Всё могло быть иначе...

— Готов?       Билл оскалился. Тень заточенным лезвием прошлась по его лицу, исказившемуся от опьяняющей радости, которая, как подумалось Дипперу, в такой ситуации уподобилась сумасшествию. Щёки его зардели, глаза, напитанные спесью, засияли; с игривостью и запальчивой внимательностью они следили за Мейсоном и переливались, будто золотые монетки, ловко подкинутые в пронизанный солнечными иглами воздух, когда улавливали в быстрых, неуклюжих движениях мальчика растерянность и страх. Пайнс конфузливо и торопливо обвёл взглядом мужское тело, опоясанное не одним десятком патрон и увесистым оружием, покоящимся в чёрной кобуре сбоку.       От беспомощности Мейсон отвесил челюсть — нижняя губа задрожала, как резко отпущенная струна, — и с безмолвной, трогательной мольбой заглянул Сайферу в глаза. — Ох, моё Деревце… — С белозубой улыбкой пропел демон: горящая в глазах уверенность, граничащая с безрассудностью, вселяла в Диппера безотчётный ужас. Одной рукой Билл взялся за пояс, пальцы, нетерпеливо прыгая по металлическим коробочкам, метнулись к кобуре, схватились за рукоять и вынули пистолет. — Ты не представляешь, что ждёт нас внизу…       Оружие загудело в руке: чёрная рама загорелась ярко-красным светом, на тяжёлом затворе выскочили мушка и целик. — Там не только грязь.       Он прокрутил пистолет, расправил плечи. — Не только могильный холод и непролазная тьма.       И склонив голову набок, с прищуром посмотрел на Пайнса: — Как только зайдёшь, залезай ко мне на спину и держись как можно крепче, чтобы не слететь, когда будем бежать. — Бежать… Но от кого?! — Воскликнул недоумевая Диппер, в страшном волнении подскочил к демону, ухватился за краешек белого халата и резко потянул на себя, не давая Биллу ни единой возможности спрятаться от пытливого взгляда. — Кто!.. Скажи, кто там!       Не проронив ни звука, Билл выдернул из рук ткань, схватил Диппера за предплечье и торопясь завёл в тёмную кабину, заходя следом. Двери дрогнули, скрипя, сомкнулись, весь лифт словно ожил: громко и натужно вздохнул, скудно наполняясь теплом и светом, зашевелил старым, побитым корпусом, покачнулся и начал медленно, без тряски и неприятного металлического скрежета, опускаться.       Такой быстрый спуск напомнил Пайнсу о передвижении еды по пищеварительному тракту, по крайней мере, по первым его частям: сейчас, подобно пережёванной, спрессованной языком и обволоченной слюной пище, они попали в пищевод и, проталкиваясь вниз, проникли в первый отдел большого кольцевидного желудка. Если извлечь этот незамысловатый, но массивный орган из корабля и взглянуть на него сверху, можно заметить, что он имеет немало сходств с бусами: отделения были похожи на гигантские, немного сплющенные бусины, соединённые друг с другом толстой и прочной нитью, роль которой выполняли туннели. — Давай. — Скомандовал демон, и Диппер, засуетившись, вытянул руки и, что-то возмущённо и неразборчиво прокряхтев, взобрался на спину.       От мучительного волнения дыхание участилось, гулко и болезненно застучало в висках — сделалось дурно, до изнеможения жарко, кровь вскипела, прихлынула к лицу, застывшему в немом ужасе. Зажмурившись от безысходности, малыш сильнее прижался к Сайферу: скрестил ноги в районе живота и обхватил руками грудь, намертво соединив пальцы в замок.       Наконец лифт опустился, остановился. Билл снял оружие с предохранителя; всё вокруг затихло, замерло. Вдохнув холодный воздух, Билл поставил ногу вперёд, в спешке размяв кисть, покрепче обхватил рукоять, поднял пистолет и, подобно изголодавшемуся хищнику, принял выжидательную позицию.       Сердце медленно и гулко билось в груди; охваченным безумием глазам вновь, с той же ясностью и отчётливостью, представилось утреннее — волшебное, как сказал бы демон, — зрелище.       …Ещё задолго до прихода Форда и его маленького помощника на корабль Сайфер, став невидимым и бесформенным, прошёл сквозь громадные стены и, точно капля золотистого, солнечного света, погрузился в пучину мрака, кишащую призрачно-бледными, отупелыми, заеденными тоской и отчаянием лицами.       