Могло ли всё быть иначе?

Полумрак кухни. Полная луна. Тодд стоит у стола, он не понимает, что происходит, что, черт возьми, творится. Буквально только что ему показалось, что он пришел в себя, но теперь в его голове происходит что-то абстрактное, не понятное обычному человеку. Широко распахнутые глаза, веки дрожат, его сковал страх и волнение. Резкий удар. Ещё один. Столешница дрожала под ударами Суини, а он все колотил по ней и когда наконец остановился, голову пронзила резкая боль, Тодд упал на колени, схватившись за волосы. Бритва выпала у него из рук, серебро, перепачканное кровью, будто блеснуло в полумраке кухни, и в отражении на лезвии он увидел её, Люси, она вновь была рядом. Тодд резким движением схватил бритву и дрожащими руками начал стирать кровь с лезвия, теперь все стало четче, он увидел Люси где-то в дверном проеме. Поднявшись на ноги, цирюльник кинулся на улицу, почти сорвав дверь с петель. Его вновь охватило безумие, и это было сильнее него, он каждый раз поддавался, каждый чертов раз... И теперь он сам стал тем безумием, что временами его охватывало, он потерял над собой контроль. Тодд рванулся в лес, в сторону города, Ловетт видела его, но не стала останавливать, у неё больше не было на это сил. — Где ты?! Где ты, Люси?! Ну же... Не прячься от меня, милая, это я, Бенджамин Баркер... Правда... Он трясся и судорожно оборачивался в поисках жены. — Суини Тодд был лишь выдумкой, вернись ко мне! Рявкнул цирюльник и ударил по стволу дерева. Он разбил в кровь костяшки, но ему уже было все равно. От криков Суини разлетались птицы, казалось, он будил все живое, что было вокруг. Показалось поселение, но город не спал — толпа людей стояла с факелами, будто огромный пожар охватил все здания разом. В голове Тодда что-то щелкнуло в этот момент, перед глазами пронеслись воспоминания: огромная печь, сырой подвал, пропитанный кровью и пропахший мертвечиной. Женщина, которую он закружил в вальсе и которую хотел убить, но не стал... Почему не стал? Тодд не помнил её лица, все было размыто в его голове, быть может, жалость проснулась в нем в тот самый момент, и после этого было что-то еще... Ребенок, корабль... Точно, корабль, кто там был... Все та же женщина, но кто она? Боже, кто она?.. Суини вновь зажмурился, силуэты и воспоминания полностью захватили его разум: вот он судья, Пирелли, Тоби... И женщина. — Кто ты! Отвечай мне, кто ты! Вскрикнул Тодд, он больше не мог терпеть этого безумия и снова бросил яростный взгляд на людей. Чертовы люди, зачем они собрались, зачем они зажгли факела, зачем они существуют, это бессмысленно! Суини рванулся в обратном направлении, меж деревьев ему вновь почудилась Люси, он бежал за ней, кричал, распугивал все живое около себя, голова кружилась, болела, Тодд терял равновесие, а вместе с ним и самообладание. В конце концов он выбежал к дому, совсем обессиливший, исцарапанный ветками, волосы еще больше растрепались и в руках был ужасный тремор. Тодд был уверен — Люси бродит где-то здесь, вокруг дома, она, быть может, издевается над ним. Теперь пазл в его голове сложился правильно, так он думал. Тогда, в Лондоне, погибла Ловетт, та самая женщина, что была влюблена в Тодда. Он был уверен в этой теории. Цирюльник прошел в дом и встал, облокотившись на стол. — Ловетт... Ловетт... она, это же она умерла, верно? Тс... — в голове что-то кольнуло. — Иначе и быть не может, недавно я сказал ей, что буду убивать ради нее, ради искупления вины... Но я ведь не мог убивать ради Ловетт, я ,быть может, сошел с ума... Суини говорил все это себе под нос, с нервной усмешкой на губах. — Нет... Ловетт не было и нет, здесь лишь я и Люси... Я и Люси. Все воспоминания и события, произошедшие на острове, вдруг изменились: Ловетт поменяла облик и стала Люси в понимании Суини... Он слетел с катушек. — Лишь я и она... Я и она... Вернись... Люси...