ζωή

POV Зои

      За спиной оказалась перепуганная моим стремительным разворотом и ожесточенным выражением лица женщина. Возраст её явно не пощадил: немного сгорбленная спина, морщины, провисшая кожа, скрюченные руки, перехватившие узелок хворостин, что она бережно прижала к груди, словно должна была защищать их от меня ценной своей жизни. Ветки меня совершенно не волновали, а вот абориген женского пола оказался кстати.       — Здравствуйте! — я как следует сдобрила простые слова улыбкой.       «Будь, как можно дружелюбнее, как можно дружелюбнее», — контролировала я себя в мыслях.       — Buna ziua! Ești englez? Cum ai ajuns aici? — слова, слетающие с уст незнакомки были мне абсолютно незнакомы.       «Да уж смысл диалога потерян. Что мне, блять, делать на этой забытой богом земле, без какого-либо понимания местных?» — Горечь поражения зрела где-то на кончике языка, разрастаясь до подступающих к глазам слез. — «Тупо, тупо, тупо. Как же тупо. Впору биться головой о стену», — в отчаянии сжимая руки в карманах куртки, я почувствовала настойчивую гладкость смартфона.       «Блин, переводчик!» — слезы горя сменились на восторг и нетерпение. Выхватив смартфон из кармана и заставив в удивлении вздрогнуть мою собеседницу, я в спешке открыла приложение с голосовым переводчиком.       — Скажи что-нибудь! — я ткнула ей в лицо блестящий и гладкий бок моей последней надежды.       — Сe este? — Она отшатнулась назад, прижав хворост ещё сильнее. Непонимание и растерянность цвели на её землистого цвета лице.       — Что это? — просипел электронный голос, трансформируя текст во что-то похожее на речь.       «Румынский? Серьезно?» Вряд ли надпись на экране меня обманывала, но поверить, что я оказалась на родине вампиров, казалось невозможно. «Ой, черт с ним, главное, чтобы в том замке я не обнаружила самого графа! Хотя лучше туда и вовсе не ходить», — предусмотрительно отметила я, отметая тот факт, что Румыния теплых мыслей у меня не вызывала.       — Я потерялась, не понимаю, где я. Вы можете мне помочь?       — Sunt pierdut, nu înțeleg unde sunt. Ai putea sa ma ajuti? — просипел еще более страшным голосом речезаменитель.       Новоприобретенная подруга посмотрела на меня в ещё большем замешательстве, переводя застывший взгляд с маленького прямоугольника в моих руках на лицо. «Кажется, у неё даже рот открыт», — я в нетерпении хмурилась, ожидая ответа и пытаясь понять, что делать дальше.       — Аscunde, — она мотнула головой в сторону моей палочки-выручалочки. — Si vino cu mine.       — Спрячь. И пойдем со мной, — извергнул динамик, даже не пытаясь пародировать человеческие интонации.       Пока я дожидалась ответа моей «правой руки», селянка прошла мимо, накинув на мои волосы что-то похожее на шаль с запахом псины и почему-то навоза. Обернувшись у дороги, она поманила одной рукой, показывая следовать за собой. В тишине, прерываемой только звуками деревни, мы прошли пару домов, скрытых за высокими заборами, и зашли в третью калитку. Внутри оказался небольшой дворик, совершенно не оформленный и с голой землей. Слева маленький короб со свечами и статуэткой козла, справа — дровница с заготовками на зиму, прямо под козырьком — дверь в избу. Нутро встретило тёплым, протопленным воздухом и грязным полом. Вдоль стен выстроились ведра и различная утварь, прямо по коридору — дверь, за ней что-то между столовой, кухней и гостиной, а может, всё это более древний вариант студийной хаты. Без преград можно было увидеть расположенные в глубине дома пару кроватей и шкаф. Позади выстроились стеллажи, наполненные продуктами и различными консервами.       «Ясно-понятно, обыденность сёл прошлого века». Хозяйка избы сложила хворост ещё в сенях и теперь осторожно снимала с моей головы свою не самую чистую шаль. Она задумчиво и с каким-то сожалением посмотрела на меня и медленно двинулась в сторону печи, покачав головой и поджав губы. Пощелкав чем-то и взгромоздив огромную кастрюлю, женщина обернула на меня свои сердобольные очи жертвенницы, рукой показала что-то похожее на мой смартфон. Я извлекла единственный способ общения из кармана и активировала переводчик.       — Degeaba esti aici. Ceva nu este în regulă în sat. — Она обхватила своё лицо и согнулась будто в глубоком горе. Из-под сомкнутых ладоней послышались всхлипывания. — Mama Miranda ne-a întors spatele.       — Зря ты здесь. В деревне творится что-то неладное. Мать Миранда отвернулась от нас, — вторил бодрый переводчик, не вдаваясь в тяжесть разворачивающейся трагедии.       От словосочетания «мать Миранда» под грудью что-то потянуло и заворочалось, во рту собрался кислый привкус. Мне захотелось сплюнуть на уже загаженный пол и сморщиться от отвращения.       — Что это значит? Что не так в деревне? Я ничего не понимаю, — стараясь смягчить свое отвращение и добавить просяще-сочувствующие нотки, проговорила я. — Ce înseamnă? Ce se întâmplă în sat? Nu inteleg nimic.       — Nu există loc pentru străini. Mama Miranda ne-a protejat întotdeauna. A fost în condiții de siguranță. — Слезы окончательно взяли верх и потекли по щекам, сопровождаясь шмыганьем и сдавленной речью. — Totul sa schimbat. Monștrii vin din ce în ce mai des. Lords vin pentru oameni în fiecare zi. Nu va mai fi la fel.       — Чужакам здесь не место. Мать Миранда всегда оберегала нас. Было безопасно. — С каждым словом синтезированной речи напряжение в моем теле нарастало. Страх, тревога, ужас? Или глухое отчаяние? — Всё изменилось. Монстры появляются всё чаще и чаще. Лорды приходят за людьми каждый день. Уже не будет как раньше.       Она смотрела на меня в слепом ужасе. Застывшая, будто восковая. Женщина передо мной казалось той, что встретила наихудший конец в своей жизни. Вселенское разочарование, постигшее самые основы её мировоззрения, разрушало её изнутри. Безысходность и беспомощность. Никто не спасет. Все это звенело фоном во всей её позе и выражении лица. Она так и замерла с протянутыми ко мне лодочкой ладонями, что недавно закрывали её лицо.       — Fugi de fugă, — её уста разомкнулись на пару секунд, и вспыхнувший взгляд вонзился в мои глаза.       — Убегать, — просипел переводчик.       — Вместе? — Я провела черту, соединяющую нас. — Împreună?       Она быстро замотала головой, слегка склонив её и сжав губы в тонкую линию, словно сама мысль о её бегстве недопустима.       — Nu, nu, nu. Tu însuți. — Кажется, перевод мне уже был не нужен.       — Я не могу уйти. Должна найти кое-кого. — Сама не понимаю, кого должна искать, но чувствую, как это важно. Внутри сомкнулось вязкое и тяжкое желание. «Вопреки. Вопреки всему! Я найду его», — в уголках глаз скопились слёзы, хоть и не выскользнули из них. — «Я найду тебя», — на выдохе и с облегчением, верой в будущее.       — Nu pot pleca. Trebuie să-l găsesc, — повторил мои слова смартфон для хозяйки. Она посмотрела как-то по-новому на меня, словно с интересом и заинтригованностью. «А то! Здесь такая белиберда творится, а я остаться решила, чтобы кого-то найти. Чужачка без мозгов. Кто бы не заинтересовался».       — Irma, — женщина указала себе на грудь, представляясь.       «Черт! И как мне обозначиться?» — мне не хотелось проигнорировать неловкую улыбку и попытки наладить контакт от хозяйки дома.       — Зои, — предложила я вариант, который показался подходящим. Ирма улыбнулась в ответ и кивнула, словно одобряя моё имя. «Имя и правда симпатичное, пожалуй, попользуюсь им некоторое время. Пока не найду свое!» — со смехом решила я.       