Обволакивая их мягким светом, Билл с превеликим удовольствием слушал, как мучительно и жалобно трепетали их истощённые, увечные тела. Величественно возвышаясь над ними, с нескрываемым презрением наблюдая за бесплодными попытками поднять длинные, жилистые конечности к тёплым лучам, демон приходил в неистовый восторг и задыхался от исступлённого смеха, от которого его двумерная оболочка сияла ярче и пленительнее.       Сайфер прекрасно знал, кем в далёкие времена были эти «нынешние» страдальцы, навеки похороненные под останками корабля — своего величайшего изобретения, единственного детища, сохранившегося после гибели родной планеты, поэтому их невыносимые муки доставляли ему жгучее наслаждение.       Даже сейчас, заключив свою необъятную, неисчерпаемую энергию в иную оболочку, маленькую, неудобную, некрепкую, Билл желал вновь ощутить в своих руках былое могущество; а принимая во внимание то, что человеческое тело необыкновенно восприимчиво к воздействиям извне, ощущения должны быть острыми, горячими — незабываемыми.       Медленно, с глухим треском двери открылись. Колючая дрожь стегнула кнутом по спине: голова поднялась, плечи развернулись, поднимая широкую грудь; находясь в полусогнутом положении, ноги были напряжены, точно напружинены, и хватало одного внешнего раздражителя, как они мгновенно унесли бы Сайфера в безопасное место.       Дорогу устлало гуталиновым мраком; электрическая пластина, встроенная наверху кабины, испускала тусклый свет, который полупрозрачным шлейфом накрыл плечи Билла, с лютой злобой уставившегося вперёд.       Тьма, глядящая на него холодно и безотрывно, заволновалась, зашевелилась, зарычала. Казалось, будто она, спустя долгие столетия учуяв демоническую кровь, расправила свои призрачные крылья, готовясь налететь на Билла. Злорадная улыбка пробежала по его губам, мокрый палец коснулся спускового крючка. Тишина вокруг была неподвижной — бесподобной, однако опостылевшее чувство беспокойства, наполнившее человеческое тело, не позволяло Биллу вдоволь насладиться ею. Диппер, приникнув к нему, замолк, замер. Демон напряжённо втянул воздух ртом: из-за тяжёлого полога тьмы высунулись две сухие, костлявые, оплетённые сетью царапин руки, а спустя мгновение на Сайфера налетело нечто крупное, горбатое, уродливое.       Выстрел прогремел незамедлительно — пуля прошла навылет. Омерзительное существо накренилось, отступило на шаг и застыло: из продолговатой головы потекла чёрная вязкая жидкость, и долговязое тело, содрогнувшись, рухнуло наземь.       С безразличным выражением лица демон переступил искорёженный труп. — Билл… — Пробормотал Мейсон, инстинктивно задрожав от страха; едва ли не плача, мальчик прижался к его шее, с невыносимым трудом подавляя пронзительный крик в своей груди. — Всё будет хорошо. — Голос Билла изобиловал таинственной успокаивающей нежностью. — Только держись крепче.       Когда Билл покинул кабину, лампы, недвижно висящие над головой, проморгали ему три раза, предоставляя маленькую возможность на считанные секунды взглянуть на место своего пребывания: это было огромное помещение, облепленное чёрной грязью, заваленное останками инопланетных машин и приборов.       Сайфер шустро осмотрел окружающую обстановку, через которую придётся пролезать. — Так ведь… — После недолгих размышлений вымолвил Билл, утопая во мраке; прижав палец к спусковому крючку, он поднял пистолет, с неожиданной весёлостью присвистнул и разразился нечеловечески злобным смехом. — Намного интереснее!       Свет медленно проступил сквозь сгустки черноты, которыми был заполнен воздух, и представил взору Сайфера изуродованных зверским голодом и вечным холодом тварей, ползущих прямо на него.       Билл повернул голову — напротив него стоял, покачиваясь и вздрагивая, один из них. Белая от заострённой макушки до кончиков кривых жилистых пальцев кожа, обтягивающая сгорбленное тело, огрубела, стала щербатой, изрытой морщинами. Сгибая шею, изувеченную застарелыми, незаживающими шрамами, он раскрыл пасть, изорванную внутри, как кусок грязной материи, — большая нижняя челюсть повисла, закачалась; длинный язык, извиваясь, сполз по чёрным, будто намазанных дёгтем, зубам.       Сайфер без тени сожаления нажал на курок, пробив в его голове дыру, из которой вытекла мягкая, едва сохранявшая свою форму, субстанция. Монстр упал замертво.

