Fools who play it cool

Вопросы, вопросы, вопросы. Так много вопросов. Горо предпочитал ответы. Нет, всегда приятно было размышлять о сути вещей, строить замысловатые логические конструкции, погружаться в философские диспуты с самим собой. Но то были вещи отвлеченные, игравшие мало роли в его жизни. Когда же дело доходило до практики, Горо предпочитал определенность. Жить, служа Сабуро-сама, было хорошо еще и этим — все вопросы были заданы и отвечены без его участия. Жизнь телохранителя самого могущественного человека на земле была упорядочена и спокойна. Он знал смысл, видел цель, довольствуясь почетной ролью орудия. Орудия, которому ни к чему задаваться вопросами. Судьба же сыграла с ним злую шутку и подкинула целую пригоршню дилемм, требующих немедленного решения. Для начала, как жить дальше. В мелочах это оказалось легко — главное было проявить гибкость ума и духа, вспомнить свои истоки. Забыть о роскоши и комфорте, погрузиться во тьму и дать ей бой. Ему приходилось это делать и раньше. В конце концов, он был выходцем из трущоб, профессиональным выжившим, которому не составляло труда прокладывать путь среди грязи и разложения. С остальным было много, много сложнее. Не последним источником бесконечного смятения была воровка. Она была соткана из вопросов, бродивших в сознании Горо терпким сливовым вином. Стоит ли ей верить? Если да — то насколько? Как обеспечить её лояльность? И есть ли вообще смысл рассчитывать на неё от такой особы? Хватит ли её показаний? Не умрет ли она раньше? Не сойдет ли она с ума раньше? И вообще, в своем ли она уме?.. Но были и другие. Те, что Горо не решался проговаривать даже в своей собственной голове, точно это была самая проклятая, самая отчаянная ересь. И само их существование заставляло его сомневаться в себе. Такое редкое, непривычное для телохранителя Сабуро чувство. Не задавайся он вопросами, Горо поверил бы во многое из того, в чем пыталась убедить его Ви. Она прикладывала немало усилий, чтобы слиться с толпой, превратиться в бесславный биомусор Найт-Сити. Но он читал её досье и видел несоответствия. Отец, многообещающий сотрудник отдела по спецоперациям, погиб, когда ей было одиннадцать. О матери было известно совсем немного, кроме того, что её психическое здоровье оставляло желать лучшего даже до смерти мужа. Судя по всему, именно этот момент пустил под откос все в жизни семьи Росс. Мать покончила с собой спустя пять лет, и из данных полиграфа следовало, что её тело нашла шестнадцатилетняя Вайолет. К досье была приложена диаграмма ответов: на вопросах о родителях датчик не регистрировал ни малейшего всплеска эмоций. Значит, подготовилась. Такая же нулевая реакция была и на любые вопросы о промежутке с шестнадцати до двадцати лет, когда она выживала сама по себе. Но куда больше впечатляло даже не это: Такемура уже понял, что ей помогла семья покойного Уэллса. Нет, поражало не то, что шестнадцатилетка выжила в одиночку, а то, что к двадцати годам она нашла возможность устроиться в контрразведку Арасаки. В её случае для этого требовалась рекомендация — и каким-то образом она её добилась. Его вывод совпадал с мнением полиграфолога: чертовски устойчивая психика. Упрямая, жизнелюбивая девица. Её предыстория многое объясняла, хоть и делала трудным беспристрастное к ней отношение. Такемура привык, что у всех есть своя история — в конце концов, она была у него самого, — но работать было легче с теми, о ком знаешь не так много. Иначе они становились слишком живыми мишенями. Он знал, что сближаться с ней было ошибкой. Ошибкой было рассказывать ей о прошлом, интересоваться её делами, вставать на её защиту, смеяться над её нелепыми шутками и хуже всего — задерживать на ней свой взгляд. Но какой у него был выбор? Ви была его проводником в дивный новый мир жизни за пределами корпорации, хоть он и не рассчитывал задерживаться в нём слишком долго. В день парада ей удалось приятно его удивить. Горо был готов к тому, что она заявится в платье и обоснует это тем, что это её любимая рабочая одежда. Он даже морально подготовился не комментировать это, чтобы лишний раз не провоцировать её. Но все-таки она была профессионалом, и он с удовлетворением утвердился в этом факте. Стоило ей сконцентрироваться на задаче, все в Ви менялось, чтобы соответствовать. Он уже видел это