за буквой. «Мурашки, бегущие по коже…» Взгляд прищуренных глаз прошёлся по написанному. «Кровь…» На пергаменте появилась алая капля. — ДЖЕЙМС! — рыжеволосая девушка подскочила, не успев начать последнее предложение. — Я же просила тебя есть джем в другом месте! — Упс… — парень в очках состроил виноватую рожицу. — Извини, Цветочек, просто хотел посмотреть, что ты там так сосредоточенно пишешь. — Приглашения, — Лили, успокоившись, вернулась на своё законное место на диване. — Завтра Хэллоуин, если кто-то забыл. Она снова взяла перо и дописала: «И, конечно, хэллоуинские черви из разноцветного шоколада от Берти Боттс! Всё это ждёт вас на нашем мероприятии, посвящённом Хэллоуину! 31.10.1981 года в 23:00» Но, оглядев своё уже готовое творение, девушка покачала головой: — Нет, лучше переделать. А то кому-нибудь попадётся такой конверт, и все опять поднимут панику. — А по-моему, ты просто преувеличиваешь, — Джеймс пристроился рядом с женой, крайне неосмотрительно оставляя открытую банку с джемом рядом с сидящим там же годовалым Гарри — их сыном. — А по-моему, ты просто не видишь всей картины, — девушка посмотрела на ставшее бракованным приглашение. — Ты что, забыл, как неделю назад послал Ремусу приглашение и письмо: «Нам нужна помощь», имея в виду просьбу сходить за продуктами, потому что Дамблдор забрал твою мантию-невидимку, чтобы ты никуда не влез? И Ремус тогда пришёл. Правда, захватил с собой весь Орден Феникса. Что тогда было… — О да, — Джеймс неопределённо хмыкнул. — Я тогда сказал, что из бывших Мародёров можно смело набирать новую компанию — Паникёры. — Их тоже можно понять. Всё-таки, друзья переживают за нас, — Лили покачала головой, хотя губы девушки при этом тронула едва заметная улыбка. — А ещё они действительно боятся за нашего Гар… — тут бывшая мисс Эванс обратила внимание на сына. И заметила, что он с ног до головы перепачкался малиновым джемом. — …ри. Джеймс, я же просила убрать банку! — Молодец, Гарри! — почему-то обрадовался Поттер-старший, потрепав мальчика по голове. — Весь в меня! Парень придвинулся ближе к сыну, и оба одновременно посмотрели на Лили. — И правда, похожи, — хитро улыбнулась она. — Даже замазались одинаково! Через какое-то время все открытки были готовы. К каждому пригласительному прилагалась также колдография, на которой перемазанные искусственной кровью Лили и Джеймс (волосы на голове у первой были заменены какими-то жуткого вида водорослями) поочерёдно держали на руках Гарри, увлечённо поедающего конфету в виде мозга. Взрослые периодически корчили в камеру самые невообразимые рожицы, а ребёнок, словно чувствуя веселье родителей, смеялся. — Жалко, что камера не передаёт звук, — залюбовалась девушка, в умилении сложив руки у подбородка. — Это точно, — согласился Джеймс, открывая окно и собираясь приманить сидящую на ближайшем дереве сову кусочком печенья. Но вдруг остановился. — А вообще, — неожиданно произнёс Поттер, — ты заметила, как скучно нам стало жить после разглашения того глупого пророчества? Выйти никуда нельзя, в дом к нам, никто, кроме Петтигрю, без приглашения зайти не может, а в каждом нашем письме всем мерещится сигнал тревоги! — Ничего, — умиротворяюще сказала девушка. — Я думаю, ради безопасности нашей семьи мы как-то сможем потерпеть. Она помнила, сколько неуёмной энергии бушевало в её тогда ещё будущем муже в годы обучения в Хогвартсе, и поэтому сейчас понимала, что импульсивному Джеймсу куда сложнее высидеть взаперти, чем ей. — Конечно, — не стал спорить парень, взлохмачивая рукой свои, и без того всё время торчащие в разные стороны, волосы. — Но никто не отменяет того факта, что это ужасно скучно. Так скучно, что КАРАУЛ! — на последнем слове Поттер неожиданно высунул голову прямо в окно. — Джеймс! — прыснула девушка. Внезапно входная дверь распахнулась, и в коридоре послышались стремительные шаги. А ещё через секунду в комнату с воплем: «Кто кричал?! Всем стоять, работает Блэк!» ввалился Сириус. Поттер-младший сморщил нос, явно намереваясь показать своё недовольство обилием громких звуков. Но не успел, потому что Блэк, узрев перемазанного джемом Гарри, тут же бросился к крестнику и завопил не хуже него. — О МЕРЛИН! Что случилось? Пожиратели приходили? Что эти изверги сделали с ребёнком? — Бродяга?! — Поттер, ошарашенно выпучив глаза, подошёл к другу. — Ты как здесь оказался? Лили, запрыгнувшая было на диван, успокаивающе погладила Блэка по спине: — Спокойно, спокойно, это просто джем. — Правда?! — расцвёл тот, сразу же принимаясь целовать мальчика. — Бродя-ага, — ненавязчиво позвал Джеймс. — Сириус, что ты здесь делаешь? — Кстати, да, Сириус, — жена бывшего Мародёра тоже заинтересовалась этим вопросом. — Си-ли, — сказал Гарри. — Ой! — совсем расчувствовался Бродяга, ещё крепче прижимая крестника к себе. — Вы слышали, как он меня назвал?! — И, когда всеобщая волна умиления закончилась, наконец-то ответил: — Я как раз упросил Хвоста, чтобы он меня сюда привёл. Мы аппарировали, подошли к