Кровь и золото II

Занимаясь усердной подготовкой к письменной части экзамена, Гермиона вынесла для себя ровно две вещи. Во-первых, она ни секунды не сомневалась, что сумеет добиться успеха. За всю свою жизнь Гермиона ни разу не проваливала важные экзамены, а сейчас уж тем более не собиралась. Во-вторых, она в очередной раз убедилась, что Прорицания представляли собой всего-навсего напрасную трату времени. Она уже ни единожды натыкалась на одни и те же грабли, но жизненный урок до сих пор не усвоила. Одним большим минусом Прорицаний являлось отсутствие конкретных показателей. Нумерология содержала в себе несколько положений, рассчитанных для индивидуального разбора – например, для толкования сна с определённой стороны разрешалось выбрать главное слово, и уже от него начинать основную работу. Прорицания же всецело полагались на воображение человека. Если воспользоваться методами из Прорицаний, то даже простейший вопрос «Что принесёт нам завтрашний день?» превратится чёрт знает во что. В процессе считывания информации некоторые пути, скажем, обязательно разойдутся, и волшебнику придётся делать выбор, полагаясь на внутренние ощущения. Именно глупые и нелогичные методы выводили Гермиону из себя. Как можно относиться к полученным результатам всерьёз, если львиную долю времени приходилось полагаться лишь на интуицию? Вот и Гермиона не понимала. Нет, для большей убедительности она предпочитала пользоваться проверенными временем алгоритмами. Надёжные формулы никогда не обманывали и не подводили. А результаты, основанные на тайных желаниях людей, и яйца выеденного не стоили. Просто пустой звук, эти ваши Прорицания. «Не имеющее никакого веса детское развлечение, — твёрдо заключила Гермиона, тёплым воскресным деньком направляясь в «Куст роз». Уолтер пригласил её побеседовать за чашечкой кофе. — Глупость, лишь отвлекающая меня от основной задачи, что как раз на руку одному Тёмному Лорду». Кстати о нём. Риддл наверняка захотел бы своими глазами увидеть, как Гермиона провалит экзамен, правда ведь? Без разницы, тосковал он по ней или нет, расстроился ли внезапному отъезду из Лондона или нет, Гермиона не сомневалась, что идея податься в Окулусы ему бы не понравилась. Новая сотрудница в рядах МАКУСА? Молодая девушка, специализирующаяся на противодействии тёмным силам, которая, к тому же, по собственному желанию живёт и ходит работу в Америке. Он бы позеленел от негодования. Возможная реакция Риддла только больше раззадоривала и подбивала Гермиону следовать по выбранному пути. Про Лиама, конечно, тоже не стоило забывать. Поставить на место напыщенного индюка, уверовавшего в свою неотразимость, – дело святое. И когда только симпатичные, но до скрежета зубов невыносимые волшебники успели занять настолько большое место в её жизни? Да ещё и превратиться в настоящую головную боль. — Эй, Гермиона. Гермиона настолько погрузилась в собственные мысли, что потеряла всякую бдительность. Она потянулась за палочкой, готовясь к худшему. Кто, а главное каким образом сумел её найти? Какой информацией они владели? Неужто наступил момент истины? Неужели ей придётся отбросить насквозь фальшивую жизнь и пуститься в бега, не успев толком подготовить почву для помилования? Гермиона едва не осела на землю от облегчения. В толпе людей, заполонивших одну из главных улиц «Таймс-сквер», врасплох её застал всего лишь Лиам. — Спокойно, спокойно, — вскинул руки он. Глаза, подобные морскому стеклу, опустились вниз, поглядывая на карман, откуда в него чуть не прилетело заклинание. — Прости, дорогая, я не хотел тебя напугать. Гермиона лишь раздражённо закатила глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь привести расшатанную нервную систему в порядок. — Не знала, что Уолтер и тебя пригласил на кофе, — с прослеживаемым недовольством бросила она. — Дай угадаю: тоже направляешься в «Куст роз»? — Не угадала. Нет и снова нет, — ответил он. Лиам сделал несколько шагов навстречу, заставляя Гермиону вновь поразиться поведению маглов в его присутствии. Люди обходили Лиама стороной, словно бы боялись приблизиться даже на несколько сантиметров, и вместе с тем замедляли шаг, пожирая взглядом исподтишка. Наверное, Лиам давно уже привык к особому отношению, ведь привлекательная внешность сопровождала его на протяжении всей жизни. Интересно, а рядом с Риддлом маглы вели себя похожим образом? Гермиона, как ни странно, всё же сомневалась. Если существовала необходимость, будущий Тёмный Лорд умел мастерски сливаться с толпой, будто притаившаяся в густой траве змея, готовая в любой момент сделать свой ход. Лиам же отличался по темпераменту. Он относился к людям, которым нравилось купаться в лучах всеобщего внимания. Несомненно, и Риддла, и Лиама природа не обделила внешними данными, но на том их сходства и заканчивались. Если бы Гермионе пришлось распределять между ними в каком-нибудь дурацком любовном романе – на что она бы ни за что не пошла, потому что ничего глупее придумать просто невозможно, – Риддла она бы представила в