Страх смерти

      — Ну. Я только недавно переехал сюда, тут как раз жил мой друг — Найл. — он немного замялся, но потом продолжил. — Я живу тут с отцом, он учитель в нашей школе по истории. Матери я не знаю. Мне нравится фотографировать, но отец говорит, что это глупость. Временное увлечение и я должен стать учителем как и он.       Майк вспомнил, как тот был несчастлив, что закончил на учителя, не стал фотографом. Сердце больно сжалось. Он аккуратно взял руку парня и сжал её.       — Ты станешь фотографом. А то что говорит твой отец — полный бред. Это твоя жизнь и ты будешь тем, кем хочешь.       Тот смутился и опустил взгляд. В подростковом возрасте он всегда так делал, чем вызывал улыбку умиления у старшего. Вот даже сейчас. Майк не может не улыбнуться. Этот парень даже не представляет, что будет в будущем. Майк немного нахмурился. Прошлое… смерть Эрвина у него на руках…       Эрвин заметил эту перемену в настроении и так же сжал руку в ответ, улыбаясь. Эта улыбка… она была такой искренней, светлой, что отогнала все ужасные мысли. Майк хмыкнул и кивком головы указал на чашку с чаем.       — Пей, а то остынет.       Тот кивнул, забрал свою руку и начал пить чай и с такой любовью есть печенье. Только сейчас он вспомнил, что это ведь любимые его. Сам же не спеша пил свой чай. Он заметил, что на чужих губах крошки, поэтому протянул руку и стал вытирать пальцем. Тот коснулся пальца языком и сердце Майка снилось с привычного ритма, внизу живота приятно заныло. Поспешил убрать руку, обхватил ей чашку с чаем и отпил, смотря в сторону. Смит решил поиграть или это просто богатая фантазия Захариуса. За окном громко громыхнуло и полил сильный дождь. Две пары глаз сразу устремились туда и тяжёлый вздох послышался от голубоглазого.       — Отец будет ругаться и искать меня. — уголки губ того опустились.       — Позвони ему или напиши. Скажи, что останешься с ночёвкой у друга. — старший пожал плечами, взял пустые чашки и пошёл мыть.       — Не могу. Отец будет ругать. Нужно идти домой. — Эрвин встал со стула, но сразу был посажен обратно.       — Ты не пойдёшь домой в такой ливень. Заболеть хочешь? — хмуро осматривая мальца, сжал его плечо.       — Я не помешаю тебе?       — Нет. Оставайся. Сейчас сделаешь уроки и можем посмотреть фильм или поиграть в приставку. — убрал руку с плеча и продолжил мытьё посуды.       — Я не умею играть в приставку и никогда не играл. — смущённо пробормотал.       — Научу. Тебе нужна помощь с уроками? — вытер руки полотенцем.       — Нет. Справлюсь, а где я могу сесть их делать? — он поднялся со стула.       — У меня в комнате за столом. Идём.       Майк повёл его в комнату, там открыл шторы и поднял вещи, что валялись на полу. Выкинул их в стирку и обернулся к парню.       — Может тебе одежды домашнюю дать, а то вдруг замораешь школьную.       — Ну давай.       Кивнул и достал из шкафа свою футболку с шортами. Протянул парню и сел на кровать, тот уставился на него.       — Переодевайся. Чего встал?       — Не мог бы ты отвернуться или выйти?       Тот прыснул со смеху и вышел из комнаты, стоя за дверью. Слышал как за дверью шуршит одежда, звук расстегнутой ширинки, какое-то бормотание. Всё затихло и Майк зашёл, тот стоял в трусах и футболке. Когда заметил, что старший зашёл, то резко прикрыл низ шортами.       — Эй! Ну я же сказал ждать! — воскликнул он и выглядел как спелый помидор.       — Ты затих я думал уже оделся. Да и чего ты смущаешься.       Фыркнул и зашёл в комнату, закрывая дверь и подходя к шкафу. Достал себе домашние серые штаны и такую же майку, стал переодеваться прям перед Эрвином. Тот быстро натянул шорты и сел за стол, доставая свои учебники и тетради. Уши его всё ещё горели, поэтому старшеклассник не мог ещё раз не поиздеваться над парнем.       Он наклонился и тихо спросил прям возле уха опаляя горячим дыханием.       — Тебе много делать?       Тот вздрогнул и закрыл ухо рукой, чуть отодвигаясь.       — Майк! Не делай так! Мне немного делать, не мешай. — он отвернулся к тетради.       — Хорошо. Я пока полежу, если усну, то разбуди меня как закончишь.       Тот угукнул не отвлекаясь от тетради и Майк прикрыл глаза, погружаюсь в царство Морфея. Проснулся только, когда его аккуратно коснулись плеча и позвали. Тот сонно потёр глаза и глянул на время, двенадцать часов ночи. И он только закончил? Майк притянул того к себе под одеяло, обнял со спины и прикрыл глаза.       — Майк? Ты чего? — покраснел опять.       — Эрвин, у тебя было с парнями?       — Н-нет.       — А с девушками? — рука спользнула к плоскому животу.       — Н-нет. — тот напрягся.       — Ты трогал себя вот тут? — рука забралась под шорты и нижнее бельё, сжимая уже вставший член.       — Майк! Не надо!       А Захариус кажется и не слышал, он развернул лицом к себе парня и мокро поцеловал в губы. Спустился к шеи и где до этого был засос, провёл по нему языком.       — М-Майк… прошу, ах! Только не, ааах!       — Какой чувствительный.       Захариус наглаживал уздечку и кусал за шею. Эрвин дрожал в его руках и кусал свои губы, стараясь заглушить стоны. Долго тот не протянул, излился в руку и на одежду старшего. Майк посмотрел в глаза парня, тёмная дымка похоти всё ещё была в них. Майк убрал руку от паха парня и тот закрыл глаза, прижимаясь к старшему. Через минуты две уснул. Захариус дотянулся до тумбочки и взял салфетки, вытер руку и член парня, натягивая на него одежду и снимая с себя свою грязную. Майк выключил свет и лёг к парню, тот прижался к нему и продолжил спать. Закрывая глаза старший тоже погрузился в царство Морфея.