Каждое лето

Весь год Олега и Сережу было не разделить. Каждые выходные они гуляли по центру, иногда из-за увлеченных разговоров оказывались в каких-то незнакомых переулках, или просто приходили друг к другу в гости. Мама семейства Разумовских чуть ли не с хлебом и солью встречала Олега на пороге дома, настолько рада она была его персоне, и парню это даже льстило. Также они вместе встретили пятнадцатилетие обоих, и для Сережи было очень непривычно проводить дни рождения с друзьями, как сказал Олегу сам на тот момент именинник. Олег лишь предложил Сереже провести этот день, как самое обычное времяпровождение его с Волковым, но чуточку официальнее. Разумовскому понравилась эта идея. Олегу очень нравилось наблюдать за счастливым Сережей, но сердце его разбивалось в пух и прах, когда он видел грусть на лице друга. Такое было, когда они встречались в будние дни после очередных насмешек в школе над Разумовским. Тот сначала говорил, что все с ним в порядке, и Олегу лишь показалось, что у него что-то случилось, но потом Сережа выкладывал все карты на стол, выглядя побитым. Хоть он и пытался скрыть это. И случалось видеть до боли уставшее лицо Сережи, когда тот горбился над историей вместо того, чтобы развлекать пришедшего в гости Олега. Разумовский объяснял это итоговыми работами, которые будут в конце года, а Олег понимал его, помогая запоминать даты событий, с которыми у Сережи были проблемы. И вот, снова лето. Снова дача. Снова два свободных месяца рядом с отдохнувшим Разумовским. Олегу для счастья большего и не надо. В первый же день, когда парни встречаются в деревне, Олег покупает Сереже его любимый пломбир в киоске у железнодорожной станции. Тот выглядит счастливым и с улыбкой сытого кота зовет Олега прогуляться в лесу. Сережа наблюдает за кузнечиком в траве, пока его мороженное тает и капает на землю. Ловит муравьев на палочку и рассказывает, что его папа в детстве их ел и это считалось неким десертом. А Олег с упоением слушает его и с интересом разглядывает. На солнце, пробивающемся сквозь кроны деревьев, Сережа кажется издалека бродящим огоньком, думает Олег. Его кожа еще не успела обгореть и покрыться веснушками, которые, по секрету, Олег так любил. Как и его рыжие и мягкие волосы, отросшие до лопаток за год. Он бы был готов трогать их всю жизнь, плести Разумовскому разные прически, но только это кажется очень странным со стороны, да и Сережа не поймет. Сережа казался ему светлым мальчиком, несмотря даже на его закрытость и проявляющуюся в некоторых моментах агрессию. С Олегом он был спокоен и расслаблен, никогда не закрывался от него, поэтому он не может познать на себе его эти качества характера. Это к счастью, ведь Волков не хотел, чтобы Сережа рядом с ним чувствовал себя как-то сковано. — Олег! — вдруг высокий голос друга вырывает его из раздумий, — Смотри, какие бабочки. Только аккуратнее, а то спугнешь. Олег смотрит на синюю бабочку, сидящую на цветочке, но потом переводит взгляд на Сережу. Его искусанные губы растянуты в улыбке, а в небесных глазах видны искорки. Руки измазаны в растаявшем десерте. Кажется, в данный момент Олег чувствует этих самых бабочек в своем животе, от чего все внутри сводит. Это кажется ему непривычным чувством, но таким приятным и правильным. — Красивая, — но смотрит он на отвлеченного Сережу.