Всё будет...

Alexi Murdoch - Breathe

С войны невозможно вернуться назад. Но можно прийти куда-нибудь еще. Элеонора Раткевич. "Там, где будет мой дом".

Первым делом, даже не открывая глаз, он привык нащупывать ствол под подушкой. Эта привычка не раз спасала его жизнь. Не обнаружив пушки, Голд открыл глаза. Оценил обстановку, понял, что ему не угрожает опасность и что он находится дома. По какому поводу он вчера так напился? Стоило Голду пошевелиться, опустить ноги на пол, как перед глазами пронеслись последние полгода. Травма, месяцы в больнице, понимание того, что он никогда больше не сможет ходить без трости, увольнение... С кухни доносилось на редкость немузыкальное пение под аккомпанемент шкворчания сковородки. Голд схватил свою трость, прислоненную к тумбочке, проверил, как работает лезвие, спрятанное внутри и выходящее по нажатию маленькой кнопки на рукояти. Конечно, теперь ему было сложнее передвигаться, но агент до сих пор обладал неслышной, мягкой походкой, за которую его прозвали "Шорохом". На кухне орудовала девушка в мужской футболке, едва прикрывающей аппетитные ягодицы. Она что-то жарила, помахивая лопаточкой в такт своему мурлыканью. Каштановые волосы лежали в полном беспорядке, и Голд совершенно точно не мог вспомнить ее имя, как она оказалась в его квартире, и как они познакомились. Когда Белль отвернулась от плиты, чтобы поставить на стол тарелку с блинчиками, в ее шею ткнулось острое блестящее лезвие. Мужчина показался ей неожиданно похожим на змею перед прыжком, такой же опасный и такой же красивый. - Б-блинчики? - с жалкой улыбкой спросила она. Голубые глаза заискрились страхом. - Ты всех девушек так наутро пугаешь? Голд убрал лезвие, усмехнувшись под нос. И как можно было забыть эту очаровательную барменшу? Наверное, дело в том, что он давно так сильно не напивался, и не затаскивал в постель какую-то незнакомку. - Прости. Привычка. *** - Почему ты осталась? Белль как-то странно улыбнулась, заправила прядку за ухо, и повела белым плечиком, виднеющемся в сползшем вороте футболки. - Ты мне понравился. *** Она не задавала вопросов о его прошлом, он не спрашивал, откуда взялись шрамы на ее спине. Голд, конечно же, позвонил своему сослуживцу и попросил его вызнать всё о девушке, о ее семье, выяснить, не завербована ли она врагами. Белль была кристально чиста. Единственный ребенок, родом из маленького городка, изучала литературу в маленьком колледже, который, однако, бросила на последнем курсе. И вот - она здесь, в его квартире, убирала завалы старых книг из шкафа, а он отчаянно боролся за "особо ценные экземпляры", готовые отправиться в мусорку. С их первой встречи прошла неделя, и каждый день Белль проводила с Голдом, а ближе к вечеру отправлялась на работу в бар. Идиллию прервал дверной звонок, ввинчивающийся в пыльный воздух пронзительной трелью. Девушка, конечно же, первой бросилась к двери. Пока Голд добрался до своей трости, пока дошел до двери, видимо, что-то произошло. - А... эм... мистер Голд? - отодвинув в сторону застывшую Белль, неловко протянул парень, поразительно похожий на Милу, жену Голда. Агент настороженно кивнул, - Похоже, что я ваш сын. Нил. - Оу... - Ну, так что там? - вклинилась в дверной проем симпатичная блондинка. - Здрасте, я девушка вашего сына. Эмма. Эмма Свон. Голд неловко оступился, давая им пройти внутрь, чуть не врезался в зеркало, висящее на стене, но был остановлен рукой Белль, притянувшей его к себе за талию. - Милый, - высоким, паническим голосом начала она, - Ты не говорил, что у тебя есть сын. - Я сам об этом только что узнал, - Голда разобрал смех. - Мам? - в ноги Эммы вцепился мальчик. - А это Генри, твой внук, - потрепав сына по голове, натянуто улыбнулся Нил.