однажды вживую на крыше перед взломом платформы Ханако-сама и один раз — на записи с камер видеонаблюдения в Конпеки. Их с Уэллсом лица были неразличимы из-за сбоя в системе безопасности, но лёд в её голосе был узнаваем безошибочно. Она умела мимикрировать. Вот и весь ответ. Вся разгадка тайны её выживания. Воровка, которую он подобрал на свалке, меняла маски. Но даже зная этот факт, следить за преображением было интересно. Он вел подсчёт. Увлеченный нетраннер. Ледяная корпоратка. Опасная наемница. Неудачливая воровка. Безумный водитель. Девчонка в веснушках. И за всем этим — умирающая молодая женщина. Виду она старалась не подавать, но каждая маска давала трещину. То, что было за ней, было интереснее всего, но Горо старался не думать об этом слишком много. В конце концов, если заглядеться во тьму, она когда-нибудь тебе подмигнет. Сегодня его тьма была в поразительно хорошем настроении. Она даже пропустила очередную шутку — посоветовала ему не прыгать вслед за мерзким скап-бургером, — чем добавила еще один штрих к странному портрету человека со спорным чувством юмора. Но хорошо было хотя бы то, что то ли чувство такта, то ли характерная преждевременная деменция позволили ей не упоминать его скромный жест признательности. Он был ей благодарен за это — не хотел быть неправильно понятым. Не хотел усложнять. Все должно было быть просто. Просто убрать снайперов. Просто прыгнуть на платформу. Просто убедить Ханако-сама выслушать. Просто уговорить Арасаку помочь Ви. Просто вернуть все на свои места. Проще некуда. Главное не задавать себе лишних вопросов. ---- — Осталось только отключить нетраннера, она на три этажа выше тебя, — Горо смотрел в свой импровизированный бинокль, наблюдая, как охрана Арасаки перегруппировывается, чтобы снять как будто случайно сломавшегося дрона. Он специально выбрал лучшую позицию не только для прыжка, но и для слежки — и больше за Ви, чем за охраной. С самого начала парада они были подключены к одной сети и синхронизированы в звонке. Он слышал каждое её движение, пока сам неторопливо и обстоятельно готовился к прыжку, который, он знал, дастся ему с трудом. — Есть, Такемура-сан, — усмехнулась Ви ему в ухо. Ей было чему радоваться, но он надеялся, что она не делает этого преждевременно. Пока Ви поднималась, он старался отследить ее перемещения. В конце концов, он знал, куда смотреть, чтобы её найти. Но даже ему этого оказалось сложно: он ни разу не мог бы со стопроцентной уверенностью сказать, что видел, как человек, а не бесплотная тень скользнула по пожарной лестнице или в окне. Когда ей нужно было пройти за экранами, те резко увеличили яркость так, что стороннему наблюдателю невозможно было разглядеть, что происходит за ними. В этот раз он был уверен, что это она, просто потому, что услышал, как Ви чертыхнулась, отправив скрипт. То, что её кибердека причиняет ей боль, он заметил ещё в промышленном парке. Перед его глазами возникла невероятно живая картинка: Ви слегка цепенеет и закрывает глаза, проводит пальцами над губой, стирая тонкую струйку крови. Ей становилось хуже. Мгновенная вспышка вины. Ему не хотелось думать о том, что это он заставляет её превозмогать себя. Успокаивало то, что в случае их успеха он сможет ей помочь. Стоило концентрироваться на этой цели. В конце их счет станет равным. Ей нужно было только отключить нетраннера. Такемура не принимал на веру слова Ви о том, что она не боец, но доля правды в этом была. Он видел её за работой раз или два, и это впечатляло, но она всегда придерживалась тактики скрытого боя. Сейчас для этого были свои причины: несмотря на хорошую скорость и достаточную координацию, Ви быстро выдыхалась. Здоровье подводило её, и это невозможно было скрыть даже за самой серьезной и угрожающей миной из её арсенала. Слабость Ви была зияющей дырой в их плане. Поэтому когда его оглушил исступленный крик боли, сердце Горо не просто пропустило удар. Оно почти остановилось. Он почувствовал, как волосы на загривке встали дыбом, как если бы напали на него самого. — Так и знала, что ты будешь здесь, — прохрипела Ви. Он увидел в окне лофта знакомый отблеск термоклинков. Ода преградил ей путь. Его затопила ярость: Сандаю выбрал не ту цель. Его единственный свидетель должен был умереть от рук его ученика, какая ирония. — Ви, двигайся!!! — если бы