Свет погас.

      Нечто крошечное, коротколапое, косоглазое подбиралось вразвалочку к его ногам, а сбоку приближался, медленно и боязливо, прячась в густом балахоне мрака, чей-то высокий силуэт, с безобразно сросшимися частями лица.       Кожа покрылась мокрой холодной рябью, тихо застучали зубы. Билл повернулся влево, воспроизводя два оглушительных выстрела, а после завёл руку за спину, придерживая Диппера, опустился на колени, стреляя в существо, едва не вцепившееся в голень.       Лампы загудели, наполняя помещение светом; слева лежали два мёртвых тела со сквозными ранами в маленьких, впалых грудных клетках. На свету кровь, собирающаяся в лужи, казалась атласной.       Сайфер встал, выпрямившись во весь рост, и поглядел на всех с особой жестокостью и презрением, пронизывающим даже сжавшееся от ужаса сердце Диппера.       Мрак, как густой дым, подступил к нему. Боясь открывать глаза, Мейсон, не двигая ногами, не разжимая пальцы на груди, ткнулся носом в шею Билла, который, испытывая то необыкновенное наслаждение, безумно улыбался.       Когда лампы в очередной раз вспыхнули, раздался громкий выстрел. Повалив одного, Билл услышал рядом с собой тяжёлое, взбешённое дыхание второго. Без страха Сайфер зашагал вперёд — твари стремглав бросились за ним. Демон передвигался в темноте, словно хищник, отчётливо видя и атакуя всех, кто возникал на его пути.       Стараясь не наступать на раскиданные запчасти, он завернул за угол, следом за ним исчез последний луч света. Сардонический смех вырвался из груди, когда горячие брызги крови попалили на обезумевшее от удовольствия лицо. С каждым выстрелом хохот становился громче, пронзительнее, чудовищнее. Загоревшись, свет полупрозрачной дымкой потянулся за Сайфером. Дорога становилась ýже, Билл замедлился, чтобы не напороться на торчащие детали поломанных машин.       Наверху, прямо над его головой, карабкалось нечто, уродливо разинув пасть. Не останавливаясь, Билл поднял руку и выстрелил, разорвав плечо и бока. Подавляя болезненный вой, он, сжав зубы, ускорился. Свет загорелся, а позади него валялась истерзанная, выпотрошенная туша, сочащаяся кровью.       Не обращая внимания на раны, изрезавшие тело, Сайфер бросился вперёд, свернул влево, догадываясь, что впереди его уже поджидали. Свет погас; искаженный, душераздирающий крик опалил спину Мейсона, не помнящего себя от панического страха.       Патроны кончились. Сайфер обернулся — зажглись лампы. Он ударил прикладом приблизившегося к нему монстра и, сбив его с ног, грубо придавив животом к земле, поднёс рукоять оружия к одной металлической коробочке и уже через секунду с полным магазином патрон прострелил истошно рычащей под ногами твари голову. Затем, прицелившись, выстрелил ещё раз — больная кожа разорвалась, как бумага — изувеченное тело, выпятив грудь, рухнуло на пол, разбрызгивая кровь.       Билл бросился направо, рядом с ним показалось двое: один был слева, второй — позади Диппера, который, услышав протяжный, измученный стон, сильнее обхватил руками и ногами демона.       Сайфер пригнулся, развернул в полуоборота корпус и, полностью погрузившись во тьму, выстрелил монстру в живот, не видя, как он покачнулся, задрав голову и косо разинув пасть, но отчётливо слыша, как он издал последний натруженный вздох и замертво свалился на землю.       Чёрная завеса спала, и демон пустил пули во второго: пробил ему грудь; тот взвился, затрясся, истерично загоготав; без промедлений Билл, крепче сжав пистолет, замахнулся, ударил в кровоточащую рану и ещё раз выстрелил, находясь внутри существа, — кровь фонтаном выплеснулась наружу.       