Неправильный путь

Тяжело дышать. Лёгкие разрывало от кислотных споров. Лапы затекли. Перед глазами мутно. Белая кошка медленно приходила в себя, лёжа на холодном стальном полу. В пасти давно пересохло, глаза осушились, а голова неприятно пульсировала. Слабость заставляла не шевелиться Белоснежную, вдыхать жилистый воздух. Сердце глухо стучало в груди. «Где я? Где Блеск Луны…? Другие воины…?» Стиснув зубы, Белоснежная с громким кряхтением постаралась сесть, но лишь перевернулась на живот, тяжело дыша. Шерсть на загривке встала дыбом, потрескивая, когда она увидела в перебинтованных лапах штуки с зелёной жидкостью и тоненькой острой палочкой, воткнутой внутрь. — Нгх! — скрипнула кошка, почувствовав острую боль в лапах. — Белоснежная?! — испуганно прошептала Блеск Луны в соседней клетке. — Ты очнулась? — Как видишь… Где мы? — Без понятия. Мы тут, походу, одни. Кстати, в тебе ничего не изменилось? У меня подушечки поменялись! — звонко взвизгивала Блеск Луны, вытянув лапку. Она расширила пальцы и вместо чёрных, там вырисовывались очень мягкие розовые. — Только цвет изменился? — удивлённо мяукнула Белоснежная, с трудом поднимая лапу. Она вытаращила глаза, увидев ярко-зелёные плотные подушечки вместо привычных розовых. — Катастрофа! Они у меня вообще зелёные! — Зелёные?! Как такое может быть?! — Без понятия! Они ужасны! Паника быстро нарастала от обеих кошек. Белоснежную нервировали перепуганные синие глаза сиамки. Боль отошла на второй план. Кошка осмотрелась вокруг, увидев какие-то сооружения, столы, тряпки и многое другое. Её сильнее всего напугали кровавые отпечатки лап на полу, ведро с грязной водой, откуда почему-то торчал кошачий мокрый хвост. — Б-Блеск Луны… Что это? — Где? О, святое Звёздное племя… — повернулась кошечка и обомлела. Они задышали в унисон, разделяя животный страх смерти, боли. Сверху что-то затряслось. Кошки не обратили никакого внимания, обездвиженные парализованным кошмаром. Вдруг огромная серая клетка с гулким треском свалилась прямо перед их мордами. — Двуногие?! — завизжала Белоснежная, резко почувствовав силу. Она вскочила на лапы, оскалилась, предупреждающе зарычав. Клетка со скрежетом сломалась, прутья вылетели прочь. Изнутри выполз гладкий, бесшёрстный кот с серыми складками, чёрными лапами, ушами, мордой и глазами. Какие страшные глаза у этого существа! Склера чернющая, а радужка чисто белая. Незнакомец с интересом повернулся к ним, скалясь. — Эй… Можешь помочь нам открыть эти клетки? — медленно, проницательно глядя, протянула Блеск Луны, совершенно успокоившись при присутствии ещё одного запертого. Лысый кот молча подошёл к ней, поднял лапу, высунул белые когти, пошевелил как-то в замке и клетка с лёгкостью отворилась. «Что она творит?! Позволяет чужаку освобождать себя?! Какая низость! Да какой этот тип жуткий на вид!» — Эй, ты! Не смей приближаться ко мне, уродец! — зашипела яростно Белоснежная, поднимая шерсть дыбом. — Больно надо. Умирай здесь и гни. — грубо промяукал незнакомец, раздражённо дёрнув плечом. Серо-чёрный кот вырвал болезненные уколы из лап, разбросал по полу. — Спасибо. Как тебя зовут? — выдохнула Блеск Луны, встав рядом. Казалось, инстинкт самосохранения у этой кошки напрочь отсутствовал. — Прости мою подругу. Она многим не доверяет. — Не надо меня выгораживать! — Я привык. — размеренно ответил кот. — Меня зовут Мельхиор. Блеск Луны дружелюбно кивнула и повернулась к Белоснежной. — Не волнуйся. Он поможет нам. Белоснежная недовольно нахмурилась, но проследила за движениями странного кота. Мельхиор легко сломал её клетку, пока Блеск Луны рассматривала местность. Тёмно-серый уже нагнулся, чтобы разорвать бинты, но оруженосец громко зашипел, отдёрнув лапу. — Я сама! Она со злостью разорвала эти тряпки, не переставая шипеть на Мельхиора, который тоже отвечал взаимностью, готовясь защищаться. — Хватит! У