дому, а тут кричат: «Караул»! — Всё, — обречённо произнёс Джеймс. — Я так больше не могу. Сириус, позови, пожалуйста, Питера. Нам нужно с ним кое-что обсудить. Блэк, недоумённо пожав плечами, вернул ребёнка в исходное положение и вышел в коридор. Чуть меньше, чем через минуту, в гостиную вошёл Петтигрю, дрожа и то и дело оглядываясь по сторонам. — Успокойся, Хвост, всё нормально, здесь никого не убивают, — Поттер покосился на «хранителя тайны». Трусость Хвоста всё чаще заставляла Джеймса жалеть о своём решении доверить адрес дома именно ему. — Да, Джеймс, я с-слушаю, — продрожал Питер. — И я, кстати, тоже, — Лили, наложив на Гарри очищающее заклятие, выпрямилась и повернулась к мужу. — У меня есть идея, — сделал хитрое лицо Поттер-старший. — Нам с Цветочком уже надоело безвылазно сидеть дома, а все наши знакомые устраивают панику по малейшему поводу. Так вот, мы придумали, как мы решим оба эти вопроса за один раз. — Мы? — удивилась его жена. — Если ты о том, что я предложила после того случая с Орденом Феникса, то я придумала этот «план» на эмоциях, и на самом деле ничего такого делать не собираюсь. — Поздно, дорогая, поздно-о, — игриво подмигнул ей Джеймс, и Лили поёжилась — уж он действительно мог воплотить в жизнь любую, даже самую сумасшедшую, идею. — Так вот, — Поттер, тем временем, вернулся к теме. — Завтра днём мы дадим Гарри немного детского снотворного. Он будет спать как раз до нашего возвращения, и в это время ему ничего не будет нужно. Сами осторожно выйдем из дома и сбежим в мотель, он здесь, за углом. Отдохнём там до вечера и вернёмся за полчаса до полуночи. А за полчаса до этого ты, Хвост, приведёшь сюда всех остальных. — И всё? — Лили с облегчением улыбнулась. — Звучит вполне безобидно. — А вот и нет, — Джеймс многообещающе сверкнул глазами. — Когда вы сюда зайдёте, здесь будут лежать наши трансфигурированные копии, чтобы все подумали, что здесь побывал Волдеморт. — Джеймс! — ахнула его жена, прижав ладонь ко рту. Хвост затрясся ещё сильнее. — Так вот, — ничуть не смутился Поттер. — Все испугаются, ты скажешь, что это не мы, а наши копии, а потом появимся мы настоящие. К этому моменту все уже должны будут успокоиться. Может быть, после этого все будут не так сильно нас опекать. — Звучит просто блестяще! — как всегда, начал льстить Петтигрю. На его лице возникла странная улыбка, но никто этого не заметил. — А мне так не кажется, — решительно запротестовала Лили. — По отношению к людям, а тем более, к нашим друзьям, это слишком жестоко. Только представьте, как они испугаются, если поверят, что нас убил В… кхм, Сами-знаете-кто, — тут же исправилась девушка, заметив, как сжался Питер. Но Джеймса уже было не остановить. — А не выпускать нас из дома? А врываться в него, как только мы скажем что-то двусмысленное? А тащить сюда по любому поводу Орден Феникса, в конце концов? Это не слишком жестоко? — Эх, — сдалась юная миссис Поттер, которой всё происходящее надоело ничуть не меньше, чем мужу. — Хорошо, я согласна. — Так что, договорились? — пропищал Петтигрю. — Да, — улыбнулся Джеймс, не давая своей жене шанса вставить хоть слово. Когда гости покинули дом и отошли уже достаточно далеко, чтобы аппарировать, Поттер снова подошёл к окну, приманивая сову всё тем же печеньем. Подождав, пока птица подлетит и расправится с лакомством, парень протянул ей пригласительные открытки. — Ну вот и всё. Теперь остаётся только ждать завтрашнего дня. А там уже подготовим, — Джеймс потёр руки, — декорации.

***

В большом тёмном зале стоял чёрный трон. На нём сидел человек, обладающий довольно жуткой наружностью — неестественно бледная кожа, почти лысая голова и глаза, вспыхивающие колючим красным цветом. Очертания его лица были вообще едва различимы. Волдеморт, он же Тёмный Лорд, он же Тот-кого-нельзя-называть, стремился захватить мир. И со временем ему действительно удалось сформировать вокруг себя группу людей, согласных подчиняться ему ради борьбы за чистоту крови. Несогласные же ласково уговаривались посредством применения двух из трёх непростительных заклинаний — Круциатуса* и Империуса**, что моментально относило их к первой группе. Ничто не нарушало величественную тишину, в которой Волдеморт упивался безграничною властью над своими подданными. Ничто и никто. Как вдруг… — МОЙ ЛО-ОРД! МОЙ ЛО-ОРД! СВЕРШИ-И-ИЛОСЬ!!! — вереща совершенно мерзким голосом, в комнату влетел… Питер Петтигрю, не забыв сразу же хлопнуться на колени. — Питер, — Волдеморт поморщился. — Что ты кричишь, как Дамблдор без Соноруса? *** Что случилось? — Мой Лорд, — трясущимся от странной смеси страха и благоговения голосом пролепетал Хвост. — Сегодня вечером я могу провести вас в дом Поттеров. Мальчишка останется там один, и никто вам не помешает, — на последнем слове его голос сорвался на отвратительный фальцет, он злорадно потёр руки. — Просто отлично. Когда я всё сделаю, я награжу тебя, мой верный слуга, — снисходительно произнёс Волдеморт, хищно сверкая красными глазами.