Ведьмачий путь

— Я же сказала, что не пойду замуж! — злость я скрывать не стала и резко дернула на себя дверь, за которую только что выставила своего неудавшегося жениха. По дороге к двери я схватила метлу и собиралась в оздоровительных целях хорошенько поприкладывать ее к спине кузнеца, пока навязчивая мысль обо мне у него не пройдет. Не то чтобы Якуб плохой кандидат в мужья. Просто волю свою никому отдавать не хотелось. На пороге был не он. Я даже немного расстроилась: очень уж нужно выпустить пар. Так и осталась стоять злая, с глупо поднятой метлой, ожидая, пока гость заговорит. Он неловко улыбнулся только одной стороной рта, отчего улыбка получилась больше похожей на оскал. Половина лица, которую пересекал ужасный шрам, осталась неподвижна. Не дождавшись от меня продолжения и, видимо, уловив мое раздражение, он перешел сразу к делу: — Здравствуй, я ищу плоды Баллисы и желудок Куролиска. Есть на продажу? — Ведьмак пришел к травнице за желудком Куролиска? А мечи то у тебя настоящие? — усмехаясь, подняла бровь и покосилась на его мечи, затем продолжила изучать гостя. Если бы не желтые нечеловеческие глаза, подумала бы, что ведьмаком он только притворяется. — Да. Но я с Нильфских территорий, там не осталось Куролисков, нильфы всех распугали, — неловко пошутил он и тут же перестал улыбаться, — как и нужных мне торговцев редкостями. Впрочем, я слышал, что у тебя что-то есть. Дорожная пыль покрывала одежду ощутимо, съедая краски его доспеха. Грязь на сапогах высохла в несколько слоев и доходила местами до самых отворотов. Так-так. Долго путешествовал, но в трактире давно не останавливался. Похоже, у него нет денег сейчас. — Деньги вперед! Желудок твари — вещь редкая. Тебе повезло, что у меня еще осталось что-то в запасах, — я тут же попыталась проверить свою догадку. Он сжал губы, тоже заинтересовавшись на мгновение носками своих сапог, которые я так пристально изучала до этого, и поднял глаза. Усмехнулся во второй раз. Все его мысли, как на ладони. Кажется, все, что я читала про ведьмаков и их самообладание, — полная чушь: — С деньгами как раз сейчас проблема. Я взял заказ на вашу тварь, — он помедлил. — После отдам тебе всю сумму. Могу прихватить еще что-то полезное для тебя с ее трупа. Я облокотилась на метлу и понимающе улыбнулась ему: — Нет, так не пойдет, я в долг ничего не даю. Предложение, конечно, заманчивое, но ты просишь очень ценную вещь. Не сегодня завтра мне придется бросить все и поехать в сторону Новиграда, от войны и Нильфов. Почем я знаю, что ты вернешься? А если умрешь или сбежишь? Мы ведь с тобой не знакомы. Согласись, было бы глупо раскидываться ценными ингредиентами, которые можно выгодно продать. Он снова неопределенно кивнул, посмотрел на меня с секунду прищурившись: — Твоя правда, отложи их для меня. Я вернусь к ночи. На этом мы и распрощались. Вечером августовскую духоту разбавил теплый дождь, пришедший со стороны леса. К ночи он наполнил водой всю округу, и ручей рядом с моей избой теперь уже совсем по-осеннему шумел. Ведьмак так и не объявился. Кажется, мои опасения насчет него оправдались. Хорошо, не отдала ему ингредиенты, что он просил. А то осталась бы совсем ни с чем. С такими мыслями я задула свечу и легла спать. А потом это случилось снова. Я шла через чащу босиком в одной ночной рубашке. И хотя дождь перестал еще в середине ночи, подол все равно вымок и неприятно и холодно лип к ногам, заставляя меня дрожать сильнее. Розовое рассветное солнце уже раскрашивало верхушки деревьев, но здесь внизу все еще было темно. Опасливо озираясь, я приобняла саму себя, чтобы немного согреться, и заметила, что мелкие царапины исполосовали все предплечья. Скорее всего я проходила через заросли можжевельника, когда входила в эту часть леса. Я точно знала, куда я иду, но совершенно не помнила, как я тут оказалась. Впрочем, это сейчас абсолютно не важно, потому что больше всего на свете я боялась не успеть. Подгоняемая этой мыслью, я вышла на небольшую поляну у топей и увидела ведьмака, лежащего на земле с раскинутыми в стороны руками, в одной из которых он сжимал меч. Я приближалась осторожно, как будто, пока я не дойду, он остается жив. На его бледном лице добавилось несколько глубоких отметин, но кровь из них больше не шла. Хищные глаза смотрели в рассветное небо, но ничего больше не могли увидеть. От двух ран на животе по рубашке расходились красные пятна. Да кто вообще ходит на чудовищ в одной рубашке?! «Моя вина!» — эта мысль билась в моей пустой голове всю дорогу. Я безуспешно пыталась себя успокоить: «Ведьмак, вообще-то, опытный боец. Он может здраво оценить свои силы». Но чувство вины возвращалось снова и снова, ведь Великая Мать велит творить добро и помогать, как умеешь, тем, кто его творит. А я не пришла на помощь. Что бы подумала про меня старая Нэннеке? Отказала нищему ведьмаку! Не спасла! В кустах со стороны болота раздался шорох. Я резко обернулась. Несколько пар водянистых мертвых глаз смотрели на меня. И на поляну, рыча и булькая в предвкушении свежего мяса, вышли несколько утопцев. Я очнулась в своей кровати. В избе было темно и зябко. Дождь, кажется перестал.