Happy dark

      Sweety сматывает разработку, которая помогла ему не шлепнуться на асфальт с тринадцатого этажа, когда он выпрыгивал в окно. Она похожа на железный пояс, который находился под кимоно, с боков пристроено небольшое устройство, которое заматывало специальную, очень тонкую проволоку, выдерживающую до сотни килограмм. Проволока проходила в рукава и цеплялась за специальные петельки. Конец у них был довольно объемным, поэтому и рукава широкие. Дальше, к пальцам были прикреплены пару проводов и кнопки. Перчатки лисёнок выбрал полупрозрачные и довольно свободные, чтобы ненароком не нажать на кнопку, которая в тот же момент активирует механизм, и из рукавов выскочат с огромным напором два крюка. Они могут впиться в бетонную стену, так что лис сам для себя рисковал, если бы решился надеть его любимые кожаные. Sweety любил уходить эффектно, да так любил, что готов был даже готовиться к исчезновению часа два.       Карман кимоно был на молнии. Такие не продаются, поэтому лисёнок самостоятельно ее вшил, чтобы не выпадал телефон, когда он играл с гравитацией. Пару движений пальцами и сообщение доставлено. «Все отлично, я спешу домой». Ответ пришёл сразу же. «С нетерпением жду» и подмигивающий смайлик рядом. Черт. Он не сможет заняться сексом с лисичкой, пока не убьёт свою родственную душу. Да они могут друг другу дрочить, лизать и сосать, но без проникновения. Sweety просто вырвет от тошнотворных чувств. Нужно что-нибудь придумать.       Юджин жил в одном районе с дуэтом, поэтому до дома недалеко. Но Sweety не знает, как дела обстоят с крышами: открыты ли чердаки, есть ли пути отступления, могут ли его загнать в ловушку. Поэтому решается просто идти по земле и захватывать как можно больше переулков.       Остался поворот и он дома. Далее лис отлично знал местность. Уже расслабившись и уткнув голову в землю(чтобы лицо не было так заметно) он подходил к подъезду. Людей вокруг не было. Странно. На всякий случай парень прошёл свой дом, заходя за ещё один поворот. И ещё за один. Не зря. Лисьи уши улавливают шевеление на крышах, а потом он слышит как кто-то заряжает пистолет. Sweety останавливается. — Выходите, — пытается прикинуть сколько зверей на него нападет. Пять-шесть на крыше и четыре, может пять на земле. Маловато.       Спереди и сзади переулка выскакивают полицейские с автоматами, направляя на него. Этого лисёнок точно не мог ожидать. Они забрали все улики из участка, они все сделали, чтобы их личности не вскрылись. Но полицаи выследили его, выследили примерное положение дома и сейчас держат зверька на крючке. Интересно, как там Pinky. — Не стрелять! — кричит доминантно их босс, — я сначала с ним поговорю.       «Угу, поговоришь, поцелуешь, если я захочу трахнешь и вылижешь ступни» — голова только этим забита. Лис в себе уверен. Ему нельзя умирать, он хочет ещё увидеть Юджи… Sweety расширяет глаза и улыбается своим мыслям в голове. Вперёд выходит зверь с личностью пса и направляет на него пистолет. Лицо тут же становится спокойным. — Имя, — четко и по делу.       Ага, так он ему и сказал. Настоящего имени, даже Pinky не знает, — Убери свой пистолет, — лисёнок дует губы, отворачиваясь.       Шестерки государства снимают очки, чтобы посмотреть на самого милого зверька, которого они когда-либо видели. И пытаются убедиться в его адекватности, когда он разворачивается к ним и улыбается каждому из четверых. Тот собирается подойти к самому высокому и красивому, чтобы погладить по голове. Если достанет. Но звук выстрела его останавливает. Sweety разворачивается обратно к командиру, хочет из-за пояса достать свою пушку, но резко понимает, что он ее забыл. — Стой на месте! — кричит их босс и ещё раз повторяет, — назови своё имя. — Самый красивый лисёнок на Земле, — отвечает Sweety.       