образе благородного принца, отличающегося безупречными манерами. Новое амплуа идеально смотрелось бы на страницах волшебной сказки. На обложке книги Риддл скакал бы на лошади в идеально выглаженном белоснежном костюме, увешанный самыми изысканными украшениями, передающимися из поколения в поколение в знатной семье. Бледная кожа и полные, чуть розоватые губы придавали бы ему недосягаемый, скорее даже неземной вид, словно неведомое божество спустилось на бренную землю в человеческом обличье. Риддл выбивал бы почву из-под ног одной лишь чарующей улыбкой, безупречно уложенными чёрными волосами и сладкой лестью, рекой льющейся из уст. По другую сторону медали находился Лиам. Грубый и беспринципный пират, готовый ворваться на какой-нибудь роскошный бал, навести суету среди ряженых людей и без спроса увести избранницу подальше отсюда. А после за подобное самовольство его ещё и поблагодарят. Обложка книги открывала бы обзор на крепкую загорелую грудь и покрытое щетиной лицо. Потрёпанный вид говорил бы о том, что совсем недавно Лиам вернулся из очередного морского путешествия, и кто знает, какие опасности он повстречал на своём пути. Он притягивал бы своим неиссякаемым духом авантюризма и до неприличного привлекательным телом, существование которого стоило бы запретить – для всеобщего блага. А что уж говорить о выразительных зелёно-голубых глазах, пронзающих в самое… — П-прости, что?.. — отстранённо произнесла Гермиона. Лиам приблизился почти вплотную, впиваясь в неё выжидающим взглядом. Гермиона покачала головой, проклиная поток абсолютно безумных мыслей. Почему разуму настолько нравилось предаваться пороку? Ради всего святого, да что же с ней стало твориться? — Я пытался сказать, что ни на какое кофе меня Уолтер не звал, — терпеливо повторил Лиам. — Но он как-то упоминал, что вы договорились встретиться сегодня утром, и обсудить, как продвигается твоя подготовка к экзамену. Именно поэтому я тоже решил поучаствовать. Гермиона прищурилась, подозревая что-то неладное. — Поучаствовать? Но с какой целью? Неужто захотел подсмотреть у меня несколько облегчающих процесс хитростей? — Да, вообще-то, да. Лиам бросил короткий взгляд назад. Женщина-не-маг, пожирающая его глазами, опустила голову и посеменила в противоположную сторону, словно испуганная мышка. Лиам вновь сосредоточил внимание на Гермиону и поспешил заговорить, понижая голос на несколько тонов: — Я… не отказался бы от… твоей помощи. Гермиона рассмеялась бы, ведь подобное звучало из уст Лиама не иначе как шутка, если бы он не выглядел необычайно серьёзным. — Моей помощи? И чем же тебе подсобить, Лиам? Он нахмурил брови, словно каждое произнесённое слово приносило ему неимоверные мучения. — Я знаю, что Уолтер уже успел рассказать тебе о моей проблеме… У меня никак не получается преодолеть письменную часть экзамена. Да и с тестами в целом у меня никогда не ладилось. Что бы ни подсовывали преподаватели, я всегда здорово справлялся с практической частью, но когда дело доходило до теории, у меня с трудом получалось набрать даже минимум. Не говоря уже о том, что я списывал всё, что только можно. Гермионе не позволили вставить ни единого слова. Лиам поспешил ретироваться, по-своему истолковав недоумение, отразившееся на её лице. — Ты не подумай, разумеется, здесь я не собираюсь никого обманывать, — пылко заверил Лиам. — Со здешней комиссией такой номер не пройдёт. Если меня поймают, то я навсегда лишусь возможности даже подать заявку на участие. Нет, ни за что. Я хочу подготовиться и сдать экзамен как положено. Просто, наверное… помощь не будет лишней. Лиам, готовый провалиться сквозь землю от стыда, устремил взгляд в пол, больше не способный смотреть Гермионе в глаза. Постойте, неужели он… покраснел? Гермиона усилием воли подавила желание отпустить ехидный комментарий. Она впервые увидела уязвимую сторону Лиама. Прямо сейчас он раскрывал перед ней душу. И всё же Гермиону не покидало стойкое ощущение подвоха. — Но почему ты не обратишься к Уолтеру? Мало того, что вы лучшие друзья, так он ещё и экзамен сдавал. А я пока что нет, поэтому у меня вряд ли получится оказать тебе достойную помощь. — Я ни капли не сомневаюсь, что от тебя окажется гораздо больше пользы, чем от Уолтера, — заговорил Лиам, вновь устремив взгляд светлых глаз на Гермиону. — Никаких новых деталей о письменной части экзамена он мне не сообщит. Вряд ли Уолтер знает больше, ведь я тоже подавал заявку на прохождение. Два раза, к слову, но никакой выгоды данный факт мне не принёс. И вопросы, и формат проведения экзамена каждый раз меняются. Но часть проблемы кроется и в самом Уолтере. Я не стану с ним заниматься даже под угрозой смерти. Однажды я уже попытался и после горько пожалел. Уолтер при любом удобном случае выпячивал своё преимущество и издевался надо мной, как только мог. Отчасти я его даже понимаю. Ведь единственное, в чём он всегда меня превосходил, – оценки. Понимаешь, я никогда не смогу с ним учиться, просто не смогу. В такие моменты Уолтер невыносим. Честное