нас есть вещи получше, чем заняться. — подняла чёрный хвост Блеск Луны, взбешённая их поведением. Белоснежная с неприязнью покосилась на Мельхиора, промолчав. Серый кот смотрел только на Блеск Луны и вокруг, игнорируя её во избежание новых ненужных проблем. Сиамка покралась под столом в поисках чего-то интересного. Помещение было огромным, с большущими габаритами, колбами, режущими предметами. В углу комнаты стояло грязное ведро с протухшей водой. Что удивительно, из него торчал мокрый тонкий кошачий хвост. — Великое Звёздное племя! Это что такое? — застыла Блеск Луны, с ужасом подняв шерсть дыбом. Она не сводила глаз с хвоста. Белоснежная подошла, потянула носом и тут же отпрянула, учуяв смрад гниющей плоти. — Чёрт возьми! Это кошачий труп! — рвотный ком подошёл к горлу. Белоснежная убежала в другую сторону, срыгнула кислую массу возле клетки и отошла к столу, отчаянно прижавшись. «Мы все умрём!» Мельхиор подорвался с места, подбежал к Блеск Луны с искривлением наблюдая за мерзостной ситуацией. Чем дольше они там стояли, тем сильнее хотелось бежать прочь. — Бедная кошка. Не повезло ей. — сдержанно склонил голову сфинкс, потом он сразу ушёл оттуда осматривать дверь, которая имела стекло в верхней части. — Что с ней сделали? — на выдохе проронила Блеск Луны, слегка пятясь от ведра. — Не знаю. Может, утопили, а может, и испробовали гадкие жидкости на ней, как на нас. — Хочешь сказать, что мы кончим, как эта несчастная?! — поднялась на цыпочки сиамка, выпустив испуганно коготки. Её шерсть топорщилась, будто намагниченная. — Я без понятия! Прости, но я не всевидящий. — помотал головой Мельхиор и отбежал к стальной двери. Белоснежная глубоко вдохнула, успокаиваясь. «Не надо слушать глупости. Надо заняться делом» Мейн-кун подошла к большому серому столу, на котором стояли колбочки с разноцветными жидкостями, перчатками и различными хирургическими приборами. Её взгляд остановился на самой яркой — зелёной воде в колбе. «То же самое, что было в той штуковине с иглой!» — при этой мысли зачесались лапы. Белоснежная подняла по очереди обе, рассмотрела вблизи красочные подушечки вместо нежно-розовых. При поступи не чувствовалась боль. Они были твёрдыми и даже могли стучать при прыжках. — Что это за вещи?! — зашипела гневно кошка и принялась шатать стол, поставив передние лапы на ножку. — Хочу взобраться и посмотреть! Колбы запрыгали, а жидкости начали разливаться, ползти по столу, падать на пол. Белоснежная застыла с приоткрытой пастью. Та колбочка с зелёным раствором посыпалась прямо на неё, а именно в глаза. Комнату прорезал болевой кошачий визг. Глаза защипало, при чём яростно, кислота прожгла склеру, слёзы потекли. В нос и пасть также попало. Привкус жидкости был смертельно отвратителен, язык жгло, гортань, начала интенсивно выделяться слюна. Белоснежная зажмурилась, лапами пытаясь вытереть это. Блеск Луны, рассматривающая упаковку с таблетками, резко подняла голову в исступлении, обернувшись. Мельхиор, маневрируя когтями, чтобы открыть дверь, слегка скосил на орущую Белоснежную. — Белоснежная! Что произошло?! — подбежала Блеск Луны, остановясь перед разбитой колбой с булькающей жидкостью. Раствор, как желе, прилип к полу. От него шёл едкий дымок. — Великое Звёздное племя! Что это?! Белоснежную трясло нервными и болевыми судорогами, к горлу снова подкатывала рвотная масса, в носу щипало. Она не могла разлепить глаза, лихорадочно разбрызгивая жидкость лапами, продолжая визжать. — Почему это вещество такое яркое?! — Это кислота. Оно едкое и может лишить зрения. — мрачно ответил Мельхиор, повернувшись к ним. — Зачем ты нас пугаешь?! — Я не пугаю, а предупреждаю. Пока они разбирались с жидкостью, в комнате появился гул вперемешку с треском. — Вы это слышите? Как будто что-то журчит… — пробормотала Блеск Луны. Мельхиор вздрогнул, стремительно повернувшись и