Цветок смерти

      В Кири мы прибыли через два дня. Торжественно вошли в город, прошли по главной улице и остановились на огромной площади у странного здания, из которого, опираясь на палку, с великим трудом вышел настолько дряхлый дед, что я вообще не понял, как в нём душа держится. Однако, как я понял, этого деда здесь уважают. Все почтительно кланяются и ждут, пока он дойдёт. А поскольку мы стоим в первых рядах, с нас он, видимо, и начнёт.       Разделяющие нас сто шагов, вернее, только половину, дед преодолевал целую вечность. Часто останавливался, подолгу отдыхал, но с упорством горного тролля продолжал шаркать вперёд, что бесило Забузу, но вида он старался не подавать. Остальные молча ждали, я же осматривал окрестности.       Да, ничего похожего я никогда не видел. Хотя, не скажу, что видел многое, но замок и расположенный вокруг него город, а также близлежащие сёла не часто, но посещал. И тут всё очень сильно отличается. Во-первых, чистота. Если у нас по улицам текли помои и бегали крысы, а из окон домов вылетала и выливалась всякая мерзость, то здесь чистота идеальная. Дома непривычной мне формы и разнообразных размеров. Широкие светлые улицы.       Во-вторых, здесь вкусно пахнет. Не грязью, разложением и помоями. А цветами, вкусной едой и чем-то необычным, но не менее приятным. Таким, от чего мне хотелось улыбаться. Но что это я определить не мог.       В-третьих, сами люди… Это не измождённые работой и голодом крестьяне. И не грязные, вечно задирающие нос горожане. И даже не напомаженные и разодетые аристократы. Они, эти люди, те, кто живёт в Кири… Они обычные, но в то же время красивые. Разнообразно одетые, но во всё чистое и не вычурное. И они… Да даже в том селении, где мы убили Гато, люди были другими. А здесь… — Ну как, нравится тебе Кири? — слегка наклонив голову, спрашивает Забуза. — Очень, — Тихо, — шикает на нас Мей. — Потом поговорите.       Дед, заметно сбавив скорость, продолжал идти, все ждали, а я думал. О Кири, где мне понравилось, но очень много я не понимал. Например, зачем по улицам стоят столбы с натянутыми между ними верёвками. Сушить что-нибудь? Зачем такая высота? Да и на верёвках я ничего не вижу.       Или местные забегаловки, как назвал эти строения Забуза. Как в них готовят еду? Огня и дыма нет, а горячие блюда подают. Можно сослаться на магию, но я её там не видел. Да и работают там обычные люди. А само строение вообще не имеет одной стены. Всё открыто и можно сразу зайти, присесть за один длинный на всё помещение стол и за деньги получить всё что хочешь.       Также я не смог понять назначение некоторых устройств. Каменных сооружений, в центре которых вверх били струи воды. Это красиво, но зачем — непонятно.       Красиво… Всё в Кири красиво. Дома, улицы, люди, всё. А я… А я думаю. Почему Туман, если никакого тумана нет... — Теруми Мей, наконец-то ты пришла, — прошелестел подошедший дед. — А я уже думал, что умру и не увижу тебя. Прошу в резиденцию, нам много чего необходимо обсудить. Тебя, Момочи Забуза, это тоже касается. Остальных поздравляю с победой, вы свободны. Мей, Забуза, поторопитесь, мне недолго осталось.       С этими словами дед развернулся и ещё медленнее пошёл обратно. От чего Мей и Забуза переглянулись и синхронно вздохнули. Забуза подозвал к себе Хаку, что-то шепнул ей и… — Пойдём, Лаши, — схватив меня за руку, хихикнула Хаку. — Я покажу тебе Кири. Мы купим тебе нормальную одежду, а потом… — А потом можно будет сходить в кино и посидеть в парке, — мечтательно улыбаясь, заявила появившаяся рядом с нами Ринго. — Вот этим и займись, — фыркнула на неё Хаку. — У нас другие планы. — А я с вами хочу. Мне что, нельзя? Ты, что ли, запрещаешь? Почему… — Да, потому что я его девушка. Мы пара, к твоему сведению, и мы встречаемся. А ты, Амеюри, здесь совершенно лишняя. Понимаешь? — Юки! Ты… Мерзавка! Ну и пошли вы, — злобно выкрикнула Ринго, оскалилась и, глядя на Хаку, провела пальцем по горлу.       