The Boy who loved to look at the stars

"The Night We Met" Lord Huron

Гарри вернулся домой, спустя так много лет. Спустя целую жизнь на другом конце континента. Он вернулся домой. Совсем взрослый. Его не было так долго. Было пора. Пора столкнуться лицом к лицу с воспоминаниями о человеке, который изменил всё. Я бросился вслед за тобой со скалы и только тогда понял, что у меня есть крылья. Его голубые глаза, которые всегда будут восьмым чудом света. Его руки. Его поцелуи. Где он сейчас? Смог ли он остаться на этой стороне? Недавно он столкнулся с Лотти в магазине. Они никогда не видели друг друга, но в тот момент Гарри понял, что это именно она. Её губы разомкнулись от удивления, потом глаза девушки заблестели и она прошептала: — В его комнате так много твоих портретов. Ты совершенно такой же. Не нужно было объяснять, о ком идёт речь. Гарри лишь грустно улыбнулся. Впервые за столько лет ему действительно захотелось узнать правду. Хотя бы, где его Ёжик. Даже если это номер могилы на кладбище. Но Лотти уже не было рядом. Она скрылась в толпе других покупателей. А Гарри понял, что никогда не был в комнате Луи. Неужели он был тем самым одержимым художником? Хотя скорее одержим был Гарри. Вечером того же дня густая трава около черешневого дерева примялась. Гарри лёг на спину, сжимая в руке бутылку вина. Вокруг, вместе с ветром, кружил юный смех вперемешку со серьёзными признаниями. Хотелось кричать от отчаяния. Мужчина хлопнул рукой по земле, но звук был слишком глухим. Он приподнялся, опёршись локтями о землю. Рядом с ним лежал чёрный блокнот.Звёздный мир.</b> Ему не было страшно. Он давно разучился бояться — это бессмысленно, тогда почему же сейчас его сердце рвётся наружу так, будто где-то зовёт на помощь его половина. Гарри распахнул блокнот, зажмуривая глаза. Когда-нибудь он перестанет обманывать себя? На самом деле ему так страшно. Так страшно увидеть, что скрывалось на этих страницах так долго. Увидеть, что скрывалось в Луи. Сколько лет здесь пролежал этот блокнот? С того самого дня? Его страницы пожелтели, а дожди оставили разводы. Это ведь Англия. Но как он сохранился? На самом ли деле встреча с Лотти была случайна... это какой-то абсурд. Открыв глаза, Гарри не поверил сам себе. Дрожь в пальцах всё усложняла. Он перелистывал секунды, хранившие историю. Одну из тех, что требует шёпота. Бумага пропитывалась его слезами, и лишь тогда Гарри сделал вдох, тыльной стороной ладони проводя под глазами. Он не может поверить. На обратной стороне обложки аккуратно написано – «Почему ты особенный?» На каждой странице звёздное небо. На каждой странице боль Луи. Вся та боль, что он испытывал каждый раз, устремляя свой взгляд вверх. Но это не всё. Каждое звёздное небо, каждую боль перекрывают портреты Гарри. Иногда это просто наброски его сосредоточенного или умиротворённого лица. Иногда это целая композиция из цветов и красок. Иногда лицо Гарри на рисунке искажено от боли. Иногда его глаза светятся от счастья. Там есть спящий Гарри, сонный Гарри, улыбающийся Гарри. На всех страницах Гарри, который навсегда влюблён в Луи. Дорожки от слёз всё ещё блестели на щеках, словно звёздная пыль. На страницах нет дат, но есть пометки «День 1», затем «День 7» и так ровно до пятьдесят седьмого. Это был отсчёт со дня их встречи. Те дни, в которые Луи рисовал Гарри. Те дни, в которые Гарри влюблялся в Луи. Он лежал под деревом, смотря куда-то вдаль. Взрослый. И мама уже не звонит ему, чтобы позвать домой. Может быть, позвонит муж, потому что ребёнок не уснёт без него. Его ребёнок, его сын, его Луи. Луи, которого он смог спасти. Луи, который так чертовски сильно похож на кого-то, кто причинил столько боли, кто подарил столько счастья. Кого-то с такими же наивно голубыми глазами и растрёпанными волосами. Когда Гарри только вошёл в детский дом, в него врезался мальчик. Он опустил голову. На него смотрели наивные, наполненные светом, голубые-голубые глазки. Тогда всё было решено. Смешно, ведь его сын тоже любит рисовать. Он всегда носит с собой красный блокнот и чёрную ручку. Смешно и больно. Его Ёжик больше никогда не появится из ниоткуда с бутербродом и пустыми глазами. Он никогда не узнает, что Гарри был в Париже. Он никогда не узнает, что ребёнок Гарри навсегда сохранит что-то, что когда-то подарил ему Луи. Никогда не узнает, что у Гарри целый сад черешневых деревьев, но ни одно не похоже на это. На их вишнёвое дерево. Никто никогда не узнает, что любимая сказка его сына — про мальчика с голубыми глазами, волшебным блокнотом и ветер. Никто никогда не узнает, как сильно Гарри хотел бы, чтобы это был их сын. Никто никогда не услышит песен, что посвящены лишь одному человеку, лишь одним глазам. Но это нормально. Иногда так нужно. Люди приходят, спасают тебя, а потом спасаются сами. Так нужно и это нормально. Гарри наконец доходит до последней страницы. Страницы, к которой прикреплено письмо. Его слёзы начинают катиться с новой силой. Его сердце справляется с новой болью. Сердце, которое уже много лет даже не принадлежит ему. Гарри закрывает глаза. Голубые глаза. Пушистые ресницы. Маленький нос пуговкой. Розовые губы. Еле заметная ямочка на щеке. Родинка на ладошке. Лохматые волосы. Ёжик. Его Ёжик. Ёжики любят яблоки. Гарри всхлипывает, открывая глаза. Их дерево больше не цветёт. Всё изменилось. Остался лишь мальчик, лежащий в своём укромном месте, где его найдёт лишь ветер. Мальчик, который любил смотреть на звёзды.