запрокинув голову. — Эта труба сейчас вот-вот взорвётся! Он указал чёрной лапой на тёмно-серый люк, содрогающийся от канализационной воды. — О нет! Труба закряхтела, задрожала. Её железный живот начал толстеть, грозя прорвать содержимое наружу. По открытому люку прошёл жуткий вой волн, их стуки о стенки. И вот, посыпались капли, тут же превратившись в твёрдую стену воды с пеной. Мельхиор с Блеск Луны замерли в ужасе, не смея пошевелиться. Кислая волна накрыла их с головой, подхватила, унося в другую сторону комнаты. Белоснежная с трудом устояла на лапах, жмурясь от едкой боли в глазах, из которых текли обжигающие слёзы. Вода, всполоснувшая их шерсть, немного ослабила жжение, давая открыть синие кошачьи очи. Она почувствовала толчок в бедро и судорожный вдох, сопровождающийся с кашлем. Блеск Луны поскользнулась, упав прямо в воду, заглатывая её. Белоснежная протянула лапу, поднимая кашляющую подругу. — Кзха-кха! Спасибо! Мельхиор тут же подбежал к ним. — Смотри! Вон там вентиляционная труба! Побежали! Он указал лапой на широкую бледно-красную трубу, ведущую в неизвестность. Чтобы прийти к ней, нужно высоко попрыгать по скользким столам, не упав с них. — Вы двое, двигайте лапами реще! — грубо скомандовал Мельхиор, взмахнув лысым хвостом. Блеск Луны еле волочила лапы, часто дыша. Она наглоталась воды, поэтому её живот заметно отяжелел, но кошка старательно не обращала на это внимания. Вода быстро ползла им до шеи, смешиваясь с цветными жидкостями. Блеск Луны покосилась на Белоснежную, жмурящуюся от еле терпимой боли в глазах. В воду падали слёзы, лапы втягивали и вытягивали когти в страхе упасть. «Лишь бы не утонуть… Не утонуть… Иначе я погибну так же, как Веер и Семечко…» — содрогнулась Белоснежная. — Держись. Всё будет хорошо. — сочувственно прошептала Блеск Луны, прижав голову к мокрой, обвисшей щеке подруги. — Я рядом. — Не надо ко мне прижиматься! Ты меня тянешь на дно! — Белоснежная вырвалась, заволочив лапы, пытающихся найти твёрдое покрытие. — Стой! Не двигайся! А то сейчас упадёшь! Блеск Луны «подплыла» к ней и подставила бок, что теперь Белоснежная могла свободно стоять на полусогнувшихся лапах. Мышцы начинали по очереди выть от усталости, спина стремительно прогибалась, хотелось упасть. — Быстрее! — крикнул Мельхиор и прыгнул на стол, используя белые когти. Белоснежная раздражённо фыркнула, отошла более спокойно от Блеск Луны, прижав уши к затылку, чтобы показать всё своё недовольство. Блеск Луны сдержанно посмотрела на неё, доплыла до стола и с трудом прыгнула, подняв волну на Белоснежную. — Уф-ф-х! — зашипела кошка, когда вода попала ей в нос и началось жжение. — Прости, пожалуйста! — крикнула Блеск Луны с высоты. — Давай, Белоснежная! Прыгай! — замотивировал её Мельхиор, заинтересованно ступая по краю стола. Белоснежная стиснула зубы, пытаясь не сорваться в горестный плач, когда она почувствовала, что новая волна собирается её утащить на дно. «Я не смогу… Не смогу…» — Мельхиор, помоги мне! Прошу! Лысый кот нехотя подошёл к краю, с издёвкой посмотрел на неё. Белоснежная протянула тонкую лапу к вышине, не дотягиваясь. — Пожалуйста, помоги ей… — услышал Мельхиор шёпот Блеск Луны. Она подошла к нему, посмотрела в глаза. Сфинкс шумно вдохнул, но наклонился, схватил налету Белоснужную и втянул мокрую кошку на скользкий стол. — Не волнуйся, Белоснежная, всё будет в порядке. Осталось ещё немного. — с жалостью промяукала Блеск Луны, поднимая на лапы ослабевшую Белоснежную. — Как только мы вернёмся в племя, Воробей обязательно тебя осмотрит, только держись. Мельхиор смущённо пошёл сзади, подталкивая белую, испачканную тушу двигаться вперёд. Белоснежная не ощущала ничего, кроме сильной слабости и окисляющей боли во всех слизистых. «Лишь бы всё закончилось скорей! Остальное совершенно неважно! Кленовница не учила меня выживать в таких ситуациях…»