слово, у меня до сих пор в голове не укладывается, как ты его столько терпела. Гермиона одарила Лиама притворно скромной улыбкой. — Что ж, рядом со мной он всегда вёл себя иначе. — Верно, потому что именно ты всё время протягивала ему руку помощи, разве нет? Даже будучи курсом младше ты превосходила Уолтера в знаниях. Именно поэтому напарника лучше тебя просто не найти. Ты гораздо умнее Уолтера. Если уж он сдал экзамен с первой попытки, то ты и подавно справишься. Лиам выровнял спину, визуально ещё больше прибавляя в росте. Взгляд ожесточился, черты лица как будто стали грубее. — В общем, ты поможешь и мне. Даже не вопрос, а утверждение. Лиам думал, что и без того сделал уже слишком многое, обратившись за помощью к ведьме. Считал, что наступить себе на горло и заглушить бьющую через край гордость – уже большое достижение, и об остальном можно даже не задумываться. Только вот Лиам не учёл один маленький факт: он только что отдал Гермионе прямой приказ, чем поставил крест на всех своих попытках добиться её расположения. — Да неужели? А что ещё мне сделать? С каких пор ты заделался в господины, а я – в рабыни? Нет, так не пойдёт, я не собираюсь исполнять каждый твой каприз. Я тебе не девочка на побегушках и никогда таковой не стану, — решительно отчеканила Гермиона. — Какой бы занимательной ни казалась возможность обучить тебя базовым навыкам, которые следовало бы приобрести ещё в школьные годы, возиться с тобой я не собираюсь. А вот потратить лишнее время на себя и успешно справиться с экзаменом – собираюсь. В общем, успехов тебе, Лиам. Гермиона развернулась и быстрым шагом последовала вдоль по оживлённой улице. — Постой! Гермиона выдержала длинную паузу, прежде чем обернуться. Она не стала ничего говорить, лишь недовольно воззрилась на Лиама в ожидании продолжения банкета. — П-прости, понимаешь… Да, признаю, я оплошал, но… Просто подобное мне чуждо. Лиам совсем растерялся, по одному только взгляду становилось понятно, что разговор давался ему тяжело. Пускай он и прятал руки в карманах, Гермиона не сомневалась, что кулаки сжимались даже сильнее, чем крепкая челюсть. — Не совсем улавливаю ход твоих мыслей, — продолжила настаивать на своём она. — И что же тебе чуждо? — Обращаться за помощью. Особенно к ведьме, которая настолько осторожна, что до сих пор продолжает избегать моего общества. Гермиона рассмеялась, но почти сразу же замолчала, поймав на себе хмурый взгляд Лиама. — Ой, ты что, говорил на полном серьёзе? А я решила, что просто пошутил. Как же нехорошо получилось! Лиам совсем поник. Лишь глаза выдавали недовольство, смешанное с досадой. Он совершенно не знал, что делать дальше. А Гермиона ликовала. Наконец он собрался с мыслями. — Не будешь ли ты так любезна помочь мне подготовиться к самому ужасному экзамену во всей Вселенной? — приторно учтивым тоном вновь попытал удачу Лиам. Даже картинная вежливость давалась ему нелегко. — А волшебное слово? Взгляд Лиама совсем потемнел, но он каким-то чудом сумел заглушить остатки растоптанной гордости и растянуть губы в натянутой улыбке. — Пожалуйста? — Отказываюсь. Гермиона вновь развернулась и последовала по проторенному маршруту, не обращая внимания на суету вокруг. — К-какого… Эй! Да подожди ты, Гермиона. Лиаму не составило особого труда поравняться с ней. — Это ещё что за фокусы?! — гаркнул он, следуя за Гермионой по пятам. — Какие фокусы? Всего лишь отказ, Лиам, — горделивым тоном ответила Гермиона, не удостоив нарушителя спокойствия даже взглядом. — Видишь ли, такое случается, если другой человек не заинтересован в предложении. Пойми, Лиам, ты не представляешь для меня никакого интереса. Не надейся, что я попадусь на твою удочку. Помощь с учёбой… Ага, как же. Найди себе другую дурочку. Лиам вдруг прибавил шагу и вырос прямо перед ней, заставляя Гермиону остановиться и умолкнуть. — Вот, значит, что ты думаешь? — принялся отстаивать правоту он. — Что я решил тебя соблазнить, прикрываясь просьбами о помощи? Гермиона смерила его взглядом, наполненным подозрением. — А что, разве нет? — Я тебя умоляю, — отмахнулся Лиам. — Если бы я и хотел чего-то большего, то ты бы сразу всё поняла. Услышь уже наконец! Мне нужен лишь человек, способный хоть немного подготовить меня к экзамену. Поверь, я не плету никаких интриг. Даю слово. — Точно? — Да. — Честно-честно? — Абсолютно. Если бы понадобилось, я бы даже заключил Непреложный обет. Гермиона не спешила давать ответ. Она тянула до последнего, размышляя над словами Лиама. — Что ж, ладно… — спустя несколько минут ответила Гермиона. В глазах Лиама вспыхнула надежда. Он даже немного приободрился. — Значит, ты согласна? — Да, на Непреложный обет. Если ты дашь клятву, что не станешь подбивать ко мне клинья, даже пытаться, то я соглашусь помочь тебе с подготовкой. Лиам лишь безмолвно уставился перед собой, округлив глаза от удивления. — Скажи, что шутишь. — Нет, я серьёзна как никогда. Не рассчитывай, что я куплюсь на твой блеф. Давай проверим, насколько сильно тебе нужна персональная нянька. Гермиона