Всё могло быть иначе...

      Билл укоризненно посмотрел на Диппера, на лице которого не было ни кровинки, и решительным шагом двинулся вперёд, отгоняя малыша к капсуле, внутри которой лежал дядюшка. — Что происходит, Сосна? Почему не слушаешься меня? — Спросил он сердито и строго. — Не-ет… Я… просто хотел… Ну я решил удостовериться… — Разволновался Диппер, краснея и пряча от растерянности глаза.       Видя, как Пайнс смущён и напуган, демон улыбнулся со злорадством, с раздражающим наслаждением, но сразу перебивать и ругать Мейсона за непослушание не стал: уж очень мальчонка выглядел мило, старательно подбирая слова, чтобы хоть как-то оправдать свой глупый поступок. Даже время, благосклонно выделенное Сайфером для того, чтобы собраться с мыслями, и терпение, вызывающее у демона жуткую неприязнь, оказались бесполезными; Диппер так и не смог внятно объяснить причину своего неразумного побега, наоборот, ему стало тревожнее находиться рядом с Биллом. Он держался из последних сил, чтобы не заплакать от отчаяния, и Сайфер, на дух не переносящий истерик, особенно детских, сжалился над ослушавшимся ребёнком и произнёс мягким, спокойным голосом: — Ладно, не бери в голову.       Погладив Пайнса по голове, он подошёл к панели управления, повернувшись спиной к малышу. — Как Шестопал?       Исподтишка наблюдая за мальчиком, демон взял рюкзак и, тихо раскрыв, незаметно положил в него недостающую вещь. — Всё уже прошло, но дядюшка ещё не очнулся. — Пробурчал в ответ Диппер, так и не осмелившись поднять глаза на Сайфера. — Тебе повезло! — Поставив рюкзак на пол, воскликнул приободряющим голосом Билл и, вскинув руки, направился к Дипперу. — Лифт в порядке, поэтому прокатиться ещё один раз можно. — Встав рядом, демон, отрадно смеясь, приобнял Пайнса.       Однако Мейсон по-прежнему был мрачен и несговорчив, его отчаяние чувствовалось, будто резкий, противный запах, и Сайфер, прекрасно зная, какая беда грызла его сердце, довольно ощерился. — Что-то случилось ещё? — Бесцеремонно развернув мальчика лицом к себе, Билл любознательно прищурил глаза.       Сердце болезненно стянуло волнение; тёмные глазки, ненароком поднявшись, обманчиво блеснули и сразу же спрятались. Диппер помялся. — Н-нет. Я… просто переживаю за дядюшку Форда. Он ведь сильно пострадал. — Ответил он тихо и неуверенно, опустив плечи. — Он поправится, можешь не переживать. — Усмехнулся Билл и неожиданно спросил: — Или есть ещё что-то, тревожащее тебя? Скажи мне, Сосенка, мы ведь без пяти минут партнёры. — Н-нет. — Пайнс резко отвернулся. — Ничего больше. — Смущённо потупив взор, поджал губы.       Невооружённым глазом было видно, что мальчишка блефовал, неумело пытаясь спрятать свой страх. — Хорошо. — Самодовольно улыбаясь, демон перевёл взгляд на входную дверь. — Тогда сейчас же идём к лифту. Времени осталось очень мало.       Мейсона взяла оторопь. Он поднял побледневшее лицо, испуганно раскрыл тёмные глаза. — У-Уже?.. — Пролепетал он, вздрогнув, точно в груди ударил большущий чугунный колокол.       Сердце Билла воспламенилось. Прячущаяся под грязной человеческой кожей, демоническая сущность, бесстыдно упиваясь восторгом, задохнулась от гортанного, звериного хохота. Однако снаружи он оставался всё таким же, серьёзным и бесстрастным. — Сосенка, что стряслось? — Нет. Всё в порядке. Идём. — Сказал механически Диппер и, сокрушённо поглядев на дядюшку, с горечью вздохнул, прикрыв от режущей боли глаза.       Подъёмное устройство в самом деле находилось в нелучшем состоянии, но воспользоваться им в последний раз ещё можно. Тяжёлая кабина была наклонена и слегка приподнята — внутри на последнем издыхании горела старая лампа, казалось, что излучаемый с трудом свет, подобно растекающемуся желтку, обволок лишь внутреннюю поверхность стеклянного полушария и просто не мог выйти за её пределы, ниже, под кабиной, сонно ворошилась от белого луча карманного фонарика чернота. Её тяжёлое, холодное дыхание воскрешало в мальчишечьей памяти обрывочные воспоминания о нескончаемых, безмолвных ужасах, произошедших на дне космического корабля. — Вместе не пойдём. — Сказал Билл уже узнаваемым, нарочито-строгим, голосом. — Поднимешься ты с Шестопалом.       Дядюшку, придерживая за голову и ноги, аккуратно посадили за приоткрытой дверью, в угол, — кабина с глухим треском выровнялась. Диппер с предельной осторожностью залез внутрь и, взяв Форда за руку, в последний раз посмотрел на Сайфера благодарными глазами.       Билл, преисполненный волнительной радости, присел на корточки, выставив одну руку вперёд, будто готовясь оттолкнуться и прыгнуть к Пайнсам, и сказал неколебимым голосом, улавливая испуг на детском лице: — Здесь двери не закрываются. Как только лифт прибудет на нужный этаж, немедленно!.. Слышишь? Немедленно хватай своего дядю и выбирайся из кабины. Понял? — Д-да!.. — Торопливо закивал Мейсон, не спуская взволнованных глаз с демона, который, осторожно наклонившись к нему, добавил с таинственной улыбкой: — Жду тебя завтра в семь на том самом месте, где ты нашёл первый дневник. Не опаздывай, Сосенка.       Он погладил оцепеневшего от слов Диппера по плечу и, поднявшись, подошёл к управлению, и опустил рычаг. — Но к-как?.. П-подожди!.. — В ужасе крикнул Диппер, как лифт покачнулся и с ужасным воем начал подниматься.       Мальчик пронзительно вскрикнул, почувствовав резкий толчок вверх, руки его отяжелели, припали к металлическому полу, тело напряглось, сделавшись неподвижным. Кабина гудела и тряслась при подъёме, мерещилось, что всё разъезжалось под ногами.       Съёжившись и зажмурившись, Диппер прислушался — скрип старых механизмов прекратился, лифт, постепенно останавливаясь, прибыл на нужный уровень, но вдруг дёрнулся, будто вознамерился подняться ещё выше, но на такой отчаянный шаг у него катастрофически не хватило сил, и, натужно вздохнув, он наконец затих.       Пол в кабине затрещал. «Вот-вот провалится…» — Промелькнула страшная мысль, и сердце, вмиг заледенев, ухнуло вниз, страх стрельнул в голову, и к рукам и ногам прилил невообразимый поток энергии — мальчик выпрыгнул из лифта и торопясь, цепляясь за старое пальто, вытащил оттуда дядюшку. Тяжёлая конструкция, опустев, качнулась вниз.       Увидев невдалеке большую железную лестницу, в точности такую же, по которой он вместе со Стэнфордом спустился на корабль, Мейсон оттащил дядюшку к ней и, переводя дыхание, медленно перевёл взгляд на лифт. Подъёмная машина, резко и громко поддавшись вниз, опустилась наполовину и мгновением спустя затонула во тьме.       Диппер не был в состоянии объяснить, отчего вдруг в его душе пробудилось чувство беспокойства, ведь Форд, живой и здоровый, сейчас находился рядом с ним; что-то заставило его посмотреть на место, которое теперь навсегда закрыто непроницаемым пологом мрака.       Ненароком подумав о Билле, малыш, слегка зарумянившись, призадумался. «Каким образом демон сможет подняться сюда?» Настораживало и то, что Сайфер, по всей видимости, зная о неисправности лифта, не страшился остаться на нижнем уровне, единственный выход из которого несколькими секундами ранее на его глазах был проглочен тьмой.       Значит, он всё-таки найдёт способ выбраться из корабля, не прибегая ни к магии, ни к посторонней помощи. И до тех пор, пока он ни окажется на свободе, Мейсон должен тщательно скрывать и от друзей, и от семьи, и, тем более, от Форда правду о том, что на самом деле случилось на «Омега», когда дядюшка находился в ловушке.       Но Диппер чувствовал, что играть в молчанку будет очень сложно. Демон ни за что не оставит его в покое и станет преследовать бедолагу до конца лета, возможно, и после каникул не обременит себя деликатными напоминаниями об их проклятой сделке. Отныне Дипперу придётся большую часть времени проводить рядом Фордом, но в мыслях быть постоянно с Биллом.       Но если он всё-таки сможет, соберёт последние остатки мужества и храбрости, и, нарушив обещание, данное демону разума, расскажет дядюшке обо всём, что произошло за время его отсутствия. Такая безумная, безрассудная мысль возникла у Диппера спонтанно, когда он взглянул на свет, пробудивший в памяти подавляемые страхом воспоминания о своём опрометчивом решении. Страшнее думать о том, что будет потом? Неужели Форд всем сердцем возненавидит племянника?       Точно сквозь призму времени, он смотрел на будущего себя, запуганного внутренними противоречиями, неподвижно стоящего с большими и бестолковыми от страха глазами, с позором поднятыми на обманутого, убитого разочарованием дядюшку, и, не в силах вымолвить ни слова, тихо плакал, в глубине души отчаянно надеясь когда-то быть прощённым. Ему было до невозможного стыдно признаваться, что подобным безрассудным методом он всего лишь пытался спрятать сферу от Билла, который, к его огромному изумлению, не предпринял ни одной попытки отобрать у него рюкзак.       Это могло быть частью его плана — выдать себя за хорошее, чуткое и ни в чём не виноватое существо, чья несчастная судьба была отдана в полное распоряжение всемогущему монстру, — а после, благополучно избавившись от такого неугомонного и маленького паразита, как Диппер, демон имел все шансы завладеть сферой. Сердце болезненно сжалось, когда он представил подобные возможные последствия. Но время ушло, надежда бесследно исчезла во мраке. Мальчик понял, что возвратиться на уровень ниже, по памяти отыскать отсек, где совершилась его величайшая ошибка, и незаметно вернуть тёмную материю дедушке Форду, ему уже не удастся…       Поддавшись страху, Диппер стиснул зубы и закрыл глаза, из последних сил сдерживая слёзы. Упав на колени с понуро опущенной головой, он жалобно застонал, проклиная себя за глупость и легкомыслие, за чрезмерную расторопность, приведшую к потере самой ценной вещи во вселенной. Пыльная кепка слетела на металлический пол, пальцы вцепились в кудрявые волосы, ненависть зарокотала в груди, поднявшись, закипела, обожгла горло, которое разрывал отчаянный крик. Взвыв, Диппер схватил рюкзак и, положив его на колени, раскрыл, как почти сразу мокрое от слёз лицо просияло слабой улыбкой; волна облегчения пронеслась по всему телу.       Причиной его безмерного счастья был тот самый кейс — дешёвый, пластиковый кейс — с покоящейся внутри тёмной материей. Торопливо протерев глаза, заплывшие слезами, мальчик боязливо опустил руку в рюкзак и, обхватив дрожащими пальцами чёрную коробочку, вытащил её на свет. Он по-прежнему чувствовал себя в ужасном состоянии после пережитого и не мог до конца поверить, что сфера, целая и настоящая, сейчас находилась в его руках.       Он осторожно открыл кейс и взглянул на сферу. Страх с необузданной силой охватил его разум, и мальчик вспомнил последние слова Сайфера.       Завтра, ранним утром, он должен был явиться на место, с которого начались его мистические приключений в Гравити Фолз. «Неужели Билл знал об этом месте и видел меня в тот злосчастный день!» — Ужаснулся он.       Быть может, Билл планировал объяснить маленькому Пайнсу, вдоволь наслушавшемуся от дядюшки страшных историй о безумном желании демона обладать тёмной материей, свой непонятный, сверх всякой меры неразумный поступок. Сейчас, держа в руках сферу, он находился в полном замешательстве: если единственной целью Сайфера являлась исключительно она, то зачем демон, имея великолепную возможность осуществить свой план, вернул её Дипперу?..       Грузные размышления прервал резкий, хриплый кашель позади. Второпях спрятав сферу в рюкзак, мальчик обернулся, увидев, как заворочался Стэнфорд, морща красное, одутловатое лицо. — Дядюшка!.. — Воскликнул горячо и любимо ребёнок и с безудержным, радостным визгом бросился ему в объятия. — Что произошло… Где мы… — Вяло пробормотал старик, с непосильным трудом приподнимаясь. — Диппер, малыш… — Одной рукой приобнимая племянника, он приоткрыл глаза и с растерянностью осмотрелся. — Я здесь, я рядом… — Говорил торопливо и взволнованно мальчик, с нежностью прижимаясь к огрубевшей, щетинистой щеке. — Мы в безопасности! — Ничего не помню, — угрюмо произнёс Форд, схватившись за голову, — к-как мы здесь оказались?       С тяжёлым сердцем Диппер рассказал дядюшке всю правду, впрочем, сильно искажённую и преувеличенную, о его благополучном спасении и возвращении на корабль. — Ты попал в ловушку. Неисправный дрон-охранник хотел увезти тебя на другую планету, поскольку счёл тебя за угрозу для корабля, а я-я… В общем, м-мне удалось вытащить тебя, я просто воспользовался некоторыми записями из дневников и т-твоим магнитным пистолетом. Прости…       Старик оцепенел, вопрошающе взглянув на внучатого племянника. — Прости?!.. За что! Малыш, д-да ты настоящий герой! Я д-даже не мог подумать!.. Боже, ты!.. — Восклицал, задыхаясь от гордости, Форд, не сводя блестящих от слёз глаз с ребёнка. — Побереги свои силы. — Сказал, на силу улыбаясь, Мейсон, чувствуя, как сердце разъедает злоба и стыд за всё сказанное ранее. — Нам нужно ещё выбраться отсюда.       С трудом открыв крышку люка, Диппер высунул голову на свежий воздух; вечерняя прохлада обволокла его усталое, разгоряченное лицо. Мальчик, жадно вздохнув, вылез на поляну, находящуюся с другой стороны горы, и без сил упал на пушистую, согретую за день траву.       Небо, опалённое медно-красным солнцем, было усыпано кучерявыми облачками, тоненькими, с детской неуклюжестью порезанными на бархатные ленточки с бледно-розовыми кончиками. Наконец ощутив всем телом спокойствие, Диппер встал на носочки и, потянувшись вверх, точно наполняясь энергией, зажмурился от удовольствия. Форд полез в рюкзак и, вытащив сферу, вздохнул с огромным облегчением, положив кейс в карман пальто, и уставшим голосом обратился к племяннику: — После таких приключений пусть сфера пока полежит у меня, так надёжнее, — он поднялся и бережно похлопал по карману, — и тебе, и мне нужно отдохнуть, так что вернёмся к поискам клея послезавтра.       Утомлённо улыбнувшись, мальчик одобрительно кивнул. — А сейчас пойдём домой.       Старик протянул руку, которую с радостью взял Диппер, и оба, подталкиваемые летним ветерком, скрылись за мохнатым холмом…