Разговаривать с ним не хочется. Хочется в душ и лапшу быстрого приготовления. После принятия того, что лис так по-глупому забыл свою разовую бестию у волчонка, он вытягивает вперёд руку, имитирует пальцами пистолет и «стреляет». — Пау, — шепотом говорит себе и выпускает ничтожную дозу феромонов.       Полицейские стоят не двинувшись. Крепкие орешки. Sweety садится на асфальт в позу лотоса и закрывает глаза. Пытается не распространить запах, а уплотнить его в одном месте. Когда тот открывает глаза, то понимает, что теперь-то он точно доигрался, потому что ни на кого не подействовало. «Вакцина» — проноситься в голове. Черт. Обычно между «бей или беги» Sweety выбирает бить, но сейчас у него нет ни физического, ни психологического оружия. Есть лишь устройство на котором он может буквально улететь. Но на нем мало зарядки. Полицейских больше, чем он ожидал. Многие из них коты, которые передвигаются совсем бесшумно, поэтому даже лисьи уши не услышали шагов. — Командир, а вы уверены, что это он? — спрашивает ещё один пёс, — он больше похож на ребёнка, чем на убийцу . — Я же вам дал все результаты экспертизы, — потирает пальцами виски.       Какой блять экспертизы?! Он же удалил все данные. Осознание приходит слишком быстро и того током прошибает. Удалил только о Pinky. Про себя забыл. Вот так просто взял и забыл. В последнее время он очень рассеянный, так как мысли о Юджине не дают покоя. Он ему, черт возьми, даже сниться. — Вы что-то подзабыли? — босс скалит зубы, — он не ребёнок — ему около двадцати лет. Он кровожадный убийца.       Вот так просто? А где же восторженные вскрики о том, что «девятнадцать на одного!», «у каждого пуля между глаз или сердечный приступ!», «да как он это делает и остаётся в тени?!». Нужно уходить. Sweety вообще не понимает, почему его до сих пор не расстреляли, опасаясь этого он аккуратно срывает крюки в рукавах с петель и нажимает на кнопки, целясь на здание позади командира, мысленно молясь, чтобы проволоки хватило. Очень быстро улетая из всей этой очень скучной тусы, Sweety сначала слышит, как пули отлетают от стен домов, а потом команду их босса «не стрелять, а бежать за ним». Не догонят. Крюки довольно ненадежно впились в крышу невысокого здания, поэтому, как только Sweety приземлился, они отвалились вместе с куском кирпича. Пока лис бежал к обрыву крыши, то жал на кнопку, чтобы до конца смотать проволоку. Скатываясь как с горки по черепице он не чувствовал особого напряжения. Подъезжая к концу парень увидел, что полицейские стоят внизу и ждут, пока тот спрыгнет со второго этажа. Sweety не ожидал, поэтому, резко развернувшись, схватился за крышу. Он видел как в него целились, но это было не огнестрельное оружие. Когда около приземлилась сетка, лис ухмыльнулся идее поймать его «так». Неудачная попытка. На крыше к нему приближалось ещё пару волчат, поэтому дьяволёнок опять нажал на кнопки, теперь прицеливаясь подальше и повыше. — I believe I can fly, — крикнул Sweety пролетая под зверьем, которое пыталась набросить на него сетку.        Схватившись за край плоской крыши, лис замечает как по соседней к нему бежит целая дюжина. Заматывая проволоку обратно, парень ныряет на чердак, через окно, которое находилось в стене, недалеко от его ног. Дальше он должен был спуститься вниз на два пролёта по лестнице. Но люк был закован цепями. Поэтому Sweety ныряет в узкую форточку и летит вниз, прямо на Бобиков. Те уже думали, что тот упадёт, переломав себе все кости, но лис не пальцем деланный. Он опять нажимает на кнопки, летя дальше по переулку. Людей нет. Полицейские их эвакуировали. Всех. Гордость захлебнула хвостатого с головой, когда он понял — его считают таким опасным, что решили не рисковать и очистили аж две улицы.       