принялась терпеливо ждать дальнейшего развития событий. Лиам до сих пор не вымолвил ни слова. Он продолжал прожигать её взглядом, не веря своим ушам. На губах Гермионы расцвела издевательская ухмылка. — Всё с тобой понятно. Бывай, Лиам. Гермиона обогнула окаменевшее тело и последовала своей дорогой. Не успела она подумать, что Лиам, разбитый в пух и прах, уберётся прочь, вжав голову в плечи, как он снова окликнул её: — Хорошо, я согласен. Он догнал её и схватил за плечо. В зелёно-голубых глазах пылала твёрдая решимость. — Я готов. Давай заключим Непреложный обет. А свидетелем предложим стать Уолту. Повинуясь небывалому запалу, Лиам обогнал Гермиону и молнией помчался к «Кусту роз». Она поспешила за ним, огибая один угол за другим. Уолтер, мирно восседавший на излюбленном месте, подскочил со стула, завидев на горизонте необычную парочку. — Ты ведь не собираешься на полном серьёзе обременять себя клятвой? — с опаской заговорила Гермиона. Лиам не обратил на её лепет никакого внимания. Он только подлетел к Уолтеру и выложил всё как на духу: — Стань нашим свидетелем, — перешёл сразу к делу Лиам, махнув рукой на всякие приветствия. — Мы с Гермионой хотим заключить Непреложный обет. Сказать, что Уолтер удивился, значит не сказать ничего. — Что здесь вообще происходит? — задал резонный вопрос он, обращаясь сразу к Гермионе. — Лиаму нужна помощь с учёбой, поэтому он обратился ко мне, — взялась за изложение сути она. — Судя по всему, нужна настолько, что он готов поставить под угрозу собственную жизнь. — Но зачем… Боже, что? — невнятно ответил Уолтер, с трудом переваривая поток информации. Бедняга, наверное, даже не знал, какие слова стоило подобрать. — Гермиона считает, что я решил пойти на обман и под видом занятий заманить её в постель с помощью своих штучек, — вмешался в разговор Лиам. Уолтер лишь недоверчиво прищурился. — А что, разве она не права? — Видишь? Я сказала то же самое, — буркнула Гермиона. — Больно надо, — отчеканил Лиам. — Не обольщайся, дорогуша, этому никогда не бывать. Ну что, за дело? Сколько можно тянуть. Лиам вынул из кармана палочку и протянул гладкое древко Гермионе. — Уолт, ты тоже доставай палочку. Новоиспечённый свидетель застыл в одной позе, лишённый дара речи. Лиам же, не дождавшись реакции от Гермионы, схватил её за руку, готовый приступать в любой момент. — Ждём только вас, — обратился он к Уолтеру. Лиам окинул его последним быстрым взглядом и всецело сфокусировал внимание на Гермионе. — Ещё чего! Совсем с ума посходили! — заверещал Уолтер. — Почему ты отказываешься? Здесь нет ничего сложного. Не думаю, что ты не осведомлён о тонкостях проведения ритуала. — Дело совершенно в другом! Ты ведь наверняка нарушишь клятву и просто-напросто расстанешься с жизнью! — То есть ты считаешь, что я не способен отказаться от ухаживаний во имя великой цели – учёбы? Даже на несколько часов? — Именно! И никто не переубедит меня в обратном. — Ладно, чёрт с тобой. Лиам, до сих пор крепко сжимающий руку Гермионы, потащил её к стойке, где бариста принимал заказ у очередного волшебника. Он бесцеремонно вмешался в разговор, заткнул посетителя и обратился напрямую к молодой девушке, словно бы кроме них здесь больше никого не существовало. — Эми, милая, могу ли я попросить тебя стать нашим свидетелем? Видишь ли, передо мной поставили условие: заключить Непреложный обет. И теперь мне нужно доказать одной вовсе не симпатичной и очень вредной ведьме, на которую, попрошу заметить, у меня не имеется никаких видов, чистоту своих намерений. В обмен на помощь с учёбой я и пальцем её не коснусь. Не волнуйся, много времени мы не отнимем. Эми недоуменно вскинула брови. Она взглянула на довольное лицо Лиама, украшенное приветливой улыбкой, после на ошеломлённую и, возможно, отчасти оскорблённую Гермиону, затем обвела глазами насильно скрещенные руки и наконец вновь перевела внимание на Лиама. В ответ ей игриво подмигнули. Официантка не произнесла ни слова, однако решение приняла на удивление быстро. Эми достала палочку и поместила оружие поверх сцепленных рук. Вряд ли её терзали хотя бы малейшие сомнения по поводу адекватности происходящего. Судя по всему, заманчивая возможность отвадить Лиама – симпатичного волшебника, часто ошивающегося в их кофейне, – от других девушек заглушала остатки здравомыслия. — Хорошо, приступайте, — скучающим тоном произнесла Эми. Выглядела она довольно безучастной, словно бы перед баристой разворачивалась не игра на жизнь, а очередной клиент завалился в кафе и собирался задурить ей голову рассказами о погоде. — Кто возьмёт на себя смелость выдвинуть обязательства? — уточнил Лиам. — Я вовсе не против говорить от своего лица, но если ты желаешь произнести клятву на свой манер, то я противиться не стану. Гермиона попыталась вырвать руку, но Лиам не позволил. — Я не собираюсь заключать с тобой никакие Непреложные обеты, Лиам! — воскликнула она. — Почему? Не ты ли говорила, что не попадёшься на мой блеф? Пожалуйста, смотри, прямо здесь и сейчас я докажу