На что Хаку, жмурясь, улыбнулась и показала ей средний палец. Крепче сжала мою руку и быстро пошла в сторону. — Ходят тут всякие, и кружат как стервятники, — волоча меня за собой, бурчала Юки. — А ты почему ничего не говоришь? — Я не знаю, что сказать. Подскажи, что мне надо говорить. Просто… — Слушай, — прижав меня к стене, заявила Хаку. — В следующий раз, когда какая-нибудь озабоченная подойдёт к тебе, говори, что встречаешься со мной. — Ладно…       Кивнув, Хаку потащила меня дальше. Я же, стараясь не упасть, думал, что отношения с женщиной — это не так просто… ****       От площади Хаку потащила меня в магазин одежды. Где мы набрали мне много разных необычных и очень удобных вещей. А также сдали в ремонт мой плащ. Остальные вещи починке не подлежали и их пришлось выбросить. Далее меня повели в закусочную, как её назвала Хаку. Где нас за деньги накормили разными очень вкусными блюдами и моими теперь уже любимыми сладостями. Ну и по чашечке мы приняли. Дальше была прогулка и объяснение вещей, которых я не понял. Правда, их я всё равно не понял, даже после объяснений Хаку. Ну а после прогулки мы направились в гостиницу, где Хаку, краснея, сняла две комнаты. Одну на двоих, вторую для одного. Взяла ключи и, хихикая, потащила меня к комнатам. — Постой, а почему ты взяла две комнаты? Нас же трое. Или… Я буду ночевать с Забузой-саном?       На мои вопросы Хаку остановилась, перестала хихикать и, строго глядя на меня, спросила: — Ты и правда ничего не понимаешь? — Понимаю, но мне, кажется, что недостаточно. Объясни, пожалуйста. — Объясняю, — фыркает Хаку, густо краснеет и спокойно продолжает. — Мы. Да-да, мы с тобой. Кто? — Шиноби! — Не беси меня, Лаши. Мы с тобой пара. Встречаемся, а значит что-о-о? — Что-о-о? — Хорошо, — хлопнув ладонью по стене, уже почти рычит она. — Когда мужчина и женщина любят друг друга, они что делают? — Любят, это как? — С этого дня мы живём вместе, — ворчит Хаку, открывает ключом дверь и заталкивает меня в комнату.       Запирает дверь, отводит меня к кровати, просит сесть и, как только я сажусь, обнимает меня и почти шёпотом спрашивает: — Ты… Лаши, что ты ко мне чувствуешь? — Мне приятно, когда ты рядом. — А ещё? — на ухо шепчет она. — Опиши. — Не могу подобрать слова, но… Вот сейчас, я… Твоё дыхание обжигает, а прикосновения... От них мне не хватает воздуха, сердце то пропускает удары, то бешено колотится. А от твоего взгляда мне хочется защитить тебя от всех невзгод. — Тебе нравятся мои глаза, — повернув к себе мою голову, шепчет она и тянется ко мне. — Да, они красивые. Как у Мей… — Дурак! — ударив меня в плечо, выкрикивает Хаку. — Испортил такой момент! Я же повторить поцелуй хотела! А ты с этой коровой! Да ну тебя! — Повторить? Значит… А когда был первый? — Лаши, помолчи, пожалуйста. — говорит Хаку, встаёт и уходит на вторую кровать.       Да что не так? Эх, жить с девушкой целая наука. А Хаку, кажется, расстроилась. Да нет, она в бешенстве. Но я же не знаю! Не знаю, как это! — Прости, что обидел. Но и ты пойми, я с шести лет жил хуже чем собака. Десять лет из меня выбивали всё человеческое, а научиться у меня не было возможности. Ничего, кроме темницы, боёв и постоянных издевательств я не видел. Да я даже поговорить ни с кем не мог. Только приказы мастера и рассказы о том, какое я ничтожество. Научи меня, я сам очень хочу стать человеком. — Иди к своей Мей, пусть она тебя и учит. И вообще, чего ты прицепился к её глазам? — Я видел их во снах. Да, я уже рассказывал, но послушай ещё раз. Только благодаря им я не сломался и смог сохранить веру в человечество. Только этот образ, зеленоглазой женщины, помогал мне держаться. Да, я подозревал, что это всё иллюзия, а перед отбытием сюда узнал ещё, что это мастер подкинул мне это воспоминание. Он же и сказал о том, что она