Ирма углубилась куда-то в комнату, перекладывая вещи и копаясь в стопках. Вскоре она вернулась ко мне. В одной руке у неё была черная косынка с цветами, в другой — парка из прошлого столетия. Она подала их мне, жестами показав надеть и скрыть яркие волосы. Фасон и запах мне не понравились, но Ирма явно предлагала мне их не с целью исправить моё чувство стиля. После последовал кусок мягкого ржаного хлеба с маслом и кружка травяного чая. В двойном наборе вещей мне стало жарковато, но я не жаловалась, старательно прожевывая ломоть в руке. Хозяйка не ела вместе со мной, продолжая колдовать над своей кастрюлей с кипящим варевом, от которого серьёзно несло забродившей капустой. Пощелкав ещё немного и погремев какими-то приборами, она обернулась. Я уже заскучала в ожидании, прикончив остатки еды, и от безделья рассматривала потолок, явно давший кров нескольким паукам. Ребята на самом-то деле полезные, да и люблю я их нежно. Ирма постучала по столу, привлекая моё внимание, и передала мне горсть монет. Они были похожи на те, что я обнаружила в своих карманах. Жестом она толкнула горсть ко мне, призывая взять деньги. Рассовав их по карманам, которых, к слову, стало раза в два больше, я кивнула и поблагодарила, ориентируясь на мои негустые познания в общепринятых символах и знаках. Ирма, не успокоившись на этом, прошла к какому-то алтарю в закромах избы, увлекая меня за собой. В центре была изображена женщина в маске с клювом.       — Mama Miranda, — шепчет Ирма с горечью и слезами, показывая на изображение. — Lords, — она проводит рукой вокруг, обводя единой сцепкой еще четыре картины. Женщина в шляпе, прекрасна и горда, навевает своим обликом начало двадцатого века. Тёмный бугор непонятного пола и обозначения, закутанный в тряпки. Кукла невесты на коленях темной копны кружев и вуали. Мужчина, борода, шляпа и кусок носа, других опознавательных знаков нет.       «Ясно. Так вот какая беда приключилась с этой деревней. Псевдобог и его последователи. Хотя, учитывая существ, что бродят вокруг, эти Лорды не так просты, как обычные сектанты».       Ирма, продолжая всхлипывать и причитать что-то про себя, вывела меня под локоть на улицу. Кажется, наступил полдень или около того: деревня немного утихла, где-то прозвенел колокол, небо пусть и не разъяснело, но немного посветлело, обозначив контуры скрытого в пелене солнца. Мы шли продолжительное время по топким дорогам, наполненным грязью, так никого и не встретив по пути. Потом показалось открытое пространство с каменными ступенями, чем-то напомнившим площадь. На краю стояла внушительная и не лишенная изящества карета, запряженная приятной наружности лошадкой. Она смешно фыркала, скашивая на нас с Ирмой глаз и тряся гривой. «Красотка», — мечтательно подумалось мне. — «Удивительно, но я люблю конные прогулки». Знания при полном отсутствии воспоминаний сбивали меня с толку, но не зарождали беспокойства. Сейчас это было не главным. В голове всё ещё мелькала фраза из заметки на смартфоне. «Выжить и найти! Вот, что важно».       Ирма настойчиво приближалась к карете, утягивая меня с собой. Створки задней части распахнулись, сопровождая весь процесс изрядным кряхтением изнутри. Заколыхались развешанные по бокам колбасы, бумаги и чеснок, в проёме среди этого многообразия восседал кто-то поистине производящий впечатление. На мгновение я замерла, вцепившись в рукав Ирмы, восторг и удивление наполнили меня, как маленького ребенка, встретившего Санту на кануне Нового года.       «Герцог!» — пауза. — «Откуда… как я узнала его?» — сомнений в том, что я права не возникло. Я знала, кто передо мной так же точно, как и про полное отсутствие личных воспоминаний в моей голове.       Просто огромное тело Герцога заполонило весь проход, являя на обозрение широкие, толстые складки и грязные короткие ноги. Однако самым влекущим взгляд была его интригующая и располагающая к себе улыбка. Он словно вовлекал тебя в игру, где всякое действие будет воспринято со смехом и добродушием, но не укроет сущности торгаша.       — Так-так. Кто же эта милая леди, что сопровождает тебя, Ирма? — Герцог вглядывался в меня некоторое время, не дожидаясь ответа и не изменяя своей улыбчивости, следом медленно проговорил. — Вам здесь не место, дитя.       — Вы говорите по-английски! — осознание накрыло меня неожиданно, ведь он обращался к Ирме, а она говорит только по-румынски.       — Имею честь, — Герцог самодовольно потер руки, похожие скорее на батоны колбасы, друг о друга, наслаждаясь моим удивлением. — И все же могу я узнать, что привело юное создание в здесь и сейчас?       — Я знаю, что мне здесь не место, но я должна… — горло свело судорогой. — Понимаете, он… мой… — слёзы уже готовились покинуть мои глаза проложив дорожки и достигнув земли. Сама не знаю, что именно я пыталась рассказать, донести до незнакомца напротив. Окончательная формулировка никак не приходила. Я безуспешно искала слова, вздрагивая от невозможности подобрать их. Я остановилась в поисках, сжав куртку в области заходящегося в беге сердца, когда заметила, как торговец с прежней улыбкой сочувственно кивает и протягивает мне клочок легкой материи, обшитый кружевом.       — За счет заведения, дитя. Утрите свою горечь. Такое прекрасное лицо не создано для печати печали.       Перекрученные внутренности раскрутились и расслабленно встали по местам. Я рассмеялась с чувством, напомнившим мне что-то между смущением и облегчением. И с благодарностью протянула руку за платком, слегка сжав руку Герцога в ответ. Ему явно откликнулся этот жест, он самодовольно растянул губы еще сильнее и кивнул, насколько это возможно с его количеством подбородков.       Ирма, полностью проигнорированная нами на протяжении продолжительного времени, неловко переминалась в сторонке. Видимо, она привела меня к Герцогу в надежде оказать помощь в моих поисках и не прогадала. Я подошла к ней и поблагодарила легким поклонном за её старания.       — Что планируете делать дальше? — поинтересовался у меня Герцог, покачиваясь на своей повозке. — В деревне становится небезопасно с каждым днём. Пока Матерь Миранда отсутствует, ненасытность Лордов лишь нарастает, но её прибытие сорвёт последние поводки. Слышал, что она направилась за нужным ей сосудом, — мужчина будто целенаправленно нагнетал атмосферу вокруг.       «Я не могу остаться с Ирмой, это рискованно и бессмысленно. Хотя иное решение вообразить нелегко».       — Я не знаю, — рискнула признаться я. — Но обязательно придумаю. Да, у меня есть шанс. Могу ли я приобрести у вас карту местности, Герцог?       — Хо, вы удивляете меня, милая леди. Разве не для этого нужны торговцы? Но перейдем к делам, я готов предоставить вам прекрасный, иллюстрированный экземпляр с поразительной точностью обозначений за жалкие 2000.       Моя челюсть резко пошла вниз, поражая собственную хозяйку скоростью падения. Я с неудовольствием нахмурилась и окинула тяжелым взглядом свои запасы.       — Боюсь моих скромных запасов не хватит, чтобы обеспечить эту сумму.       — В таком случае угодно ли леди произвести обмен на что-либо? — медовым голосом предложил Герцог, не скрывая своих махинаций.       «Чертило», — не без удовольствия подумала я, но вариантов обмена в голову не приходило. Одежда нужна, вещи могут пригодиться, а протеиновый батончик явно не окупит стоимость карты.       — Вернусь в другой раз, — с безразличием прокомментировала я своё решение, убрав руки в карманы и отойдя в сторону Ирмы. — Пойдем, Ирма. — Я поманила её в сторону домов.       — Как угодно, леди, — сощурив глаза, улыбнулся Герцог.       Путь обратно прошёл в молчании. На этот раз вела я, полностью запомнив путь от избы до площади с Герцогом.       «Удивительно. Но так и лучше, карту раздобыть не получилось, зато ориентация в пространстве не страдает». Ценообразование необъятного торгаша сильно ударило по настроению и уверенности в себе.