Дальнейшая цель — невысокий магазинчик. Там есть довольно скрытый подвал, через который можно попасть на территорию одной небезызвестной шайки. В том переулке столько туннелей, столько скрытых проходов, что полицейские его в жизни не найдут. Пролетая над кучей, огромной кучей Бобиков он замечает командира и подмигивает ему. Но тот улыбается, целится, как лис думает в него, и стреляет. Проволока на правой стороне обрывается. Левая берёт всю мощь на себя и пытается вытащить лисенка как можно выше. Зарядки не хватает. Последнее, что его могло спасти садиться. Немного не хватило долететь. Он падает на асфальт, прямо рядом с магазином. На него летит сетка. Лисёнок пытается выпутаться, перегрызть ее, опять неконтролируемо выпускает феромоны, пока командир вальяжным шагом подходит все ближе. Встав рядом он приказал всем отрядам прибыть на место, где задержали этого дьяволёнка, выпутать, раздеть до трусов и осмотреть все тело. — Не думал, что вы хотите позабавиться со мной, — рычит Sweety, все ещё дергаясь в сетке, — да еще и при всех! У вас что, такой фетиш? — Ты непредсказуем, может у тебя в волосах не заколки, а дротики со снотворным. Может быть на губах не блеск, а медленно действующий яд, — говори вполне серьезно капитан. — Да что ты, а в жопе у меня бомба медленного действия, которая активируется от грубого толчка — хмыкнув говорит лис.       Босс смотрел на него внимательно. Sweety заметил, как дернулся его нос. Дальше к нему подбежала девушка и начала что-то шептать на ухо. «Там пару наших уже…». Пёс зажал ей рот и дал телефон, чтобы она ему написала то, что хотела сказать. Блять, да он чертов гений. — Быстрее, свяжите ему все что можно, — после прочитанного сообщения у мужчины округлились глаза, — ноги, руки. Дополнительно наденьте наручники, — ещё немного подумал, — несколько пар. — Я не такой опасный как вы думайте, — лис ждёт, пока с десяток полицаев разрезают сетку, а потом смеётся, грубо убирает от себя руки и встаёт на ноги, пытаясь ускакать от них.       Ногу пронзает острой болью и Sweety падает, понимая, что он ее сломал. Снова встаёт, закусывает губу до крови, царапает руки острыми когтями через перчатки, пытаясь перевести боль на другие участки кожи и бежит. Но на него падает котенок и туго завязывает руки толстой веревкой. — Что это за БДСМ игры? Мне такое не нравится! — кричит лис, — можешь практиковать шибари на ком-то другом! — Я тебя ещё и плеткой отхлестаю, если не замолчишь, — шипит кот.       Есть у Sweety одно воспоминание, связанное с плеткой, которое помнить не особо то и хочется. Лис тогда забыл стоп-слово. Молил, кричал, что забыл слово, но все воспринималось как игра. Мурашки побежали по коже.       На запястья ему в добавок пристегнули наручники, а ноги связывали намного сильнее чем руки. Хвост вилял из стороны в сторону, мешая коту. Тот даже чихнул, когда длинная шерсть попала в нос. Не церемонясь он прижал пушистый отросток к спине и услышал взвизг. — Не трогай его! — начал дергаться Sweety, — только задень, я тебе все косточки по одной переломаю.       От такого ора кот аж отпрыгнул. Командир понял, что они нашли его ахиллесову пяту и подошёл ближе, разворачивая полностью связанное тело лицом к себе. — Да что ты такое говоришь? — с усмешкой в голосе, — как тебя зовут? — ладонь легла на кончик хвоста, который проходил между ног лисенка. — Это низко с твоей стороны, — поджав уши говорит Sweety.       Босс ещё не знает, почему лис так реагирует на прикосновения. Возможно ему больно. Но трогая белый кончик он понимает, что тот лежит и даже не думает дергаться. Тогда ладонь опускается ниже. Терпит или в правду ничего не чувствует? — Убрал руки! — скалиться парень, — да вы себе хуже сделайте. — Не разговаривай со мной так, — шестерки подбегают к нему, когда видят, что гадкий лисёнок посмел плюнуть командиру в лицо.       