существует. Возможно, мастер когда-то был здесь, язык и письменность я знаю из его воспоминаний. Возможно, он видел Мей. А ещё возможно, что старый безумец просто всё придумал с целью причинить мне больше боли. Прости Хаку, ты очень дорога мне, но эти глаза… — Ты прости, — подскочив и обхватив меня говорит Юки. — Это я слишком многого захотела. Я научу тебя. — А ты раньше с кем-нибудь встречалась? — Не, только читала. Но я… Поцелуй меня. — Я не умею, — отворачиваюсь и опускаю голову. — Прости…       В ответ слышу расстроенный вздох, но Хаку не убегает, как я успеваю подумать. Вместо этого, она гладит мои волосы, ещё раз вздыхает и неожиданно крепко обнимает. Поднимает голову, смотрит в глаза и тянется ко мне ближе. Медленно она приближается и неожиданно касается моих губ своими. От чего я забываю как дышать, широко распахиваю глаза, а Хаку продолжает нежно целовать меня. И от этих нежностей во мне просыпается что-то неведомое. То, чего я ещё никогда не чувствовал. Такое необычное, тёплое и приятное, что я теряю контроль и, как могу, стараюсь ответить ей. И, видимо, это получается. Хаку довольно хмыкает, отстраняется и пальцем вытирает губы. Краснеет, отводит глаза и, хихикнув, спрашивает: — Ну как, понравилось? А говорил, что не умеешь. — Я не врал… Нет, иногда… Два раза я видел, как люди это делают, но я думал, что это что-то вроде рукопожатия. Я и предположить не мог… Хаку, мне на секунду показалось, что я умер. Это… — Это здорово. Да? — смеётся она, резко замолкает, гладит мои волосы и обнимает. — Люблю тебя. — И я тебя… — неосознанно отвечаю и вижу, как Хаку покраснела ещё сильнее. — Ладно, Лаши, давай разбирать вещи.       Что она сейчас со мной сделала? Почему я теперь не могу думать ни о чём, кроме неё? Что разбудил во мне этот поцелуй? Не могу понять, но теперь я точно уберегу её от всех опасностей. Как можно быстрее научусь быть человеком и всегда буду рядом с ней. Те глаза… Глаза Мей, они хоть и зовут меня к себе, но теперь у меня есть другие. Большие, карие, невероятно красивые, очень тёплые. И они теперь рядом. Подумать только! Я смог! Я убил своих мучителей, смог сбежать, нашёл друзей, теперь у меня есть девушка, которая меня любит… Которую я люблю! Не знаю точно, что такое эта любовь, но почему-то кажется, что это именно она сейчас проснулась. Я — человек, живой. Я могу жить… И я буду. (Шесть часов спустя. Кири. Момочи Забуза.)       Бредя по улицам в сторону гостиницы, я наконец-то осознал, что всё закончилось. Ягура и большинство его сторонников уничтожены. Мей скоро станет Мизукаге. С меня сняли все обвинения и, как только Мей займёт пост, восстановят в звании и снимут статус нукенина. Момочи Забуза скоро снова станет шиноби Кири. Дело сделано! А-ха-ха! Наконец-то. Конечно, основная заслуга столь быстрой победы принадлежит Лаши. Но и мы с Хаку приложили к этому руку. А интересно, если бы Лаши немного промахнулся и встретился бы не с нами, а с Какаши? Ну, Копирующий явно не стал бы врать ему, как я. Нет, не хочу даже думать об этом. Такого человека отпускать нельзя. И я не особо верю в высшие силы, Ками… Но, чёрт возьми, это они его к нам прислали. Или… Что-то меня не туда понесло.       Плюнув на всю эту мистическую чушь, иду в гостиницу, где мы с Хаку условились встретиться. Зайдя, подхожу к сидящему за стойкой владельцу и спрашивая где наши комнаты. — Второй этаж, — сонно отвечает мне владелец. — Комната двадцать шесть, для одного. И двадцать семь на двоих. — Почему две? — Извините, Забуза-сан, я не знаю. Хаку так попросила. А Лаши вообще не понял, что это за место. — Уже знаешь? — Всё Кири знает, — разводит руками владелец гостиницы. — Слухи очень быстро распространяются. Вы ещё лагерь не свернули, а мы здесь уже знали, что в вашей команде очень сильный шиноби, обладатель Мокутона, или же Лаши. — Безобразие, — ворчу и отправляюсь на второй этаж.       