не шум парада, крик Горо разнесся бы на весь Джапан-таун. Он не мог ей помочь ничем, кроме самого очевидного совета. Но она молчала. Только её сбившееся дыхание и полные ненависти крики Оды дали ему понять, что Ви жива. Проклятые голографические рыбы, проплывавшие в створе домов над площадью, загородили ему обзор. Такемура был уверен, что Ви пустилась в бег, он слышал, как она перепрыгивает через преграды и забирается на второй этаж недостроенного лофта. Ода был гораздо многословнее: он тоже ждал легкой победы, почти наслаждался экзекуцией. Впервые эта порывистая черта его характера, так похожая на него самого, вызвала у Горо отвращение. На пару мгновений ему открылся вид на окна, за которыми они сражались. — Какого черта?! Трусливая шлюха! — заорал Ода. Не разделяя выбор слов, Такемура готов был согласиться, что не понимает, что происходит. За стеклом на той стороне Ви стояла прямо перед Одой, но он отчаянно боролся с кем-то в стороне, точно не видел её. До него дошло не сразу, но Горо приходилось сталкиваться с таким: оптика Сандаю сбоила и мультиплицировала источник. Подобные скрипты не пользовались популярностью, потому что требовали слишком точной настройки и мастерства нетраннера. Ко всему прочему, чаще всего разрабатывать их приходилось индивидуально. Он недооценил Ви, подумав, что это за пределами её возможностей. Ода собирался бороться с уличной крысой, но встретился с профессиональным агентом. Вот кому не помешало бы изучить досье Вайолет Росс. Теперь Сандаю приходилось расплачиваться за самонадеянность, вручную уничтожая цифровые призраки Вайолет, наводнившие его сознание. Горо ощутил нечто похожее на гордость. Конечно, всему этому она не научилась не у него, но в конце концов это была его воровка. — Теперь поиграем по-моему, — он был уверен, что услышал, как она выдохнула эти слова. — Только держи дистанцию, Ви, он опаснее всего вблизи! — он не мог удержаться. Бессилие делало его импульсивным. В эту секунду от Ви зависело всё. — Как будто вдалеке он ласковый котенок, — огрызнулась Ви почти так же неслышно. Она, вопреки его совету, подобралась к Оде со спины и резко толкнула, заставив потерять равновесие. Тот разразился самыми грязными оскорблениями, которые, Такемура надеялся, переводчик Ви не обработает. Судя по звуку, она забралась на его камуфляж и со всей силы ударила по шлему. Раздался наэлектризованный треск — защитное забрало рассыпалось на куски. Теперь прятаться могла только она, и Ви не преминула воспользоваться этой возможностью. Такемура увидел, как она в один прием отскакивает на несколько метров от Оды. Он недооценил её. Адреналин придавал ей сил, заставляя действовать отчаянно, резко, молниеносно. Но за каждым её движением был смысл, она осознавала свои слабые стороны и использовала данные ей ресурсы с умом, не имея роскошного защитного костюма, имплантов или годов изнурительных тренировок под его собственным руководством, которыми располагал Ода. Она быстро вошла в ритм, заставляя Оду вступить с ней в замысловатый танец со сменой ролей. Шелест ветра, её осторожные шаги, резкий рывок, удар и ругательства Оды. Отскок. Скрипт. Передышка. Повтор. Они оба были и хищником, и добычей, и, более осторожная и уравновешенная, Ви раз за разом заставляла Сандаю выходить из себя. Но и он неоднократно задел её — стон боли был едва слышен, но звук клинков, рассекающих кожу, Такемура узнавал безошибочно. Когда Ода наконец перестал бравировать грязными ругательствами, Горо понял, что она измотала его. Ви осознала это даже раньше, потому что прежде, чем он мог понять, она набросилась на телохранителя Ханако, вступая в открытую схватку. Тот не готов был сдаться просто так, и несколько минут Горо слышал только обоюдную ругань, сбитое дыхание и свист клинков. Между домами поплыла фигура дракона, предварявшая появление платформы Ханако. Прожекторы на секунду выхватили картину из-за стекла, превращая живых людей в ней в причудливые тени. Ода распластался на спине, крошечная фигурка Ви оседлала его, прижимая к полу. По телу Сандаю пробежал электрический разряд, и Вы выпустила свои клинки богомола. Лучи света облизнули лезвия. — Попрощайся со своей дебильной самурайской честью… — она резко занесла клинки над Одой. — ВИ! СТОЙ! — но лезвия уже просвистели. Он увидел, как она перекатилась с