Заприметив сбоку движения, Билл просунул руку глубже, пока она вместе с оружием не вышла из пробитой спины, повернулся влево и воспроизвёл несколько выстрелов по паре бегущих на него чудовищ. Нанизанное на руку тело начало разваливаться и крупными частями падать на пол.       Встряхнув руку, залитую по локоть кровью, Сайфер быстрым, безостановочным шагом обошёл чёрные от пыли груды мусора, повернул влево, поднялся на взгорок и, аккуратно спустившись, наконец, добрался до конечной точки — огромной металлической двери, за которой протянулся тридцати пяти метровый туннель, однако циферблат, встроенный в центр, не работал. Билл знал это, поэтому, дождавшись, пока свет наполнил помещение, вытащил из другой коробочки чёрную горсть механических жучков и, сжав их в кулаке, распылил на дверь.       Лампы тревожно замигали, потухая. Спустя несколько мгновений экран загорелся, демон поспешно ввёл необходимую комбинацию цифр и, выстрелив последний раз, метнулся внутрь, заблокировав за собой дверь.

***

      Длинные потолочные лампы бедно освещали дорогу. Спрятав оружие, Билл с огромным облегчением вздохнул: — Дитя, опасность миновала, можешь слезть.       Он легонько подвигал плечами - маленькие руки, скрещённые на его груди, задрожали, мальчик, сдавленно промычав, поднял голову, с трудом разомкнул глаза, осторожно вытянул и поставил на землю сначала одну, затем вторую ногу, внезапно почувствовав, насколько они занемели и ослабли. Но, даже оказавшись в тишине и безопасности, Пайнс не думал отходить от Билла: его красные, набрякшие руки лихорадочно хватались за края халата. — Мне ещё никогда не было так страшно. — Всхлипнул Мейсон и поспешно вытер кулачком налитые слезами глаза. — Я бы с удовольствием утешил тебя, но боюсь испачкать. — Отшутился Билл, любуясь растроганным видом малыша. — Осторожно, не хватайся за бока, будешь потом весь в крови. — Он в растерянности поднял руки, но Диппер с силой, подпитываемой страхом, притянул Билла к себе, обхватил его окровавленное туловище. — Ну всё, всё. — Сказал ровным голосом Сайфер, одаривая мальчика успокаивающим взглядом. — Дальше пойдём другим путём, больше таких приключений не будет. Обещаю. Можешь отдохнуть немного. Мне тоже надо восстановиться после такой забавной пробежки.       Без сил прислонившись к холодной стене, Диппер съехал вниз, еле-еле сдерживая слёзы. Билл, сняв обмундирование, тряхнул плечами и, приспустив рукава халата, выжал чёрную кровь; на его вспотевшем, изнеможённом теле замелькали свежие порезы, ткань липла к повреждённой коже. Морщась от острой боли, он наклонился, осторожно согнув колени, и уселся рядом с Мейсоном. — Кто они? — Робко поинтересовался Диппер, не осмеливаясь поднять на демона заплаканных глаз. — Аномалии? — Нет. Сейчас они — побочные продукты, мусор, который очень долго разлагается, а вот раньше они были исследователями новых планет и галактик. — Ответил, неприязненно поморщившись, Билл и добавил с кислым смешком: — Не стоит приравнивать к аномалиям Гравити Фолз всех увиденных фантастических существ. Они появились здесь совершенно по другой причине. — Странно… — С задумчивым, крайне обескураженным видом пробурчал Диппер. — Дядя Форд говорил, что все аномалии возникли в городке из-за крушения «Омега». — Не ожидал услышать от него что-то поизобретательнее, — тихо съязвил Билл, вымученно рассмеявшись, — аномалии здесь были и до падения корабля. — Тогда что же заставило корабль рухнуть? — Не что, а кто. — Ответил как ни в чём не бывало Сайфер, повернувшись к маленькому компаньону, но, заметив на лице тень подозрения, нахмурил брови, сердито процедив: — Даже не смотри на меня так пристально, это был не я. Зачем мне это? — Ну не знаю, — усмехнулся Диппер, обняв себя за колени, — такой демон, как ты, может безо всяких причин от обычной скуки что-то разрушить или кого-то обмануть. — Не я! — С издевательской улыбкой воскликнул Билл. — Ну хорошо. Допустим, не ты. — Вздохнул Диппер и спросил с серьёзным видом: — Тогда кто стал причиной крушения «Омега»?       