чистоту своих намерений. Хватка стала куда крепче, ощущаясь чуть ли не стальной, а недобрый блеск на дне светлых глаз начинал не на шутку пугать. — Я, Лиам Аллен Картер, клянусь, что никогда и ни за что… На кончике палочки Эми начало зарождаться красное свечение. Гермиона здорово перепугалась. Она молниеносным движением достала собственную палочку из кармана и разоружила Эми невербальным заклинанием. Палочка баристы взмыла в воздух и упала где-то в задней части помещения. Удивительно, но Эми по-прежнему реагировала на события молча. Она лишь обвела Гермиону укоризненным взглядом, намекая на проявление дурных манер средь бела дня, и неспешно направилась в угол стойки. Лиам наконец-то отпустил её. — Что случилось? Неужели струсила? — Да… Боже, да, — на выдохе произнесла Гермиона. — Что ты здесь устроил, Лиам! — закричал недовольный Уолтер. Гермиона даже немного обрадовалась, заметив в руках друга палочку. Хорошо, что она не единственная понимала нелепость сложившейся ситуации. — О чём ты только думал?! Заключать Непреложный обет под носом у толпы не-магов? А ты не лучше, Эми! Ты ведь здесь работаешь. Только подумать! Мне стоило бы доложить на каждого из вас! — Чтоб ноги твоей здесь больше не было, Уолтер, — пригрозила Эми, вновь возвращаясь к посетителям у стойки. Как ни странно, но неожиданное представление не вызвало среди волшебников особого недовольства. — Чего желаете, уважаемый господин? Уолтер увёл друзей подальше от стойки. Гермиона немного растерялась и сумела лишь отстранённо моргнуть, за короткое время позабыв, куда они забрели. Вокруг и в самом деле сновали толпы маглов, только все они находились в цветочном магазине и вряд ли видели, что где-то совсем рядом происходили странные события. Лиам пожал плечами и резонно подметил: — Чего ты переполошился? Не-маги не обращают на нас внимания, потому что просто не способны. На помещение наложена дюжина отталкивающих чар. В противном случае Эми не пошла бы на подобное. — Да что вы говорите? Может быть, сразу дуэль здесь устроим, раз на то пошло? — принялся язвить Уолтер. — У меня просто нет слов. Это я ещё молчу о том, что ты совсем с катушек слетел! Ты что, помереть собрался, не успев даже до экзамена дойти? — Ничего бы со мной не случилось. Я не собирался нарушать клятву. — Ага, конечно! Нарушить обет можно и случайно! Ты точно можешь! — Ты же даже не знаешь, какие слова я собирался произнести! — Какая разница? Зато я прекрасно знаю, что ты вовсе не искусный оратор, а Непреложный обет тебе не шутка. Серьёзные клятвы не допускают расплывчатого изложения. — Я умею ясно и чётко формулировать мысли. Я тебе не какой-нибудь идиот! — Перестаньте! — в надежде остановить вспыхнувший конфликт, вполне способный перерасти в настоящую дуэль, воскликнула Гермиона. — Хватит, не ссорьтесь. Я согласна помогать тебе с учёбой, Лиам. Не нужно никаких обетов. Просто пообещай, что станешь уделять внимание только учебникам. Злость Лиама как рукой сняло, а на губах расцвела приветливая улыбка, адресованная Гермионе и только Гермионе. — Прекрасно, — с одобрением покачал головой он. — Давай встретимся в библиотеке по тридцать четвёртой улице в три часа дня. Прямо сейчас не получится, потому что у меня ещё остались кое-какие дела. Ты когда-нибудь посещала ту библиотеку? До неё не очень сложно добираться. Просто пройди в небольшой бакалейный магазин на пересечении тридцать третьей и седьмой улиц, и расскажи продавцу за стойкой что-нибудь о драконах. Я, например, люблю говорить, что Венгерские хвостороги не заслуживают к себе предвзятого отношения. Они гораздо более спокойные и послушные, нежели другие виды… Конечно, если их не провоцировать. Лиам поправил ворот пальто и одним лёгким движением приподнял шляпу в вежливом жесте. — Увидимся, Гермиона, — попрощался он, следуя к выходу из кофейни. Не успел Лиам выйти за порог, как Уолтер вдруг закричал: — Эй! Почему ты попросил о помощи её, а не меня? Ты никогда не обращаешься ко мне по учебным вопросам! Лиам развернулся и одарил их фирменной улыбкой, похожей на волчий оскал. — Потому что ты редкостный засранец, Уолтер, — подметил он. — А мне нужен нормальный человек, который не станет насмехаться по поводу и без. Надеюсь, я сделал правильный выбор. Лиам обвёл Гермиону последним предупреждающим взглядом, вновь приподнял шляпу и удалился из кофейни «Куст роз». Гермиона вздохнула и перевела внимание на Уолтера. По оскорблённому выражению лица становилось понятно, что слова лучшего друга задели его, но ненадолго. — Что ж, справедливо, — пожав плечами, согласился он. — И чёрт с ним! Давай лучше закажем по чашечке кофе у одной мадам, без зазрения совести готовой стать участницей опасной затеи. И, конечно, начнём продумывать план! — Какой ещё план? — поинтересовалась Гермиона, не совсем понимая, чего от неё хотели. Уолтер похлопал её по плечу и окинул очень странным взглядом, граничащим с искренним сочувствием. — Если остаёшься с Лиамом наедине, пускай и в людном месте, то без особых советов здесь не обойтись.