Пес вытирает слюну рукавом и останавливает его подчиненных одним только взглядом. — На ноги его, — босс встаёт и ждёт, пока Sweety поднимут, держа за плечи, — открой рот, — давольно спокойно произносит командир.       Парень смотрит напротив в чёрные глаза и зажимает зубы до скрипа. Тот хочет ему отомстить. Не тут-то было, слюну щенков он ещё не глотал. — Открой, — медленно говорит босс.       Он понимает, что лис сейчас на зло ничего не сделает, поэтому зажимает щеки двумя пальцами, давя на скулы. Sweety разжимает зубы. Пес рассматривает клыки, суёт пальцы внутрь, кладёт их под язык, ощупывает заднюю поверхность зубов. — Яда нет, — вынимая пальцы из о рта констатирует мужчина и отворачивается.       С чего такая забота лис не понимает. Почему они сразу его не пристрелили? За такое обычно не прощают. Sweety ведут к машине. Ну как ведут, на себе тащат. Он не может поверить, что попался. Но уверен, что Pinky его вытащит. Все это время он вырабатывал феромоны. Лис и сам не знает зачем, на всяких пожарный. Как только его подводят к машине, то кот начинает шарить по телу Sweety своими лапами, ища что-то небезопасное. С его волос снимают все заколки, вытаскивают из двух пар ушей серьги, забирают телефон и снимают приспособление, которое дарило ему крылья. Лис не смирился. Он набирает компромата и внимательно слушает каждый шорох. «12 заколок, 8 серёжек», «дочь совсем разболелась», «многие уже не выдерживают, заткните уже хоть как-нибудь этот запах», «дома молоко кончилось». Что? «Многие не выдерживают»?. Класс, вакцина оказывается не такая долговечная. Лис улыбается и опять начинает дергаться, не желая сесть в машину. Он падает на пол и начинает плакать, вытирая слёзы хвостом. Кот не знает как на это реагировать, поэтому зовёт босса. — Э… ты чего? — а он-то откуда должен знать, что делать? Куда делся холодный лис со своими пошлыми шуточками? — Я… я хочу к своему истинному, — задыхаясь пытался сказать Sweety. — У тебя есть истинный?! — удивившись спрашивает командир. — Угу, — ещё пуще прежнего начинает выть.       Все оглядываются на них, не понимая что происходит. Актерская игра происходит, вот что. Лис просто вспомнил детство, а мысли о родственной душе появились как-то сами. — Как… Что… Блять, — теряет самообладание и терет пальцами виски, — ты же понимаешь, что сам виноват? — Аааа, — воет, — я хочу к нему, — начинает бить землю связанными и скованными ногами. — Стой, давай залазь в машину, — разум включается, — меня этим не проведёшь.       Командир повелся. Но разум у него хоть куда. Когда тот, чтобы запихнуть в машину взял лисёнок на руки, то этот лисёнок начал тереться головой о грудь, прося ласки. — У тебя раздвоение личности что ли? — теперь уже затуманенным взглядом говорил пёс.       Ага, воспаление хитрости. Хотя к Юджину и правда хотелось. — И… пожалуйста, выруби свой запах, от него нам не горячо, не холодно.       Попался. — Погладишь меня? — смотрит слезливыми глазами, лёжа на заднем сиденьи. — …Да, — немного подумав отвечает пёс, — сейчас кое-что улажу и приду, — дверь машины захлопывается.       Да! У него сработало. Но мысли о том, что хочется к истинному заставляют не останавливаться. Слёзы продолжают литься. Такое бывает, когда один из партнеров испытывает огромный стресс, но лисёнок продолжает думать о том, что это совпадение. У него нет ни инстинкта самосохранения, никакого-то там стресса.       Через секунд двадцать после того, как дверь захлопнулась, Sweety услышал стрельбу. Стреляли из автоматов. У дуэта не было ничего, кроме пистолетов и ножей. Да и по звуку можно было определить, что оружия было очень много. Это не Pinky. Разочарован ли он? Нет. Может слегка.        