Оды и попыталась встать. Ноги не держали её, и Ви заметно покачивалась. Дракон снова загородил ему обзор. — У меня получилось… — Ода мертв? — он постарался не выдать эмоций. — Я очень удивлюсь, если его убьют порезы. Я просто его отключила. И оставила кое-что на память. Но я могу и передумать, — ей было тяжело говорить, но даже сквозь усталость и хрип проступала злость. — В этом нет смысла, Ви, он больше нам не помешает... — Не надо меня уговаривать. Я же Вам сразу сказала: я не убийца. Но если он еще раз попробует убить меня — извините, Горо… И по-моему, Вам пора прыгать, — она подключилась к системе безопасности и вывела на его интерфейс изображение с камеры наблюдения в комнате Ханако. — Спасибо, Ви, — она была права, через несколько минут платформа окажется в его прямой досягаемости, и лучше момента уже не будет. Он позволил себе на секунду закрыть глаза, сосредоточив все свои мысли на успехе их плана. ---- Вопрос о том, что такое успех в конкретно заданных обстоятельствах, тоже не раз посещал Горо. Несмотря на исключительно философский посыл, в последнее время он становился пугающе актуальным для его собственной жизни. Горо не был уверен, что то, как закончился их день, могло считаться успехом. Ви выполнила все, что пообещала и даже больше, но не получила ничего взамен. Он же исполнил свой долг — и остался наедине с целым взводом бойцов Арасаки. И если свое положение он мог закономерно воспринимать как расплату за критическую ошибку, стоившую жизни Сабуро-сама, то найти вескую причину для такой смерти Ви он не мог. За несколько минут до того, как их нашли, он уже размышлял об этом, глядя на Ви, сидевшую напротив Ханако-сама. Он даже не был уверен, что это была знакомая и понятная ему Ви. Перед Ханако была женщина, о которой он знал только из досье. Вайолет. Все еще раненная, но спокойная и гордая, точно равная Ханако, даже в кровоподтеках и рваной одежде. И все еще соткана из тайн. Она раскрыла одну для него и Ханако — экспериментальный чип в её голове записывал поверх всех масок, знакомых Горо, террориста, когда-то подорвавшего штаб-квартиру Арасаки. Это знание пугало и поражало. И теперь отмахнуться от мысли, что её расплата за воровство была чрезмерной, было невозможно. Но когда на них напали, он защитил не её: в нем сработал отточенный годами рефлекс телохранителя, и его тело закрыло собой Ханако. Тонкие стены заброшенных апартаментов зарешетили пули. Он поискал Ви взглядом, оттесняя Ханако за перевернутый стол и одной рукой подбирая винтовку. В следующую секунду стену прошиб взрыв, отбросивший его на несколько метров. Из ави, зависшего у их этажа, в комнату посыпали вооруженные солдаты, несколько из них схватили и увели Ханако. Ави взметнулось вверх. И тогда последовал второй взрыв и крик Ви. Он видел, как её рука утопает в потоке обломков, на секунду взметнувшихся вверх и тут же рухнувших вместе с перекрытием в дальней части комнаты. Он остался один. На этот раз по-настоящему. В неравном бою против людей, когда-то бывших его соратниками, наедине с вопросами, на которые больше никто не даст ответа. Его ждала честная, справедливая смерть. Эйфория, похожая на агонию, агония, походящая на эйфорию. И все же он надеялся, что успеет хоть на мгновение расчистить себе путь к разрушенному перекрытию. Взглянуть вниз в надежде не увидеть Ви. В надежде, что она выбралась и закончит то, что они начали. Тогда все было не зря. Но если она лежала там, если их взгляды встретились бы — была бы смерть такой же сладкой? Смог бы он, как много раз до того, посмотреть ей в глаза и проявить милосердие, подарив ей одну точную пулю и похоронив вместе с ней все свои надежды? Вопросы без ответов. Гора трупов росла перед ним, но они все прибывали и прибывали. В комнату забежала новая группа — трое в усиленном камуфляже. Такемура взвел винтовку, целясь в голову самого высокого, когда уловил какое-то движение в углу комнаты. Миниатюрная тень скользила вдоль стены. Дежавю. Совсем недавно на её месте был он. Только тогда они противостояли кучке уличных оборванцев, а сегодня против них была вся Арасака. Помогая ей у замшелого бара он не рисковал ничем, она же, вернувшись за ним, поставила на кон все, что имела. Все, чего они достигли. Вайолет спокойно, почти неторопливо выбрала позицию, выпрямилась, и её глаза