***

Как оказалось, Уолтеру не стоило заморачиваться и пичкать её своими «советами». Гермиона появилась в библиотеке даже раньше положенного времени. Помещение оказалось небольшим и довольно простеньким, зато забитым книгами буквально под завязку. Месторасположение тоже показалось ей интересным: библиотека скрывалась под землёй самого обычного на первый взгляд бакалейного магазина. Удивительно, но Лиам уже дожидался её внутри. Он сидел за столом, со всех сторон обложенный книгами и пергаментом. Даже на расстоянии становилось понятно, что Лиам находился в сильном напряжении. Он всё время ёрзал на стуле, дёргал ногой и хмурым взором прожигал дырку в книге по Зельеварению. Стоило Лиаму поднять глаза и заметить Гермиону возле входа в помещение, как на измученное лицо сразу же опустилось небывалое облегчение. Будто лишь её, Богиню, способную лишить всяких страданий, он только и ждал. Гермиона сразу же отметила для себя несколько деталей. Один только стол, заваленный совершенно разными книжками и исписанными обрывками пергамента, говорил о многом. Почерк, к слову, у него оказался просто отвратительным. Лиам старался на совесть. Сначала Гермионе казалось, что он просто не считал учёбу существенным подспорьем для дальнейшей жизни, и поэтому особо ничего не делал, но она крупно ошиблась. Лиам серьёзно относился к образованию. Дело в том, что на его пути стояли серьёзные препятствия, и именно они мешали добиваться хотя бы каких-то успехов. Гермиона ни капли не сомневалась, что Лиам страдал от синдрома дефицита внимания и гиперактивности, а если брать в расчёт ещё и почерк, то вполне можно диагностировать лёгкую форму дислексии. Ему тяжело давалось письмо и произношение отдельных слов, он начинал расстраиваться, злиться и отвлекаться на совершенно другие дисциплины, но и с иными предметами ситуация повторялась с точностью до мелочей. Словно какой-то замкнутый круг. Пускай Лиам и слыл нахалом, строил из себя невесть знает кого, но сердце Гермионы всё равно обливалось кровью. Никто не считал его особенности отклонением, никто и никогда не придавал им должного значения – в пятидесятые-то годы. Наверное, он искренне верил, что просто не способен заниматься наукой, писать тесты на хорошие оценки и воспринимать информацию, изложенную в книгах. Наверняка ситуацию усугубляли ещё и преподаватели на пару с другими студентами. Скорее всего, Лиаму систематически вбивали в голову, что он жалкий и никчёмный, и просто не создан для дел учебных. Возможно, он и сумел закончить Ильверморни, но только благодаря бесконечному жульничеству, выдающимся навыкам ведения боя и какой-то неземной удаче. Однако больше выезжать на хитростях уже не получится. Гермиона уже успела разобраться в тонкостях проведения экзамена для заступления на службу в Аврорат. Сначала кандидатам предлагалось выполнить письменную часть. По её результатам комиссия решала, пропускать ли волшебника в следующий раунд – практический. Лиам же ни разу не преодолевал даже минимальный порог. Как бы то ни было, у Гермионы ещё осталось несколько тузов в рукаве. Она не собиралась сдаваться на полпути. Гермиона никогда не оставляла в беде людей, желающих посвятить время учёбе. Вместе они придумали множество разных, а порой и очень странных методов, способных помочь Лиаму научиться правильно формулировать мысли и переносить их на пергамент. Они подобрали шуточные, а местами даже оскорбительные ассоциации и аббревиатуры, облегчающие запоминание разных волшебных постулатов, ингредиентов для приготовления зелий и других необходимых правил. Если Лиам совсем терял концентрацию, Гермиона объявляла, что наступило время перерыва. Обычно они выходили на улицу, подальше от стен библиотеки. Лиам скуривал по две сигареты за раз, а порой даже по четыре, и всё время предлагал Гермионе сделать пару затяжек, но она вежливо отказывалась. А иногда они просто прогуливались вокруг близлежащих зданий. Лиам, как обычно, смолил как паровоз, а Гермиона забалтывала его историями о жизни в Лондоне вместе с тётушкой. Своими разговорами она старалась хоть немного отвлечь его от теорем и формул, поэтому никак не ожидала, что её трели не на шутку заинтересуют Лиама. Он никогда не перебивал, не отпускал никаких язвительных комментариев. Только всё время внимательно слушал. «Может быть, он не такой уж и плохой, — поймала себя на мысли Гермиона. Часы пробили девять вечера, и библиотекарь сообщил, что время работы подошло к концу. — Возможно, Лиам просто… глубоко в душе прячет сильную неуверенность в себе. А окружающие люди совершенно не замечают в нём того, на что стоило бы обратить внимание». — Теперь я понимаю, почему Уолтер всё время обращался к тебе по учебным вопросам, — нарушил тишину Лиам, захлопнув увесистый фолиант по Зельеварению. — Наверное, ты самая умная ведьма нашего поколения. — Самая одарённая, — поправила Гермиона. — Кстати, знаешь… Она вернула книгу по Нумерологии на верхнюю полку. Лиам поднялся со стула, сгрёб все свои заметки и сунул целую кипу пергамента в сумку. — Я считаю, что сегодня ты проделал большую работу и добился немалого прогресса. Веришь