Глаза Сайфера преобразились — заблестели, таинственно заулыбались. Выражение лица стало другим — апатичным, не таким привлекательным как раньше. На мгновение оно и вправду напомнило Дипперу оболочку, слепленную из белого воска и неумело надетую на невидимую — магическую –основу руками художника-дилетанта, но эти властные, коварные глаза были подобны горящим звёздам; казалось, в них сосредоточилась вся демоническая энергия, вся неведомая сила. Его бледно-розовые губы дрогнули в коварной ухмылке; Сайфер наклонился к Дипперу и проникновенно заговорил: — Команда этого космического корабля, путешествуя по мультивселенной, остановилась возле одной странной галактики. Там почему-то тёмная материя была непрочной и сильно восприимчивой к внешним воздействиям. Заинтересовавшись этим явлением, экипаж корабля взял её образцы для дальнейших исследований.       Голос демона был твёрд и чёток. Билл выговаривал каждое слово с большой уверенностью и напускной суровостью, необходимой для того, чтобы Диппер внимательно слушал его: — В ходе одного эксперимента они обнаружили, что тёмная материя не являлась составляющим компонентом пространства между звёздами, планетами, галактиками — всем, что на тот момент существовало во вселенных. Оказалось, что тёмная материя — вязкий слой, подобный нефтяному пятну колоссальных масштабов. Она заволокла всё пространство и не позволяла космическим телам, находящимся в нём, объединяться друг с другом и создавать новые миры. — Но вскоре исследователи поплатились за свою чрезмерную любознательность. В панике они разыскали галактику Млечный Путь и двинулись к самой благоприятной планете Солнечной системы — Земля, но не успели, так сказать, совершить удачную посадку. — Он повернул голову и, вытянув руку, указал на заблокированную дверь. — Что случилось потом, ты сам видел. К сожалению, им уже ничем не помочь.       Мейсон поднял на Билла ничего не выражающий взгляд. Он уже догадывался, о ком с таким презрением говорил демон, но не знал, что ответить. Тревожные мысли о Форде, некогда заключившем сделку с Аксолотлем, ни на миг не оставляли его. Слова путались на языке, бледное лицо застыло в глупом недоумении, вызванном внутренними противоречиями, охватившими разум Пайнса так же неистово и безжалостно, как лесной пожар.       Ещё тогда, во время подготовки к опасному спуску в чрево космического корабля, в его наивном, непорочном сердце возникли сомнения. Хотя они казались неясными, несерьёзными и пустыми, им удалось укорениться в душе, и малыш, как ни хотел, как ни старался, не был в состоянии остановить их быстрый, обильный рост. — Видишь, каким опасным может быть любопытство. — Злился Билл. — Эта тварь — паразит, появившийся из тёмной энергии. Он обладает недюжинной силой и, вследствие этого, огромной властью. Этот чёрт окутал тёмной материей все миры и контролировал их, но тут какие-то жалкие пилигримы случайно обнаружили его слабое место и задумали рассказать о нём остальным жителям галактик… Думаешь, он позволил бы им это сделать?

Он и стал главной причиной крушения «Омега».

      Диппер судорожно отвёл взгляд: что-то внутри него оборвалось, причинив нестерпимую режущую боль. Не найдя ничего подходящего для ответа, мальчик поднялся, жестом показав Биллу, что пора идти, сунул руки в карманы грязных шорт и, в задумчивости опустив голову, медленно зашагал в глубь туннеля. Надо было обдумать всё по-новому.