Хм, Хаку решила сэкономить и сняла нам две комнаты. Молодец, бережливая. Ну оно и к лучшему. Так, значит какое-то время я буду жить в одной комнате с Лаши. Не страшно, найдём о чём поговорить. И мне не так скучно, и Лаши полезно.       Поднимаюсь на второй этаж, подхожу к двери с номером двадцать семь, собираюсь открыть, но тут слышу весёлый смех Хаку и возмущённое бормотание Лаши. Ничего не понимая, толкаю дверь, захожу и вижу…       У одной кровати стоит разобранный рюкзак Хаку. У второй сумка и посох Лаши. Сами они, обнимаясь, стоят у окна и смущённо смотрят на меня, но отходить друг от друга даже не думают.       Смотрю на них и понимаю, что мне страшно. Нет, не из-за Лаши, а из-за того, что Хаку… Но нет! Я же не потерял её. Да и отношение к ней не изменил. А то, что они теперь вместе, так это хорошо. С Лаши ей бояться нечего. Но мне всё равно немного не по себе. И я знаю, что это ревность, но какая-то другая. Наверное, так чувствует себя отец, отпускающий из дома свою дочь. Этого мне ещё не хватало! — Уже устроились? А я смотрю, вы… — Забуза-сан, — кивнув, говорит Лаши. — Там, в ста шагах от нас на дереве сидят двое шиноби. Они следят за нами или охраняют? — Присматривают, — усмехаюсь я и подхожу к окну, собираюсь с мыслями и обращаюсь к Лаши. — Можно попросить тебя выйти. Мне надо кое-что сказать Хаку, это очень личное.       Молча кивнув, Лаши нехотя отходит от Хаку, берёт свой посох и выходит в коридор. Я же встаю к ней ближе и, положив ладонь ей на плечо, начинаю: — Ты выросла… Незаметно для меня ты стала взрослой. Вон, уже и ухажёра себе захапала. — Забуза-сан… — Нет, я не против. Вы красиво смотритесь. Но всё же я должен спросить. Хаку, ты уверена? — Как никогда, — краснеет она и смущённо отводит взгляд. — Хорошо… Вот только… Забавно получается, совсем недавно я хотел попросить тебя оказывать ему знаки внимания с целью через тебя манипулировать им. Однако, всё пошло не по плану и ты сама всё сделала. Может быть, это и к лучшему. Только… Эх, чёрт! Не умею я говорить все эти… — Спасибо, — жмурясь, улыбается она, обнимает и еле слышно добавляет. — Отец. — Да ну тебя. Будьте счастливы. А я… — А ты будешь с нами. Если ты подумал, что мы тебя бросим, то сильно ошибаешься. Мы семья, ты сам это говорил. — Хм, спасибо. Ну, раз мы всё решили… Зови своего, есть у меня одна мысль.       Лаши явился незамедлительно, после чего я поделился с ними недавно появившейся мыслью. О том, что нам нужен дом, желательно побольше. Предложил с утра отправиться, поискать и купить. Но моё предложение отмёл Лаши, который заявил, что дом он может и сам построить. Нужно найти участок земли, ну и скопировать какой-нибудь дом. Главное — выбрать и дать ему посмотреть, потому что сейчас он может сделать только особняк Гато, который хорошо запомнил. К тому же, Лаши заявил, что его дом будет живым, а это меньше уборки, отпадёт потребность в охране, да и в живом строении жить лучше. На том и порешили. Поговорили ещё, после чего я пожелал им спокойной ночи и отправился в свою комнату, зайдя в которую, приставил меч к стене, завалился на кровать и погрузился в размышления.       Я знал, что когда-нибудь это случится. Хаку всё равно должна была найти себе пару и уйти. Но я даже не думал, что это произойдёт так быстро. И я теперь чувствую себя старым, брошенным и никому не нужным. Хотя…       Отвлёк меня ритмичный скрип кровати, слышимый из-за стены. — Как? Уже! — рычу я, хватаю меч и вылетаю в коридор, забегаю в их комнату и…       Лаши, удивлённо хлопая глазами, сидит на полу и копается в своей сумке. Хаку, уже переодетая в футболку, прыгает на своей кровати. — Что-то случилось? — не останавливаясь, спрашивает она и, видимо, поняв, о чём я подумал, жмурясь, улыбается. — Шум… Эм… Я думал, на нас напали… Спокойной ночи.       Выхожу, мотаю головой и, проклиная себя, возвращаюсь в свою комнату.       Не ожидал я от себя такого…