или нет, но наши занятия оказались полезными и для меня. Помогая другим, сам постигаешь что-то новое. Учёба никогда не бывает лишней. До экзамена, к слову, осталось ещё четыре дня. — Продолжай, — осторожно подтолкнул к дальнейшему разговору Лиам. — Я не против позаниматься и завтра, — ответила Гермиона. — Возможно, даже послезавтра, если не произойдёт ничего непредвиденного. Лиам расплылся в довольной улыбке, но тут же взял себя в руки и нацепил на лицо подобие нейтральной маски. — Не стану отказываться, — незамедлительно принял предложение он. — Вот и славно, — улыбнулась Гермиона. Она привела чернильницы в надлежащий вид и вернула несколько откупоренных баночек на место. — Давай встретимся примерно в полдень. Лиам согласно закивал, и пара волшебников направилась к выходу из библиотеки. Она поднялись по лестнице и очутились в ничем непримечательном магловском магазинчике, расположенном на одной из многочисленных улочек Манхэттена. К слову, не-маги считали, что под ним находилась уборная, закрытая на ремонт. Не успели они покинуть помещение, как Лиам внезапно заговорил: — Я провожу тебя до дома. Гермиона недовольно нахмурилась. Опять он за своё. Не удосужился хотя бы спросить, нужна ли ей вообще помощь. Однако стоило Гермионе вспомнить, в какой год она попала и с кем сейчас разговаривала, негодование как ветром сдуло. Вряд ли Лиам считал, что она не способна самостоятельно найти дорогу домой. Вовсе нет. На дворе стоял пятидесятый год, на улицу постепенно опускалась ночь, а компанию Гермионе составлял молодой парень, мнящий себя первоклассным джентльменом. Едва ли для него существовал иной вариант развития событий. — Не нужно, Лиам. Я дойду и сама, — ответила отказом Гермиона, наплевав на вполне резонные умозаключения. — Я живу буквально в нескольких кварталах отсюда. Дорога не займёт и десяти минут. — Тогда я тем более тебя провожу, даже если идти не очень далеко. Осторожность никогда не помешает. — Я и сама справлюсь, Лиам. На дне его глаз заплясали весёлые чёртики. — Вижу, совсем ты мне не доверяешь, да, Гермиона? — Ничего личного, — не сдавала позиций она. — Я почти никому не доверяю. Гермиона ухмыльнулась, оставляя раунд за собой, а Лиам лишь безнадёжно вздохнул. — Ладно, твоя взяла. Поступай как знаешь, но позволь хотя бы вызвать тебе такси. Бродить одной по тёмным улицам – не дело. Не успела Гермиона открыть рот, как Лиам выбросил правую руку в сторону. Спустя всего лишь несколько секунд из-за угла показалась машина. Она неслась по дороге, ловко лавируя между другими транспортными средствами и совсем не обращая внимания на правила дорожного движения. Экипаж остановился прямо напротив Лиама. При виде такси у Гермионы перехватило дыхание. Вопреки ожиданиям, машина оказалась вовсе не жёлтого, а приятного сине-голубого цвета, похожего на яичную скорлупу. Вокруг экипажа в причудливом танце кружились маленькие огоньки, созданные с помощью волшебства. На передних дверях прослеживался узор в виде шахматной доски, характерный для любого магловского такси. От других машин экипаж отличала только вывеска, гласившая: «Служба такси волшебного мира», и символ МАКУСА, выгравированный прямо под светящейся табличкой. Лиам постучал в лобовое стекло. Водитель опустил боковое окошко и принял оплату за проезд – несколько серебряных монет. — Будьте добры доставить мою подругу домой в целости и сохранности, — дал указания он, на что водитель лишь молча кивнул. Лиам открыл заднюю дверцу и отошёл в сторону, любезно пропуская даму вперёд. Гермиона тотчас же взяла себя в руки и принялась притворяться, что ничего особенного не произошло. Следовало догадаться, что и в Манхэттене найдётся свой аналог автобуса «Ночной рыцарь»! Но как она умудрилась ни разу не повстречать на своём пути волшебное такси? Более того, Гермиона о подобных транспортных средствах даже не слыхала! Наверное, не стоило даже удивляться, что в Нью-Йорке громоздким автобусам предпочитали компактное такси. Оно гораздо удобнее и экономичнее хотя бы с точки зрения демографической ситуации в мегаполисе. А что Гермиона? А она, как последняя деревенщина, всё это время пользовалась обычным метро, разъезжая по городу вместе с не-магами. Старательно делая вид, что пользовалась волшебным такси уже не в первый раз, Гермиона залезла в машину и аккуратно опустилась на сиденье. — Спасибо, — поблагодарила она Лиама. Он улыбнулся в ответ. — Увидимся завтра, — попрощался Лиам, захлопнув дверцу авто. В салоне оказалось необычайно просторно. Намётанный глаз Гермионы сразу же заприметил использование чар расширения. Она назвала водителю адрес и принялась дожидаться отправления. Гермиона осталась благодарна мужчине за осторожность. Он не летел сломя голову, не стремился обогнать впередиидущие транспортные средства и не нарушал правил дорожного движения. Гермиона откинулась на спинку мягкого сиденья и устремила взор в окно, наблюдая за проносящимися мимо огнями ночного города. В отражении стекла промелькнул силуэт Лиама. Он стоял на том же самом месте, но спустя несколько мгновений исчез из виду, скрываясь в темноте Манхэттена.

***

Гермиона провалилась в сон сразу же, как только голова коснулась подушки. Интенсивная учёба сильно изнуряла и здорово вытягивала силы. Какая же всё-таки интересная вещь – человеческая психика. Удивительно, как действия, совершённые в настоящей жизни, влияли на наши сны. Гермионе снилось, что она до сих пор занималась в библиотеке. Она сидела за столом, подперев подбородок руками, и корпела над изучением очередного фолианта. Только во сне она находилась вовсе не в библиотеке по тридцать четвёртой улице. Гермиона вновь вернулась в Лондон, в большую городскую библиотеку, откуда и начался её путь в совершенно ином десятилетии. Именно отсюда во внешний мир вышла новая и насквозь фальшивая личность – Гермиона Смит. Раскрытая на столе книга казалась до боли знакомой, но у Гермионы никак не получалось рассмотреть слова, написанные на страницах фолианта. Как бы она ни старалась, буквы казались ей чуждыми. Словно неразборчивые каракули, впопыхах нацарапанные на едва различимых страницах. Перед глазами мелькнула выбившаяся из-за уха прядь, заставляя Гермиону отвлечься. Только не гладкий локон, на ощупь похожий на шёлк, а жёсткая и необузданная кудряшка. Во сне даже волосы вернулись в прежнее состояние. Непослушная завитушка раскачивалась из стороны в сторону, готовая броситься на любого, кто посмеет протянуть к ней руку. Душу обуревало нехорошее предчувствие. «Пора уходить. И чем скорее, тем лучше», — пронеслось в голове у Гермионы. Она и сама не понимала, почему хотела убраться из библиотеки как можно быстрее. Гермиона схватила книжки и старые выпуски газет, и принялась распихивать всё по полкам. «Добрый вечер, мисс Тейлор. Как ваши дела?» «Этот голос». Вот оно что. Гермионе снилось одно особенное воспоминание. Разум бессознательно воспроизводил события недавнего прошлого. «Ах, мистер Риддл! Всегда приятно видеть вас в нашей библиотеке! У меня всё прекрасно! А вы как поживаете? Могу я вам чем-нибудь помочь, может быть, найти какую-либо книгу?» Появился. Том Риддл собственной персоной стоял у стойки регистрации и обменивался любезностями с польщённым его визитом библиотекарем. Гермиона прибавила шагу, стараясь не срываться на бег, попутно закидывая книжки на полки. Но как ни старайся, сон всё равно повторял события реальности с точностью до мелочей. Гермиона оступилась и полетела на пол. «Если честно, то да. Я как раз надеялся… Ах! С вами всё хорошо?..» Гермиона пустилась наутёк. Ей вдруг стало казаться, словно бы сон начали крутить в замедленной съёмке. Гермиона всё бежала и бежала, пыталась вырваться из коварной западни, но с каждой секундой время совсем замедляло свой ход. Она как раз настигла стойку и уже собиралась промчаться мимо очередной версии Тома Риддла, пересекаться взглядами с которой совсем не входило в её планы, как на область внутри сна опустилось состояние покоя. Вокруг словно что-то оборвалось. Время остановило свой бег. Кончики их плеч соприкасались. Гермиона зависла в опасной близости от Риддла. Ей не позволили сделать даже полноценный шаг. Знакомый аромат сандалового дерева проникал в ноздри, окутывал лёгкие и пронзал каждую клеточку онемевшего тела. Казалось, будто остановилось даже сердцебиение. Пространство вокруг превратилось в глухой безжизненный вакуум. Двигаться имел возможность только Риддл. Пускай Гермиона и утратила способность шевелить конечностями, краем глаза она заметила, что Тёмный Лорд приблизился к ней почти вплотную. Он подался вперёд и мазнул губами по её уху. Гермиона не сомневалась, что он собирался что-то прошептать, но ошиблась. Риддл только мягко рассмеялся, опаляя кожу тёплым дыханием. Вкрадчивый смешок и больше ничего. Он каким-то неведомым образом говорил сразу обо всём и ни о чём. Гермиона проснулась в холодном поту. В ушах плавной мелодией разливался смех Риддла, только она никак не могла вспомнить, что же произошло в злополучном сне.