Оры, крики, рычание. Через стекло было видно как полицейские один за другим падали, пытаясь пережать рану. Некоторые прятались за зданиями. Люди в черных масках направлялись к машине. Трое добивали выживших. А последний вытащили Sweety с заднего сиденья и закинул его к себе на плечо. Лису не понравилось такое вольное поведение, поэтому он начал стучать руками по спине и пытался дергать ногами. — Да отвали ты от меня, — прорычал рысенок, когда дьяволёнок укусил того за хвост и попытался стянуть штаны, — мы тебя вообще-то, можно сказать спасаем. — Телефо-о-он, — ворчал Sweety, — и ключи от наручников.       Мужчина положил того на землю, а сам ушёл. Похоже реально за телефоном. Стрельба продолжалась, но вокруг лисенка будто бы был начерчен круг, в который не попадали пули. И вот жопой чуял Sweety, что что-то здесь не так, поэтому вперёд головой залез под машину. Кхм… заполз. Его потянули за веревки обратно и снова закинули на плечо. Парень и кусался, и царапался, пытаясь свалить отсюда. — Да что ты все ёрзаешь! — шлёпнул по заднице незнакомец, — лежи смирно. — Меня будто бы хотят износилова-а-а, — не успел договорить, как был закинут в багажник. — Отстань, ты за эти две минуты меня уже заебал, — прошипел мужчина и захлопнул дверь.       Машина двинулась. Что-то пихало его, хотя багажник был довольно просторный. Лисёнок хорошо видел в темноте, поэтому решил порвать зубами пакеты и изучить содержимое. Какие-то капли, салфетки, бутылки с алкоголем. Довольно дорогим. О! Яблоки. Довольно необычный набор. Ему не сказали, что можно делать, а что нет, поэтому тот еле как открыл бутылку вина зубами, половина деревянной пробки упала внутрь, но это не остановило его зажать горлышко губами и поднимая головы отхлебнуть. Потом он зафиксировал бутылку между своим телом и стенкой багажника и откусил яблоко. Вино было очень вкусным. Конечно, 30 лет выдержки.       Когда машина остановилась, то бутылка была полностью опустошена. Он даже умудрился открыть ещё одну, выпив около половины. Чуть-чуть вина вылилось на кимоно, но немного пьяненького Sweety это ничуть не смущало.       Когда дверь багажника открылась, на него смотрело четыре пары глаз. Он лишь усмехнулся, показывая головой на недопитую бутылку. — Будете?, — улыбаясь говорил лисёнок, откусывая кусок от еще одного яблока. — Вот скажи, ты над нами издеваешься? — ударив себя по лбу говорил тот, что тащил Sweety на плече. — Не хотите? — расстроился парень, но потом опять обхватил горлышко бутылки губами и, запрокинув голову, пару раз глотнул, — ну и не надо, — сказал тот, когда вынул из о рта бутылку. — Давайте его здесь оставим? — смотря на это безобразие, спросил один из парней. — Н-не надо меня здесь оставлять! — промычал лисёнок пытаясь трезво говорить, — я это… жонглировать умею. — Ножами? — смешок от парня в чёрной водолазке. — Да хоть хуями, — Sweety смотрел на четверых парней в масках, — меня щас это, вырвет. — Блять, — самый высокий достаёт дьяволёнка из багажника, ножом разрезая веревки на руках, — вот сюда, — показывает на какой-то куст.       Проходит с десяток секунд. — Сука, не в розы, — тянет ещё один мужчина в водолазке. — Поздно, — ещё один рвотный позыв, — вкусное вино… было.       Отшатнувшись от клумбы, тот норовил упасть, но шесть рук его поймали, не давая это сделать. — Вы типо теперь мои дворецкие? — еле связывает слова в предложения, — а где рысёнок? — смотрит на огромный трехэтажный дом, — вау, это мой дворец?       Хочется подбежать к дверям, рассматривая как аристократично та украшена, машинально делая шаг вперёд, лис забывает, что ноги связаны, а одна из них сломана. Он валиться в тот же куст, куда только что наблевал и отключается.