загорелись голубым огнем. Трое спецназовцев схватились за головы — должно быть, их оптика дала сбой, а слуховые импланты наводнил белый шум. Почти безобидный скрипт — она берегла силы. Ви прицелилась. Отблеск фонаря на камуфляже одного из агентов упал на её волосы, горящие огнем. В эту секунду все нужные Горо ответы были написаны на её лице, разукрашенном пылью, кровью и вспышками света. — Какой же! Херовый! День! — она всадила в голову каждого по пуле. Женщина, ненавидевшая убивать, делала это без сожаления. Ради него. Такемура выпрямился, глядя на Ви, подбиравшую винтовку из рук упавшего спецназовца. Радость от того, что она оказалась жива, меркла на фоне бессилия и злости, что она вернулась за ним. — Тебе нельзя было возвращаться, ты умрешь вместе со мной, — он едва сдержался, чтобы не рявкнуть. — Рано благодарите, — Ви перекинула ему новую винтовку. — Нам еще отсюда выбираться. Горо недовольно фыркнул и сменил оружие на предложенное, проходя вперед. — Скажите, как мы пойдем, и я расчищу нам путь. Но на эффектные скрипты меня не хватит. Смогу поотключать им оптику и, если повезет, вырубить парочку, — она шла за ним по пятам. С её возвращением Горо оставил идею самурайской смерти. Как минимум, пока не убедится, что она выбралась живой. Они впервые дрались вместе, и это было странно приятное чувство. Подключенные к одной сети, они мыслили на удивление одинаково. Он видел, кому и какие скрипты она отправляет, и довершал начатое ею. Иногда она присоединялась, скользя параллельно ему к другим целям. За все время они обменялись разве что парой коротких кивков, быстро продвигаясь к выходу, но у него было ощущение, точно они ведут непрекращающийся немой разговор. Своим возвращением она ответила на один из его главных вопросов. Она больше не была для него мерзкой воровкой и предательницей Арасаки, Ви стала… другом? Она была противоречивой и сложной натурой, заставлявшей его самого задаваться самыми неудобными вопросами, и это ужасно раздражало. Но за этим раздражением постоянно маячило какое-то иное чувство, которому Горо не хотел давать названия. Парадоксально, но умирающая воровка была живее и ярче всех, кого он знал в своей сознательной жизни. Им оставалась только лестница к черному входу, на которой стояли два спецназовца. Ви приготовилась отключить их оптику, и Горо, мягко отстранив ее со своего пути, двинулся к ближайшему. Но что-то было не так. Скрипт начал работу, но тут же прервался. Арасаковцы всполошились. — Что за черт?! — солдат повернулся прямо к Такемуре, наводя на него винтовку. Горо среагировал раньше и тут же увернулся от выстрела второго. Через секунду пуля угодила тому в шлем, пробивая череп. Горо оглянулся на Ви. Она повисла на перилах, вытянув руку с пистолетом. — Простите… — по её подбородку текла кровь, она безуспешно попыталась смахнуть ее и на нетвердых ногах двинулась к нему. — Ви? — он хотел её остановить, но она прошла мимо. — Я… Мне нехорошо, — она, точно во сне, толкнула дверь на улицу и сделала пару шагов. С этой стороны здания их никто не ждал. Прохожие едва заметили их появление. — Пойдем, нам надо уходить, — он бросил винтовку за ближайший мусорный бак, чтобы не привлекать внимания. Они ускорились, приближаясь к дороге. — Давайте разделимся, так… больше шансов, — слова давались ей с трудом, но она упрямо шла вперед. Её оптика на мгновение загорелась. — Деламейн… Вайн-стрит… Быстрее… Ви остановилась, вглядываясь в сторону, из которой за ней должна была приехать машина. Он должен был отпустить её. Должен был отвернуться и уйти. Она была права, по одиночке у каждого из них было гораздо больше шансов остаться незамеченными. Горо поддался голосу разума и, оглянувшись на неё через плечо, пустился в противоположную сторону. — Ви, позвони мне, как доберешься в укрытие, — попрощался он по их внутренней связи. Его остановил её вскрик. Горо обернулся и увидел, как она схватилась за голову и начала оседать. Их канал связи закрылся, она без сознания упала на асфальт и её тело пару раз вздрогнуло в конвульсиях. В нем сработал инстинкт, обычно защищавший только членов семьи Арасака. Раньше, чем он мог понять, Такемура обвил её руками, вглядываясь в искаженное болью лицо Ви. Фиалковый свет оптики Кироши погас в её глазах. Горо застыл, принимая решение, противоречившее голосу разума.