"Титаник" и другие обстоятельства

"Крепче! Еще крепче! Будто мрачная смерть!" - бормотал - вернее, булькал - себе под нос Лайтоллер, барахтаясь в прибое среди обломков "Холт Хилла". Как хорошо, что под руки попалась эта веревка! А то б догонял сейчас свои башмаки на пути в открытое море... Но веревка - еще полдела, остальная половина - вцепиться в нее как можно сильнее. Будто... ну да, будто мрачная смерть. Иначе все равно унесет вслед за ботинками, чего, если уж он пока жив, очень не хотелось бы. Вот и бубнил он вполголоса, подбадривая себя и не давая пальцам разжаться. Увлеченный своей борьбой с океаном, Лайтоллер не сразу заметил рядом какое-то шевеление. А когда заметил, сперва обрадовался: еще один выживший! Это замечательно! Проморгавшись от попавшей в глаза воды, он присмотрелся тщательнее и понял, что, пожалуй, ошибся. Никакой это не выживший, а какая-то очень странная штука. Словно бы ребенок или карлик в коричневом балахоне, подвязанном веревкой и низко надвинутым капюшоном. Сидит себе на песке в яростных волнах прибоя, обхватив руками колени, - и ничего с ним не делается, даже с места океан его сдвинуть не в силах, хотя сам Лайтоллер в этих же волнах уже чувствует себя измочаленной рваной тряпкой. Нет, тут что-то явно не в порядке! - Ты кто? - хрипло булькнул он в адрес незнакомца. - А ты как думаешь? - прошелестел тот. Голос его был беспол и почему-то вызывал мурашки по всему телу, пусть в нем и не звучало угрозы. Вдобавок голос этот, хоть и совсем тихий, с легкостью перекрывал громоподобный шум океана, что тоже наводило на мысли. - Никак не думаю! - раздражился Лайтоллер. Как тут, в подобных условиях, вообще можно думать о чем-то отвлеченном, скажите на милость? - Но держишься ты неправильно! - между тем продолжил его собеседник с наставительной ноткой в голосе. - Чего-чего?! - угрожающе переспросил Лайтоллер. Нашелся еще тут учитель! Только бесит под руку! - Почему это неправильно, а?! - Ты говоришь, что надо держаться, как мрачная смерть, - пояснило загадочное существо. - Но она держалась бы не так. И вообще ты на мрачную смерть совсем не похож. - А ты почем знаешь? - разговор становился интереснее прямо на глазах, но все равно главное - не забывать держаться. Со стороны Лайтоллер вполне казался себе нахохлившейся и мрачной если не смертью, то ее неплохим подобием. - Знаю - и все, - пожал плечами незнакомец. - А вот так? Похож? - Лайтоллер скрючился посильнее и нахмурился изо всей мОчи. Существо слегка повернуло капюшон, под которым Лайтоллер, как ни старался, не разглядел ровным счетом ничего, в его сторону и, казалось, улыбнулось. - А ты смешной, - заявило оно. - И уже лучше, но не совсем, попробуй еще. Берт, с самого детства считавший, что на любой вызов надо достойно ответить, не изменил себе и тут: постарался нахохлиться и скрючиться еще качественнее, почти завязаться в узел, до предела насупить брови и вообще изобразить на лице вселенское уныние. - А сейчас? - говорить было трудно, потому что сразу портилось нужное выражение лица. Вдобавок вновь прихлынули волны и заставили Берта закашляться самым позорным образом. - Вот черт! - воскликнул он, отдышавшись. Ведь был совсем, совсем близко от идеального образа мрачной смерти! А океан, который хоть и его лучший друг, но иногда бывает просто невыносим, все испортил! - Не выражайся, - заметило существо с укоризной в своем шелестящем голосе. - Мал еще для таких слов! - Что ты сказал?! Да я тебя сейчас... - Берт собрался не то стукнуть нахального незнакомца, не то от него отмахнуться, выпустил веревку из одной руки и океан тут же радостно поволок его с берега в воду, в свое полное распоряжение. Лайтоллер нечленораздельно вскрикнул и уже чуть ли не простился с жизнью, как услышал возле самого уха шелестящее: - Возможно, так нам беседовать будет лучше, - после чего существо будто бы щелкнуло пальцами и океан, успокоившись, сразу же отступил подальше, выплюнув Берта обратно на сушу. - Ты... как ты это сделал? - потрясенно прошептал Берт, в очередной раз отметив: не так-то прост его собеседник! Кого же, кого привело сюда на этот пустынный берег составить Берту компанию? Что за создание может укрощать вечно беспокойный океан одним небрежным жестом?! - Ну и манеры у тебя, - тем временем вздохнуло существо. - Мог бы и поблагодарить для начала! - Манеры? - снова разгорячился Лайтоллер, которому теперь, когда волны отступили, ничто не мешало спорить на полную катушку. - А сам-то! Даже не представился! Я вот Берт Лайтоллер, а ты? Есть у тебя имя?! Его собеседник, к удивлению Берта, притих, словно бы стесняясь или что-то прикидывая про себя. - У меня много имен. Например, Санта Муэрте, - прошелестел он скромно. У Берта океанской водой вымыло из головы почти все мысли и знания, так что в плане Санты там остался один Санта-Клаус. Поэтому он и не догадался сразу, что вполне простительно. - Санта? - проговорил Берт задумчиво. - Святой, что ль? И что тебя занесло на этот остров, святоша? - хмыкнул он с насмешкой. - Остров называется Сен-Поль, так что святое к святому, - рассмеялся тот. И рассмеялся не шелестяще, а так, как мог бы смеяться обычный человек, ровесник Берта. Или ровесница? - Так ты, может, еще и девчонка?! - изумился Берт. Каких-либо девиц встретить на этом пустынном острове он не ожидал никак. С другой стороны, она же явно не человеческая девчонка, а кто-то странный и, быть может, даже опасный. - Может, - согласилось тем временем существо. - Но разве это имеет значенние? Берт задумался, но однозначного ответа на сей хитрый вопрос не нашел. - А как тебя лучше называть? - решил он продолжить разговор. - Санта? Или Муэрте? - произнося слово "Муэрте", он снова ощутил тот самый непонятный холодок по коже, что и в начале их беседы. - Пусть будет Санта, - хихикнуло существо - опять совершенно по-девчачьи. - Меня так почти не называют почему-то... а хочется! - Понял, - кивнул Берт. - А ты тут живешь, Санта? Или попала случайно? - все-таки девчонка, решил он про себя. Тогда еще загадочнее и интереснее. Существо пустилось в подробные объяснения, Берт слушал внимательно и понимал, что, с одной стороны, в рассказе его новой знакомой множество таких деталей, которые вряд ли кому из людей известны, а с другой - она о многом умалчивает. Возможно, о самом важном? Так или иначе, рассказ был интересным, да и разговор в целом - крайне занимательным, время летело незаметно, пока Берт не спохватился, что он так и сидит на берегу один: неужели при крушении больше никто не уцелел? Да нет, не может быть... Вдруг остальных выбросило где-то дальше? Надо пойти их поискать. Он тут рассиживается и ведет светские беседы... а если кому-то из товарищей нужна помощь? - Прости, Санта, но мне пора, - грустно вздохнул он. - Жаль, - в ответе Санты тоже послышалась грусть. - Но мы еще непременно увидимся! - пообещала она затем. - Да? - удивился Берт, но от выяснения подробностей его что-то удержало - так, словно разговор вдруг коснулся чего-то запретного. - Само собой, - кивнула Санта, оставаясь сидеть. - Ты увидишь. - Ну... тогда до встречи? - Берт поднялся и уже побрел прочь, но неожиданно вспомнил. - Слушай... но ты же так и не показала, как держится мрачная смерть? - И верно, - согласилась Санта. - Сейчас. - Смотри! Вот так! - в следующий момент гулко раздалось со всех, кажется, сторон. Берт глянул - и его сковал не то мороз, не то леденящий ужас. Санта вот только тихо сидела на песке - а тут вскочила на ноги, за доли секунды делаясь огромного роста: исполином, чья макушка задевает небеса. Тускло блеснуло лезвие косы, из-под капюшона глянула полная первозданного мрака глазница, словно бы подмигивая оторопевшему человечку-Берту, из широкого коричневого рукава высунулись костяные пальцы и ухватили первый попавшийся обломок с такой силой, что тот пошел трещинами. - Теперь понял? - прогрохотало сверху. Берт смог лишь кивнуть, охваченный благоговейным ужасом пополам с ужасом обычным. - Ну, бывай здоров! Увидимся! - и Смерть, отбросив измочаленный обломок, растаяла в воздухе. Берт плюхнулся обратно на землю и зажмурился. Требовалось немного прийти в себя, прежде чем двигаться дальше. ... С Сантой, как он продолжал называть ее, не желая произносить настоящее имя, Берт за свою долгую насыщенную жизнь встречался, конечно, не единожды. И никому не говорил, что в былые времена свел знакомство с самой Смертью. "Привет", - кивали друг другу они, свидевшись в очередной раз. И не потому ли Берт множество раз выходил сухим из воды, что старая